Лермонтов Михаил Юрьевич
1814 - 1841

Лермонтов Михаил Юрьевич

Михаи́л Ю́рьевич Ле́рмонтов[9] (3 [15] октября 1814, Москва — 15 [27] июля 1841, Пятигорск) — русский поэт, прозаик, драматург, художник. Поручик лейб-гвардии Гусарского полка. Творчество Лермонтова, в котором сочетаются гражданские, философские и личные мотивы, отвечавшие насущным потребностям духовной жизни русского общества, ознаменовало собой новый расцвет русской литературы и оказало большое влияние на виднейших русских писателей и поэтов XIX и XX веков. Произведения Лермонтова получили большой отклик в живописи, театре, кинематографе. Его стихи стали подлинным кладезем для оперного, симфонического и романсового творчества. Многие из них стали народными песнями[10].

432

Стихотворений

27

Лет жизни

Стихотворения

Он был в краю святом

Он был в краю святом, На холмах Палестины.

Смерть (Закат горит огнистой полосою)

Закат горит огнистой полосою, Любуюсь им безмолвно под окном,

В рядах стояли безмолвной толпой

В рядах стояли безмолвной толпой, Когда хоронили мы друга,

М. П. Соломирской

Над бездной адскою блуждая, Душа преступная порой

Песнь барда

I Я долго был в чужой стране,

На серебряные шпоры

На серебряные шпоры Я в раздумии гляжу;

Не привлекай меня красой

Не привлекай меня красой! Мой дух погас и состарился.

Когда легковерен и молод я был

Когда легковерен и молод я был, Браниться и драться я страстно любил.

Поток

Источник страсти есть во мне Великий и чудесный;

Без вас хочу сказать вам много

Без вас хочу сказать вам много, При вас я слушать вас хочу;

Ночь. II

Погаснул день! — и тьма ночная своды Небесные, как саваном, покрыла.

Безумец я! Вы правы, правы!

Безумец я! Вы правы, правы! Смешно бессмертье на земли.

Поэт (Когда Рафаэль вдохновенный)

Когда Рафаэль вдохновенный Пречистой девы лик священный

Черкешенка

Я видел вас: холмы и нивы, Разнообразных гор кусты,

Ты слишком для невинности мила

Ты слишком для невинности мила, И слишком ты любезна, чтоб любить!

Тамбовская казначейша

Посвящение Пускай слыву я старовером,

Незабудка

В старинны годы люди были Совсем не то, что в наши дни;

Беглец

Горская легенда Гарун бежал быстрее лани,

Выхожу один я на дорогу

Выхожу один я на дорогу; Сквозь туман кремнистый путь блестит;

И. П. Мятлеву

На наших дам морозных[1] С досадой я смотрю,

1831-го июня 11 дня (Моя душа, я помню)

1 Моя душа, я помню, с детских лет

Баллада (Из ворот выезжают)

(С немецкого) Из ворот выезжают три витязя в ряд, увы!

Дай бог, чтоб ты не соблазнялся

Дай бог, чтоб ты не соблазнялся Приманкой сладкой бытия,

Настанет день, и миром осужденный

Настанет день — и миром осужденный, Чужой в родном краю,

Тамара

В глубокой теснине Дарьяла, Где роется Терек во мгле,

Пленный рыцарь

Молча сижу под окошком темницы, Синее небо отсюда мне видно:

Стансы (Я не крушуся о былом)

Я не крушуся о былом, Оно меня не усладило.

Плачь! Плачь! Израиля народ

Плачь! Плачь! Израиля народ, Ты потерял звезду свою;

Мартыновой

Когда поспорить вам придётся, Не спорьте никогда о том,

Прелестнице

Пускай ханжа глядит с презреньем На беззаконный наш союз,

О, не скрывай

О, не скрывай! Ты плакала об нем — И я его люблю; он заслужил

Каллы (Убийца)

’T is the clime of the East; ’t is the land of the Sun – Can he smile on such deeds as his children have done?

Опасение

Страшись любви: она пройдет, Она мечтой твой ум встревожит,

Два брата

«Ах, брат! Ах, брат! Стыдись, мой брат! Обеты теплые с мольбами

А.Д.3. (О ты, которого)

О ты, которого клеврет твой верный Павел В искусстве ёрников в младенчестве наставил;

Beppo (Беппо)

Известно, по крайней мере должно бы было быть известно, что во всех странах католического исповедания несколько недель до поста народ веселится и празднует сколько хочет; покупают раскаяние перед тем, чтобы сделаться богомольными, какого бы высокого или низкого состояния ни были, пируют, играют, пляшут, пьют, маскируются и употребляют всё, что можно получить попросивши. Это перевод первой строфы поэмы Байрона «Беппо».

В день рождения N. N

Чего тебе, мой милый, пожелать? Учись быть счастливым на разные манеры

Нередко люди и бранили

Нередко люди и бранили, И мучили меня за то,

Св. Елена

[1] Почтим приветом остров одинокой,

Три ведьмы (из «Макбета» Ф. Шиллера)

Первая Попался мне один рыбак:

Олег

1 Во мгле языческой дубравы,

Счастливый миг

Не робей, краса младая, Хоть со мной наедине;

Грузинская песня

Жила грузинка молодая, В гареме душном увядая;

Слышу ли голос твой

Слышу ли голос твой Звонкий и ласковый,

Вид гор из степей Козлова

Пилигрим Аллах ли там среди пустыни

Весна

Когда весной разбитый лед Рекой взволнованной идет,

Чаша жизни

1 Мы пьем из чаши бытия

Боюсь не смерти я

Боюсь не смерти я. О нет! Боюсь исчезнуть совершенно.

О, как прохладно и весело нам

О, как прохладно и весело нам Вечером плыть по заснувшим волнам.

Песня (Колокол стонет)

Колокол стонет, Девушка плачет,

Когда я унесу в чужбину

Когда я унесу в чужбину Под небо южной стороны

Демон, 1829 (ранние редакции)

I <Демон>

Передо мной лежит листок

Передо мной лежит листок, Совсем ничтожный для других,

Атаман

1 Горе тебе, город Казань,

Эпитафия

Простосердечный сын свободы, Для чувств он жизни не щадил;

К *** (Не думай, чтоб я был достоин сожаленья)

Не думай, чтоб я был достоин сожаленья, Хотя теперь слова мои печальны; – нет;

Москва, Москва!.. Люблю тебя как сын

Отрывок из поэмы «Сашка».

10 июля (Опять вы, гордые, восстали)

Опять вы, гордые, восстали За независимость страны,

Крест на скале

В теснине Кавказа я знаю скалу, Туда долететь лишь степному орлу,

Стансы (Люблю, когда, борясь с душою)

Люблю, когда, борясь с душою, Краснеет девица моя:

Кавказ

Хотя я судьбой на заре моих дней, О южные горы, отторгнут от вас,

Демон, 1831 (ранние редакции)

IV <Демон>

Спор

Как-то раз перед толпою Соплеменных гор

Элегия (О! Если б дни мои текли)

О! Если б дни мои текли На лоне сладостном покоя и забвенья,

Баллада (Куда так проворно, жидовка младая)

Куда так проворно, жидовка младая? Час утра, ты знаешь, далек…

11 июля

Между лиловых облаков Однажды вечера светило

Экспромты 1841 года

Экспромты 1841 года [1] «Очарователен кавказский наш Монако!..»

Один среди людского шума

Один среди людского шума, Возрос под сенью чуждой я.

Соседка

Не дождаться мне, видно, свободы, А тюремные дни будто годы;

Солнце осени

Люблю я солнце осени, когда, Меж тучек и туманов пробираясь,

Поле Бородина

1 Всю ночь у пушек пролежали

А. А. Олениной (Ах! Анна Алексевна)

Ах! Анна Алексевна, Какой счастливый день!

Благодарю

Благодарю!.. Вчера мое признанье И стих мой ты без смеха приняла;

Из альбома Карамзиной (Любил и я)

Любил и я в былые годы, В невинности души моей,

Последнее новоселье

Меж тем, как Франция, среди рукоплесканий И кликов радостных, встречает хладный прах

Утро на Кавказе

Светает — вьётся дикой пеленой Вокруг лесистых гор туман ночной;

Из-под таинственной, холодной полумаски

Из-под таинственной, холодной полумаски Звучал мне голос твой отрадный, как мечта.

Башилову

Вы старшина собранья, верно, Так я прошу вас объявить,

Веселый час

(Стихи в оригинале найдены во Франции на стенах одной государственной темницы) Зачем вы на меня,

Он был рожден для счастья, для надежд

Он был рожден для счастья, для надежд И вдохновений мирных!— но безумный

Гроза

Ревет гроза, дымятся тучи Над темной бездною морской,

Любить вас долго было б скучно

Любить вас долго было б скучно, Любить до гроба – право, смех,

Исповедь

Я верю, обещаю верить, Хоть сам того не испытал,

Ночь. III

Темно. Всё спит. Лишь только жук ночной Жужжа в долине пролетит порой;

Она поёт, и звуки тают

Она поёт — и звуки тают, Как поцелуи на устах,

К *** (Не говори: одним высоким)

Не говори: одним высоким Я на земле воспламенен,

Гроб Оссиана

Под занавесою тумана, Под небом бурь, среди степей,

Расстались мы, но твой портрет

Расстались мы, но твой портрет Я на груди своей храню:

Ночь

В чугун печальный сторож бьёт, Один я внемлю. Глухо лают

Метель шумит, и снег валит

Метель шумит, и снег валит, Но сквозь шум ветра дальний звон,

Эпитафия (Кто яму для других копать трудился)

(Утонувшему игроку) Кто яму для других копать трудился,

На бурке под тенью чинары

1 На бурке под тенью чинары

Дереву

Давно ли с зеленью радушной Передо мной стояло ты,

Приветствую тебя, воинственных славян

Приветствую тебя, воинственных славян Святая колыбель! Пришлец из чуждых стран,

Я не для ангелов и рая

Я не для ангелов и рая Всесильным богом сотворен;

Бородино

— Скажи-ка, дядя, ведь не даром Москва, спаленная пожаром,

Звезда

Вверху одна Горит звезда,

Ребенка милого рожденье

Ребенка милого рожденье Приветствует мой запоздалый стих.

Смерть поэта

Отмщенье, государь, отмщенье! Паду к ногам твоим:

В альбом (Нет!- я не требую вниманья)

1 Нет!- я не требую вниманья

Сосед (Погаснул день на вышинах небесных)

Погаснул день на вышинах небесных, Звезда вечерняя лиет свой тихий свет;

Я видел раз ее в веселом вихре бала

Я видел раз её в весёлом вихре бала; Казалось, мне она понравиться желала;

Романс (Хоть бегут по струнам моим звуки веселья)

Хоть бегут по струнам моим звуки веселья, Они не от сердца бегут;

Баллада (В избушке позднею порою)

В избушке позднею порою Славянка юная сидит.

Что толку жить!.. Без приключений

Что толку жить!.. Без приключений И с приключеньями – тоска

Цевница

На склоне гор, близ вод, прохожий, зрел ли ты Беседку тайную, где грустные мечты

Русалка

Русалка плыла по реке голубой, Озаряема полной луной;

Демон, 1833-1834 (ранние редакции)

V Демон

Се Маккавей-водопийца кудрявые речи раскинул, как сети

Се Маккавей-водопийца[1] кудрявые речи раскинул, как сети: Злой сердцелов! Ожидает добычи, рекая в пустыне,

Прощанье

Не уезжай, лезгинец молодой; Зачем спешить на родину свою?

Посвящение N.N.

Вот, друг, плоды моей небрежной музы! Оттенок чувств тебе несу я в дар.

Печаль в моих песнях

Печаль в моих песнях, но что за нужда? Тебе не внимать им, мой друг, никогда.

Сон (Я видел сон: прохладный гаснул день)

Я видел сон: прохладный гаснул день, От дома длинная ложилась тень,

Кинжал

Люблю тебя, булатный мой кинжал, Товарищ светлый и холодный.

Уваровой

Вы мне однажды говорили, Что не привыкли в свете жить:

Черны очи

Много звезд у летней ночи, Отчего же только две у вас,

Два сокола

Степь синея расстилалась Близ Азовских берегов;

Для чего я не родился

Для чего я не родился Этой синею волной?

Вечер

Когда садится алый день За синий край земли,

Азраил

(Речка, кругом широкие долины, курган, на берегу издохший конь лежит близ кургана, и вороны летают над ним. Всё дико). Азраил (сидит на кургане)

Прости, прости

Прости, прости! О сколько мук

Эпиграмма на Н. Кукольника

В Большом театре я сидел, Давали Скопина – я слушал и смотрел.[1]

Нет, я не Байрон, я другой

Нет, я не Байрон, я другой, Ещё неведомый избранник,

Я не унижусь пред тобою

Я не унижусь пред тобою; Ни твой привет, ни твой укор

К портрету

Как мальчик кудрявый, резва, Нарядна, как бабочка летом;

Когда к тебе молвы рассказ

Когда к тебе молвы рассказ Мое названье принесет

На картину Рембрандта

Ты понимал, о мрачный гений, Тот грустный безотчетный сон,

Мрак. Тьма

Я видел сон, который не совсем был сон.[1] Блестящее солнце потухло, и звезды

Ах! Ныне я не тот совсем

Ах! Ныне я не тот совсем, Меня друзья бы не узнали,

К… (Не говори: я трус, глупец)

Не говори: я трус, глупец!.. О! Если так меня терзало

Как в ночь звезды падучей пламень

Как в ночь звезды падучей пламень, Не нужен в мире я.

Из Андрея Шенье

За дело общее, быть может, я паду Иль жизнь в изгнании бесплодно проведу;

Если бы мы не любили так нежно

Had we never loved so kindly Если б мы не дети были,

Русская мелодия

1 В уме своем я создал мир иной

Песня (Не знаю, обманут ли был я)

I Не знаю, обманут ли был я,

Мой дом

Мой дом везде, где есть небесный свод, Где только слышны звуки песен,

Как небеса твой взор блистает

Как небеса твой взор блистает Эмалью голубой,

Как часто, пестрою толпою окружен

Как часто, пестрою толпою окружен, Когда передо мной, как будто бы сквозь сон,

Не смейся над моей пророческой тоскою

Не смейся над моей пророческой тоскою; Я знал: удар судьбы меня не обойдет;

Сонет (Я памятью живу с увядшими мечтами)

Я памятью живу с увядшими мечтами, Виденья прежних лет толпятся предо мной,

Дробись, дробись, волна ночная

Дробись, дробись, волна ночная, И пеной орошай брега в туманной мгле.

Измученный тоскою и недугом

Измученный тоскою и недугом И угасая в полном цвете лет,

Хоть давно изменила мне радость

Хоть давно изменила мне радость, Как любовь, как улыбка людей,

Утес

Ночевала тучка золотая На груди утеса-великана;

Эпиграмма (Под фирмой иностранной иноземец)

Под фирмой иностранной иноземец Не утаил себя никак –

Эпиграмма (Дурак и старая кокетка – всё равно)

Дурак и старая кокетка – всё равно: Румяны, горсть белил – всё знание его!..

Надежда

Есть птичка рая у меня, На кипарисе молодом

Гроза шумит в морях с конца в конец

Гроза шумит в морях с конца в конец. Корабль летит по воле бурных вод,

Гость (Как прошлец иноплеменный)

Как прошлец иноплеменный, В облаках луна скользит.

Я не достоин, может быть, твоей любви

Я не достоин, может быть, Твоей любви: не мне судить;

The Giaour (Гяур)

Нет легкого дуновения воздуха, рассекающего волну, которая катится под могилою афинян; сей блестящий гроб на крутой, навислой скале первый приветствует возвращающуюся домой ладью; он высоко господствует над страною, тщетно им спасенною, – когда снова увидит такого героя?.. * * *

Парус (Белеет парус одинокий)

Белеет парус одинокой В тумане моря голубом!..

К N. N. (Не играй моей тоской)

Не играй моей тоской, И холодной, и немой.

Оставь напрасные заботы

Оставь напрасные заботы, Не обнажай минувших дней;

Гусар

Гусар! ты весел и беспечен, Надев свой красный доломан;

Ты помнишь ли, как мы с тобою

Ты помнишь ли, как мы с тобою Прощались позднею порою?

Послание

Катерина, Катерина, Удалая голова!

К М. И. Цейдлеру

Русский немец белокурый Едет в дальную страну,

Кто видел Кремль в час утра золотой

Кто видел Кремль в час утра золотой, Когда лежит над городом туман,

Песня (Желтый лист о стебель бьется)

Желтый лист о стебель бьется Перед бурей;

Сижу я в комнате старинной

Сижу я в комнате старинной Один с товарищем моим,

Э. К. Мусиной-Пушкиной (Графиня Эмилия)

Графиня Эмилия – Белее чем лилия,

Прощай, немытая Россия

Прощай, немытая Россия, Страна рабов, страна господ,

Эпитафия на Наполеона

Да тень твою никто не порицает, Муж рока! Ты с людьми, что над тобою рок;

К * (Делись со мною тем, что знаешь)

из Шиллера Делись со мною тем, что знаешь,

К Нине

(Из Шиллера) Ах! Сокрылась в мрак ненастный

Я жить хочу, хочу печали

Я жить хочу! хочу печали Любви и счастию назло;

К. П…ну (Забудь, любезный П[етерсон])

Забудь, любезный П[етерсон], Мои минувшие сужденья;

Воля

Моя мать — злая кручина, Отцом же была мне — судьбина;

К Н. И. Бухарову

Мы ждем тебя, спеши, Бухаров, Брось царскосельских соловьев,

Челнок (По произволу дивной власти)

По произволу дивной власти Я выкинут из царства страсти,

Ребенку

О грезах юности томим воспоминаньем, С отрадой тайною и тайным содроганьем,

Мы снова встретились с тобой

Мы снова встретились с тобой, Но как мы оба изменились!..

Пир Асмодея

(Сатира) У беса праздник. Скачет представляться

Письмо

Свеча горит! дрожащею рукою Я окончал заветные черты,

Ночь. I

Я зрел во сне, что будто умер я; Душа, не слыша на себе оков

Солнце

Как солнце зимнее прекрасно, Когда, бродя меж серых туч,

Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова

Ох ты гой еси, царь Иван Васильевич! Про тебя нашу песню сложили мы,

К N. N.

Ты не хотел! Но скоро волю рока Узнаешь ты и в бездну упадешь;

1831-го января (Редеют бледные туманы)

Редеют бледные туманы Над бездной смерти роковой,

Измаил-Бей

Восточная повесть Опять явилось вдохновенье

Ветка Палестины

Скажи мне, ветка Палестины: Где ты росла, где ты цвела,

Подражание Байрону (Не смейся, друг, над жертвою страстей)

Не смейся, друг, над жертвою страстей, Венец терновый я сужден влачить;

Нарышкиной

Всем жалко вас: вы так устали! Вы не хотели танцевать —

Это случилось в последние годы могучего Рима

Это случилось в последние годы могучего Рима, Царствовал грозный Тиверий [1] и гнал христиан беспощадно;

Нет, не тебя так пылко я люблю

Нет, не тебя так пылко я люблю, Не для меня красы твоей блистанье:

Sentenz (Сентенция)

Когда бы мог весь свет узнать, Что жизнь с надеждами, мечтами –

Бартеневой

Скажи мне: где переняла Ты обольстительные звуки

Не плачь, не плачь, мое дитя

Не плачь, не плачь, мое дитя, Не стоит он безумной муки.

Молитва (В минуту жизни трудную)

В минуту жизни трудную Теснится ль в сердце грусть,

Приходит осень, золотит (отрывок из «Последний сын вольности»)

Приходит осень, золотит Венцы дубов. Трава полей

Спеша на север издалека

Спеша на север издалека, Из теплых и чужих сторон,

Одиночество

Как страшно жизни сей оковы Нам в одиночестве влачить.

Из Паткуля

Напрасна врагов ядовитая злоба, Рассудят нас бог и преданья людей;

Посреди небесных тел

Посреди небесных тел Лик луны туманный,

И на театре, как на сцене света

И на театре, как на сцене света. Мы не выходим из балета:

Эпитафия (Прости! Увидимся ль мы снова?)

Прости! Увидимся ль мы снова? И смерть захочет ли свести

Никто, никто, никто не усладил

Никто, никто, никто не усладил В изгнанье сем тоски мятежной!

Забывши волнения жизни мятежной

Забывши волнения жизни мятежной, Один жил в пустыне рыбак молодой.

Пусть я кого-нибудь люблю

Пусть я кого-нибудь люблю: Любовь не красит жизнь мою.

На буйном пиршестве задумчив он сидел

На буйном пиршестве задумчив он сидел Один, покинутый безумными друзьями,

Остаться без носу – наш Маккавей боялся

Остаться без носу – наш Маккавей боялся, Приехал на воды – и с носом он остался.

Душа моя должна прожить в земной неволе

Душа моя должна прожить в земной неволе Не долго. Может быть, я не увижу боле

К себе

Как я хотел себя уверить, Что не люблю ее, хотел

Литвинка

Повесть 1

Земля и небо

Как землю нам больше небес не любить? Нам небесное счастье темно;

Чума в Саратове

I Чума явилась в наш предел;

Журналист, читатель и писатель

Les poètes ressemblent aux ours, qui se nourrissent en suçant leur patte. Inédit. [1]

Ангел

По небу полуночи ангел летел, И тихую песню он пел,

А. Петрову

Ну что скажу тебе я спросту? Мне не с руки хвала и лесть:

Боярин Орша

Глава I Тогда сердце ее разорвалось в одном протяжном крике,

Сентября 28

Опять, опять я видел взор твой милый, Я говорил с тобой.

Морская царевна

В море царевич купает коня; Слышит: «Царевич! взгляни на меня!»

Демон. Отрывки из ереванского списка (первая половина 1838 г.)

Посвящение Тебе, Кавказ, суровый царь земли,

Преступник

Повесть «Скажи нам, атаман честной,

Взгляни на этот лик

Взгляни на этот лик; искусством он Небрежно на холсте изображен,

Чума

(Отрывок) 79

Слова разлуки повторяя

Слова разлуки повторяя, Полна надежд душа твоя;

Заблуждение Купидона

Однажды женщины Эрота отодрали; Досадой раздражен, упрямое дитя,

Первая любовь

В ребячестве моем тоску любови знойной Уж стал я понимать душою беспокойной;

Хвала тебе, приют лентяев

Хвала тебе, приют лентяев, Хвала, ученья дивный храм,

К портрету старого гусара

Смотрите, как летит, отвагою пылая… Порой обманчива бывает седина:

Синие горы Кавказа, приветствую вас

Синие горы Кавказа, приветствую вас! вы взлелеяли детство мое;

Наполеон

(Дума) В неверный час, меж днем и темнотой,

Когда с дубравы лист слетает пожелтелый

Когда с дубравы лист слетает пожелтелый, То вихрь его несет за дальних гор поток —

Романс (Ты идешь на поле битвы)

1 Ты идешь на поле битвы,

Глупой красавице

1 Амур спросил меня однажды,

Мой демон

Собранье зол его стихия. Носясь меж дымных облаков,

Ответ

Кто муки знал когда-нибудь И чьи к любви закрылись вежды,

Тростник (Сидел рыбак веселый)

Сидел рыбак веселый На берегу реки,

Смерть (Ласкаемый цветущими мечтами)

Ласкаемый цветущими мечтами, Я тихо спал и вдруг я пробудился,

Не верь себе

Que nous font après tout les vulgaires abois De tous ces charlatans qui donnent de la voix,

Мой друг, напрасное старанье

К *** Мой друг, напрасное старанье!

Две невольницы

Beware, my Lord, of jealousy Othello. W. Shakespear.[1]

Гляжу на будущность с боязнью

Гляжу на будущность с боязнью, Гляжу на прошлое с тоской

Воздушный корабль

По синим волнам океана, Лишь звезды блеснут в небесах,

Сон

В полдневный жар в долине Дагестана С свинцом в груди лежал недвижим я;

Сосед

Кто б ни был ты, печальный мой сосед, Люблю тебя, как друга юных лет,

Договор

Пускай толпа клеймит презреньем Наш неразгаданный союз,

И скучно и грустно

И скучно и грустно, и некому руку подать В минуту душевной невзгоды…

Романс (Коварной жизнью недовольный)

Коварной жизнью недовольный,[1] Обманут низкой клеветой,

Кавказу

Кавказ! Далекая страна! Жилище вольности простой!

К гению

Когда во тьме ночей мой, не смыкаясь, взор Без цели бродит вкруг, прошедших дней укор

Посвящение (Тебе я некогда вверял)

Тебе я некогда вверял Души взволнованной мечты;

Я пробегал страны России

Я пробегал страны России, Как бедный странник меж людей, —

Благодарность

За все, за все тебя благодарю я: За тайные мучения страстей,

Светись, светись, далёкая звезда

Светись, светись, далекая звезда, Чтоб я в ночи встречал тебя всегда;

А. О. Смирновой

В простосердечии невежды Короче знать вас я желал,

Желание

Зачем я не птица, не ворон степной, Пролетевший сейчас надо мной?

Молитва (Я, матерь божия, ныне с молитвою)

Я, матерь божия, ныне с молитвою Пред твоим образом, ярким сиянием,

Стансы

I Взгляни, как мой спокоен взор,

Есть речи, значенье

Есть речи — значенье Темно иль ничтожно,

Разлука

Я виноват перед тобою, Цены услуг твоих не знал.

К *** (Когда твой друг с пророческой тоскою)

Когда твой друг с пророческой тоскою Тебе вверял толпу своих забот,

Вечер после дождя

Гляжу в окно: уж гаснет небосклон, Прощальный луч на вышине колонн,

Романс (Невинный нежною душой)

Невинный нежною душой, Не знавши в юности страстей прилив,

Баллада (Над морем красавица-дева сидит)

Над морем красавица-дева сидит; И, к другу ласкаяся, так говорит:

К приятелю

Мой друг, не плачь перед разлукой И преждевременною мукой

На севере диком стоит одиноко

На севере диком стоит одиноко На голой вершине сосна,

Посвящение (Прими, прими мой грустный труд)

Прими, прими мой грустный труд[1] И, если можешь, плачь над ним;

Мцыри (Поэма)

1 Немного лет тому назад,

Могила бойца

(Дума) I

К *** (Дай руку мне, склонись к груди поэта)

Дай руку мне, склонись к груди поэта, Свою судьбу соедини с моей:

Смерть (Оборвана цепь жизни молодой)

Оборвана цепь жизни молодой, Окончен путь, бил час, пора домой,

Додо

Умеешь ты сердца тревожить, Толпу очей остановить,

Прекрасны вы, поля земли родной

Прекрасны вы, поля земли родной, Еще прекрасней ваши непогоды;

Жена севера

Покрыта таинств легкой сеткой, Меж скал полуночной страны,

Волны и люди

Волны катятся одна за другою С плеском и шумом глухим;

Лилейной рукой поправляя

Лилейной рукой поправляя Едва пробившийся ус,

Исповедь (День гас, в наряде голубом)

I День гас; в наряде голубом

Памяти А. И. О[доевско]го

1 Я знал его: мы странствовали с ним

Поэт

Отделкой золотой блистает мой кинжал; Клинок надежный, без порока;

Отрывок (Три ночи я провел без сна – в тоске)

Три ночи я провел без сна – в тоске, В молитве, на коленях – степь и небо

Прости! — мы не встретимся боле

Прости! — мы не встретимся боле, Друг другу руки не пожмём;

Они любили друг друга так долго и нежно

Они любили друг друга, но ни один не желал признаться в этом другому.

Юнкерская молитва

Царю небесный! Спаси меня

Когда ты холодно внимаешь

Когда ты холодно внимаешь Рассказам горести чужой

В альбом Н. Ф. Ивановой (Что может краткое свиданье)

Что может краткое свиданье Мне в утешенье принести?

Мадригал («Душа телесна!» – ты всех уверяешь смело)

«Душа телесна!» – ты всех уверяешь смело; Я соглашусь, любовию дыша:

К *** (Не медли в дальной стороне)

Не медли в дальной стороне, Молю, мой друг, спеши сюда.

Графине Ростопчиной

Я верю: под одной звездою Мы с вами были рождены;

Вы не знавали князь Петра

Вы не знавали князь Петра; Танцует, пишет он порою,

Она не гордой красотою

Она не гордой красотою Прельщает юношей живых,

Н. Ф. И…..вой (Любил с начала жизни я)

Любил с начала жизни я Угрюмое уединенье,

Кладбище

Вчера до самой ночи просидел Я на кладбище, все смотрел, смотрел

Эпиграммы

1 Есть люди странные, которые с друзьями

Еврейская мелодия

Я видал иногда, как ночная звезда В зеркальном заливе блестит;

Хаджи Абрек

Велик, богат аул Джемат,[1] Он никому не платит дани;

К другу Шеншину

«До лучших дней!» — перед прощаньем, Пожав мне руку, ты сказал;

Стансы: К Д***

1 Я не могу ни произнесть,

Отрывок (Приметив юной девы грудь)

Приметив юной девы грудь, Судьбой случайной, как-нибудь,

Булевар

С минуту лишь с бульвара прибежав, Я взял перо – и, право, очень рад,

Нищий

У врат обители святой Стоял просящий подаянья

Романс (Стояла серая скала на берегу морском)

Стояла серая скала на берегу морском; Однажды на чело ее слетел небесный гром.

Зови надежду сновиденьем

Зови надежду сновиденьем, Неправду — истиной зови,

Венеция

1 Поверхностью морей отражена,

Забудь опять свои надежды

Забудь опять Свои надежды;

Опять, народные витии

1 Опять, народные витии,

Пророк

С тех пор как вечный судия Мне дал всеведенье пророка,

К* (Мы случайно сведены судьбою)

Мы случайно сведены судьбою, Мы себя нашли один в другом,

К… (Простите мне, что я решился к вам)

«Простите мне, что я решился к вам Писать. Перо в руке, могила –

Склонись ко мне, красавец молодой

1 Склонись ко мне, красавец молодой!

Демон

Восточная повесть Часть I

Все тихо, полная луна

Все тихо — полная луна Блестит меж ветел над прудом,

Портреты

1 Он некрасив, он невысок,

Я видел тень блаженства

Я видел тень блаженства; но вполне, Свободно от людей и от земли,

Первоначальные наброски к III редакции «Демона»

Когда последнее мгновенье Мой взор навеки омрачит,

Любовь мертвеца

Пускай холодною землею Засыпан я,

Раскаянье

К чему мятежное роптанье, Укор владеющей судьбе?

Бой с барсом (Отрывок Мцыри)

Отрывок из поэмы Мцыри

Эпиграмма на Ф. Булгарина, I и эпиграмма на Ф. Булгарина, II

1 Россию продает Фадей

Болезнь в груди моей, и нет мне исцеленья

Болезнь в груди моей, и нет мне исцеленья, Я увядаю в полном цвете!

Небо и звезды

Чисто вечернее небо, Ясны далекие звезды,

Дитя в люльке (из Шиллера)

Счастлив ребенок! и в люльке просторно ему: но дай время

Тебе, Кавказ, суровый царь земли

Тебе, Кавказ, суровый царь земли, Я снова посвящаю стих небрежный.

Девятый час; уж темно; близ заставы

Девятый час; уж темно; близ заставы Чернеют рядом старых пять домов,

Бухариной

Не чудно ль, что зовут вас Вера? Ужели можно верить вам?

Щербатовой

Поверю ль я, чтоб вы хотели Покинуть общество Москвы,

Стансы (Не могу на родине томиться)

Не могу на родине томиться, Прочь отсель, туда, в кровавый бой.

Дума

Печально я гляжу на наше поколенье! Его грядущее — иль пусто, иль темно,

Молитва (Не обвиняй меня, Всесильный)

Не обвиняй меня, Всесильный, И не карай меня, молю,

Примите дивное посланье

Примите дивное посланье Из края дальнего сего;

Когда судьба тебя захочет обмануть

Когда судьба тебя захочет обмануть И мир печалить сердце станет —

Никто моим словам не внемлет

Никто моим словам не внемлет… Я один. День гаснет… Красными рисуясь полосами,

Ангел смерти

Восточная повесть Посвящается А. М. В.

Романс (В те дни, когда уж нет надежд)

В те дни, когда уж нет надежд, А есть одно воспоминанье,

Будь со мною, как прежде бывала

К *** Будь со мною, как прежде бывала;

Челнок (Воет ветр и свистит пред недальной грозой)

Воет ветр и свистит пред недальной грозой; По морю, на темный восток,

Алябьевой (Вам красота, чтобы блеснуть)

Вам красота, чтобы блеснуть, Дана;

Стансы (Мне любить до могилы творцом суждено)

Мне любить до могилы творцом суждено, Но по воле того же творца

Хомутовой

Слепец, страданьем вдохновенный, Вам строки чудные писал,

Предсказание

Настанет год, России черный год, Когда царей корона упадет;

Булгакову (На вздор и шалости ты хват)

На вздор и шалости ты хват И мастер на безделки,

Покаяние

Дева — Я пришла, святой отец,

Великий муж! Здесь нет награды

Великий муж! Здесь нет награды, Достойной доблести твоей!

Песнь Казбича

Много красавиц в аулах у нас, Звезды сияют во мраке их глаз,

К *** (Глядися чаще в зеркала)

Глядися чаще в зеркала, Любуйся милыми очами,

Совет

Если, друг, тебе сгрустнется, Ты не дуйся, не сердись:

Время сердцу быть в покое

Время сердцу быть в покое От волненья своего

Перчатка (из Шиллера)

Вельможи толпою стояли И молча зрелища ждали;

Смело верь тому, что вечно

Смело верь тому, что вечно, Безначально, бесконечно

Умирающий гладиатор

Я вижу перед собой лежащего гладиатора… Байрон.

Всевышний произнес свой приговор

Всевышний произнес свой приговор, Его ничто не переменит;

Очи N. N.

Нет смерти здесь; и сердце вторит нет; Для смерти слишком весел этот свет.

Когда надежде недоступный

Когда надежде недоступный, Не смея плакать и любить,

Я счастлив, тайный яд течёт в моей крови

Я счастлив! — тайный яд течёт в моей крови, Жестокая болезнь мне смертью угрожает!..

К Л.- (У ног других не забывал)

(Подражание Байрону) 1

Как дух отчаянья и зла

Как дух отчаянья и зла, Мою ты душу обняла;

Желанье

Отворите мне темницу, Дайте мне сиянье дня,

Я не люблю тебя

Я не люблю тебя; страстей И мук умчался прежний сон;

К Грузинову

Скажу, любезный мой приятель, Ты для меня такой смешной,

Дары Терека

Терек воет, дик и злобен, Меж утесистых громад,

Листок

Дубовый листок оторвался от ветки родимой И в степь укатился, жестокою бурей гонимый;

Война

Зажглась, друзья мои, война; И развились знамена чести;

Демон. Отрывок из копии Р. В. Зотова (промежуточной между V и ереванской редакцией)

После стихов «Вослед за веком век бежал, // Как за минутою минута, // Однообразной чередой»: Над утомленною землей

Валерик

Я к вам пишу случайно; право Не знаю как и для чего.

Napoleon’s farewell (Прощание Наполеона)

1 Прости! О край, где тень моей славы восстала и покрыла землю своим именем – он покидает меня теперь, но страница его истории, самая мрачная или блестящая, наполнена моими подвигами. Я воевал с целым светом, который победил меня только тогда, когда метеор завоеваний заманил меня слишком далёко; я противился народам, которые боялись меня оставленного, последнего, единственного пленника из миллионов бывших на войне.

Песня (Светлый призрак дней минувших)

Светлый призрак дней минувших, Для чего ты

Оправдание

Когда одни воспоминанья О заблуждениях страстей,

Нет, веря в этом моей надежде

Нет, веря в этом моей надежде, Я жду лучшего будущего.

Итак, прощай

Итак, прощай! Впервые этот звук Тревожит так жестоко грудь мою.

Поэма Уланша

Идет наш пестрый эскадрон Шумящей, пьяною толпою;

Отрывок (На жизнь надеяться страшась)

На жизнь надеяться страшась, Живу, как камень меж камней,

Силуэт

Есть у меня твой силуэт, Мне мил его печальный цвет;

Казачья колыбельная песня

Спи, младенец мой прекрасный, Баюшки-баю.

Завещание (Есть место: близ тропы глухой)

1 Есть место: близ тропы глухой,

Три пальмы

Восточное сказание В песчаных степях аравийской земли

Два великана

В шапке золота литого Старый русский великан

Демон: поэма, 1831 (Ранние редакции)

III Демон

Расписку просишь ты, гусар

Расписку просишь ты, гусар, – Я получил твое посланье;

Корсар

Longtemps il eut le sort prospére Dans ce métier si dangereux.

Щербатовой (На светские цепи)

На светские цепи, На блеск утомительный бала

Баллада (До рассвета поднявшись, перо очинил)

До рассвета поднявшись, перо очинил Знаменитый Югельский барон,

Песня (Ликуйте, друзья, ставьте чаши вверх дном)

Ликуйте, друзья, ставьте чаши вверх дном, Пейте!

Когда б в покорности незнанья

1 Когда б в покорности незнанья

Блистая, пробегают облака

Блистая, пробегают облака По голубому небу. Холм крутой

Люблю я цепи синих гор

Люблю я цепи синих гор, Когда, как южный метеор,

Кто в утро зимнее

Кто в утро зимнее, когда валит Пушистый снег, и красная заря

Наполеон (Где бьет волна о брег высокой)

Где бьет волна о брег высокой, Где дикий памятник небрежно положен,

На темной скале над шумящим Днепром

На темной скале над шумящим Днепром Растет деревцо молодое;

Кавказский пленник

I В большом ауле, под горою,

К Сушковой

Вблизи тебя до этих пор Я не слыхал в груди огня.

Родина (Люблю отчизну я, но странною любовью)

Люблю отчизну я, но странною любовью! Не победит ее рассудок мой.

К *** (О, полно извинять разврат)

О, полно извинять разврат! Ужель злодеям щит порфира?

Ты мог быть лучшим королём

Ты мог быть лучшим королём, Ты не хотел. Ты полагал

Завещание

Наедине с тобою, брат, Хотел бы я побыть:

Ночь (Один я в тишине ночной)

Один я в тишине ночной; Свеча сгоревшая трещит,

К Нэере

Скажи, для чего перед нами Ты в кудри вплетаешь цветы?

Как луч зари, как розы Леля

Как луч зари, как розы Леля, Прекрасен цвет ее ланит;

Монго

Садится солнце за горой, Туман дымится над болотом.

Когда волнуется желтеющая нива

Когда волнуется желтеющая нива, И свежий лес шумит при звуке ветерка,

Из Гёте

Горные вершины Спят во тьме ночной;

Арфа

I Когда зеленый дерн мой скроет прах,

Я не хочу, чтоб свет узнал

Я не хочу, чтоб свет узнал Мою таинственную повесть;

Как по вольной волюшке

Как по вольной волюшке — По зелену морю

Ты молод. Цвет твоих кудрей

Ты молод. Цвет твоих кудрей Не уступает цвету ночи,

С немецкого

Я проводил тебя со слезами; но ты удалилась, чужда сожалений и слез. Где долго ожиданный день, столько радости мне обещавший? – погиб он! – но я не раскаялся в том, в чем тебе поклялся.

Гость (быль) (Кларису юноша любил)

(Посвящается……) Кларису юноша любил,

Отчего

Мне грустно, потому что я тебя люблю, И знаю: молодость цветущую твою

Баллада (из Байрона)

Берегись! Берегись! Над бургосским путем[1] Сидит один черный монах;

К деве небесной

Когда бы встретил я в раю На третьем небе образ твой,

Осень

Листья в поле пожелтели, И кружатся и летят;

Мое грядущее в тумане

Мое грядущее в тумане, Былое полно мук и зла…

Джюлио

(Повесть. 1830 год.) Вступление

Новгород

Сыны снегов, сыны славян, Зачем вы мужеством упали?

Пора уснуть последним сном

Пора уснуть последним сном, Довольно в мире пожил я;

Когда последнее мгновенье

Когда последнее мгновенье Мой взор навеки омрачит

Сабуровой

Как? Вы поэта огорчили И не наказаны потом?

Поцелуями прежде считал

Поцелуями прежде считал Я счастливую жизнь свою,

Стансы (Мгновенно пробежав умом)

Мгновенно пробежав умом Всю цепь того, что прежде было,-

Звуки и взор

О, полно ударять рукой По струнам арфы золотой.

Тучи

Тучки небесные, вечные странники! Степью лазурною, цепью жемчужною

Узник

Отворите мне темницу, Дайте мне сиянье дня,

Унылый колокола звон

Унылый колокола звон В вечерний час мой слух невольно потрясает,

Видение

Я видел юношу: он был верхом На серой борзой лошади — и мчался

В старинны годы жили-были

В старинны годы жили-были Два рыцаря, друзья;

Сказка для детей

1 Умчался век эпических поэм,

Монолог

Поверь, ничтожество есть благо в здешнем свете. К чему глубокие познанья, жажда славы,

Русская песня

1 Клоками белый снег валится,

Черкесы

Подобно племени Батыя, Изменит прадедам Кавказ:

Она была прекрасна, как мечта

Она была прекрасна, как мечта Ребенка под светилом южных стран;

Оставленная пустынь предо мной

1 Оставленная пустынь предо мной

А.А.Углицкой (Ma chere Alexandrine)

Ma chere Alexandrine, Простите, же ву при, [1]

Послушай, быть может, когда мы покинем

Послушай, быть может, когда мы покинем Навек этот мир, где душою так стынем,

Свершилось, полно ожидать

Свершилось! полно ожидать Последней встречи и прощанья!

Ужасная судьба отца и сына

Ужасная судьба отца и сына Жить розно и в разлуке умереть,

Последний сын вольности

(Повесть) Посвящается (Н. С. Шеншину)

Послушай! Вспомни обо мне

Послушай! Вспомни обо мне, Когда, законом осужденный,

Свиданье

1 Уж за горой дремучею

Жалобы турка

Ты знал ли дикий край, под знойными лучами, Где рощи и луга поблекшие цветут?

Бой

Сыны небес; однажды надо мною Слетелися, воздушных два бойца;

Не ты, но судьба виновата была

Не ты, но судьба виновата была, Что скоро ты мне изменила,