Заболоцкий Николай Алексеевич
1903 - 1958

Заболоцкий Николай Алексеевич

Никола́й Алексе́евич Заболо́цкий (при рождении — За́болотский[5][6]; 24 апреля [7 мая] 1903, с/х ферма Казанского губернского земства, Каймарской волости Казанского уезда Казанской губернии — 14 октября 1958, Москва) — русский советский поэт, переводчик[7]. Член Союза писателей СССР. Репрессирован в 1938 году, находился в заключении в 1939-1943 годах, реабилитирован посмертно в 1963 году[8].

191

Стихотворений

55

Лет жизни

Стихотворения

Кулак, владыка батраков

Птицы пели над дубравой, Ночных свидетели бесед,

Движение

Сидит извозчик, как на троне, Из ваты сделана броня,

Петухи поют

На сараях, на банях, на гумнах Свежий ветер вздувает верхи.

Отдых

Вот на площади квадратной Маслодельня, белый дом!

Сон

Жилец земли, пятидесяти лет, Подобно всем счастливый и несчастный,

Голубиная книга

В младенчестве я слышал много раз Полузабытый прадедов рассказ

Утренняя песня

Могучий день пришел. Деревья встали прямо, Вздохнули листья. В деревянных жилах

Метаморфозы

Как мир меняется! И как я сам меняюсь! Лишь именем одним я называюсь,

Прохожий

Исполнен душевной тревоги, В треухе, с солдатским мешком,

Сохранение здоровья

Видишь — воздух шевелится? В нем, как думают студенты,

Я не ищу гармонии в природе

Я не ищу гармонии в природе. Разумной соразмерности начал

Болеро

Итак, Равель, танцуем болеро! Для тех, кто музыку на сменит на перо,

Некрасивая девочка

Среди других играющих детей Она напоминает лягушонка.

Цирк

Цирк сияет, словно щит, Цирк на пальцах верещит,

Где-то в поле возле Магадана

Где-то в поле возле Магадана, Посреди опасностей и бед,

Разговор с медведем

Медведь Еще не ломаются своды

Народный дом

Народный Дом, курятник радости, Амбар волшебного житья,

Бетховен

В тот самый день, когда твои созвучья Преодолели сложный мир труда,

В этой роще березовой

В этой роще березовой, Вдалеке от страданий и бед,

Возвращение с работы

Вокруг села бродили грозы, И часто, полные тоски,

Облетают последние маки

Облетают последние маки, Журавли улетают, трубя,

Футбол

Ликует форвард на бегу. Теперь ему какое дело!

Ласточка

Славно ласточка щебечет, Ловко крыльями стрижет,

Ночной сад

О сад ночной, таинственный орган, Лес длинных труб, приют виолончелей!

Болезнь

Больной, свалившись на кровать, Руки не может приподнять.

Над морем

Лишь запах чабреца, сухой и горьковатый, Повеял на меня — и этот сонный Крым,

Свадьба

Сквозь окна хлещет длинный луч, Могучий дом стоит во мраке.

Голос в телефоне

Раньше был он звонкий, точно птица, Как родник, струился и звенел,

Вопросы к морю

Хочу у моря я спросить, Для чего оно кипит?

Зеленый луч

Золотой светясь оправой С синим морем наравне,

Лесная сторожка

Скрипело, свистало и выло в лесу, И гром ударял в отдаленье, как молот,

Рубрук в Монголии

Начало путешествия Мне вспоминается доныне,

Начало осени

Старухи, сидя у ворот, Хлебали щи тумана, гари.

Пекарня

В волшебном царстве калачей, Где дым струится над пекарней,

Искушение

Смерть приходит к человеку, Говорит ему: «Хозяин,

Школа жуков

Женщины Мы, женщины, повелительницы котлов,

Офорт

И грянул на весь оглушительный зал: «Покойник из царского дома бежал!»

Смерть врача

В захолустном районе, Где кончается мир,

Ночь в Пасанаури

Сияла ночь, играя на пандури, Луна плыла в убежище любви,

Как мыши с котом воевали

Жил-был кот, Ростом он был с комод,

Подводный город

Птицы плавают над морем. Славен город Посейдон!

На закате

Когда, измученный работой, Огонь души моей иссяк,

Неудачник

По дороге, пустынной обочиной, Где лежат золотые пески,

Мир однолик, но двойственна природа

Мир однолик, но двойственна природа, И, подражать прообразам спеша,

Творцы дорог

1 Рожок поет протяжно и уныло,—

Признание

Зацелована, околдована, С ветром в поле когда-то обвенчана,

Монолог в лесу

Над волчьей каменной избушкой Сияют солнце и луна.

Встреча

Как открывается заржавевшая дверь, С трудом, с усилием,- забыв о том, что было,

Ночь в лесу

Опять стоят туманные деревья, И дом Бомбеева вдали, как самоварчик.

В жилищах наших

В жилищах наших Мы тут живём умно и некрасиво.

Засуха

О солнце, раскаленное чрез меру, Угасни, смилуйся над бедною землей!

Слепой

С опрокинутым в небо лицом, С головой непокрытой,

Белая ночь

Гляди: не бал, не маскарад, Здесь ночи ходят невпопад,

При первом наступлении зимы

При первом наступлении зимы, Блуждая над просторною Невою,

Птичий двор

Скачет, свищет и бормочет Многоликий птичий двор.

Лесное озеро

Опять мне блеснула, окована сном, Хрустальная чаша во мраке лесном.

На вокзале

В железном сумеречном зале, Глотая паровозный дым,

Лицо коня

Животные не спят. Они во тьме ночной Стоят над миром каменной стеной.

Весна в лесу

Каждый день на косогоре я Пропадаю, милый друг.

Я воспитан природой суровой

Я воспитан природой суровой, Мне довольно заметить у ног

Завещание

Когда на склоне лет иссякнет жизнь моя И, погасив свечу, опять отправлюсь я

Журавли

Вылетев из Африки в апреле К берегам отеческой земли,

Искусство

Дерево растёт, напоминая Естественную деревянную колонну.

Дождь

В тумане облачных развалин Встречая утренний рассвет,

Прощание с друзьями

В широких шляпах, длинных пиджаках, С тетрадями своих стихотворений,

Жена

Откинув со лба шевелюру, Он хмуро сидит у окна.

Прощание

Прощание! Скорбное слово! Безгласное темное тело.

Одинокий дуб

Дурная почва: слишком узловат И этот дуб, и нет великолепья

Последняя любовь

Задрожала машина и стала, Двое вышли в вечерний простор,

Гурзуф

В большом полукружии горных пород, Где, темные ноги разув,

Летний вечер

Вечерний день томителен и ласков. Стада коров, качающих бока,

Предостережение

Где древней музыки фигуры, Где с мертвым бой клавиатуры,

Не позволяй душе лениться

Не позволяй душе лениться! Чтоб в ступе воду не толочь,

Когда я недвижным трупом

Когда бы я недвижным трупом Лежал, устав от бытия,—

Во многом знании немалая печаль

Во многом знании — немалая печаль, Так говорил творец Экклезиаста.

Оттепель

Оттепель после метели. Только утихла пурга,

Портрет

Любите живопись, поэты! Лишь ей, единственной, дано

Слово о полку Игореве

Вступление Не пора ль нам, братия, начать

Гурзуф ночью

Для северных песен ненадобен юг: Родились они средь туманов и вьюг,

Седов

Он умирал, сжимая компас верный. Природа мертвая, закованная льдом,

Испытание воли

Агафонов Прошу садиться, выпить чаю,

Утро

Петух запевает, светает, пора! В лесу под ногами гора серебра.

Незрелость

Младенец кашку составляет Из манных зерен голубых.

Воздушное путешествие

В крылатом домике, высоко над землей, Двумя ревущими моторами влекомый,

Еще заря не встала над селом

Еще заря не встала над селом, Еще лежат в саду десятки теней,

Обводной канал

В моем окне на весь квартал Обводный царствует канал.

Это было давно

Это было давно. Исхудавший от голода, злой,

Храмгэс

Плоскогорие Цалки, твою высоту Стерегут, обступив, Триалетские скалы.

Я шел сквозь рощу, Ночь легла

Я шел сквозь рощу. Ночь легла Вдоль по траве, как мел бела.

Фокстрот

В ботинках кожи голубой, В носках блистательного франта,

Старая сказка

В этом мире, где наша особа Выполняет неясную роль,

Вечер на Оке

В очарованье русского пейзажа Есть подлинная радость, но она

Старость

Простые, тихие, седые, Он с палкой, с зонтиком она,-

Сентябрь

Сыплет дождик большие горошины, Рвется ветер, и даль нечиста.

У гробницы Данте

Мне мачехой Флоренция была, Я пожелал покоиться в Равенне.

Меркнут знаки зодиака

Меркнут знаки Зодиака Над просторами полей.

Когда вдали угаснет свет дневной

Когда вдали угаснет свет дневной И в черной мгле, склоняющейся к хатам,

Воспоминание

Наступили месяцы дремоты… То ли жизнь, действительно, прошла,

Безумный волк

Загадки страшные природы повсюду в воздухе висят.

Читайте, деревья, стихи Гезиода

Читайте, деревья, стихи Гезиода, Дивись Оссиановым гимнам, рябина!

Полдень

Понемногу вступает в права Ослепительно знойное лето.

Сквозь волшебный прибор Левенгука

Сквозь волшебный прибор Левенгука На поверхности капли воды

Приглашение на пир

Когда обед был подан и на стол Положен был в воде вареный вол,

Человек в воде

Формы тела и ума Кто рубил и кто ковал?

Новый быт

Восходит солнце над Москвой. Старухи бегают с тоской:

Можжевеловый куст

Я увидел во сне можжевеловый куст, Я услышал вдали металлический хруст,

Звезды, розы и квадраты

Звезды, розы и квадраты, Стрелы северного сиянья,

Я трогал листы эвкалипта

Я трогал листы эвкалипта И твердые перья агавы,

О красоте человеческих лиц

Есть лица, подобные пышным порталам, Где всюду великое чудится в малом.

Гроза

Содрогаясь от мук, пробежала над миром зарница, Тень от тучи легла, и слилась, и смешалась с травой.

Битва с предками

Ночь гремела в бочки, в банки, В дупла сосен, в дудки бури,

Осенний клен

Осенний мир осмысленно устроен И населен.

Соловей

Уже умолкала лесная капелла. Едва открывал свое горлышко чижик.

Кузнечик

Настанет день, и мой забвенный прах Вернется в лоно зарослей и речек,

Деревья

Кто вы, кивающие маленькой головкой, Играете с жуком и божией коровкой?

Поздняя весна

Осветив черепицу на крыше И согрев древесину сосны,

Вечерний бар

В глуши бутылочного рая, Где пальмы высохли давно,

Башня Греми

Ух, башня проклятая! Сто ступеней! Соратник огню и железу,

Руки

Пером спокойным вам не передать, Что чувствует сегодня сердце, роясь

Медленно земля поворотилась

Медленно земля поворотилась В сторону, несвойственную ей,

Гомборский лес

В Гомборском лесу на границе Кахети Раскинулась осень. Какой бутафор

Гроза идет

Движется нахмуренная туча, Обложив полнеба вдалеке,

Городок

Целый день стирает прачка, Муж пошел за водкой.

Тбилисские ночи

Отчего, как восточное диво, Черноока, печальна, бледна,

Север

В воротах Азии, среди лесов дремучих, Где сосны древние стоят, купая в тучах

Все, что было в душе

Все, что было в душе, все как будто опять потерялось, И лежал я в траве, и печалью и скукой томим.

Город в степи

1 Степным ветрам не писаны законы.

Генеральская дача

В Переделкине дача стояла, В даче жил старичок-генерал,

После работы

Он у станка до вечера копался — Все попусту! Лишь дома за столом,

На даче

Вижу около постройки Древо радости — орех.

Морская прогулка

На сверкающем глиссере белом Мы заехали в каменный грот,

Самовар

Самовар, владыка брюха, Драгоценный комнат поп!

Торжество земледелия

Нехороший, но красивый, Это кто глядит на нас?

Бегство в Египет

Ангел, дней моих хранитель, С лампой в комнате сидел.

Лебедь в зоопарке

Сквозь летние сумерки парка По краю искусственных вод

Стирка белья

В стороне от шоссейной дороги, В городишке из хаток и лип,

Читая стихи

Любопытно, забавно и тонко: Стих, почти непохожий на стих.

Кто мне откликнулся в чаще лесной

Кто мне откликнулся в чаще лесной? Старый ли дуб зашептался с сосной,

Рыбная лавка

И вот забыв людей коварство, Вступаем мы в иное царство.

Осенние пейзажи

1. Под дождём Мой зонтик рвется, точно птица,

Чертополох

Принесли букет чертополоха И на стол поставили, и вот

Уступи мне, скворец, уголок

Уступи мне, скворец, уголок, Посели меня в старом скворешнике.

Венчание плодами

Плоды Мичурина, питомцы садовода, Взращенные усильями народа,

Кто вы, кивающие

Бомбеев Кто вы, кивающие маленькой головкой,

Игра в снежки

В снегу кипит большая драка. Как легкий бог, летит собака.

Часовой

На карауле ночь густеет. Стоит, как башня, часовой.

Поход

Шинель двустворчатую гонит, В какую даль — не знаю сам,

Счастливый день

В полумраке увяданья Развернулась, как дуга,

В тайге

За высокий сугроб закатилась звезда, Блещет месяц — глазам невтерпеж.

Сказка о кривом человечке

На маленьком стуле сидит старичок, На нем деревянный надет колпачок.

Баллада Жуковского

Дворец дубовый словно ларь, глядит в окно курчавый царь,

На лестницах

Коты на лестницах упругих, Большие рыла приподняв,

Поэма весны

Ты и скрипку с собой принесла, И заставила петь на свирели,

На рынке

В уборе из цветов и крынок Открыл ворота старый рынок.

Пир в доме Бомбеева

Лесной чертог блистает, как лампада, Кумиры стройные стоят, как колоннада,

Посредине панели

Посредине панели Я заметил у ног

Змеи

Лес качается, прохладен, Тут же разные цветы,

Детство

Огромные глаза, как у нарядной куклы, Раскрыты широко. Под стрелами ресниц,

Подмосковные рощи

Жучок ли точит древесину Или скоблит листочек тля,

В кино

Утомленная после работы, Лишь за окнами стало темно,

Разве ты объяснишь мне

Разве ты объяснишь мне — откуда Эти странные образы дум?

Бродячие музыканты

Закинув на спину трубу, Как бремя золотое,

Дуэль

Петух возвышается стуком, И падают воздухи вниз.

Одиссей и Сирены

Однажды аттическим утром С отважной дружиною всей

Ивановы

Стоят чиновные деревья, Почти влезая в каждый дом.

На рейде

Был поздний вечер. На террасах Горы, сползающей на дно,

Птицы

Колыхаясь еле-еле Всем ветрам наперерез,

Обед

Мы разогнем усталые тела. Прекрасный вечер тает за окошком.

Железная старуха

«У меня железная старуха,- Говорил за ужином кузнец. —

Противостояние Марса

Подобно огненному зверю, Глядишь на землю ты мою,

Ночное гулянье

Расступились на площади зданья, Листья клена целуют звезду.

Осеннее утро

Обрываются речи влюбленных, Улетает последний скворец.

Осень

Когда минует день и освещение Природа выбирает не сама,

Лодейников

1 В краю чудес, в краю живых растений,

Disciplina clericalis

Хлоя Если сок твой неизменен,

Урал

Зима. Огромная, просторная зима. Деревьев громкий треск звучит, как канонада.

Ходоки

В зипунах домашнего покроя, Из далеких сел, из-за Оки,

Царица мух

Бьет крылом седой петух, Ночь повсюду наступает.

Шакалы

Среди черноморских предгорий, На первой холмистой гряде,

Клялась ты до гроба

Клялась ты — до гроба Быть милой моей.

Небесная Севилья

Стынет месяцево ворчанье В небесной Севилье.

Вчера, о смерти размышляя

Вчера, о смерти размышляя, Ожесточилась вдруг душа моя.

Поэт

Черен бор за этим старым домом, Перед домом — поле да овсы.

Хорошие сапоги

В немецкой деревне сапожник живет, Стучит молоточком и взад и вперед,

Пастухи

Пастухи — Возникновение этих фигурок

Однажды ямочку я выкопал в земле

Однажды ямочку я выкопал в земле, засунул ногу в дырку по колено

Начало зимы

Зимы холодное и ясное начало Сегодня в дверь мою три раза простучало.

Старая актриса

В позолоченной комнате стиля ампир, Где шнурками затянуты кресла,

Светляки

Слова — как светляки с большими фонарями. Пока рассеян ты и не всмотрелся в мрак,

Младенец

Когда собрание животных Победу славило земли,

Горийская симфония

Есть в Грузии необычайный город. Там буйволы, засунув шею в ворот,