Гиппиус Зинаида Николаевна
1869 - 1945

Гиппиус Зинаида Николаевна

Зинаи́да Никола́евна Ги́ппиус (по мужу Мережко́вская; 8 [20] ноября 1869, Белёв, Российская империя — 9 сентября 1945, Париж, Франция) — русская поэтесса и писательница, драматург и литературный критик, одна из видных представительниц Серебряного века. Гиппиус, составившая с Д. С. Мережковским один из самых оригинальных и творчески продуктивных супружеских союзов в истории литературы, считается идеологом русского символизма.

267

Стихотворений

76

Лет жизни

Стихотворения

Крылатое

И. А. Бунину В дыму зеленом ивы…

Не бывает

Нет, не бывает, не бывает, Не будет, не было и нет.

Сны

Всё дождик да дождик… Всё так же качается Под мокрым балконом верхушка сосны…

В черту

Он пришел ко мне,- а кто, не знаю, Очертил вокруг меня кольцо.

Непредвиденное

По Слову Извечно-Сущего Бессменен поток времен.

Шутка

Не слушайте меня, не стоит: бедные Слова я говорю; я — лгу.

Серенада

Из лунного тумана Рождаются мечты.

Благая весть

Дышит тихая весна, Дышит светами приветными…

Снег

Опять он падает, чудесно молчаливый, Легко колеблется и опускается…

Второе Рождество

Белый праздник, — рождается предвечное Слово, белый праздник идёт, и снова —

Петербург

Люблю тебя, Петра творенье… Твой остов прям, твой облик жёсток,

Осенью

Сгон на революцию На баррикады! На баррикады!

Серое платьице

Девочка в сером платьице… Косы как будто из ваты…

Иметь

В зеленом шуме листьев вешних, В зеленом шорохе волны,

Дни

Все дни изломаны, как преступлением, Седого Времени заржавел ход.

Круги

Я помню: мы вдвоем сидели на скамейке. Пред нами был покинутый источник

Мой дворец красив и пышен

Мой дворец красив и пышен, и тенист душистый сад, В рощах царственных магнолий воды тихие журчат,

Жёлтое окно

Иди сюда, взгляни-ка Сквозь жёлтое стекло.

Успокойся?

Своей рукою Вседержитель К спасенью хочет привести.

Без оправданья

Нет, никогда не примирюсь. Верны мои проклятья.

Есть речи

У каждого свои волшебные слова. Они как будто ничего не значат,

Земле

В рассветный вечер окно открою Навстречу росам и ветру мглистому.

Родное

Есть целомудрие страданья И целомудрие любви.

Цветы ночи

О, ночному часу не верьте! Он исполнен злой красоты.

На поле чести

О, сделай, Господи, скорбь нашу светлою, Далёкой гнева, боли и мести,

Не сказано

Тебя проведу я, никем не замеченного… Со мной ключи.

Мертвая заря

Пусть загорается денница, В душе погибшей — смерти мгла.

Никогда

Предутренний месяц на небе лежит. Я к месяцу еду, снег чуткий скрипит.

Всё мое

День вечерен, тихи склоны, Бледность, хрупкость в небесах,

Поликсене Соловьевой

Довольно! Земного с созвездий не видно. Витать в межпланетных пространствах мне стыдно.

Как он

Преодолеть без утешенья, Все пережить и все принять.

Тетрадь любви

(Надпись на конверте) Сегодня заря встаёт из-за туч.

Любовь одна

Единый раз вскипает пеной И рассыпается волна.

Противоречия

Тихие окна, чёрные… Дождик идёт шёпотом…

Там и здесь

Там — я люблю иль ненавижу, — Но понимаю всех равно:

Товарищ

Неспокойствие во взоре, Ловок, юрок, брит.

Он принял скорбь земной дороги

Он принял скорбь земной дороги, Он первый, Он один,

Сонет

Не страшно мне прикосновенье стали И острота и холод лезвия.

Адонаи

Твои народы вопиют: доколь? Твои народы с севера и юга.

Летом

О, эти наши дни последние, Обрывки неподвижных дней!

Сейчас

Как скользки улицы отвратные, Какая стыдь!

Предел

Сердце исполнено счастьем желанья, Счастьем возможности и ожиданья,-

Нагие мысли

Тёмные мысли — серые птицы… Мысль одинокая нас не живит:

Протяжная песня

Звени, звени, кольцо кандальное,

Псалмопевцу

О тайнах подземных и звёздных Поёшь ты в пустынной тиши.

Нескорбному Учителю

Иисус, в одежде белой, Прости печаль мою!

Письмо из Совдепии

С аэроплана посылаю Письмо — кому? Кому-нибудь.

Мешается, сливается

Мешается, сливается Действительность и сон,

Ночью

Ночные знаю странные прозрения: Когда иду навстречу тишине,

Бессилье

Смотрю на море жадными очами, К земле прикованный, на берегу…

Сентиментальное стихотворение

Час одиночества укромный, Снегов молчанье за окном,

Свеча ненависти

Рабы, лгуны, убийцы, тати ли — Мне ненавистен всякий грех.

За что тебя погубили

Качаются на луне Пальмовые перья.

Страшное

Страшно оттого, что не живётся — спится. И всё двоится, все четверится.

Петроград

Кто посягнул на детище Петрово? Кто совершенное деянье рук

Женское «Нету»

Где гниет седеющая ива, где был и ныне высох ручеек,

Ограда

В пути мои погасли очи. Давно иду, давно молчу.

Святое

Печали есть повсюду… Мне надоели жалобы;

Август

Пуста пустыня дождевая… И, обескрылев в мокрой мгле,

Журавли

Ал. Меньшову Там теперь над проталиной вешнею

Тщета

Я шёл по стылому, седому льду. Мой каждый шаг — ожоги и порезы.

Последнее

Порой всему, как дети, люди рады И в легкости своей живут веселой.

Страх и смерть

Я в себе, от себя, не боюсь ничего, Ни забвенья, ни страсти.

Сложности

К простоте возвращаться — зачем? Зачем — я знаю, положим.

Коростель

А. К. «Горяча моя постель…

Простят ли чистые герои

Простят ли чистые герои? Мы их завет не сберегли.

Там

Я в лодке Харона, с гребцом безучастным. Как олово, густы тяжелые воды.

Пауки

Я в тесной келье — в этом мире И келья тесная низка.

Глаза из тьмы

О эти сны! О эти пробуждения! Опять не то ль,

Неизвестная

Что мне делать со смертью — не знаю. А вы, другие, — знаете? Знаете?

Непоправимо

Невозвратимо. Непоправимо. Не смоем водой. Огнем не выжжем.

Тяжёлый снег

Звезда субботняя лампады, За окнами — тяжелый снег,

Качание

Всё «Я» моё, как маятник, качается, и длинен, длинен размах.

У порога

На сердце непонятная тревога, Предчувствий непонятных бред.

Обе

За гранью смерти её я встречу, Её, единую, её, любимую.

Так ли?

Бегу от горько-сложной боли я, От праздных мыслей, праздных слов.

Дар

Ни о чем я Тебя просить не смею, все надобное мне — Ты знаешь сам;

Дверь

Мы, умные,- безумны, Мы, гордые,- больны,

Страны уныния

Минуты уныния… Минуты забвения…

Снежные хлопья

Глухим путем, неезженным, На бледном склоне дня

Милая

Где-то милая? Далеко, На совдепской на земле.

Весенний ветер

Неудержимый, властный, влажный, Весельем белым окрылен,

Электричество

Две нити вместе свиты, Концы обнажены.

Чёрненькому

Радостно люблю я тварное, святой любовью, в Боге.

Берегись

Не разлучайся, пока ты жив, Ни ради горя, ни для игры.

Стекло

В стране, где все необычайно, Мы сплетены победной тайной.

Пусть проходят дни и годы

Пусть проходят дни и годы, Вечно та же сердцем я!

Стариковы речи

Иль дует от оконницы? Я кутаюсь, я зябну у огня…

Так есть

Если гаснет свет — я ничего не вижу. Если человек зверь — я его ненавижу.

Другой христианин

Никто меня не поймет — и не должен никто понять.

13

Тринадцать, темное число! Предвестье зол, насмешка, мщенье,

Тварь

Царица вечно-ясная, Душа моей души!

Чёрный серп

Спеленут, лежу, покорный, Лежу я очень давно;

Белое

Рождество, праздник детский, белый, Когда счастливы самые несчастные…

Песня

Окно мое высоко над землею, Высоко над землею.

Опять

Ближе, ближе вихорь пыльный, Мчится вражеская рать.

Смиренность

Учитель жизни всех нас любит И дал нам силы — по судьбе.

Комиссар

Комиссар! Комиссар! Отрастил ты брюхо.

Прогулка вдвоём

Дорога всё выше да выше, Всё гуще зелёные сени,

Кровь

Я призываю Любовь, Я открываю Ей сердце.

Поэту родины

Угодила я тебе травой, зеленями да кашками,

Что есть грех

Грех — маломыслие и малодеянье, Самонелюбие — самовлюбленность,

Сентябрьское

Полотенца луннозелёные на белом окне, на полу.

Гризельда

Над озером, высоко, Где узкое окно,

Дьяволенок

Мне повстречался дьяволенок, Худой и щуплый — как комар.

Алмаз

Д.В.Философову Вечер был ясный, предвесенний, холодный,

Гость

Как приехал к нам англичанин-гость, По Гостиному по Двору разгуливает,

Боль

«Красным углем тьму черчу, Колким жалом плоть лижу,

Говори о радостном

Кричу — и крик звериный… Суди меня Господь!

Ключ

Струись, Струись,

Ей в Торран

1 Я не безвольно, не бесцельно

Однообразие

В вечерний час уединенья, Уныния и утомленья,

Любовь

В моей душе нет места для страданья: Моя душа — любовь.

Луна и туман

Озеро дышит теплым туманом. Он мутен и нежен, как сладкий обман.

Час победы

Он опять пришёл — глядит презрительно (Кто — не знаю, просто Он, в плаще)

Родина

В темнице сидит заключённый Под крепкою стражей,

Крик

Изнемогаю от усталости, Душа изранена, в крови…

Свет

Стоны, Стоны,

Надпись на книге

Мне мило отвлеченное: Им жизнь я создаю…

Между

На лунном небе чернеют ветки… Внизу чуть слышно шуршит поток.

Ночь

… Не рассветает, не рассветает… На брюхе плоском она ползёт.

Пока

Я ненавижу здешнее «пока»: С концами всё, и радости, и горе.

Брат Иероним

Брат Иероним! Я умираю… Всех позови! Хочу при всех

Соблазн

Великие мне были искушенья. Я головы пред ними не склонил.

Не знаю я, где святость, где порок

Не знаю я, где святость, где порок, И никого я не сужу, не меряю.

Пыль

Моя душа во власти страха И горькой жалости земной.

Реплика ведьмы

Эко диво, ну и страхи! Вот так сила колдуна!

Молодому веку

Тринадцать лет! Мы так недавно Его приветили, любя.

Вся

Милая, верная, от века Суженая, Чистый цветок миндаля,

Идущий мимо

У каждого, кто встретится случайно Хотя бы раз — и сгинет навсегда,

Посвящение

Небеса унылы и низки, Но я знаю — дух мой высок.

Банальностям

Не покидаю острой кручи я, Гранит сверкающий дроблю.

Вместе

Я чту Высокого, Его завет.

Водоскат

Душа моя угрюмая, угрозная, Живет в оковах слов.

Конец

Огонь под золою дышал незаметней, Последняя искра, дрожа, угасала,

Она

В своей бессовестной и жалкой низости, Она как пыль сера, как прах земной.

Оно

Ярко цокают копыта… Что там видно, у моста?

Зеркала

А вы никогда не видали? В саду или в парке — не знаю,

Миндальный цветок

О тёплый, о розово-белый, О горький миндальный цветок!

Апельсинные цветы

О, берегитесь, убегайте От жизни легкой пустоты.

Zepp’lin III

Еще мы здесь, в юдоли дольней… Как странен звон воздушных струн!

Тишь

На улицах белая тишь. Я не слышу своего сердца.

Истина или счастье

В. К. Вам страшно за меня — а мне за вас.

Вы задали мне трудную задачу

Вы задали мне трудную задачу! Ответить собираюсь я давно…

Малинка

Лист положен сверху вялый, Переплёт корзинки туг.

Видение

На Смольном новенькие банты из алых заграничных лент.

Если

Если ты не любишь снег, Если в снеге нет огня, —

Стихотворный вечер в «Зеленой лампе»

Перестарки и старцы и юные Впали в те же грехи:

Нелюбовь

Как ветер мокрый, ты бьешься в ставни, Как ветер черный, поешь: ты мой!

Он — ей

Разве, милая, тебя люблю я как человек

Отрада

Мой друг, меня сомненья не тревожат. Я смерти близость чувствовал давно.

Будет

Ничто не сбывается. А я верю.

Сонет (Один я в келии неосвещенной)

Один я в келии неосвещённой. С предутреннего неба, из окна,

Возня

Остов разложившейся собаки Ходит вкруг летящего ядра.

Пьявки

Там, где заводь тихая, где молчит река, Липнут пьявки чёрные к корню тростника.

Липнет

Не спешите, подождите, соглашатели, кровь влипчива, если застыла, —

Прямо в рай

Если хочешь жизни вечной, Неизменно-бесконечной —

Мера

Всегда чего-нибудь нет,- Чего-нибудь слишком много…

Тоске времён

Ты, уныльница, меня не сторожи, Ты хитра — и я хитёр, не обморочишь.

Как прежде

Твоя печальная звезда Недолго радостью была мне:

Имя

Безумные годы совьются во прах, Утонут в забвенье и дыме.

К Добролюбову

Нет отреченья в отреченьи, От вечных дум исхода нет.

Не здесь ли?

Я к монастырскому житью Имею тайное пристрастие.

Часы стоят

Часы остановились. Движенья больше нет. Стоит, не разгораясь, за окнками рассвет.

Брачное кольцо

Над темностью лампады незажженной Я увидал сияющий отсвет.

Оттуда?

Она никогда не знала, как я любил её,

Как все

Не хочу, ничего не хочу, Принимаю все так, как есть.

Неразнимчато

В нашем Прежде — зыбко-дымчато, А в Теперь — и мглы, и тьмы.

Поцелуй

Когда, Аньес, мою улыбку К твоим устам я приближаю,

Иди за мной

Полуувядших лилий аромат Мои мечтанья легкие туманит.

А потом?

Ангелы со мной не говорят. Любят осиянные селенья,

Шёл

1 По торцам оледенелым,

Перебои

Если сердце вдруг останавливается… — на душе беспокойно и весело…

Колодцы

Слова, рождённые страданьем, Душе нужны, душе нужны.

Нет

Она не погибнет — знайте! Она не погибнет, Россия.

Днем

Я ждал полета и бытия. Но мертвый ястреб — душа моя.

Божий суд

Это, братцы, война не военная, Это, други, Господний наказ.

Христианин

Всё прах и тлен, всё гниль и грех, Позор — любовь, безумство — смех,

В гостиной

Серая комната. Речи не спешные, Даже не страшные, даже не грешные.

Оправдание

Ни воли, ни умелости, Друзья мне — как враги…

Мученица

Кровью и огнём меня покрыли, Будут жечь и резать, и колоть,

Гибель

Близки кровавые зрачки, дымящаяся пеной пасть…

За копьями

Горят за копьями ограды, В жестокой тайне сочетаний,

Всё кругом

Страшное, грубое, липкое, грязное, Жёстко тупое, всегда безобразное,

Грех

И мы простим, и Бог простит. Мы жаждем мести от незнанья.

Лестница

Сны странные порой нисходят на меня. И снилось мне: наверх, туда, к вечерним теням,

Блоку

Дитя, потерянное всеми… Все это было, кажется в последний,

Божья тварь

За Дьявола Тебя молю, Господь! И он — Твое созданье.

Сызнова

Хотим мы созидать — и разрушать. Всё сызнова начнём, сначала.

Не о том

(Отвечавшим) Два ответа: лиловый и зелёный,

Овен и стрелец

Не март девический сиял моей заре: Ее огни зажглись в суровом ноябре.

Слова любви

Любовь, любовь… О, даже не её — Слова любви любил я неуклонно.

Кто видел Утреннюю, Белую

Кто видел Утреннюю, Белую Средь расцветающих небес, —

На Сергиевской

Окно моё над улицей низко, низко и открыто настежь.

Сегодня на земле

Есть такое трудное, Такое стыдное.

О другом

Господь. Отец. Мое начало. Мой конец.

Два сонета

I. Спасение Мы судим, говорим порою так прекрасно,

Небо широкое, широкое

Небо широкое, широкое. Смотрит заря утомлённая.

Гроза

А. А. Блоку Моей души, в ее тревожности,

Вечер

Июльская гроза, шумя, прошла. И тучи уплывают полосою.

О Польше

Я стал жесток, быть может… Черта перейдена.

До дна

Тебя приветствую, моё поражение, тебя и победу я люблю равно;

Я

(От чужого имени) Я Богом оскорблен навек.

Час третий

Три раза искушаема была Любовь моя. И мужественно борется… сама Любовь, не я.

Заклинанье

Расточитесь, духи непослушные, Разомкнитесь, узы непокорные,

К пруду

Не осуждай меня, пойми: Я не хочу тебя обидеть,

О вере

Великий грех желать возврата Неясной веры детских дней.

Юный март

Пойдем на весенние улицы, Пойдем в золотую метель.

14 декабря 1918 года

Ужель прошло — и нет возврата? В морозный день, заветный час,

Боятся

Щетинятся сталью, трясясь от страха, Залезли за пушки, примкнули штык,

Улыбка

Поверьте, нет, меня не соблазнит Печалей прежних путь давно пройденный.

Земля

Минута бессилья… Минута раздумия…

Камень

Камень тела давит дух, Крылья белые, шелестящие,

Рвань

Видали ль вы, братцы, Какой у нас враг,

Глухота

Часы стучат невнятные, Нет полной тишины.

Тогда и опять

Просили мы тогда, чтоб помолчали Поэты о войне, —

Тли

Припав к моему изголовью, ворчит, будто выстрелы, тишина;

Игра

Совсем не плох и спуск с горы: Кто бури знал, тот мудрость ценит.

Тяжки иные тропы

Тяжки иные тропы… Жизнь ударяет хлеско…

Ничего

Время срезает цветы и травы У самого корня блестящей косой:

Свободный стих

Приманной легкостью играя, Зовет, влечет свободный стих.

Мудрость

Сошлись чертовки на перекрестке, На перекрестке трех дорог

Мосты

Говорить не буду о смерти, и без слов всё вокруг — о смерти.

К ней

О, почему Тебя любить Мне суждено неодолимо?

Мережи

Мы долго думали, что сети Сплетает Дьявол с простотой,

Всё она

Медный грохот, дымный порох, Рыжелипкие струи,

Ему

Радостные, белые, белые цветы… Сердце наше. Господи, сердце знаешь Ты.

Отдых

Слова — как пена, Невозвратимы и ничтожны.

Отрывочное

Красная лампа горит на столе, А вокруг, везде — стены тьмы.

Луговые лютики

А. М-ву Мы — то же цветенье

Мгновение

Сквозь окна светится небо высокое, Вечернее небо, тихое, ясное.

Почему

О Ирландия, океанная, Мной не виденная страна!

Напрасно

Всю душу не тебе ли я Несу — но тщетно:

Предсмертная исповедь христианина

Подолгу бремя жизни нёс Я, долгу мрачному послушен.

Петухи

Ты пойми, — мы ни там, ни тут. Дело наше такое, — бездомное.

Люблю — хрусталь бесценный и старинный

Люблю — хрусталь бесценный и старинный, Обычаи невозвратимых дней,

Дождичек

О, веселый дождь осенний, Вечный — завтра и вчера!

Баллада

Сырые проходы Под светлым Днепром,

Сообщники

Ты думаешь, Голгофа миновала, При Понтии Пилате пробил час,

Опустошение

В моей душе, на миг опустошённой, На миг встают безгласные виденья.

Нет (Сердце к радости…)

Нет! Сердце к радости лишь вечно приближалось, Её порога не желая преступать,

Сосны

Желанья всё безмернее, Всё мысли об одном.

С варевом

Две девочки с крошечными головками, ужасно похожие друг на дружку,

Богиня

Что мне делать с тайной лунной? С тайной неба бледно-синей,

Переменно

Какой сегодня пятнистый день: То оживляю дугу блестящую,

Белая одежда

Он испытует — отдалением, Я принимаю испытание.

Бродячая собака

Не угнаться и драматургу За тем, что выдумает жизнь сама.

Только о себе

Мы, — робкие, — во власти всех мгновений. Мы, — гордые, — рабы самих себя.

Красная звезда

Повалили Николая, Ждали воли, ждали рая —

Тихое пламя

Я сам найду мою отраду. Здесь всё моё, здесь только я.

Дай увидеть родную мою Россию

Господи, дай увидеть! Молюсь я в часы ночные.

Тема для стихотворения

У меня длинное, длинное чёрное платье, я сижу низко, лицом к камину.

Где он?

Я знаю, что жизнь размерена, и круг ввивается в круг.

Наших дедов мечта невозможная

Наших дедов мечта невозможная, Наших героев жертва острожная,

Давно печали я не знаю

Давно печали я не знаю, И слез давно уже не лью.

Долго в полдень вчера я сидел у пруда

Долго в полдень вчера я сидел у пруда. Я смотрел, как дремала лениво,

Веселье

Блевотина войны — октябрьское веселье! От этого зловонного вина

Всё колдует, всё пророчит

Всё колдует, всё пророчит, Лысоглавый наш Кузьмич…

Дома

Зеленые, лиловые, Серебряные, алые…

Ты любишь?

Был человек. И умер для меня. И, знаю, вспоминать о нем не надо.

Может быть

Скоро изменятся жизни цветы, я отойду ото всех, кто мил,

Счастье

Есть счастье у нас, поверьте, И всем дано его знать.

Кто он?

Проклятой памяти безвольник, И не герой — и не злодей,

Закат

Освещена последняя сосна. Под нею темный кряж пушится.

Его дочка

Её, красивую, бледную, Её, ласковую, гибкую,

Не будем как солнце

Ропшину О нет. Не в падающий час закатный,

Возьми меня

Открой мне, Боже, открой людей! Они Твои ли, Твое ль созданье,