Твардовский Александр Трифонович
1910 - 1971

Твардовский Александр Трифонович

Алекса́ндр Три́фонович Твардо́вский (8 [21] июня 1910, хутор Загорье, Смоленская губерния — 18 декабря 1971, Москва) — русский советский писатель, поэт и прозаик, журналист, специальный корреспондент. Подполковник (1944). Главный редактор журнала «Новый мир» (1950—1954 и 1958—1970).

170

Стихотворений

61

Лет жизни

Стихотворения

О сущем

Мне славы тлен — без интереса И власти мелочная страсть.

Послевоенная зима

В вагоне пахнет зимним хлевом, Гремят бидоны на полу.

Стой, говорю: всему помеха

Стой, говорю: всему помеха — То, что, к перу садясь за стол,

Ещё о Сибире

Сибирь не любит насаждений — Не зря в народе говорят.

Земляку

Нет, ты не думал,- дело молодое,- Покуда не уехал на войну,

Утро

Кружась легко и неумело, Снежинка села на стекло.

Позарастали стежки-дорожки

Позарастали Стежки-дорожки,

Тридцати неполных лет

Тридцати неполных лет — Любо ли не любо —

Ты и я

Ты поздно встал, угрюм и вял, И свет тебе не мил.

Есть книги – волею приличий

Есть книги – волею приличий Они у века не в тени.

Ты откуда эту песню

Перевозчик-водогребщик, Парень молодой,

Но солдат — везде солдат

Но солдат — везде солдат: То ли, се ли — виноват.

Час мой утренний

Час мой утренний, час контрольный, — Утро вечера мудреней, —

Снега потемнеют синие

Снега потемнеют синие Вдоль загородных дорог,

Теркин пишет

…И могу вам сообщить Из своей палаты,

Когда обычный праздничный привет

Когда обычный праздничный привет Знакомец твой иль добрый друг заочный

Про солдата-сироту

Нынче речи о Берлине. Шутки прочь, — подай Берлин.

Все же дальше тянет нить

Все же дальше тянет нить, Развивая тему:

По которой речке плыть

По которой речке плыть, — Той и славушку творить…

Песенка (Не спеши, невеста)

Не спеши, невеста, Замуж за бойца:

Я убит подо Ржевом

Я убит подо Ржевом, В безыменном болоте,

В чём хочешь человечество вини

В чём хочешь человечество вини И самого себя, слуга народа,

Елочка

— Елочка, елка, Колкая иголка

На войне, в пыли походной

На войне, в пыли походной, В летний зной и в холода,

Вслед за ротой на опушку

Вслед за ротой на опушку Теркин движется с катушкой,

О себе

Я покинул дом когда-то, Позвала дорога вдаль.

Про теленка

Прибежал пастух с докладом К Поле Козаковой:

Перед войной, как будто в знак беды

Перед войной, как будто в знак беды, Чтоб легче не была, явившись в новости,

Допустим, ты своё уже оттопал

Допустим, ты своё уже оттопал И позади — остался твой предел,

Мы с тобой играли вместе

Мы с тобой играли вместе, Пыль топтали у завалин,

К обидам горьким собственной персоны

К обидам горьким собственной персоны Не призывать участье добрых душ.

Гармонь

По дороге прифронтовой, Запоясан, как в строю,

Бой в болоте

Бой безвестный, о котором Речь сегодня поведем,

По графам: вопрос — ответ

По графам: вопрос — ответ. Начал с предков — кто был дед.

Собратьям по перу

В деле своём без излишней тревоги Мы затвердили с давнишней поры

Ты дура, смерть

Ты дура, смерть: грозишься людям Своей бездонной пустотой,

Дед и баба

Третье лето. Третья осень. Третья озимь ждет весны.

И на Теркина солдат

И на Теркина солдат Как-то сбоку бросил взгляд.

Докатился некий гул

Докатился некий гул, Задрожали стены.

О скворце

На крыльце сидит боец. На скворца дивится:

Лес осенью

Меж редеющих верхушек Показалась синева.

Сын за отца не отвечает

Сын за отца не отвечает — Пять слов по счету, ровно пять.

Теркин на том свете

Александр Твардовский — Василий Теркин ____________________

Про Данилу

Дело в праздник было, Подгулял Данила.

У славной могилы

Нам памятна каждая пядь И каждая наша примета

Я иду и радуюсь

Я иду и радуюсь. Легко мне. Дождь прошел. Блестит зеленый луг.

Жестокая память

Повеет в лицо, как бывало, Соснового леса жарой,

Кто же все-таки за гробом

— Кто же все-таки за гробом Управляет тем Особым?

Так и далее — родных

Так и далее — родных Отразил и близких,

Страна Муравия

Поэма Глава 1

Зачем рассказывать

Зачем рассказывать о том Солдату на войне,

Разговор с Падуном

Ты все ревешь, порог Падун, Но так тревожен рев:

Ленин и печник

В Горках знал его любой, Старики на сходку звали,

Война — жесточе нету слова

Война — жесточе нету слова. Война — печальней нету слова.

Спасибо за утро такое

Спасибо за утро такое, За чудные эти часы

Галереи — красота

Галереи — красота, Помещений бездна,

Теркин, Теркин, добрый малый

Теркин, Теркин, добрый малый, Что тут смех, а что печаль.

Звезды, звезды, как мне быть

Звезды, звезды, как мне быть, Звезды, что мне делать,

Переправа

Из поэмы «Василий Тёркин»

Ноябрь

В лесу заметней стала елка, Он прибран засветло и пуст.

На дне моей жизни

На дне моей жизни, на самом донышке

Точка?

— Точка? — Вывернулся ловко

Награда

Два года покоя не зная И тайной по-бабьи томясь,

Поединок

Немец был силен и ловок, Ладно скроен, крепко сшит,

Генерал

Заняла война полсвета, Стон стоит второе лето.

Со слов старушки

Не давали покоя они петуху, Ловят по двору, бегают, слышу,

Немые

Я слышу это не впервые, В краю, потоптанном войной,

В случае главной утопии

В случае главной утопии, В Азии этой, в Европе ли,

За далью — даль

Поэма Пора! Ударил отправленье

Братья

Лет семнадцать тому назад Были малые мы ребятишки.

Не много надобно труда

Не много надобно труда, Уменья и отваги,

Там-сям дымок садового костра

Там-сям дымок садового костра Встаёт над поселковыми задами.

О войне

— Разрешите доложить Коротко и просто:

Когда пройдешь путем колонн

Когда пройдешь путем колонн В жару, и в дождь, и в снег,

Большое лето

Большое лето фронтовое Текло по сторонам шоссе

В ночь, как все, старик с женой

В ночь, как все, старик с женой Поселились в яме.

Две строчки

Из записной потертой книжки Две строчки о бойце-парнишке,

Чкалов

Изо всех больших имен геройских, Что известны нам наперечет,

А тем часом издалека

А тем часом издалека, Глухо, как из-под земли,

И держись: наставник строг

И держись: наставник строг Проницает с первых строк…

Все сроки кратки в этом мире

Все сроки кратки в этом мире, Все превращенья — на лету.

Дом бойца

Столько было за спиною Городов, местечек, сел,

На новостройках в эти годы

На новостройках в эти годы Кипела главная страда:

Не хожен путь

Не хожен путь, И не прост подъем.

Путник

В долинах уснувшие села Осыпаны липовым цветом.

Станция Починок

За недолгий жизни срок, Человек бывалый,

Нет, жизнь меня не обделила

Нет, жизнь меня не обделила, Добром своим не обошла.

Зима под небом необжитым

Зима под небом необжитым Застала тысячи людей.

Чернил давнишних блеклый цвет

Чернил давнишних блеклый цвет, И разный почерк разных лет

Смерть и воин

За далекие пригорки Уходил сраженья жар.

Ночлег

Разулся, ноги просушил, Согрелся на ночлеге,

О потере

Потерял боец кисет, Заискался,— нет и нет.

Там — рядами по годам

…Там — рядами по годам Шли в строю незримом

Баллада об отречении

Вернулся сын в родимый дом С полей войны великой.

Чуть зацветёт иван-чай

Чуть зацветёт иван–чай, — С этого самого цвета –

В краю, куда их вывезли гуртом

В краю, куда их вывезли гуртом, Где ни села вблизи, не то что города,

Василий Теркин

Навигация по главам На привале

Лежат они, глухие и немые

Лежат они, глухие и немые, Под грузом плотной от годов земли —

Сто страниц минуло в книжке

Сто страниц минуло в книжке, Впереди — не близкий путь.

Слово о словах

Когда серьёзные причины Для речи вызрели в груди,

О награде

— Нет, ребята, я не гордый. Не загадывая вдаль,

Огонь

Костер, что где-нибудь в лесу, Ночуя, путник палит,—

Теркин — кто же он такой

Теркин — кто же он такой? Скажем откровенно:

Дробится рваный цоколь монумента

Дробится рваный цоколь монумента, Взвывает сталь отбойных молотков.

В Смоленске

I Два только года — или двести

На привале

— Дельный, что и говорить, Был старик тот самый,

Всему свой ряд и лад и срок

Всему свой ряд и лад и срок: В один присест, бывало,

Перед боем

— Доложу хотя бы вкратце, Как пришлось нам в счет войны

Что условный — это да

— Что условный — это да, Кто же спорит с этим,

О памяти

Забыть, забыть велят безмолвно, Хотят в забвенье утопить

Не стареет твоя красота

Не стареет твоя красота, Разгорается только сильней.

Перед отлетом

Ты помнишь, ночью предосенней, Тому уже десятки лет, —

Памяти матери

Прощаемся мы с матерями Задолго до крайнего срока —

Дом у дороги

Поэма. Лирическая хроника Глава 1

Мы на свете мало жили

Мы на свете мало жили, Показалось нам тогда,

На Днепре

За рекой еще Угрою, Что осталась позади,

Поездка в Загорье

Сразу радугу вскинув, Сбавив солнечный жар,

Кружились белые березки

Кружились белые березки, Платки, гармонь и огоньки,

Приглашение гостей

На праздник великий — обычай таков — Далеких и близких зовем земляков,

Теркин ранен

На могилы, рвы, канавы, На клубки колючки ржавой,

У Днепра

Я свежо доныне помню Встречу первую с Днепром,

Размолвка

На кругу, в старинном парке — Каблуков веселый бой.

На старом дворище

Во ржи чудно и необычно — С полуобрушенной трубой,

Признание

Я не пишу давно ни строчки Про малый срок весны любой;

В наступлении

Столько жили в обороне, Что уже с передовой

Я знаю, никакой моей вины

Я знаю, никакой моей вины В том, что другие не пришли с войны,

Отыграли по дымным оврагам

Отыграли по дымным оврагам Торопливые воды весны.

Кто стрелял

Отдымился бой вчерашний, Высох пот, металл простыл.

Повторим: в расцвете лет

Повторим: в расцвете лет, В самой доброй силе

День пригреет

День пригреет – возле дома Пахнет позднею травой,

Чья-то печка, чья-то хата

Чья-то печка, чья-то хата, На дрова распилен хлев…

Час рассветный подъема

Час рассветный подъема, Час мой ранний люблю.

В пилотке мальчик босоногий

В пилотке мальчик босоногий С худым заплечным узелком

Ни ночи нету мне, ни дня

Ни ночи нету мне, ни дня, Ни отдыха, ни срока:

Космонавту

Когда аэродромы отступленья Под Ельней, Вязьмой иль самой Москвой

Перед дорогой

Что-то я начал болеть о порядке В пыльном, лежалом хозяйстве стола:

Вся суть в одном-единственном завете

Вся суть в одном-единственном завете: То, что скажу, до времени тая,

Два солдата

В поле вьюга-завируха, В трех верстах гудит война.

Ты робко его приподымешь

Ты робко его приподымешь: Живи, начинай, ворошись.

Не заслоняй святую боль

Не заслоняй святую боль Невозмутимым видом,

Рассказ танкиста

Был трудный бой. Всё нынче, как спросонку, И только не могу себе простить:

Спасибо, моя родная

Спасибо, моя родная Земля, мой отчий дом,

Урал опорный край державы

Фрагмент из произведения «За далью — даль. (Две кузницы).» Урал!

Сверстники

Давай-ка, друг, пройдем кружком По тем дорожкам славным,

Иван Громак

Не всяк боец, что брал Орел, Иль Харьков, иль Полтаву,

Памяти Гагарина

Ах, этот день двенадцатый апреля, Как он пронёсся по людским сердцам.

Партизанам Смоленщины

Ой, родная, отцовская, Что на свете одна,

Июль макушка лета

Июль — макушка лета, — Напомнила газета,

Бой в разгаре

Бой в разгаре. Дымкой синей Серый снег заволокло.

В поле, ручьями изрытом

В поле, ручьями изрытом, И на чужой стороне

По праву памяти

Смыкая возраста уроки, Сама собой приходит мысль —

О герое

— Нет, поскольку о награде Речь опять зашла, друзья,

Есть имена и есть такие даты

Есть имена и есть такие даты,- Они нетленной сущности полны.

Мне сладок был тот шум сонливый

Мне сладок был тот шум сонливый И неусыпный полевой,

Теркин, Теркин, в самом деле

Теркин, Теркин, в самом деле, Час настал, войне отбой.

Как не спеша садовники орудуют

Как не спеша садовники орудуют Над ямой, заготовленной для дерева:

По дороге на Берлин

По дороге на Берлин Вьется серый пух перин.

И жаворонок, сверлящий небо

…И жаворонок, сверлящий небо В трепещущей голубизне.

Отец и сын

Быть может, все несчастье От почты полевой:

Отдых Теркина

На войне — в пути, в теплушке, В тесноте любой избушки,

За Вязьмой

По старой дороге на запад, за Вязьмой, В кустах по оборкам смоленских лощин,

О Родине

Родиться бы мне по заказу У теплого моря в Крыму,

Полночь в мое городское окно

Полночь в моё городское окно Входит с ночными дарами:

В тот день, когда окончилась война

В тот день, когда окончилась война И все стволы палили в счет салюта,

Баллада о товарище

Вдоль развороченных дорог И разоренных сел

Соперники

Он рядом сидит, он беседует с нею,

Та кровь, что пролита недаром

Та кровь, что пролита недаром В сорокалетний этот срок,

В бане

На околице войны — В глубине Германии —

О любви

Всех, кого взяла война, Каждого солдата

Армейский сапожник

В лесу, возле кухни походной, Как будто забыв о войне,