Тютчев Фёдор Иванович
1803 - 1873

Тютчев Фёдор Иванович

Фёдор Ива́нович Тю́тчев (23 ноября [5 декабря] 1803, Овстуг, Брянский уезд — 15 [27] июля 1873[3], Царское Село) — русский поэт-мыслитель, лирик, переводчик, дипломат и чиновник (с 1865 г. тайный советник[4]), консервативный публицист.

388

Стихотворений

70

Лет жизни

Стихотворения

Черное море

Пятнадцать лет с тех пор минуло, Прошел событий целый ряд,

Знамя и слово

В кровавую бурю, сквозь бранное пламя, Предтеча спасенья — русское Знамя

Фонтан

Смотри, как облаком живым Фонтан сияющий клубится;

Хотел бы я, чтобы в своей могиле

Хотел бы я, чтобы в своей могиле, Как нынче на своей кушетке, я лежал.

В разлуке есть высокое значенье

В разлуке есть высокое значенье: Как ни люби, хоть день один, хоть век,

К Нисе

Ниса, Ниса, Бог с тобою! Ты презрела дружний глас,

Олегов щит

1 «Аллах! пролей на нас твой свет!

Как неожиданно и ярко

Как неожиданно и ярко, На влажной неба синеве,

Прекрасный день его на Западе исчез

Прекрасный день его на Западе исчез, Полнеба обхватив бессмертною зарею,

Глядел я, стоя над Невой

Глядел я, стоя над Невой, Как Исаака-великана

Cache-cache

Вот арфа ее в обычайном углу, Гвоздики и розы стоят у окна,

Не дай нам духу празднословья

«Не дай нам духу празднословья»! Итак, от нынешнего дня

Ватиканская годовщина

Был день суда и осужденья – Тот роковой, бесповоротный день,

17-ое апреля 1818

На первой дней моих заре То было рано поутру в Кремле,

Его светлости князю А.А. Суворову

Гуманный внук воинственного деда, Простите нам — наш симпатичный князь,

Я встретил вас, и все былое

Оригинальное название стихотворения: Федор Тютчев — К.Б.

Графине Ростопчиной (О, в эти дни, дни роковые)

О, в эти дни — дни роковые, Дни испытаний и утрат —

Кто с хлебом слез своих не ел (Из Wilhelm Meister, Гёте)

Кто с хлебом слез своих не ел, Кто в жизни целыми ночами

Неман

Ты ль это, Неман величавый? Твоя ль струя передо мной?

С какою негою, с какой тоской влюблённый

С какою негою, с какой тоской влюблённый Твой взор, твой страстный взор изнемогал на нём!

Il faut qu’une porte

Il faut qu’une porte Soit ouverte ou fermee —

Харон и Каченовский

Харон. Неужто, брат, из царства ты живых —

А. С. Долгорукой

Un charme vit en elle — irresistible et pur, Un charme de mystere et de melancolie,

Тихо в озере струится

Тихо в озере струится Отблеск кровель золотых,

Князю Вяземскому (Есть телеграф за неименьем ног)

Есть телеграф за неименьем ног! Неси он к Вам мой стих полубольной.

Кораблекрушение (Из Гейне)

Надежда и любовь, все, все погибло!.. И сам я, бледный, обнаженный труп,

Нет, моего к тебе пристрастья

Нет, моего к тебе пристрастья Я скрыть не в силах, мать-Земля…

В которую из двух влюбиться (Из Гейне)

В которую из двух влюбиться Моей судьбой мне суждено?

Бедный Лазарь, Ир убогой

Бедный Лазарь, Ир убогой, И с усильем и тревогой

Средство и цель

Стяжать венок от вас не мечу, Но ваши похвалы люблю,

Какое дикое ущелье

Какое дикое ущелье! Ко мне навстречу ключ бежит —

Закралась в сердце грусть (Из Гейне)

Закралась в сердце грусть — и смутно Я вспомянул о старине —

Байрон (отрывок)

1 Войди со мной — пуста сия обитель,

Обвеян вещею дремотой

Обвеян вещею дремотой, Полураздетый лес грустит…

Не то, что мните вы, природа

Не то, что мните вы, природа: Не слепок, не бездушный лик —

Весь день она лежала в забытьи

Весь день она лежала в забытьи, И всю ее уж тени покрывали.

Как бестолковы числа эти

Как бестолковы числа эти, Какой сумбур в календаре;

Мир и согласье между нас

Мир и согласье между нас Сказались с первого же дня, —

Памяти В.А. Жуковского

I Я видел вечер твой. Он был прекрасен!

Как хорошо ты, о море ночное

Как хорошо ты, о море ночное,- Здесь лучезарно, там сизо-темно…

Близнецы

Есть близнецы — для земнородных Два божества,- то Смерть и Сон,

Песок сыпучий по колени

Песок сыпучий по колени… Мы едем — поздно — меркнет день,

Итальянская весна

Благоуханна и светла Уж с февраля весна в сады вошла —

Вот от моря и до моря

Вот от моря и до моря Нить железная бежит,

Не рассуждай, не хлопочи

Не рассуждай, не хлопочи!.. Безумство ищет, глупость судит;

Как океан объемлет шар земной

Как океан объемлет шар земной, Земная жизнь кругом объята снами;

О, этот юг, о, эта Ницца

О, этот юг, о, эта Ницца… О, как их блеск меня тревожит —

Памяти Политковской

Многозначительное слово Тобою оправдалось вновь:

Опять стою я над Невой

Опять стою я над Невой, И снова, как в былые годы,

23 Ноября 1865 г (Нет дня, чтобы душа не ныла)

Нет дня, чтобы душа не ныла, Не изнывала б о былом —

О, не тревожь меня укорой справедливой

О, не тревожь меня укорой справедливой! Поверь, из нас из двух завидней часть твоя:

Гус на костре

Костер сооружен, и роковое Готово вспыхнуть пламя. Все молчит.

Пускай от зависти сердца зоилов ноют

Пускай от зависти сердца зоилов ноют. Вольтер! Они тебе вреда не нанесут!..

Певучесть есть в морских волнах

Певучесть есть в морских волнах, Гармония в стихийных спорах,

Неохотно и несмело

Неохотно и несмело Солнце смотрит на поля.

Природа сфинкс

Природа — сфинкс. И тем она верней Своим искусом губит человека,

Саконтала (Из Гёте)

Что юный год дает цветам — Их девственный румянец;

Есть и в моём страдальческом застое

Есть и в моём страдальческом застое Часы и дни ужаснее других…

Как дымный столп светлеет в вышине

Как дымный столп светлеет в вышине! Как тень внизу скользит неуловима!..

Когда-то я была майором

Когда-то я была майором, Тому уж много, много лет —

Видение

Есть некий час, в ночи, всемирного молчанья, И в оный час явлений и чудес

Певец (Из Гете)

«Что там за звуки пред крыльцом, За гласы пред вратами?..

Мотив Гейне (Если смерть есть ночь, если жизнь есть день)

Если смерть есть ночь, если жизнь есть день — Ах, умаял он, пестрый день, меня!..

Велели вы — хоть, может быть, и в шутку

Велели вы — хоть, может быть, и в шутку — Я исполняю ваш приказ.

Там, где горы, убегая

Там, где горы, убегая, В светлой тянутся дали,

Еще шумел веселый день

Еще шумел веселый день, Толпами улица блистала,

Пожары

Широко, необозримо, Грозной тучею сплошной,

Lamartine

La lyre d’Apollon, cet oracle des Dieux, N’est plus entre ses mains que la harpe d’Eole,

Ну, как тому судить поэтов дар

Ну, как тому судить поэтов дар О их ошибках превосходстве, —

Тому, кто с верой и любовью

Тому, кто с верой и любовью Служил земле своей родной —

Любезному папеньке

В сей день счастливый нежность сына Какой бы дар принесть могла!

Из Шекспира (Любовники, безумцы и поэты)

Любовники, безумцы и поэты Из одного воображенья слиты!..

С поляны коршун поднялся

С поляны коршун поднялся, Высоко к небу он взвился;

Листья

Пусть сосны и ели Всю зиму торчат,

Чародейкою Зимою околдован лес стоит

Чародейкою Зимою Околдован, лес стоит —

Конечно, вредно пользам государства

Конечно, вредно пользам государства В нем образовывать особенное царство,

Memento

Vevey 1859 — Geneve 18601 Ее последние я помню взоры

Могила Наполеона

Душой весны природа ожила, И блещет все в торжественном покое:

Спиритистическое предсказание

Дни настают борьбы и торжества, Достигнет Русь завещанных границ,

Через ливонские я проезжал поля

Через ливонские я проезжал поля, Вокруг меня все было так уныло…

Чуть брезжит в небе месяц светозарный

В толпе людей, в нескромном шуме дня Порой мой взор, движенья, чувства, речи

Славянам (Привет вам задушевный, братья)

Привет вам задушевный, братья, Со всех Славянщины концов,

Князю Суворову

Два разнородные стремленья В себе соединяешь ты —

К портрету государственного канцлера, князя А.М. Горчакова

В те дни кроваво-роковые, Когда, прервав борьбу свою,

Два единства

Из переполненной Господним гневом чаши Кровь льется через край, и Запад тонет в ней —

Ты долго ль будешь за туманом

Ты долго ль будешь за туманом Скрываться, Русская звезда,

Как этого посмертного альбома

Как этого посмертного альбома Мне дороги заветные листы,

Играй, покуда над тобою

Играй, покуда над тобою Еще безоблачна лазурь —

На возвратном пути

I Грустный вид и грустный час-

Под дыханьем непогоды

Под дыханьем непогоды, Вздувшись, потемнели воды

Вопросы (Из Гейне)

Над морем, диким полуночным морем Муж-юноша стоит —

Небо бледно-голубое

Небо бледно-голубое Дышит светом и теплом

О, вещая душа моя

О вещая душа моя! О сердце, полное тревоги,-

Два голоса

1 Мужайтесь, о други, боритесь прилежно,

Смотри, как запад разгорелся

Смотри, как запад разгорелся Вечерним заревом лучей,

Рим ночью

В Ночи лазурной почивает Рим… Взошла Луна и — овладела им,

А.А. Фету (Тебе сердечный мой поклон)

Тебе сердечный мой поклон И мой, каков ни есть, портрет,

Летний вечер

Уж солнца раскаленный шар С главы своей земля скатила,

Осенней позднею порою

Осенней позднею порою Люблю я царскосельский сад,

А. Н. М.

Нет веры к вымыслам чудесным, Рассудок все опустошил

Вечер

Как тихо веет над долиной Далекий колокольный звон,

Есть много мелких, безымянных

Есть много мелких, безымянных Созвездий в горней вышине,

Лебедь

Пускай орёл за облаками Встречает молнии полёт

День вечереет, ночь близка

День вечереет, ночь близка, Длинней с горы ложится тень,

От русского по прочтении отрывков из лекций г-на Мицкевича (Небесный царь, благослови)

Небесный царь, благослови Твои благие начинанья —

Затею этого рассказа

Затею этого рассказа Определить мы можем так:

С чужой стороны (Из Гейне)

На севере мрачном, на дикой скале Кедр одинокий под снегом белеет,

На гробовой его покров

На гробовой его покров Мы, вместо всех венков, кладем слова простые:

Арфа скальда

О арфа скальда! Долго ты спала В тени, в пыли забытого угла;

Так! Он спасен! Иначе быть не может!

Так! Он спасен — иначе быть не может! И чувство радости по Руси разлилось…

По прочтении депеш императорского кабинета, напечатанных в «Journal de St.-Petersbourg»

Когда свершится искупленье И озарится вновь Восток —

Не в первый раз волнуется Восток

Не в первый раз волнуется Восток, Не в первый раз Христа там распинают,

Я очи знал, о, эти очи

Я очи знал,- о, эти очи! Как я любил их — знает бог!

Другу моему Полонскому

Нет боле искр живых на голос твой приветный — Во мне глухая ночь, и нет для ней утра…

Весенняя гроза (Люблю грозу в начале мая)

Люблю грозу в начале мая, Когда весенний, первый гром,

Нам не дано предугадать

Нам не дано предугадать, Как слово наше отзовется,-

В часы, когда бывает

В часы, когда бывает Так тяжко на груди,

Зима недаром злится

Зима недаром злится, Прошла ее пора —

Живым сочувствием привета

Живым сочувствием привета С недостижимой высоты,

Из Гёте

Радость и горе в живом упоеньи, Думы и сердце в вечном волненьи,

Декабрьское утро

На небе месяц — и ночная Еще не тронулася тень,

Доехал исправно, усталый и целый

Доехал исправно, усталый и целый, Сегодня прощаюсь со шляпою белой,

Великий день Карамзина

Великий день Карамзина Мы, поминая братской тризной, —

Императрице Марии Александровне

Кто б ни был ты, но, встретясь с ней, Душою чистой иль греховной,

Веленью высшему покорны

Веленью высшему покорны, У мысли стоя на часах,

Des premiers ans de votre vie

Des premiers ans de votre vie Que j’aime a remonter le cours,

Сижу задумчив и один

Сижу задумчив и один, На потухающий камин

Волна и дума

Дума за думой, волна за волной – Два проявленья стихии одной:

Конь морской

О рьяный конь, о конь морской, С бледно-зеленой гривой,

Графине Ростопчиной (В ответ на ее письмо)

Как под сугробом снежным лени, Как околдованный зимой,

Поминки (Из Шиллера)

Пала царственная Троя, Сокрушен Приамов град,

Уж третий год беснуются языки

Уж третий год беснуются языки, Вот и весна — и с каждою весной,

К оде Пушкина на вольность

Огнем свободы пламенея И заглушая звук цепей,

Безумие

Там, где с землею обгорелой Слился, как дым, небесный свод,-

15 Июля 1865 г

Сегодня, друг, пятнадцать лет минуло С того блаженно-рокового дня,

В Риме

Средь Рима древнего сооружалось зданье — То Нерон воздвигал дворец свой золотой;

Яркий снег сиял в долине

Яркий снег сиял в долине — Снег растаял и ушел;

Еще томлюсь тоской желаний

Ещё томлюсь тоской желаний, Еще стремлюсь к тебе душой —

Ah, quelle meprise

Ah, quelle meprise — Incroyable et profonde!

Итак, опять увиделся я с вами

Итак, опять увиделся я с вами, Места немилые, хоть и родные,

Над Россией распростертой

Над Россией распростертой Встал внезапною грозой

Кто хочет миру чуждым быть

Кто хочет миру чуждым быть, Тот скоро будет чужд!

Свершается заслуженная кара

Свершается заслуженная кара За тяжкий грех, тысячелетний грех…

Душа хотела б быть звездой

Душа хотела б быть звездой, Но не тогда, как с неба полуночи

Пламя рдеет, пламя пышет

Пламя рдеет, пламя пышет, Искры брызжут и летят,

Как весел грохот летних бурь

Как весел грохот летних бурь, Когда, взметая прах летучий,

Там, где на высоте обрыва

Андрею Николаевичу Муравьеву Там, где на высоте обрыва

Как неразгаданная тайна

Как неразгаданная тайна, Живая прелесть дышит в ней —

Осенний вечер

Есть в светлости осенних вечеров Умильная, таинственная прелесть:

Пошли, Господь, свою отраду

Пошли, Господь, свою отраду Тому, кто в летний жар и зной

Ночное небо так угрюмо

Ночное небо так угрюмо, Заволокло со всех сторон.

Н.И. Кролю (Сентябрь холодный бушевал)

Сентябрь холодный бушевал, С деревьев ржавый лист валился,

Русская география

Москва, и град Петров, и Константинов град — Вот царства русского заветные столицы…

Враг отрицательности узкой

Враг отрицательности узкой, Всегда он в уровень шел с веком:

Рассвет

Не в первый раз кричит петух; Кричит он живо, бодро, смело;

Тут целый мир, живой, разнообразный

Тут целый мир, живой, разнообразный, Волшебных звуков и волшебных снов, —

А. Ф. Гильфердингу

Спешу поздравить с неудачей: Она — блистательный успех,

Дым

Здесь некогда, могучий и прекрасный, Шумел и зеленел волшебный лес,—

Я не ценю красот природы

Я не ценю красот природы, Когда душа потрясена,

Из «Федры» Расина (Едва мы вышли из Трезенских врат)

Едва мы вышли из Трезенских врат, Он сел на колесницу, окруженный

Одиночество

(Из A.Ламартина) Как часто, бросив взор с утесистой вершины,

Теперь тебе не до стихов

Теперь тебе не до стихов, О слово русское, родное!

Она сидела на полу

Она сидела на полу И груду писем разбирала,

Недаром русские ты с детства помнил звуки

Недаром русские ты с детства помнил звуки И их сберег в себе сочувствием живым —

К Н.

Твой милый взор, невинной страсти полной — Златой рассвет небесных чувств твоих

Святые горы

Тихо, мягко, над Украйной Обаятельною тайной

День и ночь

На мир таинственный духов, Над этой бездной безымянной,

14-ое февраля 1869

Великий день Кирилловой кончины — Каким приветствием сердечным и простым

Наполеон III

И ты свершил свой подвиг роковой, Великих сил двусмысленный наследник,

Как ни тяжел последний час

Как ни тяжел последний час — Та непонятная для нас

Над этой темною толпой

Над этой темною толпой Непробужденного народа

Последняя любовь

О, как на склоне наших лет Нежней мы любим и суеверней…

Давно ль, давно ль, о Юг блаженный

Давно ль, давно ль, о Юг блаженный, Я зрел тебя лицом к лицу —

И чувства нет в твоих очах

И чувства нет в твоих очах, И правды нет в твоих речах,

Как насаждения Петрова

Как насаждения Петрова, В Екатерининской долине

Не богу ты служил и не России

Не Богу ты служил и не России, Служил лишь суете своей,

Так в жизни есть мгновения

Так, в жизни есть мгновения — Их трудно передать,

Лето 1854

Какое лето, что за лето! Да это просто колдовство —

Когда сочувственно на наше слово

Когда сочувственно на наше слово Одна душа отозвалась —

Поток сгустился и тускнеет

Поток сгустился и тускнеет, И прячется под твердым льдом,

На Неве

И опять звезда играет В легкой зыби невских волн,

Предопределение

Любовь, любовь — гласит преданье — Союз души с душой родной —

Когда на то нет божьего согласья

Когда на то нет божьего согласья, Как ни страдай она, любя,-

Тебе, болящая в далекой стороне

Тебе, болящая в далекой стороне, Болящему и страждущему мне

Умом Россию не понять

Умом Россию не понять, Аршином общим не измерить:

Вот свежие тебе цветы

Д.Ф.Тютчевой Вот свежие тебе цветы

Нет не могу я видеть вас

«Нет, не могу я видеть вас…» — Так говорил я в самом деле,

Не верь, не верь поэту, дева

Не верь, не верь поэту, дева; Его своим ты не зови —

Не знаю я, коснется ль благодать

Не знаю я, коснется ль благодать Моей души болезненно-греховной,

Песнь скандинавских воинов (Из Гердера)

Хладен, светел, День проснулся —

Святая ночь

Святая ночь на небосклон взошла, И день отрадный, день любезный,

Ты знаешь край, где мирт и лавр растет… (из Гёте)

Kennst du das Land?..[1] Ты знаешь край, где мирт и лавр растет,

Молчит сомнительно Восток

Молчит сомнительно Восток, Повсюду чуткое молчанье…

Единство

«Единство, – возвестил оракул прежних дней, – Быть может спаяно железом лишь и кровью…»

Душа моя Элизиум теней

Душа моя — Элизиум теней, Теней безмолвных, светлых и прекрасных,

Слезы

O lacrimarum fons… Gray[1]

Не все душе болезненное снится

Не все душе болезненное снится: Пришла Весна — и небо прояснится.

Пришлося кончить жизнь в овраге

Пришлося кончить жизнь в овраге: Я слаб и стар — нет сил терпеть!

Как ни дышит полдень знойный

Как ни дышит полдень знойный В растворенное окно, —

Как порою светлый месяц

Как порою светлый месяц Выплывает из-за туч —

Бывают роковые дни

Бывают роковые дни Лютейшего телесного недуга

Гектор и Андромаха (Из Шиллера)

Андромаха Снова ль, Гектор, мчишься в бурю брани,

Утихла биза

Утихла биза…Легче дышит Лазурный сонм женевских вод —

Чему бы жизнь нас не учила

Чему бы жизнь нас ни учила, Но сердце верит в чудеса:

De son crayon inimitable

De son crayon inimitable Pour meriter un mot, une virgule, un trait

Каким венком нам увенчать

Каким венком нам увенчать Питомца русского Парнаса,

Противникам вина (Яко и вино веселит сердце человека)

О, суд людей неправый, Что пьянствовать грешно!

Сын царский умирает в Ницце

Сын царский умирает в Ницце — И из него нам строют ков…

К*** (Уста с улыбкою приветной)

Уста с улыбкою приветной, Румянец девственных ланит

Проблеск

Слыхал ли в сумраке глубоком Воздушной арфы легкий звон,

На новый 1816 год

Уже великое небесное светило, Лиюще с высоты обилие и свет,

Брат, столько лет сопутствовавший мне

Брат, столько лет сопутствовавший мне, И ты ушел — куда мы все идем,

На древе человечества высоком

На древе человечества высоком Ты лучшим был его листом,

Недаром милосердым Богом

Недаром милосердым Богом Пугливой птичка создана —

Все бешеней буря, все злее и злей

«Все бешеней буря, все злее и злей, Ты крепче прижмися к груди моей».

Поэзия

Среди громов, среди огней, Среди клокочущих страстей,

Друзьям при посылке «Песни радости» (Из Шиллера)

Что пел Божественный, друзья, В порыве пламенном свободы…

Проходя свой путь по своду

Проходя свой путь по своду, Солнце знает ли о том,

Запад, Норд и Юг в крушенье

( Из Гётева « Западо-восточного дивана ») Запад, Норд и Юг в крушенье,

Наш век

Не плоть, а дух растлился в наши дни, И человек отчаянно тоскует…

Весна

Как ни гнетет рука судьбины, Как ни томит людей обман,

Не раз ты слышала признанье

Не раз ты слышала признанье: «Не стою я любви твоей».

Восток белел, ладья катилась

Восток белел… Ладья катилась, Ветрило весело звучало…

Еще земли печален вид

Еще земли печален вид, А воздух уж весною дышит,

Из края в край, из града в град

Из края в край, из града в град Судьба, как вихрь, людей метет,

Не остывшая от зною

Не остывшая от зною, Ночь июльская блистала…

Всесилен я и вместе слаб

Всесилен я и вместе слаб, Властитель я и вместе раб,

Пророчество

Не гул молвы прошел в народе, Весть родилась не в нашем роде —

Австрийский царь привык забавить

Австрийский царь привык забавить Собой и други и враги —

Песнь радости (Из Шиллера)

Радость, первенец творенья, Дщерь великого Отца,

Князю П.А. Вяземскому (Теперь не то, что за полгода)

Теперь не то, что за полгода, Теперь не тесный круг друзей —

Хотя б она сошла с лица земного

Хотя б она сошла с лица земного, В душе царей для правды есть приют.

Lorsqu’un noble prince, en ces jours de demence

Lorsqu’un noble prince, en ces jours de demence, Decort de sa main le bourreau des Chretiens, —

29 января 1837

Из чьей руки свинец смертельный Поэту сердце растерзал?

1 декабря 1837

Так здесь-то суждено нам было Сказать последнее прости…

Ты, волна моя морская

Mobile comme l’onde[1] Ты, волна моя морская,

Здесь, где так вяло свод небесный

Здесь, где так вяло свод небесный На Землю тощую глядит, —

Впросонках слышу я

Впросонках слышу я — и не могу Вообразить такое сочетанье,

1856 (Стоим мы слепо)

Стоим мы слепо пред Судьбою, Не нам сорвать с нее покров…

Фортуна и Мудрость (из Шиллера)

С временщиком Фортуна в споре, К убогой Мудрости летит:

Когда в кругу убийственных забот

Когда в кругу убийственных забот Нам все мерзит — и жизнь, как камней груда,

19-ое февраля 1864 (И тихими последними шагами)

И тихими последними шагами Он подошел к окну. День вечерел

Иным достался от природы (Фету)

Иным достался от природы Инстинкт пророчески-слепой —

Утро в горах

Лазурь небесная смеется, Ночной омытая грозой,

Смотри, как роща зеленеет

Смотри, как роща зеленеет, Палящим солнцем облита —

Анненковой

И в нашей жизни повседневной Бывают радужные сны,

Как дочь родную на закланье

Как дочь родную на закланье Агамемнон богам принес,

Успокоение

Гроза прошла — еще курясь, лежал Высокий дуб, перунами сраженный,

Михаилу Погодину

Стихов моих вот список безобразный — Не заглянув в него, дарю им вас,

Мы солнцу Юга уступаем Вас

Мы солнцу Юга уступаем Вас. Оно одно — должны сознаться мы —

Двум сестрам

Обеих вас я видел вместе — И всю тебя узнал я в ней…

Тени сизые смесились

Тени сизые смесились, Цвет поблекнул, звук уснул —

Памяти Е.П. Ковалевского

И вот в рядах отечественной рати Опять не стало смелого бойца —

Во дни напастей и беды

Во дни напастей и беды, Когда из Золотой орды

В альбом друзьям

Как медлит путника вниманье На хладных камнях гробовых,

Вновь твои я вижу очи

Вновь твои я вижу очи — И один твой южный взгляд

Давно известная всем дура

Давно известная всем дура — Неугомонная цензура

Когда дряхлеющие силы

Когда дряхлеющие силы Нам начинают изменять

Высокого предчувстви (Из Мандзони)

Высокого предчувствия Порывы и томленье,

Чехам от московских славян

На ваши, братья, празднества?, Навстречу вашим ликованьям,

Красноречивую, живую

Красноречивую, живую Мою я отповедь читала,

Александру Второму

Ты взял свой день… Замеченный от века Великою господней благодатью —

Вы мне жалки, звезды-горемыки

Перевод стихотворения Гёте

Наполеон

I Сын Революции, ты с матерью ужасной

Успокоение (Когда, что звали)

Когда, что звали мы своим, Навек от нас ушло —

Как над горячею золой

Как над горячею золой Дымится свиток и сгорает

Как сладко дремлет сад темнозеленый

Как сладко дремлет сад темнозеленый, Объятый негой ночи голубой,

Я лютеран люблю богослуженье

Я лютеран люблю богослуженье, Обряд их строгий, важный и простой —

С озера веет прохлада и нега… (Из Шиллера)

Es lachelt der See…[1] С озера веет прохлада и нега,

На новый 1855 год

Стоим мы слепо пред Судьбою, Не нам сорвать с нее покров…

О, как убийственно мы любим

О, как убийственно мы любим, Как в буйной слепоте страстей

Ты зрел его в кругу большого света

Ты зрел его в кругу большого света — То своенравно-весел, то угрюм,

Слезы людские, о слезы людские

Слезы людские, о слезы людские, Льетесь вы ранней и поздней порой…

Британский леопард

Британский леопард За что на нас сердит?

Бессонница (Ночной момент)

Ночной порой в пустыне городской Есть час один, проникнутый тоской,

Странник

Угоден Зевсу бедный странник, Над ним святой его покров!..

Неверные преодолев пучины

Неверные преодолев пучины, Достиг пловец желанных берегов;

Над виноградными холмами

Над виноградными холмами Плывут златые облака.

Печати русской доброхоты

Печати русской доброхоты, Как всеми вами, господа,

Напрасный труд

Напрасный труд — нет, их не вразумишь,— Чем либеральней, тем они пошлее,

Бессонница

Часов однообразный бой, Томительная ночи повесть!

Корабль в густом, сыром тумане

Корабль в густом, сыром тумане Как бы затерянный стоит…

Вечер мглистый и ненастный

Вечер мглистый и ненастный… Чу, не жаворонка ль глас?..

Увы, что нашего незнанья

Увы, что нашего незнанья И беспомо?щней и грустней?

Весеннее успокоение

О, не кладите меня В землю сырую:

14-ое декабря 1825

Вас развратило Самовластье, И меч его вас поразил, —

Да, вы сдержали ваше слово

Да, вы сдержали ваше слово: Не двинув пушки, ни рубля,

Чему молилась ты с любовью

Чему молилась ты с любовью, Что как святыню берегла,

Последний катаклизм

Когда пробьет последний час природы, Состав частей разрушится земных:

Есть в осени первоначальной

Есть в осени первоначальной Короткая, но дивная пора —

Чертог Твой, Спаситель, я вижу украшен

Чертог Твой, Спаситель, я вижу украшен, Но одежд не имею, да вниду в него.

Encyclica

Был день, когда господней правды молот Громил, дробил ветхозаветный храм,

По равнине вод лазурной

По равнине вод лазурной Шли мы верною стезей, —

И в божьем мире то ж бывает

И в божьем мире то ж бывает, И в мае снег идет порой,

Все отнял у меня казнящий бог

Всё отнял у меня казнящий бог: Здоровье, силу воли, воздух, сон,

De ces frimas, de ces deserts

De ces frimas, de ces deserts La-bas, vers cette mer qui brille,

День православного Востока

День православного Востока, Святись, святись, великий день,

На юбилей князя Петра Андреевича Вяземского

У Музы есть различные пристрастья, Дары ее даются не равно;

От жизни той, что бушевала здесь

От жизни той, что бушевала здесь, От крови той, что здесь рекой лилась,

И гроб опущен уж в могилу

И гроб опущен уж в могилу, И все столпилося вокруг…

Когда осьмнадцать лет твои

Когда осьмнадцать лет твои И для тебя уж будут сновиденьем, —

Сон на море

И море, и буря качали наш челн; Я, сонный, был предан всей прихоти волн.

В деревне

Что за отчаянные крики, И гам, и трепетанье крыл?

Из Якоба Бёме (Кто время и вечность)

Кто Время и Вечность В себе совместил,

Итальянская вилла

И распростясь с тревогою житейской И кипарисной рощей заслонясь —

Императору Николаю I (С немецкого)

О Николай, народов победитель, Ты имя оправдал свое! Ты победил!

Венеция

Дож Венеции свободной Средь лазоревых зыбей —

Я знал её ещё тогда

Я знал её ещё тогда, В те баснословные года,

Сияет солнце, воды блещут

Сияет солнце, воды блещут, На всем улыбка, жизнь во всем,

Как нас ни угнетай разлука

Как нас ни угнетай разлука, Не покоряемся мы ей —

Mala aria (Люблю сей божий гнев)

Mala Aria* Люблю сей божий гнев! Люблю сие незримо

Князю Горчакову

Вам выпало призванье роковое, Но тот, кто призвал вас, и соблюдет.

Как птичка, раннею зарей

Как птичка, раннею зарей Мир, пробудившись, встрепенулся…

Comme en aimant le coeur devient pusillanime

Comme en aimant le coeur devient pusillanime, Que de tristesse au fond et d’angoisse et d’effroi!

Тихой ночью, поздним летом

Тихой ночью, поздним летом, Как на небе звезды рдеют,

12-ое апреля 1865 (Все решено)

Все решено, и он спокоен, Он, претерпевший до конца,—

Урания

Открылось! — Не мечта ль? Свет новый! Нова сила Мой дух восторженный, как пламень, облекла!

Любовь земли и прелесть года

Любовь земли и прелесть года, Весна благоухает нам!..

Из Путевых картин Гейне

«Прекрасный будет день», — сказал товарищ, Взглянув на небо из окна повозки. —

Над русской Вильной стародавной

Над русской Вильной стародавной Родные теплятся кресты —

23 Fevrier 1861

La vieille Hecube, helas, trop longtemps eprouvee, Apres tant de revers et de calamites,

На камень жизни роковой

На камень жизни роковой Природою заброшен

Хоть я и свил гнездо в долине

Хоть я и свил гнездо в долине, Но чувствую порой и я,

Накануне годовщины 4 августа 1864 г

Вот бреду я вдоль большой дороги В тихом свете гаснущего дня…

Куда сомнителен мне твой

Куда сомнителен мне твой, Святая Русь, прогресс житейский!

Графине А.Д. Блудовой

Как жизнь ни сделалась скуднее, Как ни пришлось нам уяснить

В небе тают облака

В небе тают облака, И, лучистая на зное,

Вы не родились поляком

Вы не родились поляком, Хоть шляхтич вы по направленью,

Кончен пир, умолкли хоры

Кончен пир, умолкли хоры, Опорожнены амфоры,

Не знаешь, что лестней для мудрости людской

Не знаешь, что лестней для мудрости людской: Иль вавилонский столп немецкого единства —

Silentium (Силентиум, Молчание)

Молчи, скрывайся и таи И чувства и мечты свои —

Вчера, в мечтах обвороженных

Вчера, в мечтах обвороженных, С последним месяца лучом

В душном воздуха молчанье

В душном воздуха молчанье, Как предчувствие грозы,

По случаю приезда австрийского эрцгерцога на похороны императора Николая

Нет, мера есть долготерпенью, Бесстыдству также мера есть!..

Снежные горы

Уже полдневная пора Палит отвесными лучами,—

Я помню время золотое

Я помню время золотое, Я помню сердцу милый край.

Смотри, как на речном просторе

Смотри, как на речном просторе, По склону вновь оживших вод,

Молчи, прошу, не смей меня будить (Из Микеланджело)

Молчи, прошу — не смей меня будить — О, в этот век — преступный и постыдный —

11 мая 1869 (Нас всех, собравшихся)

Нас всех, собравшихся на общий праздник снова, Учило нынче нас евангельское слово

Как он любил родные ели

Как он любил родные ели Своей Савойи дорогой —

Заветный кубок (Из Гёте)

Был царь, как мало их ныне, — По смерть он верен был:

Люблю глаза твои, мой друг

Люблю глаза твои, мой друг, С игрой иx пламенно-чудесной,

Пробуждение

Еще шумел веселый день, Толпами улица блистала,

Современное

Флаги веют на Босфоре, Пушки празднично гремят,

Как верно здравый смысл народа

Как верно здравый смысл народа Значенье слов определил —

Русской женщине

Вдали от солнца и природы, Вдали от света и искусства,

Как летней иногда порою

Как летней иногда порою Вдруг птичка в комнату влетит,

Императору Александру II (Царь благодушный, царь с евангельской душою)

Царь благодушный, царь с евангельской душою, С любовью к ближнему святою,

Когда расстроенный кредит

Когда расстроенный кредит Не бьется кое-как,

Две силы есть — две роковые силы

Две силы есть — две роковые силы, Всю жизнь свою у них мы под рукой,

О чем ты воешь, ветр ночной

О чем ты воешь, ветр ночной? О чем так сетуешь безумно?..

Полдень

Лениво дышит полдень мглистый; Лениво катится река;

Анненковой (D’une fille du Nord, chetive et languissante)

D’une fille du Nord, chetive et languissante, Eclose a l’ombre des forets,

Ужасный сон отяготел над нами

Ужасный сон отяготел над нами, Ужасный , безобразный сон:

Не говори, Меня он как и прежде любит

Не говори! Меня он как и прежде любит, Мной, как и прежде дорожит…

При посылке нового завета

Не легкий жребий, не отрадный, Был вынут для тебя судьбой,

Славянам (Они кричат, они грозятся)

Man muss die Slaven an die Mauer drucken * Они кричат, они грозятся:

Послание к А.В. Шереметеву

Насилу добрый гений твой, Мой брат по крови и по лени,

Песня (Из Шекспира)

Из Шекспира

Послание Горация к меценату

Приди, желанный гость, краса моя и радость! Приди, — тебя здесь ждет и кубок круговой,

Первый лист

Лист зеленеет молодой — Смотри, как листьем молодым

Он прежде мирный был казак

Он прежде мирный был казак, Теперь он попечитель дикий;

Какие песни, милый мой

Какие песни, милый мой, Когда вокруг лишь ненависти крики,

Весенние воды

Еще в полях белеет снег, А воды уж весной шумят —

К N.N.

Ты любишь, ты притворствовать умеешь, — Когда в толпе, украдкой от людей,

Море и утёс

И бунтует, и клокочет, Хлещет, свищет, и ревет,

Снежок

Снежок порхает, кружится, На улице бело.

Он, умирая, сомневался

Он, умирая, сомневался, Зловещей думою томим…

Ответ на адрес

Себя, друзья, морочите вы грубо — Велик с Россией ваш разлад.

Н.Ф. Щербине (Вполне понятно мне значенье)

Вполне понятно мне значенье Твоей болезненной мечты,

Хоть родом он был не славянин

Хоть родом он был не славянин, Но был славянством всем усвоен,

Тогда лишь в полном торжестве

Тогда лишь в полном торжестве, В славянской мировой громаде,

К Ганке

Вековать ли нам в разлуке? Не пора ль очнуться нам

Что ты клонишь над водами

Что ты клонишь над водами, Ива, макушку свою?

Цицерон

Оратор римский говорил Средь бурь гражданских и тревоги:

Эти бедные селенья

Эти бедные селенья, Эта скудная природа —

Альпы

Сквозь лазурный сумрак ночи Альпы снежные глядят —

Probleme (Проблема)

С горы скатившись, камень лег в долине — Как он упал? никто не знает ныне —

Так Провидение судило

Так Провидение судило, Чтоб о величии грядущем

О.И. Орловой-Давыдовой (Здесь, где дары судьбы освящены душой)

Здесь, где дары судьбы освящены душой, Оправданы благотвореньем,

Друг, откройся предо мною (Из Гейне)

Друг, откройся предо мною — Ты не призрак ли какой,

Как ни бесилося злоречье

Как ни бесилося злоречье, Как ни трудилося над ней,

За нашим веком мы идем

За нашим веком мы идем, Как шла Креуза за Энеем:

Ю. Ф. Абазе (Так — гармонических орудий)

Так — гармонических орудий Власть беспредельна над душой,

Колумб

Тебе, Колумб, тебе венец! Чертеж земной ты выполнивший смело

Сей день я помню, для меня

Сей день, я помню, для меня Был утром жизненного дня:

Обоим Николаям

Обоим Николаям Мы всех возможных благ желаем

Двум друзьям

В сей день, блаженный день, одна из вас прияла И добродетели и имя девы той,