Верони́ка Миха́йловна Тушно́ва (14 [27] марта 1911, Казань — 7 июля 1965, Москва) — русская советская поэтесса и переводчица, писавшая в жанре любовной лирики. Член Союза писателей СССР (1946)[2]. На её стихи были написаны популярные песни: «Не отрекаются любя», «А знаешь, всё ещё будет!..», «Сто часов счастья» и другие.
По результатам проведённого в 2015 году журналом «Русский репортёр» социологического исследования, включающего русскую и мировую классику, текст стихотворения «Не отрекаются любя» занял 36 место в топ-100 самых популярных в России поэтических строк[3].
169
Стихотворений
54
Лет жизни
Стихотворения
Я одна тебя любить умею
Я одна тебя любить умею,
да на это права не имею,
А ты придёшь, когда темно
А ты придёшь, когда темно,
когда в стекло ударит вьюга,
Не знаю, права ли
Не знаю — права ли,
не знаю — честна ли,
Опять утрами лучезарный иней
Опять утрами — лучезарный иней
на грядках, на перилах, на траве.
Ты не любишь считать облака
Ты не любишь считать
облака в синеве.
Осень
Нынче улетели журавли
на заре промозглой и туманной.
Без обещаний жизнь печальней
Без обещаний
жизнь печальней
Твой враг
С любым из нас случалось и случится…
Как это будет, знаю наперед:
Старый дом
Сколько раз я мечтала
в долгой жизни своей
Знаешь ли ты, что такое горе
Знаешь ли ты, что такое горе,
когда тугою петлей на горле?
Напрочь путь ко мне отрезая
Напрочь путь ко мне отрезая,
чтоб не видеть и не писать,
Зеркало
Все приняло в оправе круглой
Нелицемерное стекло:
Сто часов счастья
Сто часов счастья…
Разве этого мало?
Никогда мы не были так далеки
Никогда мы не были так далеки,
Но забыв обиды свои,
Молчание
Ты верен святости обряда,
и в том душа твоя права.
Где-то чавкает вязкая глина
Где-то чавкает вязкая глина,
и, как было во веки веков,—
Улыбаюсь, а сердце плачет
Улыбаюсь, а сердце плачет
в одинокие вечера.
В чем отказала я тебе
В чём отказала я тебе,
скажи?
Просторный лес листвой перемело
Просторный лес листвой перемело,
на наших лицах — отсвет бледной бронзы.
Глаза твои хмурятся
Глаза твои хмурятся,
горькие, мрачные,
А знаешь, все еще будет
А знаешь, всё ещё будет!
Южный ветер еще подует,
Человек живет совсем немного
Человек живет совсем немного —
несколько десятков лет и зим,
Как мне по сердцу вьюги такие
Как мне по сердцу вьюги такие,
посвист в поле, гуденье в трубе…
Яблоки
Ты яблоки привез на самолете
из Самарканда лютою зимой,
Самолеты
Запах леса и болота,
полночь, ветер ледяной…
Спокойный вечер пасмурен и мглист
Спокойный вечер пасмурен и мглист.
Не слышно птиц среди древесных кружев.
Память сердца
Память сердца! Память сердца!
Без дороги бродишь ты,-
Пусть друзья простят меня за то, что
Пусть друзья простят меня за то, что
повидаться с ними не спешу.
Шишка
Я в снегу подтаявшем,
около ствола,
Гонит ветер
Гонит ветер
туч лохматых клочья,
Костер
Ни зяблика, ни славки, ни грача.
Стволы в тумане.
Вальдшнеп
Влетел он в полымя заката
и замелькал, и зачернел,
Надо верными оставаться
Надо верными оставаться,
до могилы любовь неся,
Салют
Мы час назад не думали о смерти.
Мы только что узнали: он убит.
Дождик сеет, сеет, сеет, с полуночи моросит
Дождик сеет, сеет, сеет,
с полуночи моросит,
В лесу
Осенний пожар полыхает в лесу,
плывут паутин волоконца,
Ты любил, и я тебя любила
Где-то по гостиничным гостиным
Изводилась я тоской по дому,
Терпеливой буду, стойкой
Терпеливой буду, стойкой,
молодой, назло судьбе!
Ночь
Смеясь и щуря сморщенные веки,
седой старик немыслимо давно
Всегда так было
Всегда так было
и всегда так будет:
Тень
Приглушает птичий гам
тишина еловая,
Звезда
Река текла
тяжелая, как масло,
За водой мерцает серебристо
За водой мерцает серебристо
поле в редком и сухом снегу.
Открываю томик одинокий
Открываю томик одинокий —
томик в переплёте полинялом.
Знаю я бессильное мученье
Знаю я бессильное мученье
над пустой тетрадкою в тиши,
Котенок
Котенок был некрасив и худ,
сумбурной пестрой раскраски.
Непогода
Нас дождь поливал
трое суток.
Так уж сердце у меня устроено
Так уж сердце у меня устроено —
не могу вымаливать пощады.
Много счастья и много печалей на свете
Много счастья и много печалей на свете,
а рассветы прекрасны,
Пускай лучше ты не впустишь меня
Пускай лучше ты не впустишь меня,
чем я не открою двери.
Не о чем мне печалиться
Не о чем мне печалиться,
откуда же
Людские души, души разные
Людские души — души разные,
не перечислить их, не счесть.
В аэропорту
В холодном, неуютном зале
в пустынном аэропорту
Капитаны
Не ведется в доме разговоров
про давно минувшие дела,
Я прощаюсь с тобою
Я прощаюсь с тобою
у последней черты.
Нам двоим посвященная
Нам двоим посвященная,
очень краткая,
Осчастливь меня однажды
Осчастливь меня однажды,
позови с собою в рай,
Вот уеду, исчезну
Вот уеду, исчезну,
на года, навсегда,
Да, ты мой сон
Да, ты мой сон. Ты выдумка моя.
зачем же ты приходишь ежечасно,
Не опасаюсь впасть в сентиментальность
Не опасаюсь впасть в сентиментальность,
для нас с тобой такой угрозы нет.
Сто раз помочь тебе готова
Сто раз помочь тебе готова,
Любую ложь произнести,
Еду я дорогой длинной
Еду я дорогой длинной…
Незнакомые места.
Не сули мне золотые горы
Не сули мне
золотые горы,
Ни в каких не в стихах
Ни в каких не в стихах, а взаправду,
ноет сердце- лечи не лечи,
Хмурую землю стужа сковала
Хмурую землю
стужа сковала,
Я помню, где-то
Я помню, где-то,
далеко вначале,
Вот и город, Первая застава
Вот и город. Первая застава.
Первые трамваи на кругу.
Ты все еще тревожишься — что будет
Ты все еще тревожишься — что будет?
А ничего. Все будет так, как есть.
Вчерашний дождь
Вчерашний дождь
последний лист багряный
В самолете
Молчали горы — грузные и грозные,
ощеря белоснежные клыки.
Очертаниями туманными
Очертаниями туманными
горы высятся над заливом…
Я поднимаюсь по колючим склонам
Я поднимаюсь по колючим склонам,
я мну в ладонях пыльный полынок,
На рассветной поре
На рассветной поре
туча спит на горе,
Моя последняя осень
Не о чем мне печалиться,
откуда же
Бывало всё, и счастье, и печали
Бывало все: и счастье, и печали,
и разговоры длинные вдвоем.
Я люблю тебя
Я люблю тебя.
Знаю всех ближе,
Ты ножик вынул не спеша
Ты ножик вынул не спеша,
гордясь своим искусством,
Что-то мне недужится
Что-то мне недужится,
что-то трудно дышится…
С тобой я самая верная
С тобой я самая верная,
С тобой я самая лучшая,
Кукла
Много нынче в памяти потухло,
а живет безделица, пустяк:
Письмо
Просто синей краской на бумаге
неразборчивых значков ряды,
Как часто лежу я без сна в темноте
Как часто лежу я без сна в темноте,
и всё представляются мне
Резкие гудки автомобиля
Резкие гудки автомобиля,
сердца замирающий полет.
Я поняла, ты не хотел мне зла
«Я поняла —
Ты не хотел мне зла,
Бои ушли
Бои ушли. Завесой плотной
плывут туманы вслед врагам,
И чего мы тревожимся, плачем и спорим
И чего мы тревожимся, плачем и спорим,
о любимых грустим до того, что невмочь.
Городок
Не прозвучит ни слово, ни гудок
в развалинах, задохшихся от дыма.
Поют петухи
Я все о своем, все о своем —
знаешь, когда поют петухи?
Почему говорится
Почему говорится:
«Его не стало»,
Соседка
Загляденье была соседка
Кареглазая, с нежной кожей.
Кто-то в проруби тонет
Кто-то в проруби тонет.
Пустынно, темно.
В лесу (Навстречу сосны)
Навстречу сосны. Нет конца им…
День ярче, выше, горячей,
Там далёко, за холмами синими
Там далёко,
за холмами синими,
Тебе не мешала чужая бессонница
Есть признания,-
их произносишь с трудом,
Мельница
Стоит в сугробах мельница,
ничто на ней не мелется,
Небо желтой зарей окрашено
Небо желтой зарей окрашено,
недалеко до темноты…
Я стучусь в твое сердце
Я стучусь в твое сердце:
— Отвори, отвори,
Нельзя за любовь
Нельзя за любовь — любое,
Нельзя, чтобы то, что всем.
У каждого есть в жизни хоть одно,
У каждого есть в жизни хоть одно,
свое, совсем особенное место.
Воскресенье
Ни особых событий,
никакого веселья
Прощанье
У дебаркадеров лопочет
чернильно-черная вода,
Голуби
Тусклый луч блестит на олове,
мокрых вмятинах ковша…
Черемуха
Дурманящей, росистой чащею
черемуха —
Ну, пожалуйста, пожалуйста
Ну, пожалуйста, пожалуйста,
в самолет меня возьми,
Шкатулка заперта
Шкатулка заперта.
И ключ потерян.
Я не помню тебя, извини
Я не помню тебя, извини!
Я забыл твои губы и руки.
Ничего уже не объяснить
Ничего уже не объяснить,
Что случилось- мы не знаем сами…
Так было, так будет
Так было, так будет
в любом испытанье:
Как счастье внезапное, оттепель эта
Как счастье внезапное — оттепель эта.
Весны дуновеньем земля обогрета.
Все в доме пасмурно и ветхо
Все в доме пасмурно и ветхо,
скрипят ступени, мох в пазах…
Все было до меня
Всё было до меня: десятилетья
того, что счастьем называем мы.
Ночная тревога
Знакомый, ненавистный визг…
Как он в ночи тягуч и режущ!
Говоришь ты мне: надоела грусть
Говоришь ты мне:
Надоела грусть!
Воздух пьяный, нет спасенья
Воздух пьяный — нет спасения,
с ног сбивают два глотка.
Пусть мне оправдываться нечем
Пусть мне оправдываться нечем,
пусть спорны доводы мои,-
О, эти февральские вьюги
О, эти февральские вьюги,
белёсый мятущийся мрак,
С предавшей его любовью
Всех его сил проверка,
сердца его проверка,
Если б не было учителя
Если б не было учителя,
То и не было б, наверное,
Стихи о гудке
Я с детства любила гудки на реке,
я вечно толклась у причала,
Порой он был ворчливым оттого
Н. Л. Чистякову
Порой он был ворчливым оттого,
Мать
Года прошли,
а помню, как теперь,
Сколько милых ровесников
Сколько милых ровесников
в братских могилах лежит.
Помнишь, как залетела в окно синица
Помнишь, как залетела в окно синица,
Какого наделала переполоху?
Вот говорят Россия
Вот говорят: Россия…
Реченьки да березки…
Утро (Вся ночь без сна)
Вся ночь без сна…
А после, в роще,
Арык
Глаз к сиянью такому ещё не привык…
Зной густой, золотой и тягучий, как мёд…
Полнолуние
Стемнело. По тропинкам снежным
хозяйки с ведрами пошли.
Я стою у открытой двери
Я стою у открытой двери,
я прощаюсь, я ухожу.
Не отрекаются любя
Не отрекаются любя.
Ведь жизнь кончается не завтра.
Тропинка
Ночами такая стоит тишина,
стеклянная, хрупкая, ломкая.
Спор был бесплодным
Спор был бесплодным,
безысходным…
У мокрых камней выгибает волна
У мокрых камней выгибает волна
литую покатую спину.
У источника
Тягучий жар на землю льется,
томят извилины пути…
Мне говорят, нету такой любви
Мне говорят:
нету такой любви.
Твои глаза
Твои глаза… Опять… Опять…
Мне сердца стук
Морозный лес
Морозный лес.
В парадном одеянье
Нынче детство мне явилось
Нынче детство мне явилось,
приласкало на лету.
Тропа, петляя и пыля
Тропа, петляя и пыля,
сбегает в темный буерак.
Две тени
Помнишь дом на пригорке?
В камне ступени?
Не боюсь, что ты меня оставишь
Не боюсь, что ты меня оставишь
для какой-то женщины другой,
А я с годами думаю все чаще
А я с годами думаю все чаще,
что краденое счастье — тоже счастье,
Мы час назад не думали о смерти
Мы час назад не думали о смерти.
Мы только что узнали: он убит.
Быть хорошим другом обещался
Быть хорошим другом обещался,
звезды мне дарил и города.
Я пенять на судьбу не вправе
Я пенять на судьбу не вправе,
годы милостивы ко мне…
Одна сижу на пригорке
Одна сижу на пригорке
посреди весенних трясин.
Счастливо и необъяснимо
Счастливо и необъяснимо
происходящее со мной:
Дорога
До города двенадцать километров.
Шоссе как вымерло — ни человека…
