Тютчев Фёдор Иванович
1803 - 1873

Тютчев Фёдор Иванович

Фёдор Ива́нович Тю́тчев (23 ноября [5 декабря] 1803, Овстуг, Брянский уезд — 15 [27] июля 1873[3], Царское Село) — русский поэт-мыслитель, лирик, переводчик, дипломат и чиновник (с 1865 г. тайный советник[4]), консервативный публицист.

388

Стихотворений

70

Лет жизни

Стихотворения

Не раз ты слышала признанье

Не раз ты слышала признанье: «Не стою я любви твоей».

Вчера, в мечтах обвороженных

Вчера, в мечтах обвороженных, С последним месяца лучом

Не богу ты служил и не России

Не Богу ты служил и не России, Служил лишь суете своей,

Чародейкою Зимою околдован лес стоит

Чародейкою Зимою Околдован, лес стоит —

Волна и дума

Дума за думой, волна за волной – Два проявленья стихии одной:

1856 (Стоим мы слепо)

Стоим мы слепо пред Судьбою, Не нам сорвать с нее покров…

А. Ф. Гильфердингу

Спешу поздравить с неудачей: Она — блистательный успех,

Ужасный сон отяготел над нами

Ужасный сон отяготел над нами, Ужасный , безобразный сон:

Затею этого рассказа

Затею этого рассказа Определить мы можем так:

Брат, столько лет сопутствовавший мне

Брат, столько лет сопутствовавший мне, И ты ушел — куда мы все идем,

Н.И. Кролю (Сентябрь холодный бушевал)

Сентябрь холодный бушевал, С деревьев ржавый лист валился,

Одиночество

(Из A.Ламартина) Как часто, бросив взор с утесистой вершины,

Летний вечер

Уж солнца раскаленный шар С главы своей земля скатила,

Там, где на высоте обрыва

Андрею Николаевичу Муравьеву Там, где на высоте обрыва

Глядел я, стоя над Невой

Глядел я, стоя над Невой, Как Исаака-великана

Неверные преодолев пучины

Неверные преодолев пучины, Достиг пловец желанных берегов;

Байрон (отрывок)

1 Войди со мной — пуста сия обитель,

При посылке нового завета

Не легкий жребий, не отрадный, Был вынут для тебя судьбой,

Душа хотела б быть звездой

Душа хотела б быть звездой, Но не тогда, как с неба полуночи

Предопределение

Любовь, любовь — гласит преданье — Союз души с душой родной —

Не то, что мните вы, природа

Не то, что мните вы, природа: Не слепок, не бездушный лик —

Смотри, как запад разгорелся

Смотри, как запад разгорелся Вечерним заревом лучей,

Веленью высшему покорны

Веленью высшему покорны, У мысли стоя на часах,

Вновь твои я вижу очи

Вновь твои я вижу очи — И один твой южный взгляд

Под дыханьем непогоды

Под дыханьем непогоды, Вздувшись, потемнели воды

Князю Вяземскому (Есть телеграф за неименьем ног)

Есть телеграф за неименьем ног! Неси он к Вам мой стих полубольной.

Итальянская вилла

И распростясь с тревогою житейской И кипарисной рощей заслонясь —

Проходя свой путь по своду

Проходя свой путь по своду, Солнце знает ли о том,

Харон и Каченовский

Харон. Неужто, брат, из царства ты живых —

Как дочь родную на закланье

Как дочь родную на закланье Агамемнон богам принес,

К портрету государственного канцлера, князя А.М. Горчакова

В те дни кроваво-роковые, Когда, прервав борьбу свою,

Фонтан

Смотри, как облаком живым Фонтан сияющий клубится;

Князю П.А. Вяземскому (Теперь не то, что за полгода)

Теперь не то, что за полгода, Теперь не тесный круг друзей —

Как ни тяжел последний час

Как ни тяжел последний час — Та непонятная для нас

Я не ценю красот природы

Я не ценю красот природы, Когда душа потрясена,

Над Россией распростертой

Над Россией распростертой Встал внезапною грозой

Когда дряхлеющие силы

Когда дряхлеющие силы Нам начинают изменять

Тени сизые смесились

Тени сизые смесились, Цвет поблекнул, звук уснул —

Ответ на адрес

Себя, друзья, морочите вы грубо — Велик с Россией ваш разлад.

Неман

Ты ль это, Неман величавый? Твоя ль струя передо мной?

Первый лист

Лист зеленеет молодой — Смотри, как листьем молодым

А. Н. М.

Нет веры к вымыслам чудесным, Рассудок все опустошил

Видение

Есть некий час, в ночи, всемирного молчанья, И в оный час явлений и чудес

Он прежде мирный был казак

Он прежде мирный был казак, Теперь он попечитель дикий;

Неохотно и несмело

Неохотно и несмело Солнце смотрит на поля.

Silentium (Силентиум, Молчание)

Молчи, скрывайся и таи И чувства и мечты свои —

Печати русской доброхоты

Печати русской доброхоты, Как всеми вами, господа,

Песнь радости (Из Шиллера)

Радость, первенец творенья, Дщерь великого Отца,

Не рассуждай, не хлопочи

Не рассуждай, не хлопочи!.. Безумство ищет, глупость судит;

Ватиканская годовщина

Был день суда и осужденья – Тот роковой, бесповоротный день,

О, не тревожь меня укорой справедливой

О, не тревожь меня укорой справедливой! Поверь, из нас из двух завидней часть твоя:

Дым

Здесь некогда, могучий и прекрасный, Шумел и зеленел волшебный лес,—

Я очи знал, о, эти очи

Я очи знал,- о, эти очи! Как я любил их — знает бог!

Вот свежие тебе цветы

Д.Ф.Тютчевой Вот свежие тебе цветы

Бедный Лазарь, Ир убогой

Бедный Лазарь, Ир убогой, И с усильем и тревогой

День и ночь

На мир таинственный духов, Над этой бездной безымянной,

Два голоса

1 Мужайтесь, о други, боритесь прилежно,

Странник

Угоден Зевсу бедный странник, Над ним святой его покров!..

К Н.

Твой милый взор, невинной страсти полной — Златой рассвет небесных чувств твоих

Два единства

Из переполненной Господним гневом чаши Кровь льется через край, и Запад тонет в ней —

Куда сомнителен мне твой

Куда сомнителен мне твой, Святая Русь, прогресс житейский!

Так! Он спасен! Иначе быть не может!

Так! Он спасен — иначе быть не может! И чувство радости по Руси разлилось…

Нет не могу я видеть вас

«Нет, не могу я видеть вас…» — Так говорил я в самом деле,

Вечер мглистый и ненастный

Вечер мглистый и ненастный… Чу, не жаворонка ль глас?..

От жизни той, что бушевала здесь

От жизни той, что бушевала здесь, От крови той, что здесь рекой лилась,

Высокого предчувстви (Из Мандзони)

Высокого предчувствия Порывы и томленье,

Знамя и слово

В кровавую бурю, сквозь бранное пламя, Предтеча спасенья — русское Знамя

Чехам от московских славян

На ваши, братья, празднества?, Навстречу вашим ликованьям,

Гектор и Андромаха (Из Шиллера)

Андромаха Снова ль, Гектор, мчишься в бурю брани,

Весь день она лежала в забытьи

Весь день она лежала в забытьи, И всю ее уж тени покрывали.

Святая ночь

Святая ночь на небосклон взошла, И день отрадный, день любезный,

Кончен пир, умолкли хоры

Кончен пир, умолкли хоры, Опорожнены амфоры,

Как неразгаданная тайна

Как неразгаданная тайна, Живая прелесть дышит в ней —

Мотив Гейне (Если смерть есть ночь, если жизнь есть день)

Если смерть есть ночь, если жизнь есть день — Ах, умаял он, пестрый день, меня!..

К Ганке

Вековать ли нам в разлуке? Не пора ль очнуться нам

Вечер

Как тихо веет над долиной Далекий колокольный звон,

Она сидела на полу

Она сидела на полу И груду писем разбирала,

Послание к А.В. Шереметеву

Насилу добрый гений твой, Мой брат по крови и по лени,

Иным достался от природы (Фету)

Иным достался от природы Инстинкт пророчески-слепой —

12-ое апреля 1865 (Все решено)

Все решено, и он спокоен, Он, претерпевший до конца,—

А. С. Долгорукой

Un charme vit en elle — irresistible et pur, Un charme de mystere et de melancolie,

О, как убийственно мы любим

О, как убийственно мы любим, Как в буйной слепоте страстей

Прекрасный день его на Западе исчез

Прекрасный день его на Западе исчез, Полнеба обхватив бессмертною зарею,

Небо бледно-голубое

Небо бледно-голубое Дышит светом и теплом

По равнине вод лазурной

По равнине вод лазурной Шли мы верною стезей, —

Все отнял у меня казнящий бог

Всё отнял у меня казнящий бог: Здоровье, силу воли, воздух, сон,

Снежок

Снежок порхает, кружится, На улице бело.

На возвратном пути

I Грустный вид и грустный час-

Probleme (Проблема)

С горы скатившись, камень лег в долине — Как он упал? никто не знает ныне —

На древе человечества высоком

На древе человечества высоком Ты лучшим был его листом,

Пожары

Широко, необозримо, Грозной тучею сплошной,

15 Июля 1865 г

Сегодня, друг, пятнадцать лет минуло С того блаженно-рокового дня,

В часы, когда бывает

В часы, когда бывает Так тяжко на груди,

Ah, quelle meprise

Ah, quelle meprise — Incroyable et profonde!

Полдень

Лениво дышит полдень мглистый; Лениво катится река;

И в божьем мире то ж бывает

И в божьем мире то ж бывает, И в мае снег идет порой,

Есть много мелких, безымянных

Есть много мелких, безымянных Созвездий в горней вышине,

Михаилу Погодину

Стихов моих вот список безобразный — Не заглянув в него, дарю им вас,

Закралась в сердце грусть (Из Гейне)

Закралась в сердце грусть — и смутно Я вспомянул о старине —

Каким венком нам увенчать

Каким венком нам увенчать Питомца русского Парнаса,

Как порою светлый месяц

Как порою светлый месяц Выплывает из-за туч —

К*** (Уста с улыбкою приветной)

Уста с улыбкою приветной, Румянец девственных ланит

Еще земли печален вид

Еще земли печален вид, А воздух уж весною дышит,

Фортуна и Мудрость (из Шиллера)

С временщиком Фортуна в споре, К убогой Мудрости летит:

Как нас ни угнетай разлука

Как нас ни угнетай разлука, Не покоряемся мы ей —

Как летней иногда порою

Как летней иногда порою Вдруг птичка в комнату влетит,

Обвеян вещею дремотой

Обвеян вещею дремотой, Полураздетый лес грустит…

Бывают роковые дни

Бывают роковые дни Лютейшего телесного недуга

Cache-cache

Вот арфа ее в обычайном углу, Гвоздики и розы стоят у окна,

О, вещая душа моя

О вещая душа моя! О сердце, полное тревоги,-

Императрице Марии Александровне

Кто б ни был ты, но, встретясь с ней, Душою чистой иль греховной,

Британский леопард

Британский леопард За что на нас сердит?

Наполеон III

И ты свершил свой подвиг роковой, Великих сил двусмысленный наследник,

В альбом друзьям

Как медлит путника вниманье На хладных камнях гробовых,

Хоть родом он был не славянин

Хоть родом он был не славянин, Но был славянством всем усвоен,

Слезы

O lacrimarum fons… Gray[1]

Пришлося кончить жизнь в овраге

Пришлося кончить жизнь в овраге: Я слаб и стар — нет сил терпеть!

Противникам вина (Яко и вино веселит сердце человека)

О, суд людей неправый, Что пьянствовать грешно!

Всесилен я и вместе слаб

Всесилен я и вместе слаб, Властитель я и вместе раб,

Есть в осени первоначальной

Есть в осени первоначальной Короткая, но дивная пора —

Как бестолковы числа эти

Как бестолковы числа эти, Какой сумбур в календаре;

Весна

Как ни гнетет рука судьбины, Как ни томит людей обман,

С какою негою, с какой тоской влюблённый

С какою негою, с какой тоской влюблённый Твой взор, твой страстный взор изнемогал на нём!

Утро в горах

Лазурь небесная смеется, Ночной омытая грозой,

Давно ль, давно ль, о Юг блаженный

Давно ль, давно ль, о Юг блаженный, Я зрел тебя лицом к лицу —

Ты зрел его в кругу большого света

Ты зрел его в кругу большого света — То своенравно-весел, то угрюм,

Так Провидение судило

Так Провидение судило, Чтоб о величии грядущем

С поляны коршун поднялся

С поляны коршун поднялся, Высоко к небу он взвился;

Тому, кто с верой и любовью

Тому, кто с верой и любовью Служил земле своей родной —

Враг отрицательности узкой

Враг отрицательности узкой, Всегда он в уровень шел с веком:

В Риме

Средь Рима древнего сооружалось зданье — То Нерон воздвигал дворец свой золотой;

Comme en aimant le coeur devient pusillanime

Comme en aimant le coeur devient pusillanime, Que de tristesse au fond et d’angoisse et d’effroi!

Когда в кругу убийственных забот

Когда в кругу убийственных забот Нам все мерзит — и жизнь, как камней груда,

Пошли, Господь, свою отраду

Пошли, Господь, свою отраду Тому, кто в летний жар и зной

Умом Россию не понять

Умом Россию не понять, Аршином общим не измерить:

Вот от моря и до моря

Вот от моря и до моря Нить железная бежит,

Как весел грохот летних бурь

Как весел грохот летних бурь, Когда, взметая прах летучий,

Две силы есть — две роковые силы

Две силы есть — две роковые силы, Всю жизнь свою у них мы под рукой,

Lamartine

La lyre d’Apollon, cet oracle des Dieux, N’est plus entre ses mains que la harpe d’Eole,

Другу моему Полонскому

Нет боле искр живых на голос твой приветный — Во мне глухая ночь, и нет для ней утра…

Здесь, где так вяло свод небесный

Здесь, где так вяло свод небесный На Землю тощую глядит, —

Песня (Из Шекспира)

Из Шекспира

Императору Александру II (Царь благодушный, царь с евангельской душою)

Царь благодушный, царь с евангельской душою, С любовью к ближнему святою,

Анненковой

И в нашей жизни повседневной Бывают радужные сны,

Певучесть есть в морских волнах

Певучесть есть в морских волнах, Гармония в стихийных спорах,

Друзьям при посылке «Песни радости» (Из Шиллера)

Что пел Божественный, друзья, В порыве пламенном свободы…

Святые горы

Тихо, мягко, над Украйной Обаятельною тайной

Двум сестрам

Обеих вас я видел вместе — И всю тебя узнал я в ней…

Рим ночью

В Ночи лазурной почивает Рим… Взошла Луна и — овладела им,

Красноречивую, живую

Красноречивую, живую Мою я отповедь читала,

Доехал исправно, усталый и целый

Доехал исправно, усталый и целый, Сегодня прощаюсь со шляпою белой,

Тебе, болящая в далекой стороне

Тебе, болящая в далекой стороне, Болящему и страждущему мне

Чему молилась ты с любовью

Чему молилась ты с любовью, Что как святыню берегла,

Как хорошо ты, о море ночное

Как хорошо ты, о море ночное,- Здесь лучезарно, там сизо-темно…

Увы, что нашего незнанья

Увы, что нашего незнанья И беспомо?щней и грустней?

С чужой стороны (Из Гейне)

На севере мрачном, на дикой скале Кедр одинокий под снегом белеет,

Еще шумел веселый день

Еще шумел веселый день, Толпами улица блистала,

На Неве

И опять звезда играет В легкой зыби невских волн,

Успокоение

Гроза прошла — еще курясь, лежал Высокий дуб, перунами сраженный,

Колумб

Тебе, Колумб, тебе венец! Чертеж земной ты выполнивший смело

Когда расстроенный кредит

Когда расстроенный кредит Не бьется кое-как,

Урания

Открылось! — Не мечта ль? Свет новый! Нова сила Мой дух восторженный, как пламень, облекла!

Не дай нам духу празднословья

«Не дай нам духу празднословья»! Итак, от нынешнего дня

Зима недаром злится

Зима недаром злится, Прошла ее пора —

Памяти В.А. Жуковского

I Я видел вечер твой. Он был прекрасен!

Корабль в густом, сыром тумане

Корабль в густом, сыром тумане Как бы затерянный стоит…

Давно известная всем дура

Давно известная всем дура — Неугомонная цензура

11 мая 1869 (Нас всех, собравшихся)

Нас всех, собравшихся на общий праздник снова, Учило нынче нас евангельское слово

Он, умирая, сомневался

Он, умирая, сомневался, Зловещей думою томим…

Послание Горация к меценату

Приди, желанный гость, краса моя и радость! Приди, — тебя здесь ждет и кубок круговой,

Не знаешь, что лестней для мудрости людской

Не знаешь, что лестней для мудрости людской: Иль вавилонский столп немецкого единства —

Поэзия

Среди громов, среди огней, Среди клокочущих страстей,

23 Ноября 1865 г (Нет дня, чтобы душа не ныла)

Нет дня, чтобы душа не ныла, Не изнывала б о былом —

И чувства нет в твоих очах

И чувства нет в твоих очах, И правды нет в твоих речах,

Последняя любовь

О, как на склоне наших лет Нежней мы любим и суеверней…

Над виноградными холмами

Над виноградными холмами Плывут златые облака.

Все бешеней буря, все злее и злей

«Все бешеней буря, все злее и злей, Ты крепче прижмися к груди моей».

Какие песни, милый мой

Какие песни, милый мой, Когда вокруг лишь ненависти крики,

Ночное небо так угрюмо

Ночное небо так угрюмо, Заволокло со всех сторон.

Итальянская весна

Благоуханна и светла Уж с февраля весна в сады вошла —

Славянам (Они кричат, они грозятся)

Man muss die Slaven an die Mauer drucken * Они кричат, они грозятся:

Не остывшая от зною

Не остывшая от зною, Ночь июльская блистала…

Душа моя Элизиум теней

Душа моя — Элизиум теней, Теней безмолвных, светлых и прекрасных,

Сон на море

И море, и буря качали наш челн; Я, сонный, был предан всей прихоти волн.

Хоть я и свил гнездо в долине

Хоть я и свил гнездо в долине, Но чувствую порой и я,

Русской женщине

Вдали от солнца и природы, Вдали от света и искусства,

Свершается заслуженная кара

Свершается заслуженная кара За тяжкий грех, тысячелетний грех…

Средство и цель

Стяжать венок от вас не мечу, Но ваши похвалы люблю,

Смотри, как роща зеленеет

Смотри, как роща зеленеет, Палящим солнцем облита —

Слезы людские, о слезы людские

Слезы людские, о слезы людские, Льетесь вы ранней и поздней порой…

Какое дикое ущелье

Какое дикое ущелье! Ко мне навстречу ключ бежит —

В душном воздуха молчанье

В душном воздуха молчанье, Как предчувствие грозы,

Ты, волна моя морская

Mobile comme l’onde[1] Ты, волна моя морская,

Поток сгустился и тускнеет

Поток сгустился и тускнеет, И прячется под твердым льдом,

Друг, откройся предо мною (Из Гейне)

Друг, откройся предо мною — Ты не призрак ли какой,

На новый 1855 год

Стоим мы слепо пред Судьбою, Не нам сорвать с нее покров…

Обоим Николаям

Обоим Николаям Мы всех возможных благ желаем

Тихой ночью, поздним летом

Тихой ночью, поздним летом, Как на небе звезды рдеют,

На юбилей князя Петра Андреевича Вяземского

У Музы есть различные пристрастья, Дары ее даются не равно;

Рассвет

Не в первый раз кричит петух; Кричит он живо, бодро, смело;

А.А. Фету (Тебе сердечный мой поклон)

Тебе сердечный мой поклон И мой, каков ни есть, портрет,

Яркий снег сиял в долине

Яркий снег сиял в долине — Снег растаял и ушел;

День православного Востока

День православного Востока, Святись, святись, великий день,

Великий день Карамзина

Великий день Карамзина Мы, поминая братской тризной, —

Цицерон

Оратор римский говорил Средь бурь гражданских и тревоги:

Море и утёс

И бунтует, и клокочет, Хлещет, свищет, и ревет,

Графине А.Д. Блудовой

Как жизнь ни сделалась скуднее, Как ни пришлось нам уяснить

Кто с хлебом слез своих не ел (Из Wilhelm Meister, Гёте)

Кто с хлебом слез своих не ел, Кто в жизни целыми ночами

Черное море

Пятнадцать лет с тех пор минуло, Прошел событий целый ряд,

14-ое февраля 1869

Великий день Кирилловой кончины — Каким приветствием сердечным и простым

Песнь скандинавских воинов (Из Гердера)

Хладен, светел, День проснулся —

Анненковой (D’une fille du Nord, chetive et languissante)

D’une fille du Nord, chetive et languissante, Eclose a l’ombre des forets,

Тогда лишь в полном торжестве

Тогда лишь в полном торжестве, В славянской мировой громаде,

Мир и согласье между нас

Мир и согласье между нас Сказались с первого же дня, —

Кто хочет миру чуждым быть

Кто хочет миру чуждым быть, Тот скоро будет чужд!

Хотя б она сошла с лица земного

Хотя б она сошла с лица земного, В душе царей для правды есть приют.

Восток белел, ладья катилась

Восток белел… Ладья катилась, Ветрило весело звучало…

Графине Ростопчиной (О, в эти дни, дни роковые)

О, в эти дни — дни роковые, Дни испытаний и утрат —

Арфа скальда

О арфа скальда! Долго ты спала В тени, в пыли забытого угла;

Русская география

Москва, и град Петров, и Константинов град — Вот царства русского заветные столицы…

Тут целый мир, живой, разнообразный

Тут целый мир, живой, разнообразный, Волшебных звуков и волшебных снов, —

Недаром милосердым Богом

Недаром милосердым Богом Пугливой птичка создана —

Я помню время золотое

Я помню время золотое, Я помню сердцу милый край.

Кораблекрушение (Из Гейне)

Надежда и любовь, все, все погибло!.. И сам я, бледный, обнаженный труп,

Не говори, Меня он как и прежде любит

Не говори! Меня он как и прежде любит, Мной, как и прежде дорожит…

Мы солнцу Юга уступаем Вас

Мы солнцу Юга уступаем Вас. Оно одно — должны сознаться мы —

Конь морской

О рьяный конь, о конь морской, С бледно-зеленой гривой,

Спиритистическое предсказание

Дни настают борьбы и торжества, Достигнет Русь завещанных границ,

Ну, как тому судить поэтов дар

Ну, как тому судить поэтов дар О их ошибках превосходстве, —

Единство

«Единство, – возвестил оракул прежних дней, – Быть может спаяно железом лишь и кровью…»

Lorsqu’un noble prince, en ces jours de demence

Lorsqu’un noble prince, en ces jours de demence, Decort de sa main le bourreau des Chretiens, —

Князю Суворову

Два разнородные стремленья В себе соединяешь ты —

Графине Ростопчиной (В ответ на ее письмо)

Как под сугробом снежным лени, Как околдованный зимой,

Накануне годовщины 4 августа 1864 г

Вот бреду я вдоль большой дороги В тихом свете гаснущего дня…

Живым сочувствием привета

Живым сочувствием привета С недостижимой высоты,

Не знаю я, коснется ль благодать

Не знаю я, коснется ль благодать Моей души болезненно-греховной,

Что ты клонишь над водами

Что ты клонишь над водами, Ива, макушку свою?

Над русской Вильной стародавной

Над русской Вильной стародавной Родные теплятся кресты —

Нам не дано предугадать

Нам не дано предугадать, Как слово наше отзовется,-

Близнецы

Есть близнецы — для земнородных Два божества,- то Смерть и Сон,

Как дымный столп светлеет в вышине

Как дымный столп светлеет в вышине! Как тень внизу скользит неуловима!..

Альпы

Сквозь лазурный сумрак ночи Альпы снежные глядят —

Играй, покуда над тобою

Играй, покуда над тобою Еще безоблачна лазурь —

Чему бы жизнь нас не учила

Чему бы жизнь нас ни учила, Но сердце верит в чудеса:

Вы мне жалки, звезды-горемыки

Перевод стихотворения Гёте

Безумие

Там, где с землею обгорелой Слился, как дым, небесный свод,-

Осенний вечер

Есть в светлости осенних вечеров Умильная, таинственная прелесть:

Когда осьмнадцать лет твои

Когда осьмнадцать лет твои И для тебя уж будут сновиденьем, —

Лето 1854

Какое лето, что за лето! Да это просто колдовство —

Современное

Флаги веют на Босфоре, Пушки празднично гремят,

Не все душе болезненное снится

Не все душе болезненное снится: Пришла Весна — и небо прояснится.

Любезному папеньке

В сей день счастливый нежность сына Какой бы дар принесть могла!

Опять стою я над Невой

Опять стою я над Невой, И снова, как в былые годы,

Песок сыпучий по колени

Песок сыпучий по колени… Мы едем — поздно — меркнет день,

Сияет солнце, воды блещут

Сияет солнце, воды блещут, На всем улыбка, жизнь во всем,

Успокоение (Когда, что звали)

Когда, что звали мы своим, Навек от нас ушло —

Эти бедные селенья

Эти бедные селенья, Эта скудная природа —

И гроб опущен уж в могилу

И гроб опущен уж в могилу, И все столпилося вокруг…

Чертог Твой, Спаситель, я вижу украшен

Чертог Твой, Спаситель, я вижу украшен, Но одежд не имею, да вниду в него.

В деревне

Что за отчаянные крики, И гам, и трепетанье крыл?

Австрийский царь привык забавить

Австрийский царь привык забавить Собой и други и враги —

Декабрьское утро

На небе месяц — и ночная Еще не тронулася тень,

Памяти Е.П. Ковалевского

И вот в рядах отечественной рати Опять не стало смелого бойца —

Заветный кубок (Из Гёте)

Был царь, как мало их ныне, — По смерть он верен был:

Там, где горы, убегая

Там, где горы, убегая, В светлой тянутся дали,

Саконтала (Из Гёте)

Что юный год дает цветам — Их девственный румянец;

За нашим веком мы идем

За нашим веком мы идем, Как шла Креуза за Энеем:

Венеция

Дож Венеции свободной Средь лазоревых зыбей —

Il faut qu’une porte

Il faut qu’une porte Soit ouverte ou fermee —

23 Fevrier 1861

La vieille Hecube, helas, trop longtemps eprouvee, Apres tant de revers et de calamites,

День вечереет, ночь близка

День вечереет, ночь близка, Длинней с горы ложится тень,

Князю Горчакову

Вам выпало призванье роковое, Но тот, кто призвал вас, и соблюдет.

Да, вы сдержали ваше слово

Да, вы сдержали ваше слово: Не двинув пушки, ни рубля,

Снежные горы

Уже полдневная пора Палит отвесными лучами,—

На камень жизни роковой

На камень жизни роковой Природою заброшен

Не верь, не верь поэту, дева

Не верь, не верь поэту, дева; Его своим ты не зови —

К оде Пушкина на вольность

Огнем свободы пламенея И заглушая звук цепей,

Когда-то я была майором

Когда-то я была майором, Тому уж много, много лет —

Двум друзьям

В сей день, блаженный день, одна из вас прияла И добродетели и имя девы той,

Молчит сомнительно Восток

Молчит сомнительно Восток, Повсюду чуткое молчанье…

Весенняя гроза (Люблю грозу в начале мая)

Люблю грозу в начале мая, Когда весенний, первый гром,

Люблю глаза твои, мой друг

Люблю глаза твои, мой друг, С игрой иx пламенно-чудесной,

Des premiers ans de votre vie

Des premiers ans de votre vie Que j’aime a remonter le cours,

Как неожиданно и ярко

Как неожиданно и ярко, На влажной неба синеве,

Листья

Пусть сосны и ели Всю зиму торчат,

Тихо в озере струится

Тихо в озере струится Отблеск кровель золотых,

Наш век

Не плоть, а дух растлился в наши дни, И человек отчаянно тоскует…

Пробуждение

Еще шумел веселый день, Толпами улица блистала,

Чуть брезжит в небе месяц светозарный

В толпе людей, в нескромном шуме дня Порой мой взор, движенья, чувства, речи

Сей день я помню, для меня

Сей день, я помню, для меня Был утром жизненного дня:

Осенней позднею порою

Осенней позднею порою Люблю я царскосельский сад,

Еще томлюсь тоской желаний

Ещё томлюсь тоской желаний, Еще стремлюсь к тебе душой —

Олегов щит

1 «Аллах! пролей на нас твой свет!

Через ливонские я проезжал поля

Через ливонские я проезжал поля, Вокруг меня все было так уныло…

Mala aria (Люблю сей божий гнев)

Mala Aria* Люблю сей божий гнев! Люблю сие незримо

Впросонках слышу я

Впросонках слышу я — и не могу Вообразить такое сочетанье,

14-ое декабря 1825

Вас развратило Самовластье, И меч его вас поразил, —

О.И. Орловой-Давыдовой (Здесь, где дары судьбы освящены душой)

Здесь, где дары судьбы освящены душой, Оправданы благотвореньем,

Недаром русские ты с детства помнил звуки

Недаром русские ты с детства помнил звуки И их сберег в себе сочувствием живым —

Как ни дышит полдень знойный

Как ни дышит полдень знойный В растворенное окно, —

На новый 1816 год

Уже великое небесное светило, Лиюще с высоты обилие и свет,

Вопросы (Из Гейне)

Над морем, диким полуночным морем Муж-юноша стоит —

Как он любил родные ели

Как он любил родные ели Своей Савойи дорогой —

De ces frimas, de ces deserts

De ces frimas, de ces deserts La-bas, vers cette mer qui brille,

Encyclica

Был день, когда господней правды молот Громил, дробил ветхозаветный храм,

Из Якоба Бёме (Кто время и вечность)

Кто Время и Вечность В себе совместил,

Велели вы — хоть, может быть, и в шутку

Велели вы — хоть, может быть, и в шутку — Я исполняю ваш приказ.

Вы не родились поляком

Вы не родились поляком, Хоть шляхтич вы по направленью,

Весенние воды

Еще в полях белеет снег, А воды уж весной шумят —

Пророчество

Не гул молвы прошел в народе, Весть родилась не в нашем роде —

Из Путевых картин Гейне

«Прекрасный будет день», — сказал товарищ, Взглянув на небо из окна повозки. —

Memento

Vevey 1859 — Geneve 18601 Ее последние я помню взоры

С озера веет прохлада и нега… (Из Шиллера)

Es lachelt der See…[1] С озера веет прохлада и нега,

Ю. Ф. Абазе (Так — гармонических орудий)

Так — гармонических орудий Власть беспредельна над душой,

Теперь тебе не до стихов

Теперь тебе не до стихов, О слово русское, родное!

Утихла биза

Утихла биза…Легче дышит Лазурный сонм женевских вод —

Итак, опять увиделся я с вами

Итак, опять увиделся я с вами, Места немилые, хоть и родные,

Когда сочувственно на наше слово

Когда сочувственно на наше слово Одна душа отозвалась —

По случаю приезда австрийского эрцгерцога на похороны императора Николая

Нет, мера есть долготерпенью, Бесстыдству также мера есть!..

Как сладко дремлет сад темнозеленый

Как сладко дремлет сад темнозеленый, Объятый негой ночи голубой,

Как океан объемлет шар земной

Как океан объемлет шар земной, Земная жизнь кругом объята снами;

De son crayon inimitable

De son crayon inimitable Pour meriter un mot, une virgule, un trait

О чем ты воешь, ветр ночной

О чем ты воешь, ветр ночной? О чем так сетуешь безумно?..

Запад, Норд и Юг в крушенье

( Из Гётева « Западо-восточного дивана ») Запад, Норд и Юг в крушенье,

1 декабря 1837

Так здесь-то суждено нам было Сказать последнее прости…

Славянам (Привет вам задушевный, братья)

Привет вам задушевный, братья, Со всех Славянщины концов,

Сын царский умирает в Ницце

Сын царский умирает в Ницце — И из него нам строют ков…

Нет, моего к тебе пристрастья

Нет, моего к тебе пристрастья Я скрыть не в силах, мать-Земля…

Из Шекспира (Любовники, безумцы и поэты)

Любовники, безумцы и поэты Из одного воображенья слиты!..

Как насаждения Петрова

Как насаждения Петрова, В Екатерининской долине

Когда на то нет божьего согласья

Когда на то нет божьего согласья, Как ни страдай она, любя,-

Конечно, вредно пользам государства

Конечно, вредно пользам государства В нем образовывать особенное царство,

Я знал её ещё тогда

Я знал её ещё тогда, В те баснословные года,

Я встретил вас, и все былое

Оригинальное название стихотворения: Федор Тютчев — К.Б.

Из края в край, из града в град

Из края в край, из града в град Судьба, как вихрь, людей метет,

Уж третий год беснуются языки

Уж третий год беснуются языки, Вот и весна — и с каждою весной,

Так в жизни есть мгновения

Так, в жизни есть мгновения — Их трудно передать,

Напрасный труд

Напрасный труд — нет, их не вразумишь,— Чем либеральней, тем они пошлее,

Любовь земли и прелесть года

Любовь земли и прелесть года, Весна благоухает нам!..

Последний катаклизм

Когда пробьет последний час природы, Состав частей разрушится земных:

Сижу задумчив и один

Сижу задумчив и один, На потухающий камин

Пускай от зависти сердца зоилов ноют

Пускай от зависти сердца зоилов ноют. Вольтер! Они тебе вреда не нанесут!..

Весеннее успокоение

О, не кладите меня В землю сырую:

Хотел бы я, чтобы в своей могиле

Хотел бы я, чтобы в своей могиле, Как нынче на своей кушетке, я лежал.

В небе тают облака

В небе тают облака, И, лучистая на зное,

К N.N.

Ты любишь, ты притворствовать умеешь, — Когда в толпе, украдкой от людей,

Из «Федры» Расина (Едва мы вышли из Трезенских врат)

Едва мы вышли из Трезенских врат, Он сел на колесницу, окруженный

Как над горячею золой

Как над горячею золой Дымится свиток и сгорает

Певец (Из Гете)

«Что там за звуки пред крыльцом, За гласы пред вратами?..

В которую из двух влюбиться (Из Гейне)

В которую из двух влюбиться Моей судьбой мне суждено?

Я лютеран люблю богослуженье

Я лютеран люблю богослуженье, Обряд их строгий, важный и простой —

Его светлости князю А.А. Суворову

Гуманный внук воинственного деда, Простите нам — наш симпатичный князь,

Бессонница (Ночной момент)

Ночной порой в пустыне городской Есть час один, проникнутый тоской,

Поминки (Из Шиллера)

Пала царственная Троя, Сокрушен Приамов град,

Природа сфинкс

Природа — сфинкс. И тем она верней Своим искусом губит человека,

19-ое февраля 1864 (И тихими последними шагами)

И тихими последними шагами Он подошел к окну. День вечерел

О, этот юг, о, эта Ницца

О, этот юг, о, эта Ницца… О, как их блеск меня тревожит —

Н.Ф. Щербине (Вполне понятно мне значенье)

Вполне понятно мне значенье Твоей болезненной мечты,

Наполеон

I Сын Революции, ты с матерью ужасной

Проблеск

Слыхал ли в сумраке глубоком Воздушной арфы легкий звон,

Из Гёте

Радость и горе в живом упоеньи, Думы и сердце в вечном волненьи,

В разлуке есть высокое значенье

В разлуке есть высокое значенье: Как ни люби, хоть день один, хоть век,

Могила Наполеона

Душой весны природа ожила, И блещет все в торжественном покое:

Гус на костре

Костер сооружен, и роковое Готово вспыхнуть пламя. Все молчит.

Ты знаешь край, где мирт и лавр растет… (из Гёте)

Kennst du das Land?..[1] Ты знаешь край, где мирт и лавр растет,

Императору Николаю I (С немецкого)

О Николай, народов победитель, Ты имя оправдал свое! Ты победил!

Во дни напастей и беды

Во дни напастей и беды, Когда из Золотой орды

17-ое апреля 1818

На первой дней моих заре То было рано поутру в Кремле,

Не в первый раз волнуется Восток

Не в первый раз волнуется Восток, Не в первый раз Христа там распинают,

Как этого посмертного альбома

Как этого посмертного альбома Мне дороги заветные листы,

Как ни бесилося злоречье

Как ни бесилося злоречье, Как ни трудилося над ней,

На гробовой его покров

На гробовой его покров Мы, вместо всех венков, кладем слова простые:

Над этой темною толпой

Над этой темною толпой Непробужденного народа

Пламя рдеет, пламя пышет

Пламя рдеет, пламя пышет, Искры брызжут и летят,

Бессонница

Часов однообразный бой, Томительная ночи повесть!

Лебедь

Пускай орёл за облаками Встречает молнии полёт

Молчи, прошу, не смей меня будить (Из Микеланджело)

Молчи, прошу — не смей меня будить — О, в этот век — преступный и постыдный —

Ты долго ль будешь за туманом

Ты долго ль будешь за туманом Скрываться, Русская звезда,

К Нисе

Ниса, Ниса, Бог с тобою! Ты презрела дружний глас,

Есть и в моём страдальческом застое

Есть и в моём страдальческом застое Часы и дни ужаснее других…

29 января 1837

Из чьей руки свинец смертельный Поэту сердце растерзал?

Смотри, как на речном просторе

Смотри, как на речном просторе, По склону вновь оживших вод,

Александру Второму

Ты взял свой день… Замеченный от века Великою господней благодатью —

Как птичка, раннею зарей

Как птичка, раннею зарей Мир, пробудившись, встрепенулся…

От русского по прочтении отрывков из лекций г-на Мицкевича (Небесный царь, благослови)

Небесный царь, благослови Твои благие начинанья —

Как верно здравый смысл народа

Как верно здравый смысл народа Значенье слов определил —

По прочтении депеш императорского кабинета, напечатанных в «Journal de St.-Petersbourg»

Когда свершится искупленье И озарится вновь Восток —

Памяти Политковской

Многозначительное слово Тобою оправдалось вновь: