Стихотворений
Лет жизни
Незаменимая, бесценная утрата! И вера в будущность, и радости труда,
Не отравляй минут успокоенья Болезненным предчувствием утрат:
Помнишь? — с алыми краями Тучки в озере играли;
Ковыль, моя травушка, ковыль бесприютная, Росла ты nog бурями, от вноя повысохла,
Вечер ясен и тих; Спят в тумане поля;
Опять знакомые виденья! Опять, под детский смех и шум,
Как у нас по селу Путь-дорога лежит,
Доля бесталанная, Что жена сварливая,
Прекрасны молодые годы, Когда, не ведая утрат,
Уж и как же ты, Моя жизнь, прошла,.
В глубине бездонной, Полны чудных сил,
Что счастье? — бред воображенья, Любовь — лишь чувственности дань;
Брожу ли я вдоль улиц шумных, Сижу ль один в моем угле —
Над светлым озером пурпуровой зари Вечерний пламень потухает.
Да здравствует донцов воинственное племя, Да здравствует и млад и стар!
Да не смущается сердце ваше, веруйте в бога…
О грозная вечность, Безмолвная вечность!
Как часто я с глубокой думой Вокруг могил один брожу
Я знаю час невыразимой муки, Когда один, в сомнении немом,
Что не туча темная По небу плывет —
Пали на долю мне песни унылые, Песни печальные, песни постылые,
«Ты хоть плачь, хоть не плачь — быть по-моему!
День и ночь с тобой жду встречи, Встречусь — голову теряю;
Подле реки одиноко стою я под тенью ракиты, Свет ослепительный солнца скользит по широким
Не широк мой двор Разгороженный,
Как другу милому, единственному другу, Мой скромный труд тебе я посвятил.
На яблоне грустно кукушка кукует, На камне мужик одиноко горюет;
На лицо твое солнечный свет упадал, Ты со взором поникшим стояла;
Ох, много, мои матушки, И слез я пролила,
Тает забота, как свечка, Век от тоски пропадает;
Вырыта заступом яма глубокая. Жизнь невеселая, жизнь одинокая,
Удар за ударом, Полуночный гром,
Мне, видно, нет другой дороги — Одна лежит… иди вперед,
Раскинулось поле волнистою тканью И с небом слилось темно-синею гранью,
Уж и есть за что, Русь могучая,
Помню я вечер весенний, Розовый блеск облаков;
Впряжен в телегу конь косматый, Откормлен на диво овсом,
Дождь и холод — нет погоды! Выйти некуда — хоть брось!
Есть сторона, где всё благоухает; Где ночь, как день безоблачный, сияет
Измученный жизнью суровой, Не раз я себе находил
О боже! дай мне воли силу, Ума сомненье умертви,—
Полно, степь моя, спать беспробудно: Зимы-матушки царство прошло,
Ехал из ярмарки ухарь-купец, Ухарь-купец, удалой молодец.
В зеркало влаги холодной Месяц спокойно глядит
Не повторяй холодной укоризны: Не суждено тебе меня любить.
(Болесть) «Сходи-ка, старуха, невестку проведать,
Уж не я ли тебя, милая, упрашивал, Честью, ласкою, как друга, уговаривал:
Новой жизни заря — И тепло и светло;
Ты соха, наша матушка, Ты, соха ли, наша матушка,
Подула непогодушка с родной моей сторонушки, — Пришла от милой грамотка, слезами вся облитая;
У кого нет думы И забот-кручины,
Живи как отшельник, Гуляй или плачь —
Погуляла вода По зеленым лугам, —
Как голубь, кротка и нежна, Как лань молодая, пуглива,
Была пора невинности счастливой, Когда свой ум тревожный и пытливый
Когда, мой друг, в часы одушевленья Далеких лет прекрасное значенье
Звезды сыплются. Ткань облаков Серебрится при лунных лучах;
Я вас не смею раздражать И повинуюсь молчаливо,
Где вы, слуги добра? Выходите вперед,
Что это за утро! Серебряный иней На зелени луга лежит;
Отвяжися, тоска, Пылью поразвейся!
Кое изобилие человеку во всем труде его, им же трудится под солн-
Все благо и прекрасно на земле, Когда живет в своем определенье;
Тучи идут разноцветной грядою по синему небу. Воздух прозрачен и чист. От лучей заходящего солнца
Пред образом лампадка догорает, Кидая тень на потолок…
С младенчества дикарь печальный, Больной, с изношенным лицом,
Сибирь!.. Напишешь это слово — И вдруг свободная мечта
Мужичка-бедняка Господь бог наградил:
Постыдно гибнет наше время!.. Наследство дедов и отцов,
Из библиотеки старинной Вам том разрозненный дарю;
И, прешед мало,* паде на лице своем, моляся и глаголя: отче мой,
Далёко, далёко раскинулось поле, Покрытое снегом, что белым ковром,
Худа, ветха избушка И, как тюрьма, тесна;
Послушный вашему желанью, Беру перо, сажусь писать:
При заре по воде — и румянец и тень, В чаще песня да свист раздается;
«Дедушка, дедушка! Вот я чудес-то когда насмотрелся! Песней наслушался всяких!., и вспомню, так сердце
Приличий тягостные цепи И праздность долгих вечеров
С суровой долею я рано подружился: Не знал веселых дней, веселых игр не знал,
Mein Freund1, от тоски изнываю, Не вижу покойного дня;
О, пой еще! Безумной муки Я снова жажду до конца!
Прохладно. Все окна открыты. В душистый и сумрачный сад.
Густой травой поросшая могила, Зачем к тебе неведомая сила
Присутствие непостижимой силы Таинственно скрывается во всем:
Ярко звезд мерцанье В синеве небес;
Ночь и непогодь. Избушка Плохо топлена.
Молвы язвительной и дерзкой Внимая ложный приговор,
Во храмы, братьи! на колени! Восстал наш бог, и грянул гром!
Словно безлюдный, спокоен весь город. Солнце чуть видно сквозь сеть облаков,
На какую ж вину и беду Я состарился рано без старости,
Без конца поля Развернулися,
Посвящается Н. И. Второву Над твоей могилкой
Посвящается кн. Е. П. Долгорукой
Весело сияет Месяц над селом;
Ну, кажись, я готов: Вот мой кафтанишко,
За прялкою баба в поняве сидит; Ребенок больной в колыбели лежит;
Жгуч мороз трескучий, На дворе темно;
Шуми, шуми, зеленый лес! Знаком мне шум твой величавый,
И вечерней и ранней порою Много старцев, и вдов, и сирот
Здравствуй, гостья-зима! Просим милости к нам
В темной чаще замолк соловей, Прокатилась звезда в синеве;
Жизнь к развязке печально идет, Сердце счастья и радостей просит,
Помоги ты мне, Сила юная,
Бывают светлые мгновенья: Мир ясный душу осенит;
(После выздоровления) Привет тебе, знакомец мой кудрявый!
Отдыхай, старик, Думу думая;
На языке чужом я начал объясняться, Устав от русской чепухи:
Ясно утро. Тихо веет Теплый ветерок;
Однообразно и печально Шли годы детства моего:
Меж ульев, к леску примыкая густому, Под тению гибких берез и ракит,
Суровый холод жизни строгой Спокойно я переношу
Сохнет старик от печали, Ночи не спит напролет:
Удружил ты мне, сват, молодою женой! Стала жизнь мне и радость не в радость:
Село замолчало; безлюдны дороги; Недвижно бор темный стоит;
Парень-извозчик в дороге продрог, Крепко продрог, тяжело занемог.
Вот и осень пришла. Убран хлеб золотой, Все гумно у соседа завалено…
В глубоком ущелье, меж каменных плит, Серебряный ключ одиноко звучит;
Наскучив роскошью блистательных забав, Забыв высокие стремленья
В небе радуга сияет, Розы дождиком омыты,
Покой мне нужен. Грудь болит, Озлоблен ум, и ноет тело.
Парчой покрытая гробница, Над нею пышный балдахин,
На тебя, на твои только силы, Молодежь, вся надежда теперь.
В глуши на почве раскаленной Береза старая стоит;
Много листьев красовалося На черемухе весной
С кем теперь мне сидеть В опустелом дому?
Давно уж не вижу я солнца и неба, Не знаю, как мир и живет и цветет,
И дик и невесел наш север холодный, Но ты сохранила вполне
Поднялась, шумит Непогодушка,
Ни кола, ни двора, Зипун — весь пожиток…
На западе солнце пылает, Багряное море горит;
Давно ль повеселел мой уголок печальный, Давно ль я меж друзей сидел,
Помню я: бывало, няня, Долго сидя за чулком,
Ах! Признаюся, воля Ваша, Мне надоела эта «Чаша»,
С глубокою думой Гляжу я на небо,
Пошутила я — и другу слово молвила: «Не ходи ты темной ночью в наш зелёный сад:
Не спится мне. Окно отворено, Давно горят небесные светила,
Когда один, в минуты размышленья, С природой я беседую в тиши,—
Невидимой цепью Жизнь связана тесно
Век жить — увидишь и худо порою. Жаль, что вот темно, а то из окна
Не осталося Мне от батюшки
1 Нужда, нужда! Всё старые избенки,
Затеплились звезды одна за другою Над темного далью лугов;
Не плачь, мой друг! Есть много муки И без того в моей груди;
Как безыменная могила Давно забытого жильца,
Не знаешь ты тоски желаний, Прекрасен мир твоей весны,
Звёзды меркнут и гаснут. В огне облака. Белый пар по лугам расстилается.
Теперь мы вышли на дорогу, Дорога — просто благодать!
Зашумела, разгулялась В поле непогода;
Полночь. Темно в горенке. Тишина кругом,
Крестом высоким осененный, Вдали от сел и городов,
Ты взойди, взойди, Заря ясная,
В чистом поле тень шагает, Песня из лесу несётся,
Позвольте-ко… Сысой… Сысой… Не вспомню вот отечества…
Первый гром прогремел. Яркий блеск в синеве!
(Отрывок ив поэмы «Городской голова») Уж кони у крыльца стояли.
В худой час, не спросясь, Как полуночный вор,
Под большим шатром Голубых небес —
В глубокой мгле холодного забвенья Теряются народов поколенья,
«Зачем это ты, матушка, Кручинишься всегда
Я рад молчать о горе старом, Мне к черным дням не привыкать;
Над полями вечерняя зорька горит, Алой краскою рожь покрывает,
Глубина небес синеет, Светит яркая луна.
Солнце за день нагулялося, За кудрявый лес спускается;
Еще один потухший день Я равнодушно провожаю
Ноет сердце мое от забот и кручин… Уж и где ж вы, друзья? Отзовись хоть один!
Жизнь раскинулась вольною степью… Поезжай, да гляди — не плошай!
Втихомолку гостьей дожданной, Гостьей нежданной да неаваяай
Молись, дитя: сомненья камень Твоей груди не тяготит;
Ты умрешь на больничной подушке, Кое-как похоронят тебя,
Смеркает день. В бору темнеет. Пожар зари над ним краснеет.
Не пой о счастии, певец, не утешай Себя забавою ничтожной;
Когда Невы, окованной гранитом, Алмазный блеск я вижу в час ночной
Степь широкая, Степь безлюдная,
Лысый, с белой бородою, Дедушка сидит.
Спокойно небо голубое; Одно в бездонной глубине
Ах, прости, святой угодник! Захватила злоба дух:
От темного леса далеко, На почве бесплодно-сухой,
Бывают минуты, — тоскою убитый, На ложе до утра без сна я сижу,
Эх, приятель, и ты, видно, горе видал, Коли плачешь от песни веселой!
Средь жизни пошлой, грустной и бесплодной Одну тебя я всей душой любил,
Не вини одинокую долю, О судьбе по ночам не гадай,
Светит месяц в окна… Петухи пропели;
Не смейся, родимый кормилец! Кори ты меня не кори —
Недвижимый мрамор в пустыне глухой Лежал одиноко, обросший травой;
В синем небе плывут над полями Облака с золотыми краями;
Как мне легко, как счастлив я в тот миг, Когда, мой друг, речам твоим внимаю
Поутру вчера дождь В стёкла окон стучал,
Падет презренное тиранство, И цепи с пахарей спадут,
Когда потухший день сменяет вечер сонный, Я оставляю мой приют уединенный
Кипит вода, ревет ручьем, На мельнице и стук и гром,
Рассыпались звезды, дрожат и горят; За пашнями диво творится:
Бегут часы, недели и года, И молодость, как легкий сон, проходит.
Когда закат прощальными лучами Спокойных вод озолотит стекло,
Ах ты, бедность горемычная, Дома в горе терпеливая,
Людскую скорбь, вопросы века — Я знаю всё… Как друг и брат,
Я помню счастливые годы, Когда беспечно и шутя
Медленно движется время,- Веруй, надейся и жди…
In meiner Brust da sitzt ein Weh, Das will die Brust zersprengea,
Ни тучки, ни ветра, и поле молчит. Горячее солнце и жжет и палит,
Нет, ты фигляр, а не певец, Когда за личные страданья
Как волны грозные, встают сыны Востока, Народный фанатизм муллами подожжен,
Опять призыв к войне! Еще на Русь святую Две тучи новые грозу свою несут
Привет мой вам, угрюмый мрак ночей И тишина безжизненных полей,
Замерли грома раскаты. Дождем окропленное поле После грозы озарилось улыбкой румяного солнца.
Прощайте, темные дремучие леса, С необозримыми степями,
Ах, у радости быстрые крылья, Золотые да яркие перья!
Тихо ночь ложится На вершины гор,
(Степь) Пусть снова дни мои мне горе принесут,.
Перестань, милый друг, свое сердце пугать. Что нам завтра сулит — мудрено угадать.
Душный воздух, дым лучины, Под ногами сор,
Возверзи печаль твою на господа и той тя препитает.
Не говори, что жизнь ничтожна. Нет, после бурь и непогод{
И дождь и ветер. Ночь темна. В уснувшем доме тишина.
Обличитель чужого разврата, Проповедник святой чистоты,
Ох, водкой зашибаюся… Что делать! не таюсь…
Есть горе тайное: оно Вниманья чуждого боится
Посвящается Н. В. Кукольнику Дай взгляну веселей:
Чуть сошлись мы — друг друга узнали. Ваши речи мне в душу запали,
«Не пора ль, Пантелей, постыдиться людей И опять за работу приняться!
О, ум мой холодный! Зачем., уклоняясь
Бедная молодость, дни невеселые, Дни невеселые, сердцу тяжелые!
Тяжкий крест несем мы, братья, Мысль убита, рот зажат,
Да, сударь мой, нередко вот бывает! Отец на стол, а детки за дележ,
Детство веселое, детские грезы… Только вас вспомнишь — улыбка и слезы…
Воздадим хвалу Русской земле. (Сказание о Мамаевом побоище)
Взгляни: небесный свод безоблачен над нами, И безмятежно угасает день,
Живая речь, живые звуки, Зачем вам чужды плоть и кровь?
О, сколько раз я проклинал Позор слепого заблужденья
