Лермонтов Михаил Юрьевич
1814 - 1841

Лермонтов Михаил Юрьевич

Михаи́л Ю́рьевич Ле́рмонтов[9] (3 [15] октября 1814, Москва — 15 [27] июля 1841, Пятигорск) — русский поэт, прозаик, драматург, художник. Поручик лейб-гвардии Гусарского полка. Творчество Лермонтова, в котором сочетаются гражданские, философские и личные мотивы, отвечавшие насущным потребностям духовной жизни русского общества, ознаменовало собой новый расцвет русской литературы и оказало большое влияние на виднейших русских писателей и поэтов XIX и XX веков. Произведения Лермонтова получили большой отклик в живописи, театре, кинематографе. Его стихи стали подлинным кладезем для оперного, симфонического и романсового творчества. Многие из них стали народными песнями[10].

432

Стихотворений

27

Лет жизни

Стихотворения

Вечер после дождя

Гляжу в окно: уж гаснет небосклон, Прощальный луч на вышине колонн,

Гроза шумит в морях с конца в конец

Гроза шумит в морях с конца в конец. Корабль летит по воле бурных вод,

Булгакову (На вздор и шалости ты хват)

На вздор и шалости ты хват И мастер на безделки,

Грузинская песня

Жила грузинка молодая, В гареме душном увядая;

К N. N. (Не играй моей тоской)

Не играй моей тоской, И холодной, и немой.

Родина (Люблю отчизну я, но странною любовью)

Люблю отчизну я, но странною любовью! Не победит ее рассудок мой.

Волны и люди

Волны катятся одна за другою С плеском и шумом глухим;

Романс (Хоть бегут по струнам моим звуки веселья)

Хоть бегут по струнам моим звуки веселья, Они не от сердца бегут;

Когда с дубравы лист слетает пожелтелый

Когда с дубравы лист слетает пожелтелый, То вихрь его несет за дальних гор поток —

Вы не знавали князь Петра

Вы не знавали князь Петра; Танцует, пишет он порою,

Русская песня

1 Клоками белый снег валится,

Стансы (Не могу на родине томиться)

Не могу на родине томиться, Прочь отсель, туда, в кровавый бой.

Когда ты холодно внимаешь

Когда ты холодно внимаешь Рассказам горести чужой

Пророк

С тех пор как вечный судия Мне дал всеведенье пророка,

Это случилось в последние годы могучего Рима

Это случилось в последние годы могучего Рима, Царствовал грозный Тиверий [1] и гнал христиан беспощадно;

Молитва (В минуту жизни трудную)

В минуту жизни трудную Теснится ль в сердце грусть,

Сон

В полдневный жар в долине Дагестана С свинцом в груди лежал недвижим я;

Как дух отчаянья и зла

Как дух отчаянья и зла, Мою ты душу обняла;

Литвинка

Повесть 1

Безумец я! Вы правы, правы!

Безумец я! Вы правы, правы! Смешно бессмертье на земли.

Она поёт, и звуки тают

Она поёт — и звуки тают, Как поцелуи на устах,

Я не хочу, чтоб свет узнал

Я не хочу, чтоб свет узнал Мою таинственную повесть;

Юнкерская молитва

Царю небесный! Спаси меня

Булевар

С минуту лишь с бульвара прибежав, Я взял перо – и, право, очень рад,

И скучно и грустно

И скучно и грустно, и некому руку подать В минуту душевной невзгоды…

В старинны годы жили-были

В старинны годы жили-были Два рыцаря, друзья;

Валерик

Я к вам пишу случайно; право Не знаю как и для чего.

Тамара

В глубокой теснине Дарьяла, Где роется Терек во мгле,

Преступник

Повесть «Скажи нам, атаман честной,

Наполеон

(Дума) В неверный час, меж днем и темнотой,

Как в ночь звезды падучей пламень

Как в ночь звезды падучей пламень, Не нужен в мире я.

Пора уснуть последним сном

Пора уснуть последним сном, Довольно в мире пожил я;

Смерть (Закат горит огнистой полосою)

Закат горит огнистой полосою, Любуюсь им безмолвно под окном,

Если бы мы не любили так нежно

Had we never loved so kindly Если б мы не дети были,

Из-под таинственной, холодной полумаски

Из-под таинственной, холодной полумаски Звучал мне голос твой отрадный, как мечта.

Зови надежду сновиденьем

Зови надежду сновиденьем, Неправду — истиной зови,

Ах! Ныне я не тот совсем

Ах! Ныне я не тот совсем, Меня друзья бы не узнали,

Я видел раз ее в веселом вихре бала

Я видел раз её в весёлом вихре бала; Казалось, мне она понравиться желала;

Ангел

По небу полуночи ангел летел, И тихую песню он пел,

Парус (Белеет парус одинокий)

Белеет парус одинокой В тумане моря голубом!..

Небо и звезды

Чисто вечернее небо, Ясны далекие звезды,

К Нине

(Из Шиллера) Ах! Сокрылась в мрак ненастный

Настанет день, и миром осужденный

Настанет день — и миром осужденный, Чужой в родном краю,

Он был в краю святом

Он был в краю святом, На холмах Палестины.

Демон: поэма, 1831 (Ранние редакции)

III Демон

Чаша жизни

1 Мы пьем из чаши бытия

Черкешенка

Я видел вас: холмы и нивы, Разнообразных гор кусты,

Мой демон

Собранье зол его стихия. Носясь меж дымных облаков,

Се Маккавей-водопийца кудрявые речи раскинул, как сети

Се Маккавей-водопийца[1] кудрявые речи раскинул, как сети: Злой сердцелов! Ожидает добычи, рекая в пустыне,

Романс (В те дни, когда уж нет надежд)

В те дни, когда уж нет надежд, А есть одно воспоминанье,

На темной скале над шумящим Днепром

На темной скале над шумящим Днепром Растет деревцо молодое;

Никто, никто, никто не усладил

Никто, никто, никто не усладил В изгнанье сем тоски мятежной!

Приветствую тебя, воинственных славян

Приветствую тебя, воинственных славян Святая колыбель! Пришлец из чуждых стран,

К *** (Дай руку мне, склонись к груди поэта)

Дай руку мне, склонись к груди поэта, Свою судьбу соедини с моей:

1831-го января (Редеют бледные туманы)

Редеют бледные туманы Над бездной смерти роковой,

Я видел тень блаженства

Я видел тень блаженства; но вполне, Свободно от людей и от земли,

Тростник (Сидел рыбак веселый)

Сидел рыбак веселый На берегу реки,

Подражание Байрону (Не смейся, друг, над жертвою страстей)

Не смейся, друг, над жертвою страстей, Венец терновый я сужден влачить;

Монго

Садится солнце за горой, Туман дымится над болотом.

Челнок (По произволу дивной власти)

По произволу дивной власти Я выкинут из царства страсти,

К портрету старого гусара

Смотрите, как летит, отвагою пылая… Порой обманчива бывает седина:

Еврейская мелодия

Я видал иногда, как ночная звезда В зеркальном заливе блестит;

Слышу ли голос твой

Слышу ли голос твой Звонкий и ласковый,

Есть речи, значенье

Есть речи — значенье Темно иль ничтожно,

О, не скрывай

О, не скрывай! Ты плакала об нем — И я его люблю; он заслужил

Два брата

«Ах, брат! Ах, брат! Стыдись, мой брат! Обеты теплые с мольбами

Цевница

На склоне гор, близ вод, прохожий, зрел ли ты Беседку тайную, где грустные мечты

Звезда

Вверху одна Горит звезда,

Слова разлуки повторяя

Слова разлуки повторяя, Полна надежд душа твоя;

Первоначальные наброски к III редакции «Демона»

Когда последнее мгновенье Мой взор навеки омрачит,

Ребенка милого рожденье

Ребенка милого рожденье Приветствует мой запоздалый стих.

Демон, 1831 (ранние редакции)

IV <Демон>

Молитва (Я, матерь божия, ныне с молитвою)

Я, матерь божия, ныне с молитвою Пред твоим образом, ярким сиянием,

Уваровой

Вы мне однажды говорили, Что не привыкли в свете жить:

Все тихо, полная луна

Все тихо — полная луна Блестит меж ветел над прудом,

К *** (Не думай, чтоб я был достоин сожаленья)

Не думай, чтоб я был достоин сожаленья, Хотя теперь слова мои печальны; – нет;

Романс (Ты идешь на поле битвы)

1 Ты идешь на поле битвы,

Боярин Орша

Глава I Тогда сердце ее разорвалось в одном протяжном крике,

Ночь (Один я в тишине ночной)

Один я в тишине ночной; Свеча сгоревшая трещит,

Дары Терека

Терек воет, дик и злобен, Меж утесистых громад,

Разлука

Я виноват перед тобою, Цены услуг твоих не знал.

Ты мог быть лучшим королём

Ты мог быть лучшим королём, Ты не хотел. Ты полагал

Ты молод. Цвет твоих кудрей

Ты молод. Цвет твоих кудрей Не уступает цвету ночи,

Душа моя должна прожить в земной неволе

Душа моя должна прожить в земной неволе Не долго. Может быть, я не увижу боле

Демон, 1833-1834 (ранние редакции)

V Демон

Демон

Восточная повесть Часть I

Два великана

В шапке золота литого Старый русский великан

К N. N.

Ты не хотел! Но скоро волю рока Узнаешь ты и в бездну упадешь;

Расстались мы, но твой портрет

Расстались мы, но твой портрет Я на груди своей храню:

Кто видел Кремль в час утра золотой

Кто видел Кремль в час утра золотой, Когда лежит над городом туман,

Свершилось, полно ожидать

Свершилось! полно ожидать Последней встречи и прощанья!

Дума

Печально я гляжу на наше поколенье! Его грядущее — иль пусто, иль темно,

Всевышний произнес свой приговор

Всевышний произнес свой приговор, Его ничто не переменит;

На бурке под тенью чинары

1 На бурке под тенью чинары

Из альбома Карамзиной (Любил и я)

Любил и я в былые годы, В невинности души моей,

Надежда

Есть птичка рая у меня, На кипарисе молодом

Олег

1 Во мгле языческой дубравы,

Могила бойца

(Дума) I

Когда к тебе молвы рассказ

Когда к тебе молвы рассказ Мое названье принесет

Тучи

Тучки небесные, вечные странники! Степью лазурною, цепью жемчужною

К деве небесной

Когда бы встретил я в раю На третьем небе образ твой,

Москва, Москва!.. Люблю тебя как сын

Отрывок из поэмы «Сашка».

Болезнь в груди моей, и нет мне исцеленья

Болезнь в груди моей, и нет мне исцеленья, Я увядаю в полном цвете!

Кавказу

Кавказ! Далекая страна! Жилище вольности простой!

О, как прохладно и весело нам

О, как прохладно и весело нам Вечером плыть по заснувшим волнам.

Нет, я не Байрон, я другой

Нет, я не Байрон, я другой, Ещё неведомый избранник,

Когда легковерен и молод я был

Когда легковерен и молод я был, Браниться и драться я страстно любил.

Атаман

1 Горе тебе, город Казань,

Бородино

— Скажи-ка, дядя, ведь не даром Москва, спаленная пожаром,

Ты слишком для невинности мила

Ты слишком для невинности мила, И слишком ты любезна, чтоб любить!

Спор

Как-то раз перед толпою Соплеменных гор

К… (Простите мне, что я решился к вам)

«Простите мне, что я решился к вам Писать. Перо в руке, могила –

К гению

Когда во тьме ночей мой, не смыкаясь, взор Без цели бродит вкруг, прошедших дней укор

Беглец

Горская легенда Гарун бежал быстрее лани,

Корсар

Longtemps il eut le sort prospére Dans ce métier si dangereux.

К себе

Как я хотел себя уверить, Что не люблю ее, хотел

Послание

Катерина, Катерина, Удалая голова!

Прекрасны вы, поля земли родной

Прекрасны вы, поля земли родной, Еще прекрасней ваши непогоды;

Арфа

I Когда зеленый дерн мой скроет прах,

Вид гор из степей Козлова

Пилигрим Аллах ли там среди пустыни

Джюлио

(Повесть. 1830 год.) Вступление

Из Гёте

Горные вершины Спят во тьме ночной;

Каллы (Убийца)

’T is the clime of the East; ’t is the land of the Sun – Can he smile on such deeds as his children have done?

Гусар

Гусар! ты весел и беспечен, Надев свой красный доломан;

Глупой красавице

1 Амур спросил меня однажды,

Незабудка

В старинны годы люди были Совсем не то, что в наши дни;

Романс (Коварной жизнью недовольный)

Коварной жизнью недовольный,[1] Обманут низкой клеветой,

На картину Рембрандта

Ты понимал, о мрачный гений, Тот грустный безотчетный сон,

Журналист, читатель и писатель

Les poètes ressemblent aux ours, qui se nourrissent en suçant leur patte. Inédit. [1]

Блистая, пробегают облака

Блистая, пробегают облака По голубому небу. Холм крутой

К… (Не говори: я трус, глупец)

Не говори: я трус, глупец!.. О! Если так меня терзало

К. П…ну (Забудь, любезный П[етерсон])

Забудь, любезный П[етерсон], Мои минувшие сужденья;

Стансы: К Д***

1 Я не могу ни произнесть,

Хаджи Абрек

Велик, богат аул Джемат,[1] Он никому не платит дани;

Сон (Я видел сон: прохладный гаснул день)

Я видел сон: прохладный гаснул день, От дома длинная ложилась тень,

Когда волнуется желтеющая нива

Когда волнуется желтеющая нива, И свежий лес шумит при звуке ветерка,

Прости! — мы не встретимся боле

Прости! — мы не встретимся боле, Друг другу руки не пожмём;

Отрывок (На жизнь надеяться страшась)

На жизнь надеяться страшась, Живу, как камень меж камней,

Гроза

Ревет гроза, дымятся тучи Над темной бездною морской,

Кинжал

Люблю тебя, булатный мой кинжал, Товарищ светлый и холодный.

Опасение

Страшись любви: она пройдет, Она мечтой твой ум встревожит,

Башилову

Вы старшина собранья, верно, Так я прошу вас объявить,

Наполеон (Где бьет волна о брег высокой)

Где бьет волна о брег высокой, Где дикий памятник небрежно положен,

Монолог

Поверь, ничтожество есть благо в здешнем свете. К чему глубокие познанья, жажда славы,

Песнь Казбича

Много красавиц в аулах у нас, Звезды сияют во мраке их глаз,

Оставленная пустынь предо мной

1 Оставленная пустынь предо мной

Ужасная судьба отца и сына

Ужасная судьба отца и сына Жить розно и в разлуке умереть,

Когда б в покорности незнанья

1 Когда б в покорности незнанья

Когда надежде недоступный

Когда надежде недоступный, Не смея плакать и любить,

Желанье

Отворите мне темницу, Дайте мне сиянье дня,

Пир Асмодея

(Сатира) У беса праздник. Скачет представляться

Нет, не тебя так пылко я люблю

Нет, не тебя так пылко я люблю, Не для меня красы твоей блистанье:

Не смейся над моей пророческой тоскою

Не смейся над моей пророческой тоскою; Я знал: удар судьбы меня не обойдет;

В альбом (Нет!- я не требую вниманья)

1 Нет!- я не требую вниманья

Измаил-Бей

Восточная повесть Опять явилось вдохновенье

Нет, веря в этом моей надежде

Нет, веря в этом моей надежде, Я жду лучшего будущего.

Крест на скале

В теснине Кавказа я знаю скалу, Туда долететь лишь степному орлу,

К *** (О, полно извинять разврат)

О, полно извинять разврат! Ужель злодеям щит порфира?

Посвящение (Тебе я некогда вверял)

Тебе я некогда вверял Души взволнованной мечты;

Романс (Стояла серая скала на берегу морском)

Стояла серая скала на берегу морском; Однажды на чело ее слетел небесный гром.

Узник

Отворите мне темницу, Дайте мне сиянье дня,

Воля

Моя мать — злая кручина, Отцом же была мне — судьбина;

Отчего

Мне грустно, потому что я тебя люблю, И знаю: молодость цветущую твою

Смерть поэта

Отмщенье, государь, отмщенье! Паду к ногам твоим:

Опять, народные витии

1 Опять, народные витии,

Мой друг, напрасное старанье

К *** Мой друг, напрасное старанье!

Эпиграмма на Ф. Булгарина, I и эпиграмма на Ф. Булгарина, II

1 Россию продает Фадей

Как небеса твой взор блистает

Как небеса твой взор блистает Эмалью голубой,

Поэт (Когда Рафаэль вдохновенный)

Когда Рафаэль вдохновенный Пречистой девы лик священный

Демон. Отрывок из копии Р. В. Зотова (промежуточной между V и ереванской редакцией)

После стихов «Вослед за веком век бежал, // Как за минутою минута, // Однообразной чередой»: Над утомленною землей

Первая любовь

В ребячестве моем тоску любови знойной Уж стал я понимать душою беспокойной;

Черкесы

Подобно племени Батыя, Изменит прадедам Кавказ:

Умирающий гладиатор

Я вижу перед собой лежащего гладиатора… Байрон.

Не плачь, не плачь, мое дитя

Не плачь, не плачь, мое дитя, Не стоит он безумной муки.

Как луч зари, как розы Леля

Как луч зари, как розы Леля, Прекрасен цвет ее ланит;

Соседка

Не дождаться мне, видно, свободы, А тюремные дни будто годы;

Казачья колыбельная песня

Спи, младенец мой прекрасный, Баюшки-баю.

1831-го июня 11 дня (Моя душа, я помню)

1 Моя душа, я помню, с детских лет

Приходит осень, золотит (отрывок из «Последний сын вольности»)

Приходит осень, золотит Венцы дубов. Трава полей

Ангел смерти

Восточная повесть Посвящается А. М. В.

Послушай! Вспомни обо мне

Послушай! Вспомни обо мне, Когда, законом осужденный,

Дробись, дробись, волна ночная

Дробись, дробись, волна ночная, И пеной орошай брега в туманной мгле.

Три ведьмы (из «Макбета» Ф. Шиллера)

Первая Попался мне один рыбак:

Светись, светись, далёкая звезда

Светись, светись, далекая звезда, Чтоб я в ночи встречал тебя всегда;

Сосед (Погаснул день на вышинах небесных)

Погаснул день на вышинах небесных, Звезда вечерняя лиет свой тихий свет;

Раскаянье

К чему мятежное роптанье, Укор владеющей судьбе?

Смерть (Ласкаемый цветущими мечтами)

Ласкаемый цветущими мечтами, Я тихо спал и вдруг я пробудился,

Нищий

У врат обители святой Стоял просящий подаянья

Стансы (Я не крушуся о былом)

Я не крушуся о былом, Оно меня не усладило.

Примите дивное посланье

Примите дивное посланье Из края дальнего сего;

Посвящение N.N.

Вот, друг, плоды моей небрежной музы! Оттенок чувств тебе несу я в дар.

К М. И. Цейдлеру

Русский немец белокурый Едет в дальную страну,

На серебряные шпоры

На серебряные шпоры Я в раздумии гляжу;

А. О. Смирновой

В простосердечии невежды Короче знать вас я желал,

Весна

Когда весной разбитый лед Рекой взволнованной идет,

Они любили друг друга так долго и нежно

Они любили друг друга, но ни один не желал признаться в этом другому.

Тамбовская казначейша

Посвящение Пускай слыву я старовером,

Она была прекрасна, как мечта

Она была прекрасна, как мечта Ребенка под светилом южных стран;

Эпитафия (Кто яму для других копать трудился)

(Утонувшему игроку) Кто яму для других копать трудился,

Благодарю

Благодарю!.. Вчера мое признанье И стих мой ты без смеха приняла;

Смело верь тому, что вечно

Смело верь тому, что вечно, Безначально, бесконечно

Бой

Сыны небес; однажды надо мною Слетелися, воздушных два бойца;

Желание

Зачем я не птица, не ворон степной, Пролетевший сейчас надо мной?

Отрывок (Приметив юной девы грудь)

Приметив юной девы грудь, Судьбой случайной, как-нибудь,

Сосед

Кто б ни был ты, печальный мой сосед, Люблю тебя, как друга юных лет,

Письмо

Свеча горит! дрожащею рукою Я окончал заветные черты,

Napoleon’s farewell (Прощание Наполеона)

1 Прости! О край, где тень моей славы восстала и покрыла землю своим именем – он покидает меня теперь, но страница его истории, самая мрачная или блестящая, наполнена моими подвигами. Я воевал с целым светом, который победил меня только тогда, когда метеор завоеваний заманил меня слишком далёко; я противился народам, которые боялись меня оставленного, последнего, единственного пленника из миллионов бывших на войне.

Мартыновой

Когда поспорить вам придётся, Не спорьте никогда о том,

Морская царевна

В море царевич купает коня; Слышит: «Царевич! взгляни на меня!»

В день рождения N. N

Чего тебе, мой милый, пожелать? Учись быть счастливым на разные манеры

Поэма Уланша

Идет наш пестрый эскадрон Шумящей, пьяною толпою;

Сонет (Я памятью живу с увядшими мечтами)

Я памятью живу с увядшими мечтами, Виденья прежних лет толпятся предо мной,

Эпиграмма на Н. Кукольника

В Большом театре я сидел, Давали Скопина – я слушал и смотрел.[1]

Песнь барда

I Я долго был в чужой стране,

Передо мной лежит листок

Передо мной лежит листок, Совсем ничтожный для других,

Когда я унесу в чужбину

Когда я унесу в чужбину Под небо южной стороны

Мое грядущее в тумане

Мое грядущее в тумане, Былое полно мук и зла…

Смерть (Оборвана цепь жизни молодой)

Оборвана цепь жизни молодой, Окончен путь, бил час, пора домой,

Жена севера

Покрыта таинств легкой сеткой, Меж скал полуночной страны,

В рядах стояли безмолвной толпой

В рядах стояли безмолвной толпой, Когда хоронили мы друга,

С немецкого

Я проводил тебя со слезами; но ты удалилась, чужда сожалений и слез. Где долго ожиданный день, столько радости мне обещавший? – погиб он! – но я не раскаялся в том, в чем тебе поклялся.

Мцыри (Поэма)

1 Немного лет тому назад,

Сентября 28

Опять, опять я видел взор твой милый, Я говорил с тобой.

Песня (Желтый лист о стебель бьется)

Желтый лист о стебель бьется Перед бурей;

Чума в Саратове

I Чума явилась в наш предел;

Стансы (Люблю, когда, борясь с душою)

Люблю, когда, борясь с душою, Краснеет девица моя:

Баллада (В избушке позднею порою)

В избушке позднею порою Славянка юная сидит.

Мы снова встретились с тобой

Мы снова встретились с тобой, Но как мы оба изменились!..

Щербатовой

Поверю ль я, чтоб вы хотели Покинуть общество Москвы,

Из Андрея Шенье

За дело общее, быть может, я паду Иль жизнь в изгнании бесплодно проведу;

Песня (Ликуйте, друзья, ставьте чаши вверх дном)

Ликуйте, друзья, ставьте чаши вверх дном, Пейте!

А.А.Углицкой (Ma chere Alexandrine)

Ma chere Alexandrine, Простите, же ву при, [1]

Завещание (Есть место: близ тропы глухой)

1 Есть место: близ тропы глухой,

Азраил

(Речка, кругом широкие долины, курган, на берегу издохший конь лежит близ кургана, и вороны летают над ним. Всё дико). Азраил (сидит на кургане)

Девятый час; уж темно; близ заставы

Девятый час; уж темно; близ заставы Чернеют рядом старых пять домов,

Я счастлив, тайный яд течёт в моей крови

Я счастлив! — тайный яд течёт в моей крови, Жестокая болезнь мне смертью угрожает!..

Когда последнее мгновенье

Когда последнее мгновенье Мой взор навеки омрачит

Дитя в люльке (из Шиллера)

Счастлив ребенок! и в люльке просторно ему: но дай время

Время сердцу быть в покое

Время сердцу быть в покое От волненья своего

Экспромты 1841 года

Экспромты 1841 года [1] «Очарователен кавказский наш Монако!..»

Дереву

Давно ли с зеленью радушной Передо мной стояло ты,

Завещание

Наедине с тобою, брат, Хотел бы я побыть:

Хвала тебе, приют лентяев

Хвала тебе, приют лентяев, Хвала, ученья дивный храм,

Баллада (Куда так проворно, жидовка младая)

Куда так проворно, жидовка младая? Час утра, ты знаешь, далек…

Мой дом

Мой дом везде, где есть небесный свод, Где только слышны звуки песен,

Забывши волнения жизни мятежной

Забывши волнения жизни мятежной, Один жил в пустыне рыбак молодой.

Ответ

Кто муки знал когда-нибудь И чьи к любви закрылись вежды,

Солнце

Как солнце зимнее прекрасно, Когда, бродя меж серых туч,

Молитва (Не обвиняй меня, Всесильный)

Не обвиняй меня, Всесильный, И не карай меня, молю,

Вечер

Когда садится алый день За синий край земли,

К Нэере

Скажи, для чего перед нами Ты в кудри вплетаешь цветы?

Одиночество

Как страшно жизни сей оковы Нам в одиночестве влачить.

Бухариной

Не чудно ль, что зовут вас Вера? Ужели можно верить вам?

На севере диком стоит одиноко

На севере диком стоит одиноко На голой вершине сосна,

Поток

Источник страсти есть во мне Великий и чудесный;

А. А. Олениной (Ах! Анна Алексевна)

Ах! Анна Алексевна, Какой счастливый день!

Унылый колокола звон

Унылый колокола звон В вечерний час мой слух невольно потрясает,

Св. Елена

[1] Почтим приветом остров одинокой,

Стансы (Мне любить до могилы творцом суждено)

Мне любить до могилы творцом суждено, Но по воле того же творца

Спеша на север издалека

Спеша на север издалека, Из теплых и чужих сторон,

К другу Шеншину

«До лучших дней!» — перед прощаньем, Пожав мне руку, ты сказал;

Итак, прощай

Итак, прощай! Впервые этот звук Тревожит так жестоко грудь мою.

Звуки и взор

О, полно ударять рукой По струнам арфы золотой.

Не ты, но судьба виновата была

Не ты, но судьба виновата была, Что скоро ты мне изменила,

Романс (Невинный нежною душой)

Невинный нежною душой, Не знавши в юности страстей прилив,

Посреди небесных тел

Посреди небесных тел Лик луны туманный,

Земля и небо

Как землю нам больше небес не любить? Нам небесное счастье темно;

А.Д.3. (О ты, которого)

О ты, которого клеврет твой верный Павел В искусстве ёрников в младенчестве наставил;

Бой с барсом (Отрывок Мцыри)

Отрывок из поэмы Мцыри

Заблуждение Купидона

Однажды женщины Эрота отодрали; Досадой раздражен, упрямое дитя,

Баллада (До рассвета поднявшись, перо очинил)

До рассвета поднявшись, перо очинил Знаменитый Югельский барон,

Гость (быль) (Кларису юноша любил)

(Посвящается……) Кларису юноша любил,

Свиданье

1 Уж за горой дремучею

Любовь мертвеца

Пускай холодною землею Засыпан я,

Хомутовой

Слепец, страданьем вдохновенный, Вам строки чудные писал,

Три пальмы

Восточное сказание В песчаных степях аравийской земли

Покаяние

Дева — Я пришла, святой отец,

Последнее новоселье

Меж тем, как Франция, среди рукоплесканий И кликов радостных, встречает хладный прах

К *** (Когда твой друг с пророческой тоскою)

Когда твой друг с пророческой тоскою Тебе вверял толпу своих забот,

Он был рожден для счастья, для надежд

Он был рожден для счастья, для надежд И вдохновений мирных!— но безумный

The Giaour (Гяур)

Нет легкого дуновения воздуха, рассекающего волну, которая катится под могилою афинян; сей блестящий гроб на крутой, навислой скале первый приветствует возвращающуюся домой ладью; он высоко господствует над страною, тщетно им спасенною, – когда снова увидит такого героя?.. * * *

Осень

Листья в поле пожелтели, И кружатся и летят;

Благодарность

За все, за все тебя благодарю я: За тайные мучения страстей,

Эпитафия на Наполеона

Да тень твою никто не порицает, Муж рока! Ты с людьми, что над тобою рок;

Новгород

Сыны снегов, сыны славян, Зачем вы мужеством упали?

Ночь. II

Погаснул день! — и тьма ночная своды Небесные, как саваном, покрыла.

Договор

Пускай толпа клеймит презреньем Наш неразгаданный союз,

Она не гордой красотою

Она не гордой красотою Прельщает юношей живых,

Один среди людского шума

Один среди людского шума, Возрос под сенью чуждой я.

На буйном пиршестве задумчив он сидел

На буйном пиршестве задумчив он сидел Один, покинутый безумными друзьями,

Жалобы турка

Ты знал ли дикий край, под знойными лучами, Где рощи и луга поблекшие цветут?

Черны очи

Много звезд у летней ночи, Отчего же только две у вас,

Печаль в моих песнях

Печаль в моих песнях, но что за нужда? Тебе не внимать им, мой друг, никогда.

Прости, прости

Прости, прости! О сколько мук

Кавказ

Хотя я судьбой на заре моих дней, О южные горы, отторгнут от вас,

Совет

Если, друг, тебе сгрустнется, Ты не дуйся, не сердись:

Я не для ангелов и рая

Я не для ангелов и рая Всесильным богом сотворен;

Кавказский пленник

I В большом ауле, под горою,

Измученный тоскою и недугом

Измученный тоскою и недугом И угасая в полном цвете лет,

Ребенку

О грезах юности томим воспоминаньем, С отрадой тайною и тайным содроганьем,

Гость (Как прошлец иноплеменный)

Как прошлец иноплеменный, В облаках луна скользит.

Баллада (Над морем красавица-дева сидит)

Над морем красавица-дева сидит; И, к другу ласкаяся, так говорит:

К Н. И. Бухарову

Мы ждем тебя, спеши, Бухаров, Брось царскосельских соловьев,

Великий муж! Здесь нет награды

Великий муж! Здесь нет награды, Достойной доблести твоей!

Элегия (О! Если б дни мои текли)

О! Если б дни мои текли На лоне сладостном покоя и забвенья,

К *** (Не говори: одним высоким)

Не говори: одним высоким Я на земле воспламенен,

Стансы

I Взгляни, как мой спокоен взор,

Ночь

В чугун печальный сторож бьёт, Один я внемлю. Глухо лают

Расписку просишь ты, гусар

Расписку просишь ты, гусар, – Я получил твое посланье;

Дай бог, чтоб ты не соблазнялся

Дай бог, чтоб ты не соблазнялся Приманкой сладкой бытия,

11 июля

Между лиловых облаков Однажды вечера светило

Хоть давно изменила мне радость

Хоть давно изменила мне радость, Как любовь, как улыбка людей,

К Л.- (У ног других не забывал)

(Подражание Байрону) 1

Взгляни на этот лик

Взгляни на этот лик; искусством он Небрежно на холсте изображен,

Ночь. III

Темно. Всё спит. Лишь только жук ночной Жужжа в долине пролетит порой;

Счастливый миг

Не робей, краса младая, Хоть со мной наедине;

Ветка Палестины

Скажи мне, ветка Палестины: Где ты росла, где ты цвела,

Демон, 1829 (ранние редакции)

I <Демон>

Воздушный корабль

По синим волнам океана, Лишь звезды блеснут в небесах,

Нередко люди и бранили

Нередко люди и бранили, И мучили меня за то,

Чума

(Отрывок) 79

Эпиграмма (Дурак и старая кокетка – всё равно)

Дурак и старая кокетка – всё равно: Румяны, горсть белил – всё знание его!..

Бартеневой

Скажи мне: где переняла Ты обольстительные звуки

Кто в утро зимнее

Кто в утро зимнее, когда валит Пушистый снег, и красная заря

Тебе, Кавказ, суровый царь земли

Тебе, Кавказ, суровый царь земли, Я снова посвящаю стих небрежный.

Пусть я кого-нибудь люблю

Пусть я кого-нибудь люблю: Любовь не красит жизнь мою.

Последний сын вольности

(Повесть) Посвящается (Н. С. Шеншину)

Посвящение (Прими, прими мой грустный труд)

Прими, прими мой грустный труд[1] И, если можешь, плачь над ним;

Прощай, немытая Россия

Прощай, немытая Россия, Страна рабов, страна господ,

Баллада (Из ворот выезжают)

(С немецкого) Из ворот выезжают три витязя в ряд, увы!

Пленный рыцарь

Молча сижу под окошком темницы, Синее небо отсюда мне видно:

Утро на Кавказе

Светает — вьётся дикой пеленой Вокруг лесистых гор туман ночной;

Русалка

Русалка плыла по реке голубой, Озаряема полной луной;

Солнце осени

Люблю я солнце осени, когда, Меж тучек и туманов пробираясь,

Оправдание

Когда одни воспоминанья О заблуждениях страстей,

Песня (Не знаю, обманут ли был я)

I Не знаю, обманут ли был я,

Остаться без носу – наш Маккавей боялся

Остаться без носу – наш Маккавей боялся, Приехал на воды – и с носом он остался.

К Сушковой

Вблизи тебя до этих пор Я не слыхал в груди огня.

Я жить хочу, хочу печали

Я жить хочу! хочу печали Любви и счастию назло;

Мрак. Тьма

Я видел сон, который не совсем был сон.[1] Блестящее солнце потухло, и звезды

Утес

Ночевала тучка золотая На груди утеса-великана;

Сижу я в комнате старинной

Сижу я в комнате старинной Один с товарищем моим,

Песня (Колокол стонет)

Колокол стонет, Девушка плачет,

Отрывок (Три ночи я провел без сна – в тоске)

Три ночи я провел без сна – в тоске, В молитве, на коленях – степь и небо

Челнок (Воет ветр и свистит пред недальной грозой)

Воет ветр и свистит пред недальной грозой; По морю, на темный восток,

Метель шумит, и снег валит

Метель шумит, и снег валит, Но сквозь шум ветра дальний звон,

Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова

Ох ты гой еси, царь Иван Васильевич! Про тебя нашу песню сложили мы,

Война

Зажглась, друзья мои, война; И развились знамена чести;

Склонись ко мне, красавец молодой

1 Склонись ко мне, красавец молодой!

Плачь! Плачь! Израиля народ

Плачь! Плачь! Израиля народ, Ты потерял звезду свою;

Эпитафия

Простосердечный сын свободы, Для чувств он жизни не щадил;

Нарышкиной

Всем жалко вас: вы так устали! Вы не хотели танцевать —

В альбом Н. Ф. Ивановой (Что может краткое свиданье)

Что может краткое свиданье Мне в утешенье принести?

Мадригал («Душа телесна!» – ты всех уверяешь смело)

«Душа телесна!» – ты всех уверяешь смело; Я соглашусь, любовию дыша:

Алябьевой (Вам красота, чтобы блеснуть)

Вам красота, чтобы блеснуть, Дана;

Гляжу на будущность с боязнью

Гляжу на будущность с боязнью, Гляжу на прошлое с тоской

Щербатовой (На светские цепи)

На светские цепи, На блеск утомительный бала

Люблю я цепи синих гор

Люблю я цепи синих гор, Когда, как южный метеор,

К *** (Глядися чаще в зеркала)

Глядися чаще в зеркала, Любуйся милыми очами,

Послушай, быть может, когда мы покинем

Послушай, быть может, когда мы покинем Навек этот мир, где душою так стынем,

Н. Ф. И…..вой (Любил с начала жизни я)

Любил с начала жизни я Угрюмое уединенье,

К Грузинову

Скажу, любезный мой приятель, Ты для меня такой смешной,

К* (Мы случайно сведены судьбою)

Мы случайно сведены судьбою, Мы себя нашли один в другом,

Beppo (Беппо)

Известно, по крайней мере должно бы было быть известно, что во всех странах католического исповедания несколько недель до поста народ веселится и празднует сколько хочет; покупают раскаяние перед тем, чтобы сделаться богомольными, какого бы высокого или низкого состояния ни были, пируют, играют, пляшут, пьют, маскируются и употребляют всё, что можно получить попросивши. Это перевод первой строфы поэмы Байрона «Беппо».

Sentenz (Сентенция)

Когда бы мог весь свет узнать, Что жизнь с надеждами, мечтами –

Додо

Умеешь ты сердца тревожить, Толпу очей остановить,

Не верь себе

Que nous font après tout les vulgaires abois De tous ces charlatans qui donnent de la voix,

Не привлекай меня красой

Не привлекай меня красой! Мой дух погас и состарился.

Исповедь

Я верю, обещаю верить, Хоть сам того не испытал,

Эпиграмма (Под фирмой иностранной иноземец)

Под фирмой иностранной иноземец Не утаил себя никак –

Перчатка (из Шиллера)

Вельможи толпою стояли И молча зрелища ждали;

Никто моим словам не внемлет

Никто моим словам не внемлет… Я один. День гаснет… Красными рисуясь полосами,

Поле Бородина

1 Всю ночь у пушек пролежали

Видение

Я видел юношу: он был верхом На серой борзой лошади — и мчался

Эпиграммы

1 Есть люди странные, которые с друзьями

Когда судьба тебя захочет обмануть

Когда судьба тебя захочет обмануть И мир печалить сердце станет —

Я не люблю тебя

Я не люблю тебя; страстей И мук умчался прежний сон;

Эпитафия (Прости! Увидимся ль мы снова?)

Прости! Увидимся ль мы снова? И смерть захочет ли свести

Ты помнишь ли, как мы с тобою

Ты помнишь ли, как мы с тобою Прощались позднею порою?

Демон. Отрывки из ереванского списка (первая половина 1838 г.)

Посвящение Тебе, Кавказ, суровый царь земли,

К * (Делись со мною тем, что знаешь)

из Шиллера Делись со мною тем, что знаешь,

Русская мелодия

1 В уме своем я создал мир иной

Поэт

Отделкой золотой блистает мой кинжал; Клинок надежный, без порока;

К портрету

Как мальчик кудрявый, резва, Нарядна, как бабочка летом;

Поцелуями прежде считал

Поцелуями прежде считал Я счастливую жизнь свою,

К приятелю

Мой друг, не плачь перед разлукой И преждевременною мукой

Две невольницы

Beware, my Lord, of jealousy Othello. W. Shakespear.[1]

Памяти А. И. О[доевско]го

1 Я знал его: мы странствовали с ним

Я не унижусь пред тобою

Я не унижусь пред тобою; Ни твой привет, ни твой укор

Синие горы Кавказа, приветствую вас

Синие горы Кавказа, приветствую вас! вы взлелеяли детство мое;

Венеция

1 Поверхностью морей отражена,

Сказка для детей

1 Умчался век эпических поэм,

Как по вольной волюшке

Как по вольной волюшке — По зелену морю

Портреты

1 Он некрасив, он невысок,

Что толку жить!.. Без приключений

Что толку жить!.. Без приключений И с приключеньями – тоска

Боюсь не смерти я

Боюсь не смерти я. О нет! Боюсь исчезнуть совершенно.

Любить вас долго было б скучно

Любить вас долго было б скучно, Любить до гроба – право, смех,

Стансы (Мгновенно пробежав умом)

Мгновенно пробежав умом Всю цепь того, что прежде было,-

Предсказание

Настанет год, России черный год, Когда царей корона упадет;

Оставь напрасные заботы

Оставь напрасные заботы, Не обнажай минувших дней;

Гроб Оссиана

Под занавесою тумана, Под небом бурь, среди степей,

Как часто, пестрою толпою окружен

Как часто, пестрою толпою окружен, Когда передо мной, как будто бы сквозь сон,

Я пробегал страны России

Я пробегал страны России, Как бедный странник меж людей, —

Без вас хочу сказать вам много

Без вас хочу сказать вам много, При вас я слушать вас хочу;

Я не достоин, может быть, твоей любви

Я не достоин, может быть, Твоей любви: не мне судить;

Баллада (из Байрона)

Берегись! Берегись! Над бургосским путем[1] Сидит один черный монах;

10 июля (Опять вы, гордые, восстали)

Опять вы, гордые, восстали За независимость страны,

Сабуровой

Как? Вы поэта огорчили И не наказаны потом?

Забудь опять свои надежды

Забудь опять Свои надежды;

Исповедь (День гас, в наряде голубом)

I День гас; в наряде голубом

Листок

Дубовый листок оторвался от ветки родимой И в степь укатился, жестокою бурей гонимый;

Графине Ростопчиной

Я верю: под одной звездою Мы с вами были рождены;

А. Петрову

Ну что скажу тебе я спросту? Мне не с руки хвала и лесть:

Будь со мною, как прежде бывала

К *** Будь со мною, как прежде бывала;

Для чего я не родился

Для чего я не родился Этой синею волной?

Песня (Светлый призрак дней минувших)

Светлый призрак дней минувших, Для чего ты

Два сокола

Степь синея расстилалась Близ Азовских берегов;

И на театре, как на сцене света

И на театре, как на сцене света. Мы не выходим из балета:

М. П. Соломирской

Над бездной адскою блуждая, Душа преступная порой

Веселый час

(Стихи в оригинале найдены во Франции на стенах одной государственной темницы) Зачем вы на меня,

Прощанье

Не уезжай, лезгинец молодой; Зачем спешить на родину свою?

Лилейной рукой поправляя

Лилейной рукой поправляя Едва пробившийся ус,

И. П. Мятлеву

На наших дам морозных[1] С досадой я смотрю,

Э. К. Мусиной-Пушкиной (Графиня Эмилия)

Графиня Эмилия – Белее чем лилия,

Очи N. N.

Нет смерти здесь; и сердце вторит нет; Для смерти слишком весел этот свет.

Кладбище

Вчера до самой ночи просидел Я на кладбище, все смотрел, смотрел

Из Паткуля

Напрасна врагов ядовитая злоба, Рассудят нас бог и преданья людей;

Выхожу один я на дорогу

Выхожу один я на дорогу; Сквозь туман кремнистый путь блестит;

Силуэт

Есть у меня твой силуэт, Мне мил его печальный цвет;

Прелестнице

Пускай ханжа глядит с презреньем На беззаконный наш союз,

Ночь. I

Я зрел во сне, что будто умер я; Душа, не слыша на себе оков

К *** (Не медли в дальной стороне)

Не медли в дальной стороне, Молю, мой друг, спеши сюда.