Пушкин Александр Сергеевич

Все так же ль осеняют своды

Все так же ль осеняют своды Сей храм парнасских трех цариц?

Ушаковой (Когда, бывало, в старину)

Когда, бывало, в старину Являлся дух иль привиденье,

Усы (Философическая ода)

Глаза скосив на ус кудрявый, Гусар с улыбкой величавой

Увы, Язык любви болтливой

Увы! Язык любви болтливой, Язык и темный и простой,

Мадонна

Не множеством картин старинных мастеров Украсить я всегда желал свою обитель,

Угрюмых тройка есть певцов

Угрюмых тройка есть певцов — Шихматов, Шаховской, Шишков,

К Маше

Вчера мне Маша приказала В куплеты рифмы набросать

Будрыс и его сыновья

Из Мицкевича Три у Будрыса сына, как и он, три литвина.

Родословная моего героя

Начнем ab ovo: Мой Езерский

Вот муза, резвая болтунья

Вот муза, резвая болтунья, Которую ты столь любил.

Ответ

Я вас узнал, о мой оракул, Не по узорной пестроте

Приятелям

Враги мои, покамест я ни слова… И, кажется, мой быстрый гнев угас;

Гречанке

Ты рождена воспламенять Воображение поэтов,

Ночной зефир

Ночной зефир Струит эфир.

Жуковскому

Когда, к мечтательному миру Стремясь возвышенной душой,

На Карамзина

В его «Истории» изящность, простота Доказывают нам, без всякого пристрастья,

Напрасно, милый друг, я мыслил утаить

Напрасно, милый друг, я мыслил утаить Обманутой души холодное волненье.

Итак, я счастлив был, итак, я наслаждался

Итак, я счастлив был, итак, я наслаждался, Отрадой тихою, восторгом упивался…

Платонизм

Я знаю, Лидинька, мой друг, Кому в задумчивости сладкой

Погреб

О сжальтесь надо мною, Товарищи друзья!

Скупой рыцарь (Трагедия)

Сцена I В башне.

Ну, послушайте, дети

Ну, послушайте, дети: жил-был в старые годы Живописец, католик усердный…

Из письма к Вяземскому (В глуши, измучась жизнью постной)

В глуши, измучась жизнью постной, Изнемогая животом,

Сказка о медведихе

Как весенней теплою порою Из-под утренней белой зорюшки,

Весна, весна, пора любви

Весна, весна, пора любви, Как тяжко мне твое явленье,

Фазиль-хану

Благословен твой подвиг новый, Твой путь на север наш суровый,

Волшебница-зима

Идет волшебница-зима, Пришла, рассыпалась; клоками

Я возмужал среди печальных бурь

Я возмужал среди печальных бурь, И дней моих поток, так долго мутный,

Красавица

Все в ней гармония, все диво, Все выше мира и страстей;

Дориде

Я верю: я любим; для сердца нужно верить. Нет, милая моя не может лицемерить;

Мы добрых граждан позабавим

Мы добрых граждан позабавим И у позорного столпа

Амур и Гименей

Сегодня, добрые мужья, Повеселю вас новой сказкой.

Три ключа (В степи мирской, печальной и безбрежной)

В степи мирской, печальной и безбрежной, Таинственно пробились три ключа:

Придет ужасный час

Придет ужасный час… твои небесны очи Покроются, мой друг, туманом вечной ночи,

Кто из богов мне возвратил

Кто из богов мне возвратил Того, с кем первые походы

Поэт и толпа

Procul este, profani.* Поэт по лире вдохновенной

Любовь одна, веселье жизни хладной

Любовь одна — веселье жизни хладной, Любовь одна — мучение сердец:

Поэт-игрок, о Беверлей-Гораций

Поэт-игрок, о Беверлей-Гораций, Проигрывал ты кучки ассигнаций,

Рассудок и любовь

Младой Дафнис, гоняясь за Доридой, «Постой,— кричал,— прелестная! постой,

На Фотия

Полу-фанатик, полу-плут; Ему орудием духовным

Стансы (Ты мне велишь пылать душою)

Ты мне велишь пылать душою: Отдай же мне минувши дни,.

Денису Давыдову (Красноречивый забияка)

Красноречивый забияка, Повеса, пламенный поэт

На Аракчеева (В столице он капрал)

В столице он — капрал, в Чугуеве — Нерон: Кинжала Зандова везде достоин он.

Там на брегу, где дремлет лес священный

Там на брегу, где дремлет лес священный, Твое я имя повторял;

К Вульф

Вот, Зина, вам совет: играйте, Из роз веселых заплетайте

Козлову

Певец, когда перед тобой Во мгле сокрылся мир земной,

Таврида

Gib meine Jugend mir zuruck I

Чугун кагульский, ты священ

Чугун кагульский, ты священ Для русского, для друга славы —

Цыганы (Поэма)

Цыганы шумною толпой По Бессарабии кочуют.

Пью за здравие Мери

Here’s a health to thee, Mary. Пью за здравие Мери,

Опять увенчаны мы славой

Опять увенчаны мы славой, Опять кичливый враг сражен,

Пора, мой друг, пора

Пора, мой друг, пора! покоя сердце просит — Летят за днями дни, и каждый час уносит

Дорида

В Дориде нравятся и локоны златые, И бледное лицо, и очи голубые…

Песнь о Вещем Олеге

Как ныне сбирается вещий Олег Отмстить неразумным хозарам,

Кипренскому

Любимец моды легкокрылой, Хоть не британец, не француз,

У лукоморья дуб зеленый

У лукоморья дуб зелёный; Златая цепь на дубе том:

Деревня

Приветствую тебя, пустынный уголок, Приют спокойствия, трудов и вдохновенья,

Из письма к кн. П. А. Вяземскому

Блажен, кто в шуме городском Мечтает об уединенье,

Нимфодоре Семеновой

Желал бы быть твоим, Семенова, покровом, Или собачкою постельною твоей,

О муза пламенной сатиры

О муза пламенной сатиры! Приди на мой призывный клич!

Лаиса, я люблю твой смелый, вольный взор

Лаиса, я люблю твой смелый, вольный взор, Неутолимый жар, открытые желанья,

Эпиграмма

Лук звенит, стрела трепещет, И, клубясь, издох Пифон;

Писать я не умею

Писать я не умею, (Я много уписал).

Встречаюсь я с осьмнадцатой весной

Князю А. М. Горчакову Встречаюсь я с осьмнадцатой весной.

Я ехал в дальние края

Я ехал в дальние края; Не шумных жаждал я,

Безверие

О вы, которые с язвительным упреком, Считая мрачное безверие пороком,

В пещере тайной, в день гоненья

В пещере тайной, в день гоненья, Читал я сладостный Коран,

Андрей Шенье

Посвящено Н. Н. Раевскому Меж тем, как изумленный мир

Предчувствие

Снова тучи надо мною Собралися в тишине;

К Вельможе

(Москва) От северных оков освобождая мир,

Пир Петра I

Над Невою резво вьются Флаги пестрые судов;

Сожженное письмо

Прощай, письмо любви! прощай: она велела. Как долго медлил я! как долго не хотела

Сей белокаменный фонтан

Сей белокаменный фонтан, Стихов узором испещренный,

Заклинание

О, если правда, что в ночи, Когда покоятся живые,

Разлука (Когда пробил последний счастью час)

Когда пробил последний счастью час, Когда в слезах над бездной я проснулся

Надеясь на мое презренье

Надеясь на мое презренье, Седой зоил меня ругал,

Нравоучительные четверостишия

Равновесие О мирный селянин! в твоем жилище нет

В прохладе сладостной фонтанов

В прохладе сладостной фонтанов И стен, обрызганных кругом,

Mon portrait (Мой портрет)

Vous me demandez шоп portrait, Mais peint d’apres nature;

Короче дни, а ночи доле

Короче дни, а ночи доле, Настала скучная пора,

Расходились по поганскому граду

Расходились по поганскому граду, Разломали темную темницу…

Как узник, Байроном воспетый

Как узник, Байроном воспетый, Вздохнул, оставя мрак тюрьмы…

Сегодня я поутру дома

Сегодня я поутру дома И жду тебя, любезный мой,

Юношу, горько рыдая, ревнивая дева бранила

Юношу, горько рыдая, ревнивая дева бранила; К ней на плечо преклонен, юноша вдруг задремал.

Плетневу

Ты хочешь, мой наперсник строгой, Боев парнасских судия,

Тень Баркова

I Однажды зимним вечерком

К Каверину

Забудь, любезный мой Каверин, Минутной резвости нескромные стихи.

Талисман

Там, где море вечно плещет На пустынные скалы,

Пред испанкой благородной

Пред испанкой благородной Двое рыцарей стоят.

Наполеон на Эльбе

Вечерняя заря в пучине догорала, Над мрачной Эльбою носилась тишина,

Стрекотунья белобока

Стрекотунья белобока, Под калиткою моей

Бородинская годовщина

Великий день Бородина Мы братской тризной поминая,

Фиал Анакреона

Когда на поклоненье Ходил я в древний Пафос,

В журнал совсем не европейский

В журнал совсем не европейский, Над коим чахнет старый журналист,

Портрет

С своей пылающей душой, С своими бурными страстями,

К Морфею

Морфей, до утра дай отраду Моей мучительной любви.

Приют любви, он вечно полн

Приют любви, он вечно полн Прохлады сумрачной и влажной,

ORLANDO FURIOSO

CANTO XXIII Ott. 100

Есть в России город Луга

Есть в России город Луга Петербургского округа;

Птичка божия не знает

Отрывок из поэмы «Цыганы» Пушкина

Когда твои младые лета

Когда твои младые лета Позорит шумная молва,

В. Л. Пушкину

Любезнейший наш друг, о ты, Василий Львович! Буянов в старину, а нынешний Храбров,

Муза

В младенчестве моем она меня любила И семиствольную цевницу мне вручила.

Пробуждение

Мечты, мечты, Где ваша сладость?

Раззевавшись от обедни

Раззевавшись от обедни, К Катакази еду в дом.

На гр. А. К. Разумовского

— Ах! боже мой, какую Я слышал весть смешную:

Из альбома Керн

Если в жизни поднебесной Существует дух прелестный,

Из письма к Соболевскому

У Гальяни иль Кольони Закажи себе в Твери

Про себя

Великим быть желаю, Люблю России честь,

При посылке бронзового Сфинкса

Кто на снегах возрастил Феокритовы нежные розы? В веке железном, скажи, кто золотой угадал?

Воспоминания о Царском Селе

Воспоминаньями смущенный, Исполнен сладкою тоской,

Друзьям (Богами вам ещё даны)

Богами вам ещё даны Златые дни, златые ночи,

Делия

Ты ль передо мною, Делия моя?

К молодой вдове

Лида, друг мой неизменный, Почему сквозь легкий сон

Птичка

В чужбине свято наблюдаю Родной обычай старины:

Счастлив ты в прелестных дурах

Счастлив ты в прелестных дурах, В службе, в картах и в пирах;

Денису Давыдову

Певец-гусар, ты пел биваки, Раздолье ухарских пиров

Отрок

Невод рыбак расстилал по брегу студеного моря; Мальчик отцу помогал. Отрок, оставь рыбака!

Tien et mien, dit Lafontaine

«Tien et mien, — dit Lafontaine, — Du monde a rompu le lien».

В беспечных радостях, в живом очарованье

В беспечных радостях, в живом очарованье, О дни весны моей, вы скоро утекли.

Ответ Катенину

Напрасно, пламенный поэт, Свой чудный кубок мне подносишь

Лиле

Лила, Лила! я страдаю Безотрадною тоской,

Акафист Екатерине Николаевне Карамзиной

Земли достигнув наконец, От бурь спасенный провиденьем,

От многоречия отрекшись добровольно

От многоречия отрекшись добровольно, В собранье полном слов не вижу пользы я;

Адели

Играй, Адель, Не знай печали;

Когда б писать ты начал сдуру

Когда б писать ты начал сдуру, Тогда б наверно ты пролез

Колосовой (О ты, надежда нашей сцены)

О ты, надежда нашей сцены! Уж всюду торжества готовятся твои,

Старик из Маро

Уж я не тот любовник страстный, Кому дивился прежде свет:

Эпиграмма (Лечись, иль быть тебе Панглосом)

Лечись — иль быть тебе Панглосом, Ты жертва вредной красоты —

Я думал, сердце позабыло

Я думал, сердце позабыло Способность легкую страдать,

Каменный гость (Пьеса)

Сцена I Дон Гуан и Лепорелло

В славной в Муромской земле

В славной в Муромской земле, В Карачарсве селе

Кораблю

Морей красавец окриленный! Тебя зову — плыви, плыви

Как наше сердце своенравно

Как наше сердце своенравно! томимый вновь,

Сказка о мертвой царевне и о семи богатырях

Царь с царицею простился, В путь-дорогу снарядился,

Из Анакреона

Что же сухо в чаше дно? Наливай мне, мальчик резвый,

Он между нами жил

Он между нами жил Средь племени ему чужого; злобы

Орлов с Истоминой в постеле

Орлов с Истоминой в постеле В убогой наготе лежал.

Дубравы, где в тиши свободы

O Zauberei der ersten Liebe!.. Wieland

Уж небо осенью дышало

Уж небо осенью дышало, Уж реже солнышко блистало,

Эпиграмма на смерть стихотворца

Покойник Клит в раю не будет: Творил он тяжкие грехи.

Измены

«Все миновалось Мимо промчалось

Вези, вези, не жалей

Вези, вези, не жалей, Со мной ехать веселей.

К письму

В нем радости мои; когда померкну я, Пускай оно груди бесчувственной коснется:

Элегия (Я видел смерть)

Я видел смерть; она в молчанье села У мирного порогу моего;

В альбом

Долго сих листов заветных Не касался я пером;

Бывало в сладком ослепленье

Бывало в сладком ослепленье Я верил избранным душам,

Мечтатель

По небу крадется луна, На холме тьма седеет,

Эпиграмма (Там, где древний Кочерговский)

Там, где древний Кочерговский 1

Прощание

В последний раз твой образ милый Дерзаю мысленно ласкать,

Послание к Горчакову

Питомец мод, большого света друг, Обычаев блестящий наблюдатель,

Не пой, красавица, при мне

Не пой, красавица, при мне Ты песен Грузии печальной:

Оставь, о Лезбия, лампаду

Оставь, о Лезбия, лампаду Близ ложа тихого любви.

Бог веселый винограда

Бог веселый винограда Позволяет нам три чаши

Лишь розы увядают

Лишь розы увядают, Амврозией дыша,

Если ехать вам случится

Если ехать вам случится От **** на *,

Я здесь, Инезилья

Я здесь, Инезилья, Я здесь под окном.

Напрасно ахнула Европа

Напрасно ахнула Европа, Не унывайте, не беда!

Батюшкову (В пещерах Геликона)

В пещерах Геликона Я некогда рожден;

Ворон к ворону летит

Ворон к ворону летит, Ворон ворону кричит:

С перегородкою коморки

С перегородкою каморки, Довольно чистенькие норки,

Хоть, впрочем, он поэт изрядный

«Хоть, впрочем, он поэт изрядный, Эмилий человек пустой».

В поле чистом серебрится

В поле чистом серебрится Снег волнистый и рябой,

Что козырь? — Черви. — Мне ходить

— Что козырь? — Черви. — Мне ходить. — Я бью. — Нельзя ли погодить?

Ненастный день потух

Ненастный день потух; ненастной ночи мгла По небу стелется одеждою свинцовой;

К Родзянке

Ты обещал о романтизме, О сем парнасском афеизме,

Вино

Злое дитя, старик молодой, властелин добронравный, Гордость внушающий нам, шумный заступник любви!

К Огаревой, которой митрополит прислал плодов из своего сада

Митрополит, хвастун бесстыдный, Тебе прислав своих плодов,

Подражание (Я видел смерть, она сидела)

Я видел смерть; она сидела У тихого порога моего.

Блажен в златом кругу вельмож

Блажен в златом кругу вельмож Пиит, внимаемый царями.

Мирская власть

Когда великое свершалось торжество И в муках на кресте кончалось божество,

Сцены из рыцарских времен

Мартын. Послушай, Франц: в последний раз говорю тебе как отец:

Мой дядя самых честных правил

Отрывок из романа в стихах Евгений Онегин

Кирджали

В степях зеленых Буджака, Где Прут, заветная река,

Люблю ваш сумрак неизвестный

Люблю ваш сумрак неизвестный И ваши тайные цветы,

Эйхфельдт

Ни блеск ума, ни стройность платья Не могут вас обворожить;

Эвлега

Вдали ты зришь утес уединенный; Пещеры в нем изрылась глубина:

Воспоминание

Когда для смертного умолкнет шумный день, И на немые стогны града

С португальского

Там звезда зари взошла, Пышно роза процвела.

Уединение

Блажен, кто в отдаленной сени, Вдали взыскательных невежд,

Элегия (Опять я ваш, о юные друзья)

Опять я ваш, о юные друзья! Туманные сокрылись дни разлуки:

Желание

Медлительно влекутся дни мои, И каждый миг в унылом сердце множит

А в ненастные дни

А в ненастные дни Собирались они

Паж, или Пятнадцатый год

C’est l’age de Cherubin… Пятнадцать лет мне скоро минет;

Лаиса Венере, посвящая ей свое зеркало

Вот зеркало мое — прими его, Киприда! Богиня красоты прекрасна будет ввек,

Нет, нет, напрасны ваши пени

Нет, нет, напрасны ваши пени, Я вас люблю, все тот же я.

Наездники

Глубокой ночи на полях Давно лежали покрывала,

Ох, лето красное

Ох, лето красное! любил бы я тебя, Когда б не зной, да пыль, да комары, да мухи.

Арион

Нас было много на челне; Иные парус напрягали,

Истина

Издавна мудрые искали Забытых истины следов

Прозерпина

Плещут волны Флегетона, Своды Тартара дрожат,

Виноград

Не стану я жалеть о розах, Увядших с легкою весной;

Два чувства дивно близки нам

Два чувства дивно близки нам — В них обретает сердце пищу —

Осеннее утро

Поднялся шум; свирелью полевой Оглашено моё уединенье,

Граф Нулин

Пора, пора! рога трубят; Псари в охотничьих уборах

Сафо

Счастливый юноша, ты всем меня пленил: Душою гордою и пылкой и незлобной,

Couplets

Quand un poète en son extase Vous lit son ode ou son bouquet,

Подражание итальянскому

Как с древа сорвался предатель ученик, Диявол прилетел, к лицу его приник,

Глухой глухого звал к суду судьи глухого

Глухой глухого звал к суду судьи глухого, Глухой кричал: «Моя им сведена корова!» —

Послание к Великопольскому, сочинителю Сатиры на игроков

Так элегическую лиру Ты променял, наш моралист,

Из письма к Вяземскому (Сатирик и поэт любовный)

Сатирик и поэт любовный, Наш Аристип и Асмодей,

Тургенев, верный покровитель

Тургенев, верный покровитель Попов, евреев и скопцов,

Жил на свете рыцарь бедный

Жил на свете рыцарь бедный, Молчаливый и простой,

Я сам не рад болтливости своей

( отрывок из «Сон»

Есть роза дивная, она

Есть роза дивная: она Пред изумленною Киферой

Баратынскому, Из Бессарабии

Сия пустынная страна Священна для души поэта:

Мне бой знаком, люблю я звук мечей

Мне бой знаком — люблю я звук мечей: От первых лет поклонник бранной славы,

Медок

Попутный веет ветр. — Идет корабль, Во всю длину развиты флаги, вздулись

На Колосову

Все пленяет нас в Эсфири: Упоительная речь,

Кристалл, поэтом обновленный

Кристалл, поэтом обновленный, Укрась мой мирный уголок,

Романс

Под вечер, осенью ненастной, В далеких дева шла местах

Чем чаще празднует лицей

Чем чаще празднует лицей Свою святую годовщину,

Эпиграмма (на Карамзина)

«Послушайте: я сказку вам начну Про Игоря и про его жену,

Но ты забудь меня, мой друг

Но ты забудь меня, мой друг, Забудь меня, как забывают

В пустыне

В пустыне Пробился ключ,

Меж горных стен несется Терек

Меж горных стен несется Терек, Волнами точит дикий берег,

Приметы

Я ехал к вам: живые сны За мной вились толпой игривой,

Словесность русская больна

Словесность русская больна. Лежит в истерике она

В голубом небесном поле

В голубом небесном поле Светит Веспер золотой —

Не угрожай ленивцу молодому

Не угрожай ленивцу молодому. Безвременной кончины я не жду.

Все кончено, меж нами связи нет

Все кончено: меж нами связи нет. В последний раз обняв твои колени,

Послание к Юдину

Ты хочешь, милый друг, узнать Мои мечты, желанья, цели

Что белеется на горе зеленой

Что белеется на горе зеленой? Снег ли то, али лебеди белы?

Все в жертву памяти твоей

Все в жертву памяти твоей: И голос лиры вдохновенной,

Письмо Евгения Онегина к Татьяне

Предвижу всё: вас оскорбит Печальной тайны объясненье.

В часы забав иль праздной скуки

В часы забав иль праздной скуки, Бывало, лире я моей

Бесы

Мчатся тучи, вьются тучи; Невидимкою луна

Эхо

Ревет ли зверь в лесу глухом, Трубит ли рог, гремит ли гром,

Не знаю где, но не у нас

Не знаю где, но не у нас, Достопочтенный лорд Мидас,

Из письма к Яковлеву

Смирдин меня в беду поверг; У торгаша сего семь пятниц на неделе,

Кинжал

Лемносский бог тебя сковал Для рук бессмертной Немезиды,

Теснится средь толпы еврей сребролюбивый

Теснится средь толпы еврей сребролюбивый. Под буркою казак, Кавказа властелин,

Зима, Что делать нам в деревне

(2 ноября) Зима. Что делать нам в деревне? Я встречаю

Я видел Азии бесплодные пределы

Я видел Азии бесплодные пределы, Кавказа дальный край, долины обгорелы,

Надпись к беседке

С благоговейною душой Приближься, путник молодой,

Кавказ

Кавказ подо мною. Один в вышине Стою над снегами у края стремнины;

Младенцу

Дитя, не смею над тобой Произносить благословенья.

Твой и мой

Бог весть, за что философы, пииты На твой и мой давным-давно сердиты.

Везувий зев открыл, дым хлынул клубом

Везувий зев открыл — дым хлынул клубом — пламя Широко развилось, как боевое знамя.

Разлука

В последний раз, в сени уединенья, Моим стихам внимает наш пенат.

Колокольчики звенят

Колокольчики звенят, Барабанчики гремят,

И останешься с вопросом

И останешься с вопросом На брегу замерзлых вод:

Твое соседство нам опасно

Твое соседство нам опасно, Хоть мило, может быть, оно —

Наброски к замыслу о Фаусте

I «Скажи, какие заклинанья

Певец-Давид был ростом мал

Певец-Давид был ростом мал, Но повалил же Голиафа,

Ответ анониму

О, кто бы ни был ты, чье ласковое пенье Приветствует мое к блаженству возрожденье,

Вновь я посетил

…Вновь я посетил Тот уголок земли, где я провел

Возрождение

Художник-варвар кистью сонной Картину гения чернит

Утопленник

Прибежали в избу дети Второпях зовут отца:

Простите, верные дубравы

Простите, верные дубравы! Прости, беспечный мир полей,

К Языкову (Издревле сладостный союз)

Издревле сладостный союз Поэтов меж собой связует:

Золото и булат

«Все мое», — сказало злато; «Все мое», — сказал булат.

Накажи, святой угодник

Накажи, святой угодник, Капитана Борозду,

Соловей и роза

В безмолвии садов, весной, во мгле ночей, Поет над розою восточный соловей.

Анчар

В пустыне чахлой и скупой, На почве, зноем раскаленной,

Стансы Толстому

Философ ранний, ты бежишь Пиров и наслаждений жизни,

Из письма к В. Л. Пушкину

Христос воскрес, питомец Феба! Дай бог, чтоб милостию неба

Сравнение

Не хочешь ли узнать, моя драгая, Какая разница меж Буало и мной?

За старые грехи наказанный судьбой

За старые грехи наказанный судьбой, Я стражду восемь дней, с лекарствами в желудке,

Ты и я

Ты богат, я очень беден; Ты прозаик, я поэт;

Монах (Поэма)

Песнь первая Святой монах, грехопадение, юбка

Стою печален на кладбище

Стою печален на кладбище. Гляжу кругом — обнажено

На Каченовского (Хаврониос, ругатель закоснелый)

Хаврониос! ругатель закоснелый, Во тьме, в пыли, в презренье поседелый,

Гнедичу

С Гомером долго ты беседовал один, Тебя мы долго ожидали,

Зачем безвременную скуку

Зачем безвременную скуку Зловещей думою питать,

Новоселье

Благословляю новоселье, Куда домашний свой кумир

Смеетесь вы, что девой бойкой

Смеетесь вы, что девой бойкой Пленен я, милой поломойкой.

Из письма к Гнедичу

В стране, где Юлией венчанный И хитрым Августом изгнанный

Еще дуют холодные ветры

Еще дуют холодные ветры И наносят утренни морозы,

Юдифь (Когда владыка ассирийский)

Когда владыка ассирийский Народы казнию казнил

Княгине Волконской

Среди рассеянной Москвы, При толках виста и бостона,

Эпиграмма на Стурдзу

Холоп венчанного солдата, Благодари свою судьбу:

Как брань тебе не надоела

Как брань тебе не надоела? Расчет короток мой с тобой:

О сколько нам открытий чудных

О сколько нам открытий чудных Готовят просвещенья дух

Лизе страшно полюбить

Лизе страшно полюбить. Полно, нет ли тут обмана?

Сновидение

Недавно, обольщен прелестным сновиденьем, В венце сияющем, царем я зрел себя;

Пущину

Мой первый друг, мой друг бесценный! И я судьбу благословил,

За Netty сердцем я летаю

За Netty сердцем я летаю В Твери, в Москве —

Менко Вуич грамоту пишет

Менко Вуич грамоту пишет Своему побратиму:

На холмах Грузии лежит ночная мгла

На холмах Грузии лежит ночная мгла; Шумит Арагва предо мною.

Давыдову (Меж тем как генерал Орлов)

Меж тем как генерал Орлов — Обритый рекрут Гименея —

Из письма к Горчакову

Зима мне рыхлою стеною К воротам заградила путь;

На Стурдзу (Вкруг я Стурдзы хожу)

Вкруг я Стурдзы хожу, Вкруг библического,

Я не люблю альбомов модных

Я не люблю альбомов модных: Их ослепительная смесь

Кто видел край, где роскошью природы

Кто видел край, где роскошью природы Оживлены дубравы и луга,

Из письма к Россет

От вас узнал я плен Варшавы. Вы были вестницею славы

Был и я среди донцов

Был и я среди донцов, Гнал и я османов шайку;

Товарищам

Промчались годы заточенья; Недолго, мирные друзья,

Уныние

Мой милый друг! расстался я с тобою. Душой уснув, безмолвно я грущу.

Всем красны боярские конюшни

Всем красны боярские конюшни: Чистотой, прислугой и конями;

К ней (В печальной праздности я лиру забывал)

В печальной праздности я лиру забывал, Воображение в мечтах не разгоралось,

На Рыбушкина

Бывало, прежних лет герой, Окончив славну брань с противной стороной,

Дон

Блеща средь полей широких, Вон он льется!.. Здравствуй, Дон!

Пророк

Духовной жаждою томим, В пустыне мрачной я влачился, —

Н. Н. при посылке ей «Невского альманаха»

Примите «Невский Альманах». Он мил и в прозе, и в стихах:

Вот север, тучи нагоняя

Вот север, тучи нагоняя, Дохнул, завыл – и вот сама

Подобный жребий для поэта

Подобный жребий для поэта И для красавицы готов:

Энгельгардту

Я ускользнул от Эскулапа Худой, обритый — но живой;

Орлову

О ты, который сочетал С душою пылкой, откровенной

Ответ Ф. Т.

Нет, не черкешенка она; Но в долы Грузии от века

На перевод Илиады

Слышу умолкнувший звук божественной эллинской речи; Старца великого тень чую смущенной душой.

К молодой актрисе

Ты не наследница Клероны [1], Не для тебя свои законы

Мансурову

Мансуров, закадышный друг, Надень венок терновый!

Движение

Движенья нет, сказал мудрец брадатый. Другой смолчал и стал пред ним ходить.

Заступники кнута и плети

Заступники кнута и плети, О знаменитые князья,

К Делии

О Делия драгая! Спеши, моя краса;

К Щербинину

Житье тому, любезный друг, Кто страстью глупою не болен,

Окно

Недавно темною порою, Когда пустынная луна

Чу, пушки грянули

Чу, пушки грянули! крылатых кораблей Покрылась облаком станица боевая,

К Наталье

Так и мне узнать случилось, Что за птица Купидон;

Эпиграмма на Дондукова-Корсакова

В Академии наук Заседает князь Дундук.

Скажи мне, ночь, зачем твой тихий мрак

Скажи мне, ночь, зачем твой тихий мрак Мне радостней…

Эпиграмма (Мальчишка Фебу гимн поднес)

Мальчишка Фебу гимн поднес. «Охота есть, да мало мозгу.

К. А. Б

Что можем наскоро стихами молвить ей? Мне истина всего дороже.

К портрету Дельвига

Се самый Дельвиг тот, что нам всегда твердил, Что, коль судьбой ему даны б Нерон и Тит,

Как счастлив я, когда могу покинуть

Как счастлив я, когда могу покинуть Докучный шум столицы и двора

Торжество Вакха

Откуда чудный шум, неистовые клики? Кого, куда зовут и бубны и тимпан?

Вы избалованы природой

Вы избалованы природой; Она пристрастна к вам была,

Буря

Ты видел деву на скале В одежде белой над волнами

Князь Г со мною не знаком

Князь Г. со мною не знаком. Я не видал такой негодной смеси;

Венец желаниям

Венец желаниям! Итак, я вижу вас, О други смелых муз, о дивный Арзамас! [1]

Куплеты (С позволения сказать)

С позволения сказать, Я сердит на вас ужасно,

Жив, жив Курилка

Как! жив еще Курилка журналист? — Живехонек! все так же сух и скучен,

Второе послание к цензору

На скользком поприще Тимковского наследник! Позволь обнять себя, мой прежний собеседник.

Лищинский околел, отечеству беда

Лищинский околел — отечеству беда! Князь Сергий жив еще — утешьтесь, господа.

Собрание насекомых

Какие крохотны коровки! Есть, право, менее булавочной головки.

Элегия (Воспоминаньем упоенный)

Воспоминаньем упоенный, С благоговеньем и тоской

Совет

Поверь: когда слепней и комаров Вокруг тебя летает рой журнальный,

Несчастие Клита

Внук Тредьяковского [1] Клит гекзаметром песенки пишет, Противу ямба, хорея злобой ужасною дышет;

Моему Аристарху

Помилуй, трезвый Аристарх Моих бахических посланий,

Завещание Кюхельбекера

Друзья, простите! Завещаю Вам все, чем рад и чем богат;

Рефутация г-на Беранжера

Ты помнишь ли, ах, ваше благородье, Мусье француз, г*венный капитан,

Так вот детей земных изгнанье

— Так вот детей земных изгнанье? Какой порядок и молчанье!

Из письма к Вульфу

Здравствуй, Вульф, приятель мой! Приезжай сюда зимой,

Сказка о рыбаке и рыбке

Жил старик со своею старухой У самого синего моря;

Когда порой воспоминанье

Когда порой воспоминанье Грызет мне сердце в тишине,

Элегия

Безумных лет угасшее веселье Мне тяжело, как смутное похмелье.

Осиповой

Быть может, уж недолго мне В изгнанье мирном оставаться,

В альбом (Когда погаснут дни мечтанья)

Когда погаснут дни мечтанья И позовет нас шумный свет,

Кривцову (Не пугай нас, милый друг)

Не пугай нас, милый друг, Гроба близким новосельем:

Пускай увенчанный любовью красоты

Пускай увенчанный любовью красоты В заветном золоте хранит ее черты

Анне Вульф

Увы! напрасно деве гордой Я предлагал свою любовь!

Сказка о золотом петушке

Негде, в тридевятом царстве, В тридесятом государстве,

От всенощной вечор идя домой

От всенощной вечор идя домой, Антипьевна с Марфушкою бранилась;

В рюмке светлой предо мною

В рюмке светлой предо мною Брызжет, пенится вино…

Мальчику

Minister vetuli, puer. Пьяной горечью Фалерна

На Пучкову (Пучкова, право, не смешна)

Пучкова, право, не смешна: Пером содействует она

Недвижный страж дремал на царственном пороге

1 Недвижпый страж дремал на царственном пороге,

Забыв и рощу и свободу

Забыв и рощу и свободу, Невольный чижик надо мной

Кто, волны, вас остановил

Кто, волны, вас остановил, Кто оковал ваш бег могучий,

Воспоминания в Царском селе

Навис покров угрюмой нощи На своде дремлющих небес;

Туча

Последняя туча рассеянной бури! Одна ты несешься по ясной лазури,

Соловей и кукушка

В лесах, во мраке ночи праздной, Весны певец разнообразный

Она

«Печален ты; признайся, что с тобой». — Люблю, мой друг! — «Но кто ж тебя пленила?»

Эпитафия младенцу

В сиянье, в радостном покое, У трона вечного творца,

На это скажут мне с улыбкою неверной

На это скажут мне с улыбкою неверной: Смотрите, вы поэт уклонный, лицемерный,

Блестит луна, недвижно море спит

Блестит луна, недвижно море спит, Молчат сады роскошные Гаcсана.

Не смею вам стихи Баркова

Не смею вам стихи Баркова Благопристойно перевесть,

На картинки к Евгению Онегину в Невском альманахе

1 Вот перешед чрез мост Кокушкин,

Была пора, наш праздник молодой

Была пора: наш праздник молодой Сиял, шумел и розами венчался,

Восстань, о Греция, восстань

Восстань, о Греция, восстань. Недаром напрягала силы,

Туманский прав, когда так верно вас

Туманский прав, когда так верно вас Сравнил он с радугой живою:

Зачем, Елена, так пугливо

Зачем, Елена, так пугливо, С такой ревнивой быстротой,

На Баболовский дворец

Прекрасная! Пускай восторгом насладится В объятиях твоих российский полубог.

Умолкну скоро я

Умолкну скоро я!… Но если в день печали Задумчивой игрой мне струны отвечали;

Всеволожскому

Прости, счастливый сын пиров, Балованный дитя свободы!

Принцу Оранскому

Довольно битвы мчался гром, Тупился меч окровавленный,

Внемли, о Гелиос, серебряным луком звенящий

«Внемли, о Гелиос, серебряным луком звенящий, Внемли, боже кларосский, молению старца, погибнет

Я сам в себе уверен

Я сам в себе уверен, Я умник из глупцов,

В альбом Сосницкой

Вы съединить могли с холодностью сердечной Чудесный жар пленительных очей.

К ней

Эльвина, милый друг, приди, подай мне руку, Я вяну, прекрати тяжелый жизни сон;

Волшебный край

…Волшебный край! очей отрада! Всё живо там: холмы, леса,

Из Байрона (Нет ветра — синяя волна)

Нет ветра — синяя волна На прах Афин катится;

Друг сердечный мне намедни говорил

Друг сердечный мне намедни говорил: По тебе я, красна девица, изныл,

Ex ungue leonem

Недавно я стихами как-то свистнул И выдал их без подписи моей;

Больны вы, дядюшка?

«Больны вы, дядюшка? Нет мочи, Как беспокоюсь я! три ночи,

Русалка (Поэма)

БЕРЕГ ДНЕПРА. МЕЛЬНИЦА Мельник, Дочь его.

Разговор книгопродавца с поэтом

Книгопродавец Стишки для вас одна забава,

Зимняя дорога

Сквозь волнистые туманы Пробирается луна,

Разговор Фотия с Орловой

«Внимай, что я тебе вещаю: Я телом евнух, муж душой».

Опытность

Кто с минуту переможет Хладным разумом любовь,

Не дай мне бог сойти с ума

Не дай мне бог сойти с ума. Нет, легче посох и сума;

Десятая заповедь

Добра чужого не желать Ты, боже, мне повелеваешь;

Дельвигу (Любовью, дружеством и ленью)

Любовью, дружеством и ленью Укрытый от забот и бед,

19 октября

Роняет лес багряный свой убор, Сребрит мороз увянувшее поле,

Мне жаль великия жены

Мне жаль великия жены, Жены, которая любила

Каков я прежде был, таков и ныне я

Tel j’etais autrefois et tel je suis encor. Каков я прежде был, таков и ныне я:

Мне вас не жаль, года весны моей

Мне вас не жаль, года весны моей, Протекшие в мечтах любви напрасной, —

Городок

Прости мне, милый друг, Двухлетнее молчанье:

То было вскоре после боя

То было вскоре после боя, Как счастье бросило героя,

Недавно я в часы свободы

Недавно я в часы свободы Устав наездника читал

Гроб юноши

. . . . . . . Сокрылся он, Любви, забав питомец нежный;

Глинке

Когда средь оргий жизни шумной Меня постигнул остракизм,

Сказки NOEL

Ура! в Россию скачет Кочующий деспот.

Недавно тихим вечерком

Недавно тихим вечерком Пришел гулять я в рощу нашу

Тазит

Не для бесед и ликований, Не для кровавых совещаний,

Дар напрасный, дар случайный

Дар напрасный, дар случайный, Жизнь, зачем ты мне дана?

Юрьеву (Здорово, Юрьев именинник)

Здорово, Юрьев именинник! Здорово, Юрьев лейб-улан!

Надпись на стене больницы

Вот здесь лежит больной студент; Его судьба неумолима.

Простишь ли мне ревнивые мечты

Простишь ли мне ревнивые мечты, Моей любви безумное волненье?

К Тимашевой

Я видел вас, я их читал, Сии прелестные созданья,

Вдали тех пропастей глубоких

Вдали тех пропастей глубоких, Где в муках вечных и жестоких

Туманский, Фебу и Фемиде

Туманский, Фебу и Фемиде Полезно посвящая дни,

Добрый совет

Давайте пить и веселиться, Давайте жизнию играть,

Послание к цензору

Угрюмый сторож муз, гонитель давний мой, Сегодня рассуждать задумал я с тобой.

Певец

Слыхали ль вы за рощей глас ночной Певца любви, певца своей печали?

Я помню море пред грозою

Я помню море пред грозою: Как я завидовал волнам,

Зимнее утро (Мороз и солнце; день чудесный)

Мороз и солнце; день чудесный! Еще ты дремлешь, друг прелестный —

Сонет

Scorn not the sonnet, critic. Wordsworth

Надеждой сладостной младенчески дыша

Надеждой сладостной младенчески дыша, Когда бы верил я, что некогда душа,

К Пущину (Любезный именинник…)

Любезный именинник, О Пущин дорогой!

От меня вечор Леила

От меня вечор Леила Равнодушно уходила.

Христос воскрес

Христос воскрес, моя Реввека! Сегодня следуя душой

Зачем ты послан был и кто тебя послал

Зачем ты послан был и кто тебя послал? Чего, добра иль зла, ты верный был свершитель?

Вольность

Ода Беги, сокройся от очей,

Как редко плату получает

Как редко плату получает Великий добрый человек в кой-то век

О бедность, затвердил я наконец

О бедность! затвердил я наконец Урок твой горький! Чем я заслужил

Добрый человек

Ты прав — несносен Фирс ученый, Педант надутый и мудреный —

Чиновник и поэт

«Куда вы? за город конечно, Зефиром утренним дышать

Филимонову

Вам музы, милые старушки, Колпак связали в добрый час,

Иван-Царевич по лесам

Иван-Царевич по лесам, И по полям, и по горам

В те дни в таинственных долинах

В те дни в таинственных долинах, Весной, при кликах лебединых,

К сестре

Ты хочешь, друг бесценный, Чтоб я, поэт младой,

Катенину

Кто мне пришлет ее портрет, Черты волшебницы прекрасной?

Близ мест, где царствует Венеция златая

Близ мест, где царствует Венеция златая, Один, ночной гребец, гондолой управляя,

Когда сожмешь ты снова руку

Когда сожмешь ты снова руку, Которая тебе дарит

Сцена из Фауста

Фауст Мне скучно, бес.

Родриг

Чудный сон мне бог послал — С длинной белой бородою

К другу стихотворцу

Арист! и ты в толпе служителей Парнаса! Ты хочешь оседлать упрямого Пегаса;

Перед гробницею святой

Перед гробницею святой Стою с поникшею главой…

Шишкову

Шалун, увенчанный Эратой и Венерой, Ты ль узника манишь в владения свои,

Признание

Я вас люблю, — хоть я бешусь, Хоть это труд и стыд напрасный,

Дорожные жалобы

Долго ль мне гулять на свете То в коляске, то верхом,

Поэту

Поэт! не дорожи любовию народной. Восторженных похвал пройдет минутный шум;

Циклоп

Язык и ум теряя разом, Гляжу на вас единым глазом:

Друзьям (Вчера был день разлуки шумной)

Вчера был день разлуки шумной, Вчера был Вакха буйный пир,

Опрятней модного паркета

Опрятней модного паркета Блистает речка, льдом одета.

Дружба

Что дружба? Легкий пыл похмелья, Обиды вольный разговор,

К Н. Г. Ломоносову

И ты, любезный друг, оставил Надежну пристань тишины,

Толпа глухая

Толпа глухая, Крылатой новизны любовница слепая,

Бова (Отрывок из поэмы)

Часто, часто я беседовал С болтуном страны Эллинския [1]

Зимний вечер (Буря мглою небо кроет)

Буря мглою небо кроет, Вихри снежные крутя;

Поэт

Пока не требует поэта К священной жертве Аполлон,

Какая ночь, Мороз трескучий

Какая ночь! Мороз трескучий, На небе ни единой тучи;

В роще карийской, любезной ловцам, таится пещера

В роще карийской, любезной ловцам, таится пещера, Стройные сосны кругом склонились ветвями, и тенью

Ценитель умственных творений исполинских

Ценитель умственных творений исполинских, Друг бардов английских, любовник муз латинских,

Ответ Готовцовой

И недоверчиво и жадно Смотрю я на твои цветы.

Как быстро в поле, вкруг открытом

Как быстро в поле, вкруг открытом, Подкован вновь, мой конь бежит!

Аптеку позабудь ты для венков лавровых

Аптеку позабудь ты для венков лавровых И не мори больных, но усыпляй здоровых.

Осгар

По камням гробовым, в туманах полуночи, Ступая трепетно усталою ногой,

Наперсник

Твоих признаний, жалоб нежных Ловлю я жадно каждый крик:

Гараль и Гальвина

Взошла луна над дремлющим заливом, В глухой туман окрестности легли;

Плетневу (Ты мне советуешь, Плетнев любезный)

Ты мне советуешь, Плетнев любезный, Оставленный роман наш продолжать

Медный всадник

Вступление На берегу пустынных волн

Подъезжая под Ижоры

Подъезжая под Ижоры, Я взглянул на небеса

Гроб Анакреона

Все в таинственном молчанье; Холм оделся темнотой;

В. Л. Пушкину (Что восхитительней, живей)

Что восхитительней, живей Войны, сражений и пожаров,

Александру

Утихла брань племен; в пределах отдаленных Не слышен битвы шум и голос труб военных;

Свободы сеятель пустынный

Изыде сеятель сеяти семена своя. Свободы сеятель пустынный,

Исповедь бедного стихотворца

Священник Кто ты, мой сын?

Счастлив, кто близ тебя, любовник упоенный

K *** Счастлив, кто близ тебя, любовник упоенный,

Как сладостно, но, боги, как опасно

Как сладостно!.. но, боги, как опасно Тебе внимать, твой видеть милый взор!..

Казачка и черкес

Незавершенная поэма План

Киселеву

Ищи в чужом краю здоровья и свободы, Но север забывать грешно,

На Пучкову (Зачем кричишь ты, что ты дева)

Зачем кричишь ты, что ты дева, На каждом девственном стихе?

Труд

Миг вожделенный настал: окончен мой труд многолетний. Что ж непонятная грусть тайно тревожит меня?

Я был свидетелем златой твоей весны

Я был свидетелем златой твоей весны; Тогда напрасен ум, искусства не нужны,

Эпиграмма на Шаликова

Князь Шаликов, газетчик наш печальный, Элегию семье своей читал,

Милый мой, сегодня

Милый мой, сегодня Бешеных повес

Чем меньше женщину мы любим

Отрывок из романа «Евгений Онегин»

Скажи, не я ль тебя заметил

Скажи — не я ль тебя заметил В толпе застенчивых подруг,

Демон

В те дни, когда мне были новы Все впечатленья бытия —

Бакуниной

Напрасно воспевать мне ваши именины При всем усердии послушности моей;

Мой друг, уже три дня

Мой друг, уже три дня Сижу я под арестом

Заздравный кубок

Кубок янтарный Полон давно —

Нереида

Среди зеленых волн, лобзающих Тавриду, На утренней заре я видел Нереиду.

Дельвигу (Друг Дельвиг, мой парнасский брат)

Друг Дельвиг, мой парнасский брат, Твоей я прозой был утешен,

A son amant Egle sans resistance

A son amant Egle sans resistance Avait cede — mais lui pale et perclus

Русалка

Над озером, в глухих дубровах, Спасался некогда монах,

О нет, мне жизнь не надоела

О нет, мне жизнь не надоела, Я жить люблю, я жить хочу,

Царь увидел пред собою

Царь увидел пред собою Столик с шахматной доскою.

Раевскому

Ты прав, мой друг — напрасно я презрел Дары природы благосклонной.

Алексееву

Мой милый, как несправедливы Твои ревнивые мечты:

Октябрь уж наступил, уж роща отряхает

Отрывок из стихотворения «Осень» Пушкина

Тошней идиллии и холодней, чем ода

Тошней идиллии и холодней, чем ода, От злости мизантроп, от глупости поэт —

Краев чужих неопытный любитель

Краев чужих неопытный любитель И своего всегдашний обвинитель,

Мой друг

Мой друг, забыты мной следы минувших лет И младости моей мятежное теченье.

Полторацкой

Когда помилует нас бог, Когда не буду я повешен,

Обвал

Дробясь о мрачные скалы, Шумят и пенятся валы,

Дионея

Хромид в тебя влюблен; он молод, и не раз Украдкою вдвоем мы замечали вас;

Орловой-Чесменской

Благочестивая жена Душою богу предана,

Делибаш

Перестрелка за холмами; Смотрит лагерь их и наш;

Завидую тебе, питомец моря смелый

Завидую тебе, питомец моря смелый, Под сенью парусов и в бурях поседелый!

Заутра с свечкой грошевою

Заутра с свечкой грошевою Явлюсь пред образом святым.

В еврейской хижине лампада

В еврейской хижине лампада В одном углу бледна горит,

Послание Лиде

Тебе, наперсница Венеры, Тебе, которой Купидон

Приятелю

Не притворяйся, милый друг, Соперник мой широкоплечий!

Л. Пушкину

Брат милый, отроком расстался ты со мной — В разлуке протекли медлительные годы;

Моцарт и Сальери (Трагедия)

Сцена I Комната.

Анджело

Часть Первая I

Шумит кустарник

Шумит кустарник… На утес Олень веселый выбегает,

Quand au front du convive

Quand au front du convive, au beau sein de Delie La rose eblouissante a termine sa vie…

Альфонс садится на коня

Альфонс садится на коня; Ему хозяин держит стремя.

Молдавская песня

Нас было два брата — мы вместе росли — И жалкую младость в нужде провели…

Покойник, автор сухощавый

Покойник, автор сухощавый, Писал для денег, пил из славы.

Город пышный, город бедный

Город пышный, город бедный, Дух неволи, стройный вид,

Старик

Уж я не тот любовник страстный, Кому дивился прежде свет:

Давыдову

Нельзя, мой толстый Аристип: Хоть я люблю твои беседы,

В тот год осенняя погода

В тот год осенняя погода Стояла долго на дворе,

Слеза

Вчера за чашей пуншевого С гусаром я сидел

Цыганы (Над лесистыми брегами)

Над лесистыми брегами, В час вечерней тишины,

Примите новую тетрадь

Примите новую тетрадь, Вы, юноши, и вы, девицы, —

Кокетке

И вы поверить мне могли, Как простодушная Аньеса?

Сапожник

Картину раз высматривал сапожник И в обуви ошибку указал;

Письмо Татьяны к Онегину

Я к вам пишу – чего же боле? Что я могу еще сказать?

Фонтану Бахчисарайского дворца

Фонтан любви, фонтан живой! Принес я в дар тебе две розы.

Исповедь

Вечерня отошла давно, Но в кельях тихо и темно.

К Ушаковой

В отдалении от вас С вами буду неразлучен,

Послание к Галичу

Где ты, ленивец мой? Любовник наслажденья!

Я не люблю твоей Корины

Я не люблю твоей Корины, Скучны любезности картины.

В альбом (Гонимый рока самовластьем)

Гонимый рока самовластьем От пышной далеко Москвы,

Я помню чудное мгновенье (Керн)

К Керн* Я помню чудное мгновенье:

Записка к Жуковскому (Раевский, молоденец прежний)

Раевский, молоденец прежний, А там уже отважный сын,

Подражания Корану

I Клянусь четой и нечетой,

На Каченовского (Клеветник без дарованья)

Клеветник без дарованья, Палок ищет он чутьем,

Мечтателю

Ты в страсти горестной находишь наслажденье; Тебе приятно слезы лить,

Эпиграмма (Не то беда, Авдей Флюгарин)

Не то беда, Авдей Флюгарин, Что родом ты не русский барин,

Отцы пустынники и жены непорочны

Отцы пустынники и жены непорочны, Чтоб сердцем возлетать во области заочны,

Юрьеву

Любимец ветреных Лаис, Прелестный баловень Киприды —

Позволь душе моей открыться пред тобою

Позволь душе моей открыться пред тобою И в дружбе сладостной отраду почерпнуть.

Эпитафия

О слава тщетная! о тленья грозный вид — Х*й твердый Пушкина здесь в первый раз лежит.

Ветер, ветер, ты могуч

Ветер, ветер! Ты могуч, Ты гоняешь стаи туч,

Да сохранит тебя твой добрый гений

Да сохранит тебя твой добрый гений Под бурями и в тишине…

Экспромт на Огареву (В молчанье пред тобой сижу)

В молчанье пред тобой сижу. Напрасно чувствую мученье,

Я знаю край, там на брега

Я знаю край: там на брега Уединенно море плещет;

Царское село

Хранитель милых чувств и прошлых наслаждений, О ты, певцу дубрав давно знакомый гений,

Jai possede maitresse honnete

J’ai possede maitresse honnete, Je la servais comme il lui faut,

Воспоминание (Помнишь ли, мой брат по чаше)

Помнишь ли, мой брат по чаше, Как в отрадной тишине

Дяде, назвавшего сочинителя братом

Я не совсем еще рассудок потерял От рифм бахических — шатаясь на Пегасе —

Кн. П. А. Вяземскому (Зачем, забывши славу)

Зачем, забывши славу, Пускаешься в Варшаву?

19 октября 1827

Бог помочь вам, друзья мои, В заботах жизни, царской службы,

К моей чернильнице

Подруга думы праздной, Чернильница моя;

Конечно, презирать не трудно

Конечно, презирать не трудно Отдельно каждого глупца,

Дочери Карагеоргия

Гроза луны, свободы воин, Покрытый кровию святой,

Нет ни в чем вам благодати

Нет ни в чем вам благодати; С счастием у вас разлад:

К портрету Чаадаева

Он вышней волею небес Рожден в оковах службы царской;

Цветы последние милей

Цветы последние милей Роскошных первенцев полей.

Веселый пир

Я люблю вечерний пир, Где веселье председатель,

Ангел

В дверях эдема ангел нежный Главой поникшею сиял,

В альбом Илличевскому

Мой друг! неславный я поэт, Хоть христианин православный,

Гречанка верная, не плачь

Гречанка верная! не плачь, — он пал героем, Свинец врага в его вонзился грудь.

Домовому

Поместья мирного незримый покровитель, Тебя молю, мой добрый домовой,

Из ALFIERI

Сомненье, страх, порочную надежду Уже в груди не в силах я хранить;

К Батюшкову (Философ резвый и пиит)

Философ резвый и пиит, Парнасский счастливый ленивец,

Пока супруг тебя, красавицу младую

Пока супруг тебя, красавицу младую, Между шести других еще не заключил, —

К Дельвигу (Послушай, муз невинных)

Послушай, муз невинных Лукавый духовник:

В альбом Абамелек

Когда-то (помню с умиленьем) Я смел вас няньчить с восхищеньем,

Ты мне велишь открыться пред тобою

Ты мне велишь открыться пред тобою — Незнаемый дерзал я обожать,

Если с нежной красотой

Если с нежной красотой Вы чувствительны душою,

Щербинину

Житье тому, мой милый друг, Кто страстью глупою не болен,

К Языкову (Языков, кто тебе внушил)

Языков, кто тебе внушил Твое посланье удалое?

Гаврилиада (Поэма)

Воистину еврейки молодой Мне дорого душевное спасенье.

Наперсница моих сердечных дум

Наперсница моих сердечных дум, О ты, чей глас приятный и небрежный

К Чаадаеву

Любви, надежды, тихой славы Недолго нежил нас обман,

Красавице, которая нюхала табак

Возможно ль? Вместо роз, Амуром насажденных, Тюльпанов, гордо наклоненных,

Стансы

В надежде славы и добра Гляжу вперед я без боязни:

Когда в объятия мои

Когда в объятия мои Твой стройный стан я заключаю

Царь Никита и сорок его дочерей

Царь Никита жил когда-то Праздно, весело, богато,

Когда, стройна и светлоока

Когда, стройна и светлоока, Передо мной стоит она…

Когда Потемкину в потемках

Когда Потемкину в потемках Я на Пречистенке найду,

На возвращения государя императора из Парижа в 1815 году

Утихла брань племен: в пределах отдаленных Не слышен битвы шум и голос труб военных;

Портрет (Вот карапузик наш)

Вот карапузик наш, монах, Поэт, писец и воин;

Как широко, как глубоко

Как широко, Как глубоко!

Надо помянуть, непременно помянуть надо

Надо помянуть, непременно помянуть надо: Трех Матрен

Во глубине сибирских руд

Во глубине сибирских руд Храните гордое терпенье,

Сват Иван, как пить мы станем

Сват Иван, как пить мы станем, Непременно уж помянем

О ты, который сочетал

О ты, который сочетал С глубоким чувством вкус толь верный,

К Овидию

Овидий, я живу близ тихих берегов, Которым изгнанных отеческих богов

Из Гафиза

(Лагерь при Евфрате) Не пленяйся бранной славой,

Графу Олизару

Певец! издревле меж собою Враждуют наши племена:

Что-то грезит Баратынский

Что-то грезит Баратынский, Что-то думает Плетнев?

Я вас любил, любовь еще, быть может

Я вас любил: любовь еще, быть может, В душе моей угасла не совсем;

Сон (Отрывок)

Пускай Поэт с кадильницей наемной Гоняется за счастьем и молвой,

Под каким созвездием

Под каким созвездием, Под какой планетою

Приметы (Старайся наблюдать различные приметы)

Старайся наблюдать различные приметы: Пастух и земледел в младенческие леты,

Из письма к Алексееву

Прощай, отшельник бессарабской Лукавый друг души моей.

27 мая 1819

Веселый вечер в жизни нашей Запомним, юные друзья;

Кавказский пленник

Посвящение Н. Н. Раевскому

И дале мы пошли, и страх обнял меня

I И дале мы пошли — и страх обнял меня.

Клеветникам России

О чем шумите вы, народные витии? Зачем анафемой грозите вы России?

Бахчисарайский фонтан

Гирей сидел потупя взор; Янтарь в устах его дымился;

На Аракчеева

Всей России притеснитель, Губернаторов мучитель

Земля и море

Когда по синеве морей Зефир скользит и тихо веет

Я памятник себе воздвиг нерукотворный

Я памятник себе воздвиг нерукотворный, К нему не зарастет народная тропа,

Баллада

Что ты, девица, грустна, Молча присмирела,

О дева-роза, я в оковах

О дева-роза, я в оковах; Но не стыжусь твоих оков:

Эпиграмма (Подражание французскому)

Супругою твоей я так пленился, Что если б три в удел достались мне,

Фавн и Пастушка (Картины)

I С пятнадцатой весною,

За ужином объелся я

За ужином объелся я, А Яков запер дверь оплошно —

Ты вянешь и молчишь

Ты вянешь и молчишь; печаль тебя снедает; На девственных устах улыбка замирает.

Охотник до журнальной драки

Охотник до журнальной драки, Сей усыпительный зоил

Красавица перед зеркалом

Взгляни на милую, когда свое чело Она пред зеркалом цветами окружает,

Не тем горжусь я, мой певец

Не тем горжусь я, мой певец, Что привлекать умел стихами

К портрету Жуковского

Его стихов пленительная сладость Пройдет веков завистливую даль,

От западных морей до самых врат восточных

От западных морей до самых врат восточных Не многие умы от благ прямых и прочных

Ты просвещением свой разум осветил

Ты просвещением свой разум осветил, Ты правды лик увидел,

Мое беспечное незнанье

Moe беспечное незнанье Лукавый демон возмутил,

К Галичу (Пускай угрюмый рифмотвор)

Пускай угрюмый рифмотвор, Повитый маком и крапивой,

К Плюсковой

На лире скромной, благородной Земных богов я не хвалил

Езерский

I Над омраченным Петроградом

Записка к Жуковскому

Штабс-капитану, Гете, Грею, Томсону, Шиллеру привет!

Осень

I Октябрь уж наступил — уж роща отряхает

Как жениться задумал царский арап

Как жениться задумал царский арап, Меж боярынь арап похаживает,

Узник

Сижу за решеткой в темнице сырой. Вскормленный в неволе орел молодой,

Из письма к Родзянке

Прости, украинский мудрец, Наместник Феба и Приапа!

Из письма к Вяземскому

Любезный Вяземский, поэт и камергер… (Василья Львовича узнал ли ты манер?

Еще в ребячестве, бессмысленный и злой

Еще в ребячестве, бессмысленный и злой, Я встретил старика с плешивой головой,

Из Анакреона (Отрывок)

Узнают коней ретивых По их выжженным таврам;

Хотя стишки на именины

Хотя стишки на именины Натальи, Софьи, Катерины

Эпиграмма (Журналами обиженный жестоко)

Журналами обиженный жестоко, Зоил Пахом печалился глубоко;

К чему холодные сомненья

Чаадаеву с морского берега Тавриды К чему холодные сомненья?

В альбом Смирновой

В тревоге пестрой и бесплодной Большого света и двора

На статую играющего в бабки

Юноша трижды шагнул, наклонился, рукой о колено Бодро оперся, другой поднял меткую кость.

Моя эпитафия

Здесь Пушкин погребен; он с музой молодою, С любовью, леностью провел веселый век,

Смягчил свои предубежденья

…строгий свет Смягчил свои предубежденья,

Stances

Avez-vous vu la tendre rose, L’airaable fille d’un beau jour,

Не то беда, что ты поляк

Не то беда, что ты поляк: Костюшко лях, Мицкевич лях!

Он вежлив был в иных прихожих

Он вежлив был в иных прихожих, Но дома скучен, сух и горд.

Мадригал М….ой

О вы, которые любовью не горели, Взгляните на нее — узнаете любовь.

Для берегов отчизны дальной

Для берегов отчизны дальной Ты покидала край чужой;

Тадарашка в вас влюблен

Тадарашка в вас влюблен, И для ваших ножек,

Письмо к Лиде

Лишь благосклонный мрак раскинет Над нами тихий свой покров

Кобылица молодая

Кобылица молодая, Честь кавказского тавра,

Ночь

Мой голос для тебя и ласковый и томный Тревожит поздное молчанье ночи темной.

Стамбул гяуры нынче славят

Стамбул гяуры нынче славят, А завтра кованой пятой,

Наслажденье

В неволе скучной увядает Едва развитый жизни цвет,

Кто там? — Здорово, господа!

— Кто там? — Здорово, господа! — Зачем пожаловал сюда?

Прозаик и поэт

О чем, прозаик, ты хлопочешь? Давай мне мысль какую хочешь:

К* (Ты богоматерь, нет сомненья)

Ты богоматерь, нет сомненья, Не та, которая красой

Массон

Ольга, крестница Киприды, Ольга, чудо красоты,

Черная шаль

Гляжу, как безумный, на черную шаль, И хладную душу терзает печаль.

К морю

Прощай, свободная стихия! В последний раз передо мной

Герой

Что есть истина? Друг.

Зорю бьют, из рук моих

Зорю бьют… из рук моих Ветхий Данте выпадает,

Ушаковой

Вы избалованы природой; Она пристрастна к вам была,

Из Афенея

Славная флейта, Феон, здесь лежит. Предводителя хоров Старец, ослепший от лет, некогда Скирпал родил

Воспитанный под барабаном

Воспитанный под барабаном, Наш царь лихим был капитаном:

Если жизнь тебя обманет

Если жизнь тебя обманет, Не печалься, не сердись!

Урусовой

Не веровал я троице доныне: Мне бог тройной казался все мудрен;

Лицинию

Лициний, зришь ли ты: на быстрой колеснице, Венчанный лаврами, в блестящей багрянице,

Ее глаза

Она мила — скажу меж нами — Придворных витязей гроза,

Когда за городом, задумчив, я брожу

Когда за городом, задумчив, я брожу И на публичное кладбище захожу,

Наполеон

Чудесный жребий совершился: Угас великий человек.

Двум Александрам Павловичам

Романов и Зернов лихой, ‎Вы сходны меж собою:

Могущий бог садов, паду перед тобой

Могущий бог садов — паду перед тобой, Приап, ты, коему все жертвует в природе,

К кастрату раз пришел скрыпач

К кастрату раз пришел скрыпач, Он был бедняк, а тот богач.

Полюбуйтесь же вы, дети

Полюбуйтесь же вы, дети, Как в сердечной простоте

Под небом голубым страны своей родной

Под небом голубым страны своей родной Она томилась, увядала…

Семейственной любви и нежной дружбы ради

Семейственной любви и нежной дружбы ради Хвалю тебя, сестра, не спереди, а сзади.

Кто знает край, где небо блещет

По клюкву, по клюкву, По ягоду, по клюкву…

Подражание арабскому

Отрок милый, отрок нежный, Не стыдись, навек ты мой;

Наш друг Фита, Кутейкин в эполетах

Наш друг Фита, Кутейкин в эполетах, Бормочет нам растянутый псалом:

Вадим

Отрывок из неоконченной поэмы. Свод неба мраком обложился;

Коль ты к Смирдину войдешь

Коль ты к Смирдину войдешь, Ничего там не найдешь,

К портрету Вяземского

Судьба свои дары явить желала в нем, В счастливом баловне соединив ошибкой

Слово милой

Я Лилу слушал у клавира; Ее прелестный, томный глас

Увы, зачем она блистает

Увы! зачем она блистает Минутной, нежной красотой?

Тень Фонвизина

В раю, за грустным Ахероном, Зевая в рощице густой,

К Вяземскому

Так море, древний душегубец, Воспламеняет гений твой?

Не спрашивай, зачем унылой думой

Не спрашивай, зачем унылой думой Среди забав я часто омрачен,

Жених

Три дня купеческая дочь Наташа пропадала;

Канон в честь Глинки

Пой в восторге, русский хор, Вышла новая новинка.

Зачем твой дивный карандаш

Зачем твой дивный карандаш Рисует мой арапский профиль?

Эллеферия, пред тобой

Эллеферия, пред тобой 3атмились прелести другие,

Мордвинову

Под хладом старости угрюмо угасал Единый из седых орлов Екатерины.

Сказка о попе и о работнике его Балде

Жил-был поп, Толоконный лоб.

Элегия (Счастлив, кто в страсти сам себе)

Счастлив, кто в страсти сам себе Без ужаса признаться смеет;

К Баратынскому

Стих каждый в повести твоей Звучит и блещет, как червонец.

Полководец

У русского царя в чертогах есть палата: Она не золотом, не бархатом богата;

Генералу Пущину

В дыму, в крови, сквозь тучи стрел Теперь твоя дорога;

Мера за меру

Дук Вам объяснять правления начала

К Жуковскому (Благослови, поэт)

Благослови, поэт!.. В тиши парнасской сени Я с трепетом склонил пред музами колени.

Волненьем жизни утомленный

Волненьем жизни утомленный, Оставя заблуждений путь,

Литературное известие

В Элизии Василий Тредьяковский (Преострый муж, достойный много хвал)

К Языкову

К тебе сбирался я давно В немецкий град, тобой воспетый,

Начало первой песни Девственницы

Я не рожден святыню славословить, Мой слабый глас не взыдет до небес;

Погасло дневное светило

Погасло дневное светило; На море синее вечерний пал туман.

Мое завещание друзьям

Хочу я завтра умереть И в мир волшебный наслажденья,

Храни меня мой талисман

Храни меня, мой талисман, Храни меня во дни гоненья,

Французских рифмачей суровый судия

Французских рифмачей суровый судия, О классик Депрео, к тебе взываю я:

В мои осенние досуги

В мои осенние досуги, В те дни, как любо мне писать,

В альбом (Пройдет любовь, умрут желанья)

Пройдет любовь, умрут желанья; Разлучит нас холодный свет;

Жалоба

Ваш дед портной, ваш дядя повар, А вы, вы модный господин, —

Леда (Кантата)

Средь темной рощицы, под тенью лип душистых, В высоком тростнике, где частым жемчугом

У Кларисы денег мало

У Кларисы денег мало, Ты богат — иди к венцу:

Калмычке

Прощай, любезная калмычка! Чуть-чуть, назло моих затей,

Редеет облаков летучая гряда

Редеет облаков летучая гряда; Звезда печальная, вечерняя звезда,

На Каченовского

Бессмертною рукой раздавленный зоил, Позорного клейма ты вновь не заслужил!

Цветок

Цветок засохший, безуханный, Забытый в книге вижу я;

Зима, Крестьянин, торжествуя

Зима!.. Крестьянин, торжествуя, На дровнях обновляет путь;

Одни стихи ему читала

Одни стихи ему читала, И щеки рделися у ней,

Когда так нежно, так сердечно

Когда так нежно, так сердечно, Так радостно я встретил вас,

Песни западных славян

Видение короля Король ходит большими шагами

Уродился я, бедный недоносок

Уродился я, бедный недоносок, С глупых лет брожу я сиротою;

Вакхическая песня

Что смолкнул веселия глас? Раздайтесь, вакхальны припевы!

Выздоровление

Тебя ль я видел, милый друг? Или неверное то было сновиденье,

Полу-милорд, полу-купец

Полу-милорд, полу-купец, Полу-мудрец, полу-невежда,

Миг восторга

Когда в пленительном забвеньи, В час неги пылкой и немой,

Отрывок (Не розу пафосскую)

Не розу пафосскую, Росой оживленную,

В крови горит огонь желанья

В крови горит огонь желанья, Душа тобой уязвлена,

Брови царь нахмуря

Брови царь нахмуря, Говорил: «Вчера

Но вот уж близко

Но вот уж близко. Перед ними Уж белокаменной Москвы,

Недавно бедный мусульман

Недавно бедный мусульман В Юрзуфе жил с детьми, с женою;

Когда б не смутное влеченье

Когда б не смутное влеченье Чего-то жаждущей души,

К бюсту завоевателя

Напрасно видишь тут ошибку: Рука искусства навела

Воевода

Поздно ночью из похода Воротился воевода.

А шутку не могу придумать я другую

Будь мне наставником в насмешливой науке, Едва лукавый ум твой поимает звуки,

Все призрак, суета

Все призрак, суета, Все дрянь и гадость;

Иностранке

На языке, тебе невнятном, Стихи прощальные пишу,

Что в имени тебе моем

Что в имени тебе моем? Оно умрет, как шум печальный

На Испанию родную

I. На Испанию родную

Гусар

Скребницей чистил он коня, А сам ворчал, сердясь не в меру:

Один, один остался я

Один, один остался я, Пиры, любовницы, друзья

Вишня (Румяной зарею)

Румяной зарею Покрылся восток,

Тимковский царствовал, и все твердили вслух

Тимковский царствовал — и все твердили вслух, Что в свете не найдешь ослов подобных двух.

На небесах печальная луна

На небесах печальная луна Встречается с веселою зарею,

Баратынскому

Я жду обещанной тетради: Что ж медлишь, милый трубадур!

Из Пиндемонти

Не дорого ценю я громкие права, От коих не одна кружится голова.

О боги мирные полей, дубров и гор

О боги мирные полей, дубров и гор, Мой Аполлон ваш любит разговор,

Элегия на смерть Анны Львовны

Ох, тетенька! ох, Анна Львовна, Василья Львовича сестра!

Братья разбойники

Не стая воронов слеталась На груды тлеющих костей,

Мне памятно другое время

Мне памятно другое время! В заветных иногда мечтах

Пир во время чумы

Улица. Накрытый стол. Несколько пирующих мужчин и женщин. Молодой человек

Чаадаеву (В стране, где я забыл тревоги прежних лет)

В стране, где я забыл тревоги прежних лет, Где прах Овидиев пустынный мой сосед,

Эпиграмма (Давыдову)

Оставя честь судьбе на произвол, Давыдова, живая жертва фурий,

К Сабурову

Сабуров, ты оклеветал Мои гусарские затеи,

На Давыдову

Иной имел мою Аглаю За свой мундир и черный ус,

Из письма к Плетневу

Ты издал дядю моего: Творец «Опасного соседа»

На выздоровление Лукулла

Ты угасал, богач младой! Ты слышал плач друзей печальных.

Надо мной в лазури ясной

Надо мной в лазури ясной Светит звездочка одна,

Эпиграмма (На Толстого)

В жизни мрачной и презренной Был он долго погружен,

Послание к Л. Пушкину

Что же? будет ли вино? Лайон, жду его давно.

Сказка о царе Салтане

Сказка о царе Салтане, о сыне его славном и могучем богатыре князе Гвидоне Салтановиче и о прекрасной царевне лебеди Три девицы под окном

Восстань, восстань, пророк России

Восстань, восстань, пророк России, В позорны ризы облекись,

Сказали раз царю, что наконец

Сказали раз царю, что наконец Мятежный вождь, Риэго, был удавлен.

Вы за Онегина советуете, други

Вы за « Онегина

Ода LVI из Анакреона

Поредели, побелели Кудри, честь главы моей,

Художнику

Грустен и весел вхожу, ваятель, в твою мастерскую: Гипсу ты мысли даешь, мрамор послушен тебе:

Румяный критик мой, насмешник толстопузый

Румяный критик мой, насмешник толстопузый, Готовый век трунить над нашей томной музой,

Любопытный

— Что ж нового? «Ей-богу, ничего». — Эй, не хитри: ты верно что-то знаешь.

В кругу семей, в пирах счастливых

В кругу семей, в пирах счастливых Я гость унылый и чужой,

Сводня грустно за столом

Сводня грустно за столом Карты разлагает.

Царей потомок Меценат

Царей потомок Меценат, Мой покровитель стародавный!

Страшно и скучно

Страшно и скучно. Здесь новоселье,

Недоконченная картина

Чья мысль восторгом угадала, Постигла тайну красоты?

Монастырь на Казбеке

Высоко над семьею гор, Казбек, твой царственный шатер

Унылая пора, очей очарованье

Отрывок из Осени Пушкина

В твою светлицу, друг мой нежный

В твою светлицу, друг мой нежный, Я прихожу в последний раз.

Твои догадки, сущий вздор

Твои догадки — сущий вздор: Моих стихов ты не проникнул.

В альбом Пущину

Взглянув когда-нибудь на тайный сей листок, Исписанный когда-то мною,

Желание славы

Когда, любовию и негой упоенный, Безмолвно пред тобой коленопреклоненный,

Играй, прелестное дитя

Играй, прелестное дитя, Летай за бабочкой летучей,

К* (Нет, нет, не должен я)

Нет, нет, не должен я, не смею, не могу Волнениям любви безумно предаваться;

Что с тобой, скажи мне, братец

Что с тобой, скажи мне, братец? Бледен ты, как святотатец,

Сто лет минуло, как тевтон

Сто лет минуло, как тевтон В крови неверных окупался;

Нет, я не дорожу мятежным наслажденьем

Нет, я не дорожу мятежным наслажденьем, Восторгом чувственным, безумством, исступленьем,

Стихи, сочиненные ночью во время бессонницы

Мне не спится, нет огня; Всюду мрак и сон докучный.

Няне

Подруга дней моих суровых, Голубка дряхлая моя!

Вяземскому

Язвительный поэт, остряк замысловатый, И блеском колких слов, и шутками богатый,

Друзьям

Нет, я не льстец, когда царю Хвалу свободную слагаю:

Развратник, радуясь, клевещет

Развратник, радуясь, клевещет, Соблазн по городу гремит,

Ода его сиятельству Хвостову

Султан ярится. Кровь Эллады И peзвocкачет, и кипит.

Русскому Геснеру

Куда ты холоден и cyx! Как слог твой чопорен и бледен!

Не видала ль, девица

— Не видала ль, девица, Коня моего?

Известно буди всем, кто только ходит к нам

Известно буди всем, кто только ходит к нам: Ногами не топтать парчового дивана,

Критон, роскошный гражданин

Критон, роскошный гражданин Очаровательных Афин,

Кольна

Подражание Oссиану Фингал послал Тоскара воздвигнуть на берегах источника Кроны памятник победы, одержанной им некогда на сем месте. Между тем как он занимался сим трудом, Карул, соседственный государь, пригласил его к пиршеству; Тоскар влюбился в дочь его Кольну; нечаянный случай открыл взаимные их чувства и осчастливил Тоскара.

Евгений Онегин

Евгений Онегин по главам Глава 1

Пожалуй, Федоров, ко мне не приходи

Пожалуй, Федоров, ко мне не приходи; Не усыпляй меня — иль после не буди.

Гонимы вешними лучами

Гонимы вешними лучами, С окрестных гор уже снега

Напрасно я бегу к сионским высотам

Напрасно я бегу к сионским высотам, Грех алчный гонится за мною по пятам…

Пирующие студенты

Друзья! досужный час настал; Всё тихо, все в покое;

Из письма к Толстому

Горишь ли ты, лампада наша, Подруга бдений и пиров?

Мой пленник вовсе не любезен

Мой пленник вовсе не любезен — Он хладен, скучен, бесполезен —

Послушай, дедушка, мне каждый раз

Послушай, дедушка, мне каждый раз, Когда взгляну на этот замок Ретлер,

Вот Хвостовой покровитель

Вот Хвостовой покровитель, Вот холопская душа,

Отче наш

Я слышал — в келии простой Старик молитвою чудесной

Олегов щит

Когда ко граду Константина С тобой, воинственный варяг,

И я слыхал, что Божий свет

И я слыхал, что божий свет Единой дружбою прекрасен,

Рифма

Эхо, бессонная нимфа, скиталась по брегу Пенея. Феб, увидев ее, страстию к ней воспылал.

Именины

Умножайте шум и радость; Пойте песни в добрый час:

Вот Виля — он любовью дышит

Вот Виля — он любовью дышит, Он песни пишет зло,

Сраженный рыцарь

Последним сияньем за лесом горя, Вечерняя тихо потухла заря.

Зачем я ею очарован

Зачем я ею очарован? Зачем расстаться должен с ней?

Усердно помолившись богу

Усердно помолившись богу, Лицею прокричав ура,

Так старый хрыч, цыган Илья

Так старый хрыч, цыган Илья, Глядит на удаль плясовую

Брадатый староста Авдей

Брадатый староста Авдей С поклоном барыне своей

Будь подобен полной чаше