Евге́ний Абра́мович Бараты́нский (Бораты́нский[5][* 1]; 19 февраля [2 марта] 1800[8][9][10] (в некоторых источниках 7 (19) марта 1800)[11][12][13][14][* 2], село Вяжля, Кирсановский уезд, Тамбовская губерния — 29 июня [11 июля] 1844, Неаполь) — русский поэт, писатель, переводчик[16]. В течение жизни поэта фамилия его писалась в двух вариантах - "Боратынский" и "Баратынский".
168
Стихотворений
44
Лет жизни
Стихотворения
Финским красавицам
(Мадригал)
Так, ваш язык еще мне нов,
Прощание
Простите, милые досуги
Разгульной юности моей,
Давыдову
Пока с восторгом я умею
Внимать рассказу славных дел,
Приятель строгий, ты не прав
Приятель строгий, ты не прав,
Несправедливы толки злые;
Люблю я вас, богини пенья
Люблю я вас, богини пенья,
Но ваш чарующий наход,
Есть грот
Есть грот: наяда там в полдневные часы
Дремоте предает усталые красы.
Люби, мечтай, пируй и пой
Живи смелей, товарищ мой,
Разнообразь досуг шутливый!
К Аннете
Когда Климена подарила
На память это мне кольцо,
Чувствительны мне дружеские пени
Чувствительны мне дружеские пени,
Но искренне забыл я Геликон
Я не любил ее, я знал
Я не любил ее, я знал,
Что не она поймет поэта,
К Кюхельбекеру
Прости, поэт! Судьбина вновь
Мне посох странника вручила,
Бокал
Полный влагой искрометной,
Зашипел ты, мой бокал!
Смерть
Смерть дщерью тьмы не назову я
И, раболепною мечтой
Ожидание
Она придет! к ее устам
Прижмусь устами я моими;
Эпиграмма
Свои стишки Тощев-пиит
Покроем Пушкина кроит,
Когда неопытен я был
Когда неопытен я был,
У красоты самолюбивой,
Товарищам
Так! отставного шалуна
Вы вновь шалить не убеждайте
Ропот (Он близок, близок день свиданья)
Он близок, близок день свиданья,
Тебя, мой друг, увижу я!
Страшно воет, завывает
Страшно воет, завывает
Ветр осенний;
Своенравное прозванье
Своенравное прозванье
Дал я милой в ласку ей:
Завыла буря; хлябь морская
Завыла буря; хлябь морская
Клокочет и ревет, и черные валы
Люблю деревню я и лето
Люблю деревню я и лето:
И говор вод, и тень дубров,
Выдь, дохни нам упоеньем
Выдь, дохни нам упоеньем,
Соименница зари;
Бывало, отрок, звонким кликом
Бывало, отрок, звонким кликом
Лесное эхо я будил,
В небе нашем исчезает
К. А. Свербеевой
В небе нашем исчезает
Как много ты в немного дней
Как много ты в немного дней
Прожить, прочувствовать успела!
В глуши лесов счастлив один
В глуши лесов счастлив один,
Другой страдает на престоле;
На смерть Гете
Предстала, и старец великий смежил
Орлиные очи в покое;
На все свой ход, на все свои законы
На все свой ход, на все свои законы.
Меж люлькою и гробом спит Москва;
Где сладкий шепот
Где сладкий шепот
Моих лесов?
Болящий дух врачует песнопенье
Болящий дух врачует песнопенье.
Гармонии таинственная власть
Мудрецу
Тщетно меж бурною жизнью и хладною смертью, философ,
Хочешь ты пристань найти, имя даешь ей: покой.
Благословен святое возвестивший
Благословен святое возвестивший!
Но в глубине разврата не погиб
Вот верный список впечатлений
Вот верный список впечатлений
И легкий и глубокий след
А.А. Фуксовой
Вы ль дочерь Евы, как другая,
Вы ль, перед зеркалом своим
Есть милая страна, есть угол на земле
Есть милая страна, есть угол на земле,
Куда, где б ни были: средь буйственного стана,
Коттерие
Братайтеся, к взаимной обороне
Ничтожностей своих вы рождены;
Небо Италии
Небо Италии, небо Торквата,
Прах поэтический древнего Рима,
Скульптор
Глубокий взор вперив на камень,
Художник нимфу в нем прозрел,
Князю Петру Андреевичу Вяземскому
Как жизни общие призывы,
Как увлеченья суеты,
Размолвка
Мне о любви твердила ты шутя
И холодно сознаться можешь в этом.
Дамон
Дамон! ты начал — продолжай,
Кропай экспромты на досуге;
Подражание Лафару
Свободу дав тоске моей,
Уединенный, я недавно
Были бури, непогоды
Были бури, непогоды,
Да младые были годы!
Один, и пасмурный душою
Один, и пасмурный душою,
Я пред окном сидел;
Когда, дитя и страсти и сомненья
Когда, дитя и страсти и сомненья,
Поэт взглянул глубоко на тебя,-
В альбом
Вы слишком многими любимы,
Чтобы возможно было вам
В дни безграничных увлечений
В дни безграничных увлечений,
В дни необузданных страстей
Я безрассуден
Я безрассуден — и не диво!
Но рассудителен ли ты,
Из царства виста и зимы
Из царства виста и зимы,
Где, под управой их двоякой,
Незнаю? Милая Незнаю!
Незнаю? Милая Незнаю!
Краса пленительна твоя:
На посев леса
Опять весна; опять смеется луг,
И весел лес своей младой одеждой,
