Державин Гавриил Романович
1743 - 1816

Державин Гавриил Романович

Гаврии́л (Гаври́ла) Рома́нович Держа́вин (3 [14] июля 1743, село Сокуры, Казанская губерния — 8 [20] июля 1816, имение Званка, Новгородская губерния) — русский поэт эпохи Просвещения, государственный деятель Российской империи, сенатор (02.09.1793), действительный тайный советник (14.07.1800), первый министр юстиции Российской империи (1802-1803).

250

Стихотворений

73

Лет жизни

Стихотворения

На тщету земной славы

Услышьте все, живущи в мире, Убогих и богатых сонм,

Арфа

Не в летний ль знойный- день прохладный ветерок В легчайшем сне- на грудь мою; приятно дует?

Тленіе и нетленіе

На отбытіе ихъ Императорскихъ высочествъ… Сочинительница стиховъ

Сетование

Услышь, Творец, моленье И вопль моей души;

Приглашение к обеду

Шекснинска стерлядь золотая, Каймак и борщ уже стоят;

Буря

Судно, по морю носимо, Реет между черных волн;

К добродетельной красавице

Телесна красота, душевна добродетель, Являют мудрому единую мету.

Атаману и войску донскому

Платов! Европе уж известно, Что сил Донских ты страшный вождь.

На освящение храма казанской богородицы в С.-Петербурге

Уж не Фавора ль я на раме По ребрам светлых туч хожу?

К портрету Ивана Ивановича Дмитриева

Поэзия, честь, ум Его были душою)

Невесте

Хотел бы похвалить, но чем начать, не знаю. Как роза, ты нежна, как ангел, хороша;

Умиление

Не Богу ль повинится Во всем душа моя?

Молитва (О боже, душ творец бессмертных)

О Боже, душ Творец бессмертных И всех, где существует кто!

К портрету Михаила Васильевича Ломоносова

Се Пиндар, Цицерон, Вергилий — слава россов, Неподражаемый, бессмертный Ломоносов.

На возвращение графа Зубова из Персии

Цель нашей жизни — цель к рокою: Проходим для того сей путь,

Цыганская пляска

Возьми, египтянка, гитару, Ударь по струнам, восклицай;

Любителю художеств

Сойди, любезная Эрата! С горы зеленой, двухолмистой,

Кузнечик

Счастлив, золотой кузнечик, Что в лесу куешь один!

К портрету В. В. Капниста

Надежда, ябеда — противные суть страсти: Та жалит, эта льстит чувствительны сердца.

Признание

Не умел я притворяться, На святого походить,

Вельможа

Не украшение одежд Моя днесь муза прославляет,

Привратнику

Один есть бог, один Державин, — Я в глупой гордости мечтал, —

Из второй песни Моисеевой

Вними, о небо! что реку, Земля, услышь мои глаголы:

Истина

Источник всех начал, зерно Понятий, мыслей, чувств высоких.

На рождение в севере порфирного отрока

С белыми Борей власами И с седою бородой,

Желание

К богам земным сближаться Ничуть я не ищу,

Меркурию

Почто меня от Аполлона, Меркурий! ты ведешь с собой,

Братское согласие

Коль красно зрелище, приятно, Где вкупе братия живет!

К лире (3вонкоприятная лира)

Звонкоприятная лира! В древни златые дни мира

Памятник

Я памятник себе воздвиг чудесный, вечный, Металлов тверже он и выше пирамид;

Осень во время осады Очакова

Спустил седой Эол Борея С цепей чугунных из пещер;

Рождение красоты

Сотворя Зевес вселенну, Звал богов всех на обед.

Бессмертие души

Умолкни, чернь непросвещенна, Слепые света мудрецы! —

На смерть графини Румянцевой

Не беспрестанно дождь стремится На класы с черных облаков,

Благодарность Фелице

Предшественница дня златого, Весення утрення заря,

Храповицкому (Храповицкий! дружбы знаки)

Храповицкий! дружбы знаки Вижу я к себе твои;

Оковы

Лиза голову чесала Скромно гребнем золотым;

Тончию

Бессмертный Тончи! ты мое Лицо в том, слышу, пишешь виде,

Решемыслу

Веселонравная, младая, Нелицемерная, простая,

Флот

Он, белыми взмахнув крылами По зыблющей равнине волн,

Махиавель

Царей насмешник, иль учитель Великих, иль постыдных дел!

На победы в Италии

Ударь во сребряный, священный, Далекозвонкий, валка, щит!

Испускающаяся роза

О цвет прекрасный, осыпаем Поутру перловой росой,

Къ портрету графа Витгенштейна

Петрополю грозилъ въ Наполеон? пламень, Иль разъяренный понтъ свирепостію волнъ.

Похвала сельской жизни

Блажен! кто, удалясь от дел, Подобно смертным первородным,

Четыре возраста

Как светятся блески На розе росы, —

Предвестие

О вечереюще светило! Любезный, но багровый луч!

Горючий ключ

Под свесом шумных тополевых Кустов, в тени, Кипридин сын

Люси

О ты, Люсинька, любезна! Не беги меня, мой свет,

Пламиде

Не сожигай меня, Пламида, Ты тихим голубым огнем

Модное остроумие

Не мыслить ни о чем и презирать сомненье, На все давать тотчас свободное решенье,

Мщение

Бог любви и восхищенья У пчелы похитил сот,

На безбожников

Царствует, вижу, всюду разврат, К правде сокрыты путь и дорога;

Введение Соломона в судилище

Восшел Давид в сень правды, А с ним и Соломон, —

Призывание и явления Плениры

Приди ко мне, Пленира, В блистании луны,

Препятствие к свиданию с супругой

Что начать во утешенье Без возлюбленной моей?

Тебе в наследие, Жуковской

Тебе в наследие, Жуковской! Я ветху лиру отдаю;

Нине

Не лобызай меня так страстно, Так часто, нежный, милый друг!

На покореніе Парижа

Сердце пленяюща лира, Геній восторга взносись!

Задумчивость

Задумчиво, один, широкими шагами Хожу и меряю пустых пространство мест;

Венчание Леля

Колокол ужасным звоном Воздух, землю колебал,

Молитва (Боже создатель)

Боже Создатель, Владыко Творец!

Синичка

Синичка весения, Чиликать престань,

Хмель

Хмель как в голову залезет, Все бегут заботы прочь;

Сострадание

Блажен, на нища и убога Кто зрит и в лютый, скорбный день

Сочинительница стиховъ: къ фантазіи и на смерть подруги

Олимпія. — На Пинде Россовъ, Соперница Пиндера струнъ,

Урна

Сраженного косой Сатурна, Кого средь воющих здесь рощ

Победителю

В Всевышней помощи живущий, В покрове Бога водворен,

Ключ

Седящ, увенчан осокою, В тени развесистых древес,

Властителям и судиям

Восстал всевышний бог, да судит Земных богов во сонме их;

Альбаум

Когда аемны оставишь царствы, Пойдешь в Эдем, иль Элизей,

К силуэту Ивана Ивановича Хемницера

Эзоп лампадой освещал; А басня кистию тень с истины снимала, —

Благодарность

Исповемся я душою, Сердцем всем Тебе моим:

Возвращение весны

Возвращается Весна, И хариты вкруг блистаю!

К женщинам

Зевес быкам дал рога, Копыты лошадям,

К Анжелике Кауфман

Живописица преславна, Кауфман, подруга муз!

Волхов Кубре

Напрасно, Кубра дорогая, Поешь о славе ты моей;

Капнисту

Спокойства просит от небес Застиженный в Каспийском море,

Дар

«Вот, — сказал мне Аполлон, — Я даю тебе ту лиру,

На гробы рода Державиных в Казанской губернии и уезде, в селе Егорьеве

О праотцев моих и родших прах священный! Я не принес на гроб вам злата и сребра

Амур и Психея

Амуру вздумалось Психею, Резвяся, поймать,

Потопление

Из-за облак месяц красный Встал и смотрится в реке,

Незабудка

Милый незабудка цветик! Видишь, друг мой, я стеня

Дева за клависиномъ (первой части, 3-я ода г-на Шиллера)

Владеющимъ твоимъ перстамъ, О Дева! клависинъ струнами,

На птичку (Поймали птичку голосисту)

Поймали птичку голосисту И ну сжимать ее рукой.

Надежда

К Федору Петровичу Львову, у коего первая супруга была Надежда

Колесница

Течет златая колесница По расцветающим нолям;

На рождение царицы Гремиславы

Л. А. Нарышкину Живи и жить давай другим,

Милорду, моему пуделю

Тебя, Милорд! воспеть хочу; Ты графской славной сын породы.

Хариты

По следам Анакреона Я хотел воспеть харит,

Гитара

Шестиструнная гитара У красавицы в руках,

На ворожбу

Не любопытствуй запрещенным Халдейским мудрованьем знать:

Помощь божия

Возвел я мысленные взоры В небесны, лучезарны горы, —

На высочайшее отбытіе государыни императрицы Елисаветы Алексеевны, для свиданія съ августейшимъ супругомъ ея, въ Германію

Ужъ двадцать летъ, какъ украшаешь Ты Роска трона вышину,

Фельдмаршалу графу Александру Суворову-Рымшжскому

Фельдмаршалу графу Александру Васильевичу Суворову-Рымшжскому на пребывание его в таврическом дворце 1795 года Когда увидит кто, что в царском пышном доме

Желание зимы

Его милости разжалованному отставному сержанту,

Похвала комару

Пиндар воспевал орла, Митрофанов — сокол_а_,

Князю Кантемиру, сочинителю сатир

Старинный слог его достоинств не умалит. Порок, не подходи! — Сей взор тебя ужалит.

На гроб вельможе и герою

В сем мавзолее погребен Пример сияния людского,

На гроб N. N.

Сребра и злата не дал в лихву И с неповинных не брал мзды,

Величество божие

Благослови, душа моя, Всесильного Творца и Бога;

К лире (Петь Румянцева сбирался)

Петь Румянцева сбирался, Петь Суворова хотел;

Эпитафія завоевателю

Подъ камнемъ сим? лежитъ Батый, Наполеонъ Величье было ихъ — ужасный сонъ!

Пчелка

Пчелка златая! Что ты жужжишь?

Поминки

Победительница смертных, Не имея сил терпеть

Касаюсь струн, и гром за громом

Касаюсь струн, — и гром за громом От перстов с арфы в слух летит,

Весна

Тает зима дыханьем Фавона [1], Взгляда бежит прекрасной весны;

Упование на защиту божию

Будь милостив ко мне, мой Бог, Коль враг меня пожрать зияет,

Пикники

Оставя беспокойство в граде И всё, смущает что умы,

Русские девушки

Зрел ли ты, певец Тииский! Как в лугу весной бычка

Утешение добрым

Не ревнуй отнюдь лукавым, Беззаконным не завидь:

Река времен в своем стремленьи

Река времен в своем стремленьи Уносит все дела людей

На взятие Измаила

О, коль монарх благополучен, Кто знает россами владеть!

Деревенская жизнь

Что нужды мне до града? В деревне я живу;

Венерин суд

На розе опочила В листах пчела сидя,

Мечта

Вошед в шалаш мой торопливо, Я вижу: мальчик в нем сидит

Проповедь

Благо проповедать Бога И всегда вещать о Нем,

Явление

Лежал я на травном ковре зеленом, На берегу шумящего ручья,

Добродетель

Орудье благости и сил, Господня дщерь, Его подобье,

К музе (Строй, Муза, арфу золотую)

Строй, Муза, арфу золотую И юную весну воспой:

Осень

На скирдах молодых сидючи, Осень, И в полях зря вокруг год плодоносен,

Шутка

Если б милые девицы Так могли летать, как птицы,

Персей и Андромеда

Прикованна цепьми к утесистой скале, Огромной, каменной, досягшей тверди звездной,

Издателю моих сочинений

В угодность наконец общественному взгляду Багрим к тебе пристал татарских мурз с гудком;

На переход Альпийских гор

Сквозь тучи вкруг лежащи, черны, Твой горний кроющи полет,

Любушке

Не хочу я быть Протеем, Чтобы оборотнем стать;

Фелица

Богоподобная царевна Киргиз-Кайсацкия орды!

Богатство

Когда бы было нам богатством Возможно к-ратку жизнь продлить,

Целение Саула

Саул, Сиона царь, сын Кисов, волю Бога Взгордясь презрел, тем власть Его уничижил.

На выздоровление мецената

Кровавая луна блистала Чрез покровенный ночью лес,

Венец бессмертия

Беседовал с Анакреоном В приятном я недавно сне,

На смерть графа Александра Васильевича Суворова-Рымникского, князя италийского, в С.-Петербурге <1800> года

О вечность! Прекрати твоих шум вечных споров: Кто превосходней всех героев в свете был?

Гром

В тяжелой колеснице грома Гроза, на тьме воздушных крыл,

Уповающему на свою силу

Хвалите Господа и пойте: Коль сладко воспевать Его!

К самому себе

Что мне, что мне суетиться, Вьючить бремя должностей,

На счастие

Всегда прехвально, препочтенно, Во всей вселенной обоженно

Кто вел его на Геликон

Кто вел его на Геликон И управлял его шаги?

Счастливое семейство

Блажен, кто Господа боится И по путям Его идет!

Справки

Без справок запрещает Закон дела решить;

Всторжествовал — и усмехнулся

Всторжествовал — и усмехнулся Внутри душя своей тиран,

Ласточка

О домовитая Ласточка! О милосизая птичка!

Жан Расин. Рассказ Терамена

Едва мы за собой оставили Трезен, На колеснице он, быв стражей окруженный,

Воцарение правды

Господь воцарился! Земля, веселись!

Водопад

Алмазна сыплется гора С высот четыремя скалами,

Тишина

Не колыхнет Волхов темный, Не шелохнет лес и холм,

Афинейскому витязю

Сидевша об руку царя Чрез поприще на колеснице,

На смерть князя Мещерского

Глагол времен! металла звон! Твой страшный глас меня смущает,

Утро

Огнистый Сириус сверкающие стрелы Метал еще с небес в подлунные пределы,

Песенка

Цари! вы светом обладайте, Мне не завидна ваша часть,

Детская песня

Коль я добрая девица, Любит маменька меня;

Жуковскому и Родзянке, приславшим с большими похвалами автору перевод его оды «Бог» на французском языке

Не мне, друзья! идите вслед; Ищите лучшего примеру. —

Доказательство творческого бытия

Небеса вещают божью славу, Рук его творенье твердь;

Лебедь

Необычайным я пареньем От тленна мира отделюсь,

Подражание псалму (Терпел я, уповал на Бога)

Терпел я, уповал на Бога, И преклонился ко мне Бог;

На преодоление врага

Хор Воскликни Господу, вселенна!

Царь-девица

Царь жила-была девица, — Шепчет русска старина, —

Правосудие

Итак стоишь ты твердо в том: Умершие, что с нами жили

Другу (Пойдем сегодня благовонный)

Пойдем сегодня благовонный Мы черпать воздух, друг мой! в сад,

Ко второму соседу

Не кость резная Колмогор, Не мрамор Тифды и Рифея,

Пришествие Феба

Тише, тише, ветры, вейте, Благовонием дыша;

Аристиппова баня

Что вы, аркадские утехи, Темпейский дол, гесперский сад,

На домовую церковь князя А. Н. Голицына

Сует мирских во удаленьи, Во сумраке и тишине,

Анакреон в собрании

Нежный, нежный воздыхатель, О певец любви и неги!

Сафе (Когда брала ты арфу в руки)

Когда брала ты арфу в руки Воспеть твоей подруги страсть,

Идолопоклонство

Аз есмь Господь Бог твой, да не будут тебе бози ини…

На Новый год

Рассекши огненной стезею Небесный синеватый свод,

Развалины

Вот здесь, на острове, Киприды Великолепный храм стоял:

Снегирь

Что ты заводишь песню военну Флейте подобно, милый снигирь?

Полигимнии

Муза Эллады, пылкая Сафа, Северных стран Полигимния!

Праведный судия

Я милость воспою и суд И возглашу хвалу я богу;

Желание в горняя

О, коль возлюбленно селенье Твое мне, Боже, Боже сил!

Храповицкому

Товарищ давний, вновь сосед, Приятный, острый Храповицкой!

Прогулка в Царском селе

В прекрасный майский день, В час ясныя погоды,

Фалконетов Купидон

Дружеской вчерась мы свалкой На охоту собрались,

Римскому народу

Куда, куда еще мечи, едва вложенны В ножны, вы обнажа стремитесь вновь ярясь?

Правило жить

Утешь поклоном горделивца, Уйми пощечиной сварливца,

Разлука

Неизбежным нашим роком Расстаешься ты со мной.

Лето

Знойное лето весна увенчала Розовым, алым по кудрям венцом;

Солдатский или народный дифирамб по торжестве над Францией

Спесь мы Франции посбили, Ей кудерки пообрили,

Зима

Поэт Что ты, Муза, так печальна,

На смерть Катерины Яковлевны, 1794 году июля 15 дня приключившуюся

Уж не ласточка сладкогласная, Домовитая со застрехи,

Приношение красавицам

Вам, красавицы младые, И супруге в дар моей

Водомет

Луч шумящий, водометный, Свыше сыплюща роса!

Скромность

Тихий, милый ветерочек, Коль порхнешь ты на любезну,

Уж я стою при мрачном гробе

Уж я стою при мрачном гробе, И полно умницей мне слыть;

Мореходец

Что ветры мне и сине море? Что гром, и шторм, и океан?

Анакреоново удовольствие

Почто витиев правил Мне вьючить бремена?

К правде

Слуга, сударыня, покорный! Пускай ты божеская дочь,

На вздорного писателя

В твоих торжественных, высокопарных, Похвальных одах, благодарных,

На мечь великаго князя Псковскаго Гавріила

На мечь великаго князя Псковскаго Гавріила на которомъ золотомъ насечено: honorem meum nemini dabo Се страшный Князя мечь Псковскаго Гавріила.

Купидон

Под Медведицей небесной, Средь ночныя темноты,

Тоска души

Что так смущаешься, волнуешь, Бессмертная душа моя?

Анакреон у печки

Случись Анакреону Марию восещать;

Охотник

За охотой ты на Званку Птиц приехал пострелять;

Объявление любви

Хоть вся теперь природа дремлет, Одна моя любовь не спит;

К первому соседу

Кого роскошными пирами На влажных Невских островах,

На прогулку в грузинском саду

О, как пленительно, умно там, мило все! Где естества красы художеством сугубы

На отбытіе ихъ императорскихъ высочествъ великихъ князей Николая Павловича и Михаила Павловича

Изъ С. Петербурга къ арміи 1814 года февраля 8 дня:

Истинное счастие

Блажен тот муж, кто ни в совет, Ни в сонм губителей не сядет,

Радость о правосудии

Хвала Всевышнему Владыке! Великость Он явил свою:

Философы, пьяный и трезвый

Пьяный Сосед! на свете всё пустое:

Ареопагу был он громом многократно

Ареопагу был он громом многократно, По смерти же его поставили кумир.

Спящий Эрот

Ходя в рощице тенистой, Видел там Эрота я.

Цепи

Не сетуй, милая, со груди что твоей Сронижа невзначай ты цепи дорогие:

Видение Мурзы

На темно-голубом эфире Златая плавала луна;

Молитва (Кто может, господи, твои уставы знать)

Кто может, Господи, Твои уставы знать? Предел Твоих судеб кто может испытать?

Горелки

На поприще сей жизни склизком Все люди бегатели суть:

Фонарь

Гремит орган на стогне трубный, Пронзает нощь и тишину;

Надежда на бога

Бог нам прибежище и сила, Помощник в скорбях, средь врагов!

Аспазии

Блещет Аттика женами; Всех Аспазия милей:

Оленину (Обычьев русских, вида, чувства)

Обычьев русских, вида, чувства. Моей поэзьи изограф,

О удовольствии

Прочь буйна чернь, непросвещенна И презираемая мной!

Мужество

Что привлекательней очам, Как не огня во тьме блистанье?

Бог (Ода)

О ты, пространством бесконечный, Живый в движеньи вещества,

К царевичу Хлору

Прекрасный Хлор! Фелицын внук, Сын матери премилосердной,

На пастуший балет

На дерну лежа зеленом, Я в свирель мою играл;

Соловей во сне

Я на холме спал высоком, Слышал глас твой, соловей,

Заздравный орел

По северу, по югу С Москвы орел парит;

На разлуку

Не раздаются больше звуки Уже в диване мне тобой;

К меценату

Сабинского вина, простого. Немного из больших кувшинов

Евгению. Жизнь званская

Блажен, кто менее зависит от людей, Свободен от долгов и от хлопот приказных,

На кончину великой княжны Ольги Павловны

Ночь лишь седьмую Мрачного трона

На умеренность

Благополучнее мы будем, Коль не дерзнем в стремленье волн,

Павлин

Какое гордое творенье, Хвост пышно расширяя свой,

Гостю

Сядь, милый гость! здесь на пуховом Диване мягком, отдохни;

Покаяние

Помилуй мя, о Боже! по велицей Мне милости Твоей,

Успокоенное неверие

Когда то правда, человек, Что цепь печалей весь твой век:

Параше

Белокурая Параша, Сребророзова лицом,

Изображение Фелицы

Рафаэль! живописец славный, Творец искусством естества!

Крестьянский праздник

Горшки не боги обжигают, Не все пьют пиво богачи:

Свобода

Теплой осени дыханье, Помавание дубов,

Цепочка

Послал я средь сего листочка Из мелких колец тонку нить,

Графу Стейнбоку

Кого на бреге моря бурна Близ ветхих града стен, в тени,

Враги нам лучшие друзья

Враги нам лучшие друзья; Они премудрости нас учат.

Молитва (О боже! Чту твоих пределов светозарность)

О Боже! чту Твоих пределов светозарность И льщусь, что я могу в блаженстве вечном жить;

Память другу

Плакущие березы воют, На черну наклоняся тень;

Послание Мурзы Багрима к царевне Доброславе

Мурза, Багримов сын, царевне Доброславе Желает здравия, всех благ ее державе:

Молитва (Непостижимый бог, всех тварей сотворитель)

Непостижимый Бог, всех тварей Сотворитель, Движениев сердец и помыслов Прозритель!

Мой истукан

Готов кумир, желанный мною, Рашетт его изобразил!

Соловей

На холме, сквозь зеленой рощи, При блеске светлого ручья,

Похвала за правосудие

Кто сей из смертных дерзновенной, За правый суд что возжелал

Проблеск

Хранителя меня ты ангела крылами, О мысль бессмертия! приосеняй,

Веер

Когда б владел я целым миром, Хотел бы веером сим быть;

Кружка

Краса пирующих друзей, Забав и радостей подружка,

Сонет (Красавица, не трать ты времени напрасно)

Красавица, не трать ты времени напрасно И знай, что без любви все в свете суеты:

Геркулес

Геркулес пришел Данаю Мимоходом навестить.

На храм при Гапсале

воздвигнутый графом Стейнбоком в память, что на месте том под деревами

Сафо

Блажен, подобится богам С тобой сидящий в разговорах,

Облако

Из тонкой влаги и паров Исшед невидимо, сгущенно,

Акростих (Красавице любезной)

Красавице любезной Отдал последний час.