Стихотворений
Лет жизни
Падет презренное тиранство, И цепи с пахарей спадут,
Живая речь, живые звуки, Зачем вам чужды плоть и кровь?
«Не пора ль, Пантелей, постыдиться людей И опять за работу приняться!
В худой час, не спросясь, Как полуночный вор,
Помоги ты мне, Сила юная,
Ковыль, моя травушка, ковыль бесприютная, Росла ты nog бурями, от вноя повысохла,
Удружил ты мне, сват, молодою женой! Стала жизнь мне и радость не в радость:
От темного леса далеко, На почве бесплодно-сухой,
И дождь и ветер. Ночь темна. В уснувшем доме тишина.
Суровый холод жизни строгой Спокойно я переношу
В темной чаще замолк соловей, Прокатилась звезда в синеве;
За прялкою баба в поняве сидит; Ребенок больной в колыбели лежит;
Звёзды меркнут и гаснут. В огне облака. Белый пар по лугам расстилается.
Ни кола, ни двора, Зипун — весь пожиток…
Что это за утро! Серебряный иней На зелени луга лежит;
Ах, прости, святой угодник! Захватила злоба дух:
Давно ль повеселел мой уголок печальный, Давно ль я меж друзей сидел,
Смеркает день. В бору темнеет. Пожар зари над ним краснеет.
Что счастье? — бред воображенья, Любовь — лишь чувственности дань;
Бывают минуты, — тоскою убитый, На ложе до утра без сна я сижу,
Когда, мой друг, в часы одушевленья Далеких лет прекрасное значенье
Над полями вечерняя зорька горит, Алой краскою рожь покрывает,
Шуми, шуми, зеленый лес! Знаком мне шум твой величавый,
Село замолчало; безлюдны дороги; Недвижно бор темный стоит;
На западе солнце пылает, Багряное море горит;
Когда один, в минуты размышленья, С природой я беседую в тиши,—
Жгуч мороз трескучий, На дворе темно;
Опять призыв к войне! Еще на Русь святую Две тучи новые грозу свою несут
Светит месяц в окна… Петухи пропели;
Привет мой вам, угрюмый мрак ночей И тишина безжизненных полей,
Над светлым озером пурпуровой зари Вечерний пламень потухает.
Помню я вечер весенний, Розовый блеск облаков;
Первый гром прогремел. Яркий блеск в синеве!
Где вы, слуги добра? Выходите вперед,
Бывают светлые мгновенья: Мир ясный душу осенит;
Тает забота, как свечка, Век от тоски пропадает;
Душный воздух, дым лучины, Под ногами сор,
Кипит вода, ревет ручьем, На мельнице и стук и гром,
Парчой покрытая гробница, Над нею пышный балдахин,
Тихо ночь ложится На вершины гор,
Уж и как же ты, Моя жизнь, прошла,.
Еще один потухший день Я равнодушно провожаю
Как другу милому, единственному другу, Мой скромный труд тебе я посвятил.
О, пой еще! Безумной муки Я снова жажду до конца!
Как у нас по селу Путь-дорога лежит,
Есть горе тайное: оно Вниманья чуждого боится
Давно уж не вижу я солнца и неба, Не знаю, как мир и живет и цветет,
Как голубь, кротка и нежна, Как лань молодая, пуглива,
В глубине бездонной, Полны чудных сил,
Мужичка-бедняка Господь бог наградил:
Жизнь к развязке печально идет, Сердце счастья и радостей просит,
Ночь и непогодь. Избушка Плохо топлена.
Прохладно. Все окна открыты. В душистый и сумрачный сад.
И, прешед мало,* паде на лице своем, моляся и глаголя: отче мой,
Не широк мой двор Разгороженный,
Невидимой цепью Жизнь связана тесно
Присутствие непостижимой силы Таинственно скрывается во всем:
Перестань, милый друг, свое сердце пугать. Что нам завтра сулит — мудрено угадать.
Рассыпались звезды, дрожат и горят; За пашнями диво творится:
Отдыхай, старик, Думу думая;
Ох, водкой зашибаюся… Что делать! не таюсь…
При заре по воде — и румянец и тень, В чаще песня да свист раздается;
Раскинулось поле волнистою тканью И с небом слилось темно-синею гранью,
Меж ульев, к леску примыкая густому, Под тению гибких берез и ракит,
На какую ж вину и беду Я состарился рано без старости,
На яблоне грустно кукушка кукует, На камне мужик одиноко горюет;
Все благо и прекрасно на земле, Когда живет в своем определенье;
Не пой о счастии, певец, не утешай Себя забавою ничтожной;
Ехал из ярмарки ухарь-купец, Ухарь-купец, удалой молодец.
Да, сударь мой, нередко вот бывает! Отец на стол, а детки за дележ,
Звезды сыплются. Ткань облаков Серебрится при лунных лучах;
Молвы язвительной и дерзкой Внимая ложный приговор,
Вырыта заступом яма глубокая. Жизнь невеселая, жизнь одинокая,
(После выздоровления) Привет тебе, знакомец мой кудрявый!
На тебя, на твои только силы, Молодежь, вся надежда теперь.
«Зачем это ты, матушка, Кручинишься всегда
Взгляни: небесный свод безоблачен над нами, И безмятежно угасает день,
Пред образом лампадка догорает, Кидая тень на потолок…
Ясно утро. Тихо веет Теплый ветерок;
Кое изобилие человеку во всем труде его, им же трудится под солн-
Поутру вчера дождь В стёкла окон стучал,
Как безыменная могила Давно забытого жильца,
Замерли грома раскаты. Дождем окропленное поле После грозы озарилось улыбкой румяного солнца.
Теперь мы вышли на дорогу, Дорога — просто благодать!
Когда закат прощальными лучами Спокойных вод озолотит стекло,
В глубоком ущелье, меж каменных плит, Серебряный ключ одиноко звучит;
В небе радуга сияет, Розы дождиком омыты,
Солнце за день нагулялося, За кудрявый лес спускается;
Полночь. Темно в горенке. Тишина кругом,
Ярко звезд мерцанье В синеве небес;
Тучи идут разноцветной грядою по синему небу. Воздух прозрачен и чист. От лучей заходящего солнца
Послушный вашему желанью, Беру перо, сажусь писать:
Сохнет старик от печали, Ночи не спит напролет:
Посвящается Н. В. Кукольнику Дай взгляну веселей:
Не смейся, родимый кормилец! Кори ты меня не кори —
Пали на долю мне песни унылые, Песни печальные, песни постылые,
Подле реки одиноко стою я под тенью ракиты, Свет ослепительный солнца скользит по широким
Эх, приятель, и ты, видно, горе видал, Коли плачешь от песни веселой!
Покой мне нужен. Грудь болит, Озлоблен ум, и ноет тело.
Не плачь, мой друг! Есть много муки И без того в моей груди;
Что не туча темная По небу плывет —
Да не смущается сердце ваше, веруйте в бога…
Не спится мне. Окно отворено, Давно горят небесные светила,
(Степь) Пусть снова дни мои мне горе принесут,.
Вот и осень пришла. Убран хлеб золотой, Все гумно у соседа завалено…
Ты взойди, взойди, Заря ясная,
Затеплились звезды одна за другою Над темного далью лугов;
Уж не я ли тебя, милая, упрашивал, Честью, ласкою, как друга, уговаривал:
Во храмы, братьи! на колени! Восстал наш бог, и грянул гром!
Возверзи печаль твою на господа и той тя препитает.
In meiner Brust da sitzt ein Weh, Das will die Brust zersprengea,
Есть сторона, где всё благоухает; Где ночь, как день безоблачный, сияет
Не знаешь ты тоски желаний, Прекрасен мир твоей весны,
Степь широкая, Степь безлюдная,
О боже! дай мне воли силу, Ума сомненье умертви,—
Ни тучки, ни ветра, и поле молчит. Горячее солнце и жжет и палит,
В чистом поле тень шагает, Песня из лесу несётся,
Доля бесталанная, Что жена сварливая,
Воздадим хвалу Русской земле. (Сказание о Мамаевом побоище)
Живи как отшельник, Гуляй или плачь —
(Болесть) «Сходи-ка, старуха, невестку проведать,
Наскучив роскошью блистательных забав, Забыв высокие стремленья
Я рад молчать о горе старом, Мне к черным дням не привыкать;
Измученный жизнью суровой, Не раз я себе находил
Вечер ясен и тих; Спят в тумане поля;
Нет, ты фигляр, а не певец, Когда за личные страданья
Людскую скорбь, вопросы века — Я знаю всё… Как друг и брат,
Мне, видно, нет другой дороги — Одна лежит… иди вперед,
Худа, ветха избушка И, как тюрьма, тесна;
Пошутила я — и другу слово молвила: «Не ходи ты темной ночью в наш зелёный сад:
Поднялась, шумит Непогодушка,
Средь жизни пошлой, грустной и бесплодной Одну тебя я всей душой любил,
Недвижимый мрамор в пустыне глухой Лежал одиноко, обросший травой;
Бедная молодость, дни невеселые, Дни невеселые, сердцу тяжелые!
Полно, степь моя, спать беспробудно: Зимы-матушки царство прошло,
Весело сияет Месяц над селом;
Чуть сошлись мы — друг друга узнали. Ваши речи мне в душу запали,
Приличий тягостные цепи И праздность долгих вечеров
Ты соха, наша матушка, Ты, соха ли, наша матушка,
О грозная вечность, Безмолвная вечность!
Дождь и холод — нет погоды! Выйти некуда — хоть брось!
Как мне легко, как счастлив я в тот миг, Когда, мой друг, речам твоим внимаю
Из библиотеки старинной Вам том разрозненный дарю;
Парень-извозчик в дороге продрог, Крепко продрог, тяжело занемог.
Удар за ударом, Полуночный гром,
Посвящается Н. И. Второву Над твоей могилкой
И вечерней и ранней порою Много старцев, и вдов, и сирот
Когда потухший день сменяет вечер сонный, Я оставляю мой приют уединенный
Бегут часы, недели и года, И молодость, как легкий сон, проходит.
В зеркало влаги холодной Месяц спокойно глядит
Ох, много, мои матушки, И слез я пролила,
Как часто я с глубокой думой Вокруг могил один брожу
На языке чужом я начал объясняться, Устав от русской чепухи:
Не говори, что жизнь ничтожна. Нет, после бурь и непогод{
Не вини одинокую долю, О судьбе по ночам не гадай,
И дик и невесел наш север холодный, Но ты сохранила вполне
Новой жизни заря — И тепло и светло;
Погуляла вода По зеленым лугам, —
Была пора невинности счастливой, Когда свой ум тревожный и пытливый
Ты умрешь на больничной подушке, Кое-как похоронят тебя,
Я помню счастливые годы, Когда беспечно и шутя
Не отравляй минут успокоенья Болезненным предчувствием утрат:
Тяжкий крест несем мы, братья, Мысль убита, рот зажат,
Не повторяй холодной укоризны: Не суждено тебе меня любить.
День и ночь с тобой жду встречи, Встречусь — голову теряю;
Здравствуй, гостья-зима! Просим милости к нам
Незаменимая, бесценная утрата! И вера в будущность, и радости труда,
Век жить — увидишь и худо порою. Жаль, что вот темно, а то из окна
Глубина небес синеет, Светит яркая луна.
Брожу ли я вдоль улиц шумных, Сижу ль один в моем угле —
Жизнь раскинулась вольною степью… Поезжай, да гляди — не плошай!
Медленно движется время,- Веруй, надейся и жди…
Помню я: бывало, няня, Долго сидя за чулком,
«Дедушка, дедушка! Вот я чудес-то когда насмотрелся! Песней наслушался всяких!., и вспомню, так сердце
Помнишь? — с алыми краями Тучки в озере играли;
Ну, кажись, я готов: Вот мой кафтанишко,
С младенчества дикарь печальный, Больной, с изношенным лицом,
Как волны грозные, встают сыны Востока, Народный фанатизм муллами подожжен,
Сибирь!.. Напишешь это слово — И вдруг свободная мечта
Обличитель чужого разврата, Проповедник святой чистоты,
Детство веселое, детские грезы… Только вас вспомнишь — улыбка и слезы…
«Ты хоть плачь, хоть не плачь — быть по-моему!
Спокойно небо голубое; Одно в бездонной глубине
С суровой долею я рано подружился: Не знал веселых дней, веселых игр не знал,
Да здравствует донцов воинственное племя, Да здравствует и млад и стар!
Уж и есть за что, Русь могучая,
Зашумела, разгулялась В поле непогода;
Я вас не смею раздражать И повинуюсь молчаливо,
В глубокой мгле холодного забвенья Теряются народов поколенья,
Молись, дитя: сомненья камень Твоей груди не тяготит;
Опять знакомые виденья! Опять, под детский смех и шум,
Ах ты, бедность горемычная, Дома в горе терпеливая,
Ах! Признаюся, воля Ваша, Мне надоела эта «Чаша»,
Ноет сердце мое от забот и кручин… Уж и где ж вы, друзья? Отзовись хоть один!
Далёко, далёко раскинулось поле, Покрытое снегом, что белым ковром,
(Отрывок ив поэмы «Городской голова») Уж кони у крыльца стояли.
Густой травой поросшая могила, Зачем к тебе неведомая сила
Я знаю час невыразимой муки, Когда один, в сомнении немом,
С кем теперь мне сидеть В опустелом дому?
Позвольте-ко… Сысой… Сысой… Не вспомню вот отечества…
Лысый, с белой бородою, Дедушка сидит.
Прекрасны молодые годы, Когда, не ведая утрат,
Крестом высоким осененный, Вдали от сел и городов,
Словно безлюдный, спокоен весь город. Солнце чуть видно сквозь сеть облаков,
С глубокою думой Гляжу я на небо,
Подула непогодушка с родной моей сторонушки, — Пришла от милой грамотка, слезами вся облитая;
На лицо твое солнечный свет упадал, Ты со взором поникшим стояла;
Посвящается кн. Е. П. Долгорукой
У кого нет думы И забот-кручины,
Однообразно и печально Шли годы детства моего:
Под большим шатром Голубых небес —
О, сколько раз я проклинал Позор слепого заблужденья
Ах, у радости быстрые крылья, Золотые да яркие перья!
Mein Freund1, от тоски изнываю, Не вижу покойного дня;
Не осталося Мне от батюшки
О, ум мой холодный! Зачем., уклоняясь
В синем небе плывут над полями Облака с золотыми краями;
В глуши на почве раскаленной Береза старая стоит;
Прощайте, темные дремучие леса, С необозримыми степями,
Много листьев красовалося На черемухе весной
Когда Невы, окованной гранитом, Алмазный блеск я вижу в час ночной
Постыдно гибнет наше время!.. Наследство дедов и отцов,
1 Нужда, нужда! Всё старые избенки,
Отвяжися, тоска, Пылью поразвейся!
Втихомолку гостьей дожданной, Гостьей нежданной да неаваяай
Впряжен в телегу конь косматый, Откормлен на диво овсом,
Без конца поля Развернулися,
