Гиппиус Зинаида Николаевна
1869 - 1945

Гиппиус Зинаида Николаевна

Зинаи́да Никола́евна Ги́ппиус (по мужу Мережко́вская; 8 [20] ноября 1869, Белёв, Российская империя — 9 сентября 1945, Париж, Франция) — русская поэтесса и писательница, драматург и литературный критик, одна из видных представительниц Серебряного века. Гиппиус, составившая с Д. С. Мережковским один из самых оригинальных и творчески продуктивных супружеских союзов в истории литературы, считается идеологом русского символизма.

267

Стихотворений

76

Лет жизни

Стихотворения

Крик

Изнемогаю от усталости, Душа изранена, в крови…

Протяжная песня

Звени, звени, кольцо кандальное,

Иметь

В зеленом шуме листьев вешних, В зеленом шорохе волны,

Неразнимчато

В нашем Прежде — зыбко-дымчато, А в Теперь — и мглы, и тьмы.

Простят ли чистые герои

Простят ли чистые герои? Мы их завет не сберегли.

Родина

В темнице сидит заключённый Под крепкою стражей,

Вечер

Июльская гроза, шумя, прошла. И тучи уплывают полосою.

Ночью

Ночные знаю странные прозрения: Когда иду навстречу тишине,

Посвящение

Небеса унылы и низки, Но я знаю — дух мой высок.

Серое платьице

Девочка в сером платьице… Косы как будто из ваты…

Предел

Сердце исполнено счастьем желанья, Счастьем возможности и ожиданья,-

Как все

Не хочу, ничего не хочу, Принимаю все так, как есть.

Апельсинные цветы

О, берегитесь, убегайте От жизни легкой пустоты.

Тетрадь любви

(Надпись на конверте) Сегодня заря встаёт из-за туч.

Кто он?

Проклятой памяти безвольник, И не герой — и не злодей,

Без оправданья

Нет, никогда не примирюсь. Верны мои проклятья.

Жёлтое окно

Иди сюда, взгляни-ка Сквозь жёлтое стекло.

Закат

Освещена последняя сосна. Под нею темный кряж пушится.

Последнее

Порой всему, как дети, люди рады И в легкости своей живут веселой.

Ты любишь?

Был человек. И умер для меня. И, знаю, вспоминать о нем не надо.

Рвань

Видали ль вы, братцы, Какой у нас враг,

Игра

Совсем не плох и спуск с горы: Кто бури знал, тот мудрость ценит.

Сложности

К простоте возвращаться — зачем? Зачем — я знаю, положим.

Почему

О Ирландия, океанная, Мной не виденная страна!

Всё кругом

Страшное, грубое, липкое, грязное, Жёстко тупое, всегда безобразное,

Баллада

Сырые проходы Под светлым Днепром,

Вы задали мне трудную задачу

Вы задали мне трудную задачу! Ответить собираюсь я давно…

Банальностям

Не покидаю острой кручи я, Гранит сверкающий дроблю.

Мешается, сливается

Мешается, сливается Действительность и сон,

На Сергиевской

Окно моё над улицей низко, низко и открыто настежь.

Тяжки иные тропы

Тяжки иные тропы… Жизнь ударяет хлеско…

Снег

Опять он падает, чудесно молчаливый, Легко колеблется и опускается…

Веселье

Блевотина войны — октябрьское веселье! От этого зловонного вина

Опять

Ближе, ближе вихорь пыльный, Мчится вражеская рать.

Его дочка

Её, красивую, бледную, Её, ласковую, гибкую,

Малинка

Лист положен сверху вялый, Переплёт корзинки туг.

Она

В своей бессовестной и жалкой низости, Она как пыль сера, как прах земной.

Иди за мной

Полуувядших лилий аромат Мои мечтанья легкие туманит.

Круги

Я помню: мы вдвоем сидели на скамейке. Пред нами был покинутый источник

Август

Пуста пустыня дождевая… И, обескрылев в мокрой мгле,

Дождичек

О, веселый дождь осенний, Вечный — завтра и вчера!

Непредвиденное

По Слову Извечно-Сущего Бессменен поток времен.

Оттуда?

Она никогда не знала, как я любил её,

Отрывочное

Красная лампа горит на столе, А вокруг, везде — стены тьмы.

Колодцы

Слова, рождённые страданьем, Душе нужны, душе нужны.

Бессилье

Смотрю на море жадными очами, К земле прикованный, на берегу…

Летом

О, эти наши дни последние, Обрывки неподвижных дней!

Мудрость

Сошлись чертовки на перекрестке, На перекрестке трех дорог

Однообразие

В вечерний час уединенья, Уныния и утомленья,

Коростель

А. К. «Горяча моя постель…

Алмаз

Д.В.Философову Вечер был ясный, предвесенний, холодный,

Смиренность

Учитель жизни всех нас любит И дал нам силы — по судьбе.

Бродячая собака

Не угнаться и драматургу За тем, что выдумает жизнь сама.

Реплика ведьмы

Эко диво, ну и страхи! Вот так сила колдуна!

Непоправимо

Невозвратимо. Непоправимо. Не смоем водой. Огнем не выжжем.

Боль

«Красным углем тьму черчу, Колким жалом плоть лижу,

Два сонета

I. Спасение Мы судим, говорим порою так прекрасно,

Так ли?

Бегу от горько-сложной боли я, От праздных мыслей, праздных слов.

Поцелуй

Когда, Аньес, мою улыбку К твоим устам я приближаю,

Письмо из Совдепии

С аэроплана посылаю Письмо — кому? Кому-нибудь.

Может быть

Скоро изменятся жизни цветы, я отойду ото всех, кто мил,

Богиня

Что мне делать с тайной лунной? С тайной неба бледно-синей,

Второе Рождество

Белый праздник, — рождается предвечное Слово, белый праздник идёт, и снова —

Дьяволенок

Мне повстречался дьяволенок, Худой и щуплый — как комар.

Неизвестная

Что мне делать со смертью — не знаю. А вы, другие, — знаете? Знаете?

Мученица

Кровью и огнём меня покрыли, Будут жечь и резать, и колоть,

Надпись на книге

Мне мило отвлеченное: Им жизнь я создаю…

Что есть грех

Грех — маломыслие и малодеянье, Самонелюбие — самовлюбленность,

Мой дворец красив и пышен

Мой дворец красив и пышен, и тенист душистый сад, В рощах царственных магнолий воды тихие журчат,

Не будем как солнце

Ропшину О нет. Не в падающий час закатный,

Сентиментальное стихотворение

Час одиночества укромный, Снегов молчанье за окном,

Мгновение

Сквозь окна светится небо высокое, Вечернее небо, тихое, ясное.

Идущий мимо

У каждого, кто встретится случайно Хотя бы раз — и сгинет навсегда,

А потом?

Ангелы со мной не говорят. Любят осиянные селенья,

Так есть

Если гаснет свет — я ничего не вижу. Если человек зверь — я его ненавижу.

Люблю — хрусталь бесценный и старинный

Люблю — хрусталь бесценный и старинный, Обычаи невозвратимых дней,

Не бывает

Нет, не бывает, не бывает, Не будет, не было и нет.

Всё колдует, всё пророчит

Всё колдует, всё пророчит, Лысоглавый наш Кузьмич…

Не сказано

Тебя проведу я, никем не замеченного… Со мной ключи.

К пруду

Не осуждай меня, пойми: Я не хочу тебя обидеть,

Товарищ

Неспокойствие во взоре, Ловок, юрок, брит.

Ей в Торран

1 Я не безвольно, не бесцельно

Мертвая заря

Пусть загорается денница, В душе погибшей — смерти мгла.

Божья тварь

За Дьявола Тебя молю, Господь! И он — Твое созданье.

Пока

Я ненавижу здешнее «пока»: С концами всё, и радости, и горе.

Заклинанье

Расточитесь, духи непослушные, Разомкнитесь, узы непокорные,

Псалмопевцу

О тайнах подземных и звёздных Поёшь ты в пустынной тиши.

Овен и стрелец

Не март девический сиял моей заре: Ее огни зажглись в суровом ноябре.

Видение

На Смольном новенькие банты из алых заграничных лент.

Пусть проходят дни и годы

Пусть проходят дни и годы, Вечно та же сердцем я!

Всё мое

День вечерен, тихи склоны, Бледность, хрупкость в небесах,

Свеча ненависти

Рабы, лгуны, убийцы, тати ли — Мне ненавистен всякий грех.

Не здесь ли?

Я к монастырскому житью Имею тайное пристрастие.

Зеркала

А вы никогда не видали? В саду или в парке — не знаю,

14 декабря 1918 года

Ужель прошло — и нет возврата? В морозный день, заветный час,

Где он?

Я знаю, что жизнь размерена, и круг ввивается в круг.

Снежные хлопья

Глухим путем, неезженным, На бледном склоне дня

Сообщники

Ты думаешь, Голгофа миновала, При Понтии Пилате пробил час,

Родное

Есть целомудрие страданья И целомудрие любви.

Вся

Милая, верная, от века Суженая, Чистый цветок миндаля,

Лестница

Сны странные порой нисходят на меня. И снилось мне: наверх, туда, к вечерним теням,

Журавли

Ал. Меньшову Там теперь над проталиной вешнею

Никогда

Предутренний месяц на небе лежит. Я к месяцу еду, снег чуткий скрипит.

Там и здесь

Там — я люблю иль ненавижу, — Но понимаю всех равно:

Говори о радостном

Кричу — и крик звериный… Суди меня Господь!

Оно

Ярко цокают копыта… Что там видно, у моста?

Дни

Все дни изломаны, как преступлением, Седого Времени заржавел ход.

Брачное кольцо

Над темностью лампады незажженной Я увидал сияющий отсвет.

Улыбка

Поверьте, нет, меня не соблазнит Печалей прежних путь давно пройденный.

Оправдание

Ни воли, ни умелости, Друзья мне — как враги…

Напрасно

Всю душу не тебе ли я Несу — но тщетно:

Гибель

Близки кровавые зрачки, дымящаяся пеной пасть…

Противоречия

Тихие окна, чёрные… Дождик идёт шёпотом…

Пьявки

Там, где заводь тихая, где молчит река, Липнут пьявки чёрные к корню тростника.

Нет (Сердце к радости…)

Нет! Сердце к радости лишь вечно приближалось, Её порога не желая преступать,

Будет

Ничто не сбывается. А я верю.

Как прежде

Твоя печальная звезда Недолго радостью была мне:

Мережи

Мы долго думали, что сети Сплетает Дьявол с простотой,

Сызнова

Хотим мы созидать — и разрушать. Всё сызнова начнём, сначала.

Переменно

Какой сегодня пятнистый день: То оживляю дугу блестящую,

В гостиной

Серая комната. Речи не спешные, Даже не страшные, даже не грешные.

Святое

Печали есть повсюду… Мне надоели жалобы;

Счастье

Есть счастье у нас, поверьте, И всем дано его знать.

Гроза

А. А. Блоку Моей души, в ее тревожности,

Луна и туман

Озеро дышит теплым туманом. Он мутен и нежен, как сладкий обман.

Опустошение

В моей душе, на миг опустошённой, На миг встают безгласные виденья.

Тишь

На улицах белая тишь. Я не слышу своего сердца.

Только о себе

Мы, — робкие, — во власти всех мгновений. Мы, — гордые, — рабы самих себя.

Нет

Она не погибнет — знайте! Она не погибнет, Россия.

Небо широкое, широкое

Небо широкое, широкое. Смотрит заря утомлённая.

Тоске времён

Ты, уныльница, меня не сторожи, Ты хитра — и я хитёр, не обморочишь.

Перебои

Если сердце вдруг останавливается… — на душе беспокойно и весело…

Имя

Безумные годы совьются во прах, Утонут в забвенье и дыме.

Нагие мысли

Тёмные мысли — серые птицы… Мысль одинокая нас не живит:

Качание

Всё «Я» моё, как маятник, качается, и длинен, длинен размах.

Истина или счастье

В. К. Вам страшно за меня — а мне за вас.

Дома

Зеленые, лиловые, Серебряные, алые…

Весенний ветер

Неудержимый, властный, влажный, Весельем белым окрылен,

За копьями

Горят за копьями ограды, В жестокой тайне сочетаний,

Луговые лютики

А. М-ву Мы — то же цветенье

Слова любви

Любовь, любовь… О, даже не её — Слова любви любил я неуклонно.

Днем

Я ждал полета и бытия. Но мертвый ястреб — душа моя.

Zepp’lin III

Еще мы здесь, в юдоли дольней… Как странен звон воздушных струн!

Кровь

Я призываю Любовь, Я открываю Ей сердце.

Отдых

Слова — как пена, Невозвратимы и ничтожны.

Петербург

Люблю тебя, Петра творенье… Твой остов прям, твой облик жёсток,

Часы стоят

Часы остановились. Движенья больше нет. Стоит, не разгораясь, за окнками рассвет.

О вере

Великий грех желать возврата Неясной веры детских дней.

Соблазн

Великие мне были искушенья. Я головы пред ними не склонил.

Сны

Всё дождик да дождик… Всё так же качается Под мокрым балконом верхушка сосны…

Шутка

Не слушайте меня, не стоит: бедные Слова я говорю; я — лгу.

Брат Иероним

Брат Иероним! Я умираю… Всех позови! Хочу при всех

Если

Если ты не любишь снег, Если в снеге нет огня, —

Не о том

(Отвечавшим) Два ответа: лиловый и зелёный,

Божий суд

Это, братцы, война не военная, Это, други, Господний наказ.

Тихое пламя

Я сам найду мою отраду. Здесь всё моё, здесь только я.

Обе

За гранью смерти её я встречу, Её, единую, её, любимую.

Долго в полдень вчера я сидел у пруда

Долго в полдень вчера я сидел у пруда. Я смотрел, как дремала лениво,

Мера

Всегда чего-нибудь нет,- Чего-нибудь слишком много…

Цветы ночи

О, ночному часу не верьте! Он исполнен злой красоты.

Поэту родины

Угодила я тебе травой, зеленями да кашками,

Боятся

Щетинятся сталью, трясясь от страха, Залезли за пушки, примкнули штык,

Благая весть

Дышит тихая весна, Дышит светами приветными…

Дверь

Мы, умные,- безумны, Мы, гордые,- больны,

Не знаю я, где святость, где порок

Не знаю я, где святость, где порок, И никого я не сужу, не меряю.

Другой христианин

Никто меня не поймет — и не должен никто понять.

Мосты

Говорить не буду о смерти, и без слов всё вокруг — о смерти.

В черту

Он пришел ко мне,- а кто, не знаю, Очертил вокруг меня кольцо.

Ключ

Струись, Струись,

Чёрненькому

Радостно люблю я тварное, святой любовью, в Боге.

Христианин

Всё прах и тлен, всё гниль и грех, Позор — любовь, безумство — смех,

Кто видел Утреннюю, Белую

Кто видел Утреннюю, Белую Средь расцветающих небес, —

У порога

На сердце непонятная тревога, Предчувствий непонятных бред.

Сосны

Желанья всё безмернее, Всё мысли об одном.

Вместе

Я чту Высокого, Его завет.

Камень

Камень тела давит дух, Крылья белые, шелестящие,

Белая одежда

Он испытует — отдалением, Я принимаю испытание.

Стариковы речи

Иль дует от оконницы? Я кутаюсь, я зябну у огня…

Успокойся?

Своей рукою Вседержитель К спасенью хочет привести.

Водоскат

Душа моя угрюмая, угрозная, Живет в оковах слов.

Петроград

Кто посягнул на детище Петрово? Кто совершенное деянье рук

Гризельда

Над озером, высоко, Где узкое окно,

Берегись

Не разлучайся, пока ты жив, Ни ради горя, ни для игры.

Глаза из тьмы

О эти сны! О эти пробуждения! Опять не то ль,

Ему

Радостные, белые, белые цветы… Сердце наше. Господи, сердце знаешь Ты.

Наших дедов мечта невозможная

Наших дедов мечта невозможная, Наших героев жертва острожная,

Я

(От чужого имени) Я Богом оскорблен навек.

Нескорбному Учителю

Иисус, в одежде белой, Прости печаль мою!

Тогда и опять

Просили мы тогда, чтоб помолчали Поэты о войне, —

Между

На лунном небе чернеют ветки… Внизу чуть слышно шуршит поток.

Тварь

Царица вечно-ясная, Душа моей души!

Стихотворный вечер в «Зеленой лампе»

Перестарки и старцы и юные Впали в те же грехи:

Адонаи

Твои народы вопиют: доколь? Твои народы с севера и юга.

Миндальный цветок

О тёплый, о розово-белый, О горький миндальный цветок!

До дна

Тебя приветствую, моё поражение, тебя и победу я люблю равно;

Пауки

Я в тесной келье — в этом мире И келья тесная низка.

О другом

Господь. Отец. Мое начало. Мой конец.

Любовь

В моей душе нет места для страданья: Моя душа — любовь.

Женское «Нету»

Где гниет седеющая ива, где был и ныне высох ручеек,

Страх и смерть

Я в себе, от себя, не боюсь ничего, Ни забвенья, ни страсти.

За что тебя погубили

Качаются на луне Пальмовые перья.

Нелюбовь

Как ветер мокрый, ты бьешься в ставни, Как ветер черный, поешь: ты мой!

Молодому веку

Тринадцать лет! Мы так недавно Его приветили, любя.

13

Тринадцать, темное число! Предвестье зол, насмешка, мщенье,

На поле чести

О, сделай, Господи, скорбь нашу светлою, Далёкой гнева, боли и мести,

Давно печали я не знаю

Давно печали я не знаю, И слез давно уже не лью.

С варевом

Две девочки с крошечными головками, ужасно похожие друг на дружку,

Красная звезда

Повалили Николая, Ждали воли, ждали рая —

Отрада

Мой друг, меня сомненья не тревожат. Я смерти близость чувствовал давно.

Песня

Окно мое высоко над землею, Высоко над землею.

Серенада

Из лунного тумана Рождаются мечты.

Как он

Преодолеть без утешенья, Все пережить и все принять.

Он — ей

Разве, милая, тебя люблю я как человек

Чёрный серп

Спеленут, лежу, покорный, Лежу я очень давно;

Белое

Рождество, праздник детский, белый, Когда счастливы самые несчастные…

Сейчас

Как скользки улицы отвратные, Какая стыдь!

Грех

И мы простим, и Бог простит. Мы жаждем мести от незнанья.

Земля

Минута бессилья… Минута раздумия…

Осенью

Сгон на революцию На баррикады! На баррикады!

Глухота

Часы стучат невнятные, Нет полной тишины.

Страны уныния

Минуты уныния… Минуты забвения…

Он принял скорбь земной дороги

Он принял скорбь земной дороги, Он первый, Он один,

Ничего

Время срезает цветы и травы У самого корня блестящей косой:

Прогулка вдвоём

Дорога всё выше да выше, Всё гуще зелёные сени,

Дай увидеть родную мою Россию

Господи, дай увидеть! Молюсь я в часы ночные.

Сентябрьское

Полотенца луннозелёные на белом окне, на полу.

Комиссар

Комиссар! Комиссар! Отрастил ты брюхо.

О Польше

Я стал жесток, быть может… Черта перейдена.

К Добролюбову

Нет отреченья в отреченьи, От вечных дум исхода нет.

Крылатое

И. А. Бунину В дыму зеленом ивы…

Стекло

В стране, где все необычайно, Мы сплетены победной тайной.

Петухи

Ты пойми, — мы ни там, ни тут. Дело наше такое, — бездомное.

Конец

Огонь под золою дышал незаметней, Последняя искра, дрожа, угасала,

Свободный стих

Приманной легкостью играя, Зовет, влечет свободный стих.

Любовь одна

Единый раз вскипает пеной И рассыпается волна.

Дар

Ни о чем я Тебя просить не смею, все надобное мне — Ты знаешь сам;

Сонет

Не страшно мне прикосновенье стали И острота и холод лезвия.

Электричество

Две нити вместе свиты, Концы обнажены.

Блоку

Дитя, потерянное всеми… Все это было, кажется в последний,

Гость

Как приехал к нам англичанин-гость, По Гостиному по Двору разгуливает,

Час победы

Он опять пришёл — глядит презрительно (Кто — не знаю, просто Он, в плаще)

Земле

В рассветный вечер окно открою Навстречу росам и ветру мглистому.

Тяжёлый снег

Звезда субботняя лампады, За окнами — тяжелый снег,

Юный март

Пойдем на весенние улицы, Пойдем в золотую метель.

Всё она

Медный грохот, дымный порох, Рыжелипкие струи,

Поликсене Соловьевой

Довольно! Земного с созвездий не видно. Витать в межпланетных пространствах мне стыдно.

Час третий

Три раза искушаема была Любовь моя. И мужественно борется… сама Любовь, не я.

Пыль

Моя душа во власти страха И горькой жалости земной.

Свет

Стоны, Стоны,

Сонет (Один я в келии неосвещенной)

Один я в келии неосвещённой. С предутреннего неба, из окна,

Липнет

Не спешите, подождите, соглашатели, кровь влипчива, если застыла, —

Предсмертная исповедь христианина

Подолгу бремя жизни нёс Я, долгу мрачному послушен.

Тли

Припав к моему изголовью, ворчит, будто выстрелы, тишина;

Тщета

Я шёл по стылому, седому льду. Мой каждый шаг — ожоги и порезы.

Сегодня на земле

Есть такое трудное, Такое стыдное.

Ночь

… Не рассветает, не рассветает… На брюхе плоском она ползёт.

Тема для стихотворения

У меня длинное, длинное чёрное платье, я сижу низко, лицом к камину.

Шёл

1 По торцам оледенелым,

Страшное

Страшно оттого, что не живётся — спится. И всё двоится, все четверится.

Прямо в рай

Если хочешь жизни вечной, Неизменно-бесконечной —

Там

Я в лодке Харона, с гребцом безучастным. Как олово, густы тяжелые воды.

Есть речи

У каждого свои волшебные слова. Они как будто ничего не значат,

К ней

О, почему Тебя любить Мне суждено неодолимо?

Возня

Остов разложившейся собаки Ходит вкруг летящего ядра.

Милая

Где-то милая? Далеко, На совдепской на земле.

Ограда

В пути мои погасли очи. Давно иду, давно молчу.

Возьми меня

Открой мне, Боже, открой людей! Они Твои ли, Твое ль созданье,