Тютчев Фёдор Иванович
1803 - 1873

Тютчев Фёдор Иванович

Фёдор Ива́нович Тю́тчев (23 ноября [5 декабря] 1803, Овстуг, Брянский уезд — 15 [27] июля 1873[3], Царское Село) — русский поэт-мыслитель, лирик, переводчик, дипломат и чиновник (с 1865 г. тайный советник[4]), консервативный публицист.

388

Стихотворений

70

Лет жизни

Стихотворения

Как над горячею золой

Как над горячею золой Дымится свиток и сгорает

Поэзия

Среди громов, среди огней, Среди клокочущих страстей,

Probleme (Проблема)

С горы скатившись, камень лег в долине — Как он упал? никто не знает ныне —

И чувства нет в твоих очах

И чувства нет в твоих очах, И правды нет в твоих речах,

Вопросы (Из Гейне)

Над морем, диким полуночным морем Муж-юноша стоит —

К оде Пушкина на вольность

Огнем свободы пламенея И заглушая звук цепей,

Memento

Vevey 1859 — Geneve 18601 Ее последние я помню взоры

На Неве

И опять звезда играет В легкой зыби невских волн,

Фортуна и Мудрость (из Шиллера)

С временщиком Фортуна в споре, К убогой Мудрости летит:

Полдень

Лениво дышит полдень мглистый; Лениво катится река;

Я встретил вас, и все былое

Оригинальное название стихотворения: Федор Тютчев — К.Б.

Хоть я и свил гнездо в долине

Хоть я и свил гнездо в долине, Но чувствую порой и я,

Близнецы

Есть близнецы — для земнородных Два божества,- то Смерть и Сон,

Здесь, где так вяло свод небесный

Здесь, где так вяло свод небесный На Землю тощую глядит, —

В альбом друзьям

Как медлит путника вниманье На хладных камнях гробовых,

Красноречивую, живую

Красноречивую, живую Мою я отповедь читала,

И гроб опущен уж в могилу

И гроб опущен уж в могилу, И все столпилося вокруг…

Обоим Николаям

Обоим Николаям Мы всех возможных благ желаем

Колумб

Тебе, Колумб, тебе венец! Чертеж земной ты выполнивший смело

Утро в горах

Лазурь небесная смеется, Ночной омытая грозой,

Вечер мглистый и ненастный

Вечер мглистый и ненастный… Чу, не жаворонка ль глас?..

К Ганке

Вековать ли нам в разлуке? Не пора ль очнуться нам

Он прежде мирный был казак

Он прежде мирный был казак, Теперь он попечитель дикий;

Велели вы — хоть, может быть, и в шутку

Велели вы — хоть, может быть, и в шутку — Я исполняю ваш приказ.

Урания

Открылось! — Не мечта ль? Свет новый! Нова сила Мой дух восторженный, как пламень, облекла!

29 января 1837

Из чьей руки свинец смертельный Поэту сердце растерзал?

Михаилу Погодину

Стихов моих вот список безобразный — Не заглянув в него, дарю им вас,

Море и утёс

И бунтует, и клокочет, Хлещет, свищет, и ревет,

Осенний вечер

Есть в светлости осенних вечеров Умильная, таинственная прелесть:

Сын царский умирает в Ницце

Сын царский умирает в Ницце — И из него нам строют ков…

Харон и Каченовский

Харон. Неужто, брат, из царства ты живых —

Весенняя гроза (Люблю грозу в начале мая)

Люблю грозу в начале мая, Когда весенний, первый гром,

Две силы есть — две роковые силы

Две силы есть — две роковые силы, Всю жизнь свою у них мы под рукой,

Тут целый мир, живой, разнообразный

Тут целый мир, живой, разнообразный, Волшебных звуков и волшебных снов, —

Два единства

Из переполненной Господним гневом чаши Кровь льется через край, и Запад тонет в ней —

Современное

Флаги веют на Босфоре, Пушки празднично гремят,

Живым сочувствием привета

Живым сочувствием привета С недостижимой высоты,

Есть в осени первоначальной

Есть в осени первоначальной Короткая, но дивная пора —

Как океан объемлет шар земной

Как океан объемлет шар земной, Земная жизнь кругом объята снами;

Ответ на адрес

Себя, друзья, морочите вы грубо — Велик с Россией ваш разлад.

Всесилен я и вместе слаб

Всесилен я и вместе слаб, Властитель я и вместе раб,

Нет, моего к тебе пристрастья

Нет, моего к тебе пристрастья Я скрыть не в силах, мать-Земля…

Она сидела на полу

Она сидела на полу И груду писем разбирала,

Графине А.Д. Блудовой

Как жизнь ни сделалась скуднее, Как ни пришлось нам уяснить

15 Июля 1865 г

Сегодня, друг, пятнадцать лет минуло С того блаженно-рокового дня,

А. С. Долгорукой

Un charme vit en elle — irresistible et pur, Un charme de mystere et de melancolie,

Фонтан

Смотри, как облаком живым Фонтан сияющий клубится;

О чем ты воешь, ветр ночной

О чем ты воешь, ветр ночной? О чем так сетуешь безумно?..

Молчи, прошу, не смей меня будить (Из Микеланджело)

Молчи, прошу — не смей меня будить — О, в этот век — преступный и постыдный —

Во дни напастей и беды

Во дни напастей и беды, Когда из Золотой орды

Уж третий год беснуются языки

Уж третий год беснуются языки, Вот и весна — и с каждою весной,

Я очи знал, о, эти очи

Я очи знал,- о, эти очи! Как я любил их — знает бог!

Его светлости князю А.А. Суворову

Гуманный внук воинственного деда, Простите нам — наш симпатичный князь,

О.И. Орловой-Давыдовой (Здесь, где дары судьбы освящены душой)

Здесь, где дары судьбы освящены душой, Оправданы благотвореньем,

Бессонница

Часов однообразный бой, Томительная ночи повесть!

Когда-то я была майором

Когда-то я была майором, Тому уж много, много лет —

Любезному папеньке

В сей день счастливый нежность сына Какой бы дар принесть могла!

Прекрасный день его на Западе исчез

Прекрасный день его на Западе исчез, Полнеба обхватив бессмертною зарею,

Конечно, вредно пользам государства

Конечно, вредно пользам государства В нем образовывать особенное царство,

С озера веет прохлада и нега… (Из Шиллера)

Es lachelt der See…[1] С озера веет прохлада и нега,

Как бестолковы числа эти

Как бестолковы числа эти, Какой сумбур в календаре;

Саконтала (Из Гёте)

Что юный год дает цветам — Их девственный румянец;

Encyclica

Был день, когда господней правды молот Громил, дробил ветхозаветный храм,

Пророчество

Не гул молвы прошел в народе, Весть родилась не в нашем роде —

Итальянская весна

Благоуханна и светла Уж с февраля весна в сады вошла —

Тени сизые смесились

Тени сизые смесились, Цвет поблекнул, звук уснул —

За нашим веком мы идем

За нашим веком мы идем, Как шла Креуза за Энеем:

Песнь скандинавских воинов (Из Гердера)

Хладен, светел, День проснулся —

К*** (Уста с улыбкою приветной)

Уста с улыбкою приветной, Румянец девственных ланит

Как сладко дремлет сад темнозеленый

Как сладко дремлет сад темнозеленый, Объятый негой ночи голубой,

Накануне годовщины 4 августа 1864 г

Вот бреду я вдоль большой дороги В тихом свете гаснущего дня…

Ватиканская годовщина

Был день суда и осужденья – Тот роковой, бесповоротный день,

Видение

Есть некий час, в ночи, всемирного молчанья, И в оный час явлений и чудес

Как дочь родную на закланье

Как дочь родную на закланье Агамемнон богам принес,

Хотя б она сошла с лица земного

Хотя б она сошла с лица земного, В душе царей для правды есть приют.

Безумие

Там, где с землею обгорелой Слился, как дым, небесный свод,-

Наш век

Не плоть, а дух растлился в наши дни, И человек отчаянно тоскует…

Увы, что нашего незнанья

Увы, что нашего незнанья И беспомо?щней и грустней?

Не дай нам духу празднословья

«Не дай нам духу празднословья»! Итак, от нынешнего дня

Австрийский царь привык забавить

Австрийский царь привык забавить Собой и други и враги —

А. Ф. Гильфердингу

Спешу поздравить с неудачей: Она — блистательный успех,

Я знал её ещё тогда

Я знал её ещё тогда, В те баснословные года,

На юбилей князя Петра Андреевича Вяземского

У Музы есть различные пристрастья, Дары ее даются не равно;

Восток белел, ладья катилась

Восток белел… Ладья катилась, Ветрило весело звучало…

Спиритистическое предсказание

Дни настают борьбы и торжества, Достигнет Русь завещанных границ,

Когда осьмнадцать лет твои

Когда осьмнадцать лет твои И для тебя уж будут сновиденьем, —

Нам не дано предугадать

Нам не дано предугадать, Как слово наше отзовется,-

Обвеян вещею дремотой

Обвеян вещею дремотой, Полураздетый лес грустит…

От русского по прочтении отрывков из лекций г-на Мицкевича (Небесный царь, благослови)

Небесный царь, благослови Твои благие начинанья —

Когда расстроенный кредит

Когда расстроенный кредит Не бьется кое-как,

Бедный Лазарь, Ир убогой

Бедный Лазарь, Ир убогой, И с усильем и тревогой

Вот свежие тебе цветы

Д.Ф.Тютчевой Вот свежие тебе цветы

По случаю приезда австрийского эрцгерцога на похороны императора Николая

Нет, мера есть долготерпенью, Бесстыдству также мера есть!..

О, не тревожь меня укорой справедливой

О, не тревожь меня укорой справедливой! Поверь, из нас из двух завидней часть твоя:

Как нас ни угнетай разлука

Как нас ни угнетай разлука, Не покоряемся мы ей —

Так Провидение судило

Так Провидение судило, Чтоб о величии грядущем

Певучесть есть в морских волнах

Певучесть есть в морских волнах, Гармония в стихийных спорах,

Как ни дышит полдень знойный

Как ни дышит полдень знойный В растворенное окно, —

Небо бледно-голубое

Небо бледно-голубое Дышит светом и теплом

Враг отрицательности узкой

Враг отрицательности узкой, Всегда он в уровень шел с веком:

День православного Востока

День православного Востока, Святись, святись, великий день,

Мир и согласье между нас

Мир и согласье между нас Сказались с первого же дня, —

17-ое апреля 1818

На первой дней моих заре То было рано поутру в Кремле,

Единство

«Единство, – возвестил оракул прежних дней, – Быть может спаяно железом лишь и кровью…»

Как он любил родные ели

Как он любил родные ели Своей Савойи дорогой —

Наполеон

I Сын Революции, ты с матерью ужасной

Проблеск

Слыхал ли в сумраке глубоком Воздушной арфы легкий звон,

Пускай от зависти сердца зоилов ноют

Пускай от зависти сердца зоилов ноют. Вольтер! Они тебе вреда не нанесут!..

Неохотно и несмело

Неохотно и несмело Солнце смотрит на поля.

Из Шекспира (Любовники, безумцы и поэты)

Любовники, безумцы и поэты Из одного воображенья слиты!..

Неверные преодолев пучины

Неверные преодолев пучины, Достиг пловец желанных берегов;

А.А. Фету (Тебе сердечный мой поклон)

Тебе сердечный мой поклон И мой, каков ни есть, портрет,

По прочтении депеш императорского кабинета, напечатанных в «Journal de St.-Petersbourg»

Когда свершится искупленье И озарится вновь Восток —

В небе тают облака

В небе тают облака, И, лучистая на зное,

Как дымный столп светлеет в вышине

Как дымный столп светлеет в вышине! Как тень внизу скользит неуловима!..

Недаром русские ты с детства помнил звуки

Недаром русские ты с детства помнил звуки И их сберег в себе сочувствием живым —

Вчера, в мечтах обвороженных

Вчера, в мечтах обвороженных, С последним месяца лучом

Вновь твои я вижу очи

Вновь твои я вижу очи — И один твой южный взгляд

По равнине вод лазурной

По равнине вод лазурной Шли мы верною стезей, —

От жизни той, что бушевала здесь

От жизни той, что бушевала здесь, От крови той, что здесь рекой лилась,

Давно ль, давно ль, о Юг блаженный

Давно ль, давно ль, о Юг блаженный, Я зрел тебя лицом к лицу —

1856 (Стоим мы слепо)

Стоим мы слепо пред Судьбою, Не нам сорвать с нее покров…

Успокоение (Когда, что звали)

Когда, что звали мы своим, Навек от нас ушло —

Как неразгаданная тайна

Как неразгаданная тайна, Живая прелесть дышит в ней —

Весь день она лежала в забытьи

Весь день она лежала в забытьи, И всю ее уж тени покрывали.

Олегов щит

1 «Аллах! пролей на нас твой свет!

14-ое февраля 1869

Великий день Кирилловой кончины — Каким приветствием сердечным и простым

Еще земли печален вид

Еще земли печален вид, А воздух уж весною дышит,

Весеннее успокоение

О, не кладите меня В землю сырую:

Тогда лишь в полном торжестве

Тогда лишь в полном торжестве, В славянской мировой громаде,

Яркий снег сиял в долине

Яркий снег сиял в долине — Снег растаял и ушел;

Друзьям при посылке «Песни радости» (Из Шиллера)

Что пел Божественный, друзья, В порыве пламенном свободы…

Хотел бы я, чтобы в своей могиле

Хотел бы я, чтобы в своей могиле, Как нынче на своей кушетке, я лежал.

Сияет солнце, воды блещут

Сияет солнце, воды блещут, На всем улыбка, жизнь во всем,

В душном воздуха молчанье

В душном воздуха молчанье, Как предчувствие грозы,

Lorsqu’un noble prince, en ces jours de demence

Lorsqu’un noble prince, en ces jours de demence, Decort de sa main le bourreau des Chretiens, —

Веленью высшему покорны

Веленью высшему покорны, У мысли стоя на часах,

Под дыханьем непогоды

Под дыханьем непогоды, Вздувшись, потемнели воды

Рим ночью

В Ночи лазурной почивает Рим… Взошла Луна и — овладела им,

Из «Федры» Расина (Едва мы вышли из Трезенских врат)

Едва мы вышли из Трезенских врат, Он сел на колесницу, окруженный

Ты долго ль будешь за туманом

Ты долго ль будешь за туманом Скрываться, Русская звезда,

Альпы

Сквозь лазурный сумрак ночи Альпы снежные глядят —

Волна и дума

Дума за думой, волна за волной – Два проявленья стихии одной:

Вы не родились поляком

Вы не родились поляком, Хоть шляхтич вы по направленью,

К Н.

Твой милый взор, невинной страсти полной — Златой рассвет небесных чувств твоих

Над виноградными холмами

Над виноградными холмами Плывут златые облака.

Хоть родом он был не славянин

Хоть родом он был не славянин, Но был славянством всем усвоен,

Опять стою я над Невой

Опять стою я над Невой, И снова, как в былые годы,

С чужой стороны (Из Гейне)

На севере мрачном, на дикой скале Кедр одинокий под снегом белеет,

Лето 1854

Какое лето, что за лето! Да это просто колдовство —

Вы мне жалки, звезды-горемыки

Перевод стихотворения Гёте

Душа моя Элизиум теней

Душа моя — Элизиум теней, Теней безмолвных, светлых и прекрасных,

Нет не могу я видеть вас

«Нет, не могу я видеть вас…» — Так говорил я в самом деле,

Все отнял у меня казнящий бог

Всё отнял у меня казнящий бог: Здоровье, силу воли, воздух, сон,

Венеция

Дож Венеции свободной Средь лазоревых зыбей —

Любовь земли и прелесть года

Любовь земли и прелесть года, Весна благоухает нам!..

Теперь тебе не до стихов

Теперь тебе не до стихов, О слово русское, родное!

В разлуке есть высокое значенье

В разлуке есть высокое значенье: Как ни люби, хоть день один, хоть век,

Не то, что мните вы, природа

Не то, что мните вы, природа: Не слепок, не бездушный лик —

Тому, кто с верой и любовью

Тому, кто с верой и любовью Служил земле своей родной —

Двум друзьям

В сей день, блаженный день, одна из вас прияла И добродетели и имя девы той,

Князю Суворову

Два разнородные стремленья В себе соединяешь ты —

Когда сочувственно на наше слово

Когда сочувственно на наше слово Одна душа отозвалась —

Из Путевых картин Гейне

«Прекрасный будет день», — сказал товарищ, Взглянув на небо из окна повозки. —

Ну, как тому судить поэтов дар

Ну, как тому судить поэтов дар О их ошибках превосходстве, —

Душа хотела б быть звездой

Душа хотела б быть звездой, Но не тогда, как с неба полуночи

День вечереет, ночь близка

День вечереет, ночь близка, Длинней с горы ложится тень,

Куда сомнителен мне твой

Куда сомнителен мне твой, Святая Русь, прогресс житейский!

Какое дикое ущелье

Какое дикое ущелье! Ко мне навстречу ключ бежит —

Закралась в сердце грусть (Из Гейне)

Закралась в сердце грусть — и смутно Я вспомянул о старине —

Не знаешь, что лестней для мудрости людской

Не знаешь, что лестней для мудрости людской: Иль вавилонский столп немецкого единства —

Тихо в озере струится

Тихо в озере струится Отблеск кровель золотых,

Смотри, как роща зеленеет

Смотри, как роща зеленеет, Палящим солнцем облита —

Как неожиданно и ярко

Как неожиданно и ярко, На влажной неба синеве,

С поляны коршун поднялся

С поляны коршун поднялся, Высоко к небу он взвился;

Осенней позднею порою

Осенней позднею порою Люблю я царскосельский сад,

Эти бедные селенья

Эти бедные селенья, Эта скудная природа —

Из края в край, из града в град

Из края в край, из града в град Судьба, как вихрь, людей метет,

Чехам от московских славян

На ваши, братья, празднества?, Навстречу вашим ликованьям,

Снежные горы

Уже полдневная пора Палит отвесными лучами,—

Мы солнцу Юга уступаем Вас

Мы солнцу Юга уступаем Вас. Оно одно — должны сознаться мы —

Друг, откройся предо мною (Из Гейне)

Друг, откройся предо мною — Ты не призрак ли какой,

11 мая 1869 (Нас всех, собравшихся)

Нас всех, собравшихся на общий праздник снова, Учило нынче нас евангельское слово

Противникам вина (Яко и вино веселит сердце человека)

О, суд людей неправый, Что пьянствовать грешно!

Пожары

Широко, необозримо, Грозной тучею сплошной,

Играй, покуда над тобою

Играй, покуда над тобою Еще безоблачна лазурь —

Через ливонские я проезжал поля

Через ливонские я проезжал поля, Вокруг меня все было так уныло…

Вечер

Как тихо веет над долиной Далекий колокольный звон,

Иным достался от природы (Фету)

Иным достался от природы Инстинкт пророчески-слепой —

De ces frimas, de ces deserts

De ces frimas, de ces deserts La-bas, vers cette mer qui brille,

Итак, опять увиделся я с вами

Итак, опять увиделся я с вами, Места немилые, хоть и родные,

Бывают роковые дни

Бывают роковые дни Лютейшего телесного недуга

Графине Ростопчиной (В ответ на ее письмо)

Как под сугробом снежным лени, Как околдованный зимой,

Чародейкою Зимою околдован лес стоит

Чародейкою Зимою Околдован, лес стоит —

Молчит сомнительно Восток

Молчит сомнительно Восток, Повсюду чуткое молчанье…

Успокоение

Гроза прошла — еще курясь, лежал Высокий дуб, перунами сраженный,

К портрету государственного канцлера, князя А.М. Горчакова

В те дни кроваво-роковые, Когда, прервав борьбу свою,

Напрасный труд

Напрасный труд — нет, их не вразумишь,— Чем либеральней, тем они пошлее,

Славянам (Они кричат, они грозятся)

Man muss die Slaven an die Mauer drucken * Они кричат, они грозятся:

Кто хочет миру чуждым быть

Кто хочет миру чуждым быть, Тот скоро будет чужд!

Заветный кубок (Из Гёте)

Был царь, как мало их ныне, — По смерть он верен был:

Lamartine

La lyre d’Apollon, cet oracle des Dieux, N’est plus entre ses mains que la harpe d’Eole,

Над Россией распростертой

Над Россией распростертой Встал внезапною грозой

Каким венком нам увенчать

Каким венком нам увенчать Питомца русского Парнаса,

Тихой ночью, поздним летом

Тихой ночью, поздним летом, Как на небе звезды рдеют,

Над русской Вильной стародавной

Над русской Вильной стародавной Родные теплятся кресты —

Я лютеран люблю богослуженье

Я лютеран люблю богослуженье, Обряд их строгий, важный и простой —

При посылке нового завета

Не легкий жребий, не отрадный, Был вынут для тебя судьбой,

Гектор и Андромаха (Из Шиллера)

Андромаха Снова ль, Гектор, мчишься в бурю брани,

Черное море

Пятнадцать лет с тех пор минуло, Прошел событий целый ряд,

Неман

Ты ль это, Неман величавый? Твоя ль струя передо мной?

Из Якоба Бёме (Кто время и вечность)

Кто Время и Вечность В себе совместил,

Запад, Норд и Юг в крушенье

( Из Гётева « Западо-восточного дивана ») Запад, Норд и Юг в крушенье,

Ah, quelle meprise

Ah, quelle meprise — Incroyable et profonde!

Кончен пир, умолкли хоры

Кончен пир, умолкли хоры, Опорожнены амфоры,

Памяти Е.П. Ковалевского

И вот в рядах отечественной рати Опять не стало смелого бойца —

О, вещая душа моя

О вещая душа моя! О сердце, полное тревоги,-

Не рассуждай, не хлопочи

Не рассуждай, не хлопочи!.. Безумство ищет, глупость судит;

На камень жизни роковой

На камень жизни роковой Природою заброшен

Князю П.А. Вяземскому (Теперь не то, что за полгода)

Теперь не то, что за полгода, Теперь не тесный круг друзей —

Князю Вяземскому (Есть телеграф за неименьем ног)

Есть телеграф за неименьем ног! Неси он к Вам мой стих полубольной.

Весенние воды

Еще в полях белеет снег, А воды уж весной шумят —

Предопределение

Любовь, любовь — гласит преданье — Союз души с душой родной —

Des premiers ans de votre vie

Des premiers ans de votre vie Que j’aime a remonter le cours,

Конь морской

О рьяный конь, о конь морской, С бледно-зеленой гривой,

Н.И. Кролю (Сентябрь холодный бушевал)

Сентябрь холодный бушевал, С деревьев ржавый лист валился,

Не в первый раз волнуется Восток

Не в первый раз волнуется Восток, Не в первый раз Христа там распинают,

О, этот юг, о, эта Ницца

О, этот юг, о, эта Ницца… О, как их блеск меня тревожит —

Есть и в моём страдальческом застое

Есть и в моём страдальческом застое Часы и дни ужаснее других…

Декабрьское утро

На небе месяц — и ночная Еще не тронулася тень,

Ты знаешь край, где мирт и лавр растет… (из Гёте)

Kennst du das Land?..[1] Ты знаешь край, где мирт и лавр растет,

На гробовой его покров

На гробовой его покров Мы, вместо всех венков, кладем слова простые:

Не богу ты служил и не России

Не Богу ты служил и не России, Служил лишь суете своей,

Над этой темною толпой

Над этой темною толпой Непробужденного народа

Еще томлюсь тоской желаний

Ещё томлюсь тоской желаний, Еще стремлюсь к тебе душой —

Так! Он спасен! Иначе быть не может!

Так! Он спасен — иначе быть не может! И чувство радости по Руси разлилось…

23 Ноября 1865 г (Нет дня, чтобы душа не ныла)

Нет дня, чтобы душа не ныла, Не изнывала б о былом —

А. Н. М.

Нет веры к вымыслам чудесным, Рассудок все опустошил

Рассвет

Не в первый раз кричит петух; Кричит он живо, бодро, смело;

Il faut qu’une porte

Il faut qu’une porte Soit ouverte ou fermee —

Русская география

Москва, и град Петров, и Константинов град — Вот царства русского заветные столицы…

Comme en aimant le coeur devient pusillanime

Comme en aimant le coeur devient pusillanime, Que de tristesse au fond et d’angoisse et d’effroi!

Александру Второму

Ты взял свой день… Замеченный от века Великою господней благодатью —

Чему молилась ты с любовью

Чему молилась ты с любовью, Что как святыню берегла,

Как порою светлый месяц

Как порою светлый месяц Выплывает из-за туч —

Ю. Ф. Абазе (Так — гармонических орудий)

Так — гармонических орудий Власть беспредельна над душой,

Он, умирая, сомневался

Он, умирая, сомневался, Зловещей думою томим…

Там, где горы, убегая

Там, где горы, убегая, В светлой тянутся дали,

И в божьем мире то ж бывает

И в божьем мире то ж бывает, И в мае снег идет порой,

Глядел я, стоя над Невой

Глядел я, стоя над Невой, Как Исаака-великана

Чему бы жизнь нас не учила

Чему бы жизнь нас ни учила, Но сердце верит в чудеса:

В Риме

Средь Рима древнего сооружалось зданье — То Нерон воздвигал дворец свой золотой;

Как летней иногда порою

Как летней иногда порою Вдруг птичка в комнату влетит,

Пошли, Господь, свою отраду

Пошли, Господь, свою отраду Тому, кто в летний жар и зной

Летний вечер

Уж солнца раскаленный шар С главы своей земля скатила,

Вот от моря и до моря

Вот от моря и до моря Нить железная бежит,

Другу моему Полонскому

Нет боле искр живых на голос твой приветный — Во мне глухая ночь, и нет для ней утра…

Гус на костре

Костер сооружен, и роковое Готово вспыхнуть пламя. Все молчит.

Не верь, не верь поэту, дева

Не верь, не верь поэту, дева; Его своим ты не зови —

Ты, волна моя морская

Mobile comme l’onde[1] Ты, волна моя морская,

Ты зрел его в кругу большого света

Ты зрел его в кругу большого света — То своенравно-весел, то угрюм,

Два голоса

1 Мужайтесь, о други, боритесь прилежно,

Памяти Политковской

Многозначительное слово Тобою оправдалось вновь:

Не все душе болезненное снится

Не все душе болезненное снится: Пришла Весна — и небо прояснится.

Как насаждения Петрова

Как насаждения Петрова, В Екатерининской долине

Корабль в густом, сыром тумане

Корабль в густом, сыром тумане Как бы затерянный стоит…

Я не ценю красот природы

Я не ценю красот природы, Когда душа потрясена,

Императору Николаю I (С немецкого)

О Николай, народов победитель, Ты имя оправдал свое! Ты победил!

Не знаю я, коснется ль благодать

Не знаю я, коснется ль благодать Моей души болезненно-греховной,

Пробуждение

Еще шумел веселый день, Толпами улица блистала,

В часы, когда бывает

В часы, когда бывает Так тяжко на груди,

Пламя рдеет, пламя пышет

Пламя рдеет, пламя пышет, Искры брызжут и летят,

Лебедь

Пускай орёл за облаками Встречает молнии полёт

Бессонница (Ночной момент)

Ночной порой в пустыне городской Есть час один, проникнутый тоской,

В которую из двух влюбиться (Из Гейне)

В которую из двух влюбиться Моей судьбой мне суждено?

Давно известная всем дура

Давно известная всем дура — Неугомонная цензура

Ночное небо так угрюмо

Ночное небо так угрюмо, Заволокло со всех сторон.

Впросонках слышу я

Впросонках слышу я — и не могу Вообразить такое сочетанье,

Я помню время золотое

Я помню время золотое, Я помню сердцу милый край.

Сей день я помню, для меня

Сей день, я помню, для меня Был утром жизненного дня:

На новый 1855 год

Стоим мы слепо пред Судьбою, Не нам сорвать с нее покров…

Пришлося кончить жизнь в овраге

Пришлося кончить жизнь в овраге: Я слаб и стар — нет сил терпеть!

Памяти В.А. Жуковского

I Я видел вечер твой. Он был прекрасен!

Императору Александру II (Царь благодушный, царь с евангельской душою)

Царь благодушный, царь с евангельской душою, С любовью к ближнему святою,

Графине Ростопчиной (О, в эти дни, дни роковые)

О, в эти дни — дни роковые, Дни испытаний и утрат —

Славянам (Привет вам задушевный, братья)

Привет вам задушевный, братья, Со всех Славянщины концов,

Листья

Пусть сосны и ели Всю зиму торчат,

Да, вы сдержали ваше слово

Да, вы сдержали ваше слово: Не двинув пушки, ни рубля,

В деревне

Что за отчаянные крики, И гам, и трепетанье крыл?

С какою негою, с какой тоской влюблённый

С какою негою, с какой тоской влюблённый Твой взор, твой страстный взор изнемогал на нём!

Слезы

O lacrimarum fons… Gray[1]

Русской женщине

Вдали от солнца и природы, Вдали от света и искусства,

23 Fevrier 1861

La vieille Hecube, helas, trop longtemps eprouvee, Apres tant de revers et de calamites,

Cache-cache

Вот арфа ее в обычайном углу, Гвоздики и розы стоят у окна,

Когда дряхлеющие силы

Когда дряхлеющие силы Нам начинают изменять

День и ночь

На мир таинственный духов, Над этой бездной безымянной,

Двум сестрам

Обеих вас я видел вместе — И всю тебя узнал я в ней…

Великий день Карамзина

Великий день Карамзина Мы, поминая братской тризной, —

Снежок

Снежок порхает, кружится, На улице бело.

Анненковой

И в нашей жизни повседневной Бывают радужные сны,

Кораблекрушение (Из Гейне)

Надежда и любовь, все, все погибло!.. И сам я, бледный, обнаженный труп,

Чертог Твой, Спаситель, я вижу украшен

Чертог Твой, Спаситель, я вижу украшен, Но одежд не имею, да вниду в него.

Затею этого рассказа

Затею этого рассказа Определить мы можем так:

Британский леопард

Британский леопард За что на нас сердит?

Когда в кругу убийственных забот

Когда в кругу убийственных забот Нам все мерзит — и жизнь, как камней груда,

Проходя свой путь по своду

Проходя свой путь по своду, Солнце знает ли о том,

Знамя и слово

В кровавую бурю, сквозь бранное пламя, Предтеча спасенья — русское Знамя

Дым

Здесь некогда, могучий и прекрасный, Шумел и зеленел волшебный лес,—

Из Гёте

Радость и горе в живом упоеньи, Думы и сердце в вечном волненьи,

Природа сфинкс

Природа — сфинкс. И тем она верней Своим искусом губит человека,

Святые горы

Тихо, мягко, над Украйной Обаятельною тайной

К Нисе

Ниса, Ниса, Бог с тобою! Ты презрела дружний глас,

Сон на море

И море, и буря качали наш челн; Я, сонный, был предан всей прихоти волн.

Как ни бесилося злоречье

Как ни бесилося злоречье, Как ни трудилося над ней,

Умом Россию не понять

Умом Россию не понять, Аршином общим не измерить:

Высокого предчувстви (Из Мандзони)

Высокого предчувствия Порывы и томленье,

Князю Горчакову

Вам выпало призванье роковое, Но тот, кто призвал вас, и соблюдет.

Какие песни, милый мой

Какие песни, милый мой, Когда вокруг лишь ненависти крики,

Утихла биза

Утихла биза…Легче дышит Лазурный сонм женевских вод —

Как этого посмертного альбома

Как этого посмертного альбома Мне дороги заветные листы,

Как весел грохот летних бурь

Как весел грохот летних бурь, Когда, взметая прах летучий,

Поминки (Из Шиллера)

Пала царственная Троя, Сокрушен Приамов град,

О, как убийственно мы любим

О, как убийственно мы любим, Как в буйной слепоте страстей

Смотри, как запад разгорелся

Смотри, как запад разгорелся Вечерним заревом лучей,

Все бешеней буря, все злее и злей

«Все бешеней буря, все злее и злей, Ты крепче прижмися к груди моей».

Не остывшая от зною

Не остывшая от зною, Ночь июльская блистала…

На древе человечества высоком

На древе человечества высоком Ты лучшим был его листом,

Как верно здравый смысл народа

Как верно здравый смысл народа Значенье слов определил —

De son crayon inimitable

De son crayon inimitable Pour meriter un mot, une virgule, un trait

Последняя любовь

О, как на склоне наших лет Нежней мы любим и суеверней…

Доехал исправно, усталый и целый

Доехал исправно, усталый и целый, Сегодня прощаюсь со шляпою белой,

Люблю глаза твои, мой друг

Люблю глаза твои, мой друг, С игрой иx пламенно-чудесной,

Наполеон III

И ты свершил свой подвиг роковой, Великих сил двусмысленный наследник,

Послание к А.В. Шереметеву

Насилу добрый гений твой, Мой брат по крови и по лени,

Святая ночь

Святая ночь на небосклон взошла, И день отрадный, день любезный,

Итальянская вилла

И распростясь с тревогою житейской И кипарисной рощей заслонясь —

Как хорошо ты, о море ночное

Как хорошо ты, о море ночное,- Здесь лучезарно, там сизо-темно…

Байрон (отрывок)

1 Войди со мной — пуста сия обитель,

19-ое февраля 1864 (И тихими последними шагами)

И тихими последними шагами Он подошел к окну. День вечерел

12-ое апреля 1865 (Все решено)

Все решено, и он спокоен, Он, претерпевший до конца,—

Чуть брезжит в небе месяц светозарный

В толпе людей, в нескромном шуме дня Порой мой взор, движенья, чувства, речи

Что ты клонишь над водами

Что ты клонишь над водами, Ива, макушку свою?

Послание Горация к меценату

Приди, желанный гость, краса моя и радость! Приди, — тебя здесь ждет и кубок круговой,

Не раз ты слышала признанье

Не раз ты слышала признанье: «Не стою я любви твоей».

Слезы людские, о слезы людские

Слезы людские, о слезы людские, Льетесь вы ранней и поздней порой…

Цицерон

Оратор римский говорил Средь бурь гражданских и тревоги:

Как птичка, раннею зарей

Как птичка, раннею зарей Мир, пробудившись, встрепенулся…

Весна

Как ни гнетет рука судьбины, Как ни томит людей обман,

Могила Наполеона

Душой весны природа ожила, И блещет все в торжественном покое:

Недаром милосердым Богом

Недаром милосердым Богом Пугливой птичка создана —

Императрице Марии Александровне

Кто б ни был ты, но, встретясь с ней, Душою чистой иль греховной,

Певец (Из Гете)

«Что там за звуки пред крыльцом, За гласы пред вратами?..

Средство и цель

Стяжать венок от вас не мечу, Но ваши похвалы люблю,

Песня (Из Шекспира)

Из Шекспира

Анненковой (D’une fille du Nord, chetive et languissante)

D’une fille du Nord, chetive et languissante, Eclose a l’ombre des forets,

Поток сгустился и тускнеет

Поток сгустился и тускнеет, И прячется под твердым льдом,

Мотив Гейне (Если смерть есть ночь, если жизнь есть день)

Если смерть есть ночь, если жизнь есть день — Ах, умаял он, пестрый день, меня!..

На возвратном пути

I Грустный вид и грустный час-

Mala aria (Люблю сей божий гнев)

Mala Aria* Люблю сей божий гнев! Люблю сие незримо

Песок сыпучий по колени

Песок сыпучий по колени… Мы едем — поздно — меркнет день,

Смотри, как на речном просторе

Смотри, как на речном просторе, По склону вновь оживших вод,

Есть много мелких, безымянных

Есть много мелких, безымянных Созвездий в горней вышине,

Не говори, Меня он как и прежде любит

Не говори! Меня он как и прежде любит, Мной, как и прежде дорожит…

Когда на то нет божьего согласья

Когда на то нет божьего согласья, Как ни страдай она, любя,-

Зима недаром злится

Зима недаром злится, Прошла ее пора —

1 декабря 1837

Так здесь-то суждено нам было Сказать последнее прости…

Silentium (Силентиум, Молчание)

Молчи, скрывайся и таи И чувства и мечты свои —

К N.N.

Ты любишь, ты притворствовать умеешь, — Когда в толпе, украдкой от людей,

Тебе, болящая в далекой стороне

Тебе, болящая в далекой стороне, Болящему и страждущему мне

Ужасный сон отяготел над нами

Ужасный сон отяготел над нами, Ужасный , безобразный сон:

Песнь радости (Из Шиллера)

Радость, первенец творенья, Дщерь великого Отца,

Одиночество

(Из A.Ламартина) Как часто, бросив взор с утесистой вершины,

Странник

Угоден Зевсу бедный странник, Над ним святой его покров!..

На новый 1816 год

Уже великое небесное светило, Лиюще с высоты обилие и свет,

Брат, столько лет сопутствовавший мне

Брат, столько лет сопутствовавший мне, И ты ушел — куда мы все идем,

Там, где на высоте обрыва

Андрею Николаевичу Муравьеву Там, где на высоте обрыва

Как ни тяжел последний час

Как ни тяжел последний час — Та непонятная для нас

Арфа скальда

О арфа скальда! Долго ты спала В тени, в пыли забытого угла;

Последний катаклизм

Когда пробьет последний час природы, Состав частей разрушится земных:

Свершается заслуженная кара

Свершается заслуженная кара За тяжкий грех, тысячелетний грех…

Сижу задумчив и один

Сижу задумчив и один, На потухающий камин

Н.Ф. Щербине (Вполне понятно мне значенье)

Вполне понятно мне значенье Твоей болезненной мечты,

Так в жизни есть мгновения

Так, в жизни есть мгновения — Их трудно передать,

Кто с хлебом слез своих не ел (Из Wilhelm Meister, Гёте)

Кто с хлебом слез своих не ел, Кто в жизни целыми ночами

Печати русской доброхоты

Печати русской доброхоты, Как всеми вами, господа,

Еще шумел веселый день

Еще шумел веселый день, Толпами улица блистала,

14-ое декабря 1825

Вас развратило Самовластье, И меч его вас поразил, —

Первый лист

Лист зеленеет молодой — Смотри, как листьем молодым