Андре́й Андре́евич Вознесе́нский (12 мая 1933[1][2][…], Москва[1] — 1 июня 2010[2][3][…], Переделкино, Московская область[4]) — советский и российский поэт, публицист, художник и архитектор, лауреат Государственной премии СССР (1978) и премии Правительства РФ (2010, посмертно). Один из известнейших поэтов середины XX века, т. н. шестидесятников. Также известен как поэт-песенник.
207
Стихотворений
77
Лет жизни
Стихотворения
Песня вечерняя
Ты молилась ли на ночь, береза?
Вы молились ли на ночь,
Авось
Описание в сентиментальных документах, стихах и молитвах славных
злоключений Действительного Камер-Герра Николая Резанова, доблестных
Старая фотография
Нигилисточка, моя прапракузиночка!
Ждут жандармы у крыльца на вороных.
На озере
Прибегала в мой быт холостой,
задувала свечу, как служанка.
Дымок над пл. Маяковского
Туристический автобус —
хвост морковкой
Монолог битника
Бегите — в себя, на Гаити, в костелы, в клозеты, в Египты —
Бегите!
Пожар в Архитектурном институте
Пожар в Архитектурном!
По залам, чертежам,
Грузинские базары
Долой Рафаэля!
Да здравствует Рубенс!
Автореквием
Памяти У.Б. Йейтса
Дай, Господи, ещё мне десять лет!
Боль
Вижу скудный лес
возле Болшева…
Теряю свою независимость
Теряю свою независимость,
поступки мои, верней, видимость
На суде, в раю или в аду
На суде, в раю или в аду
скажет он, когда придут истцы:
Матерь Владимирская, единственная
Матерь Владимирская, единственная,
Первой молитвой — молитвой последнею,-
Был бы я крестным ходом
Был бы я крестным ходом,
Я от каждого храма
Сибирские бани
Бани! Бани! Двери — хлоп!
Бабы прыгают в сугроб.
Сообщающийся эскиз
Мы, как сосуды, налиты синим, зеленым, карим,
друг в друга сутью, что в нас носили, перетекаем.
Живите не в пространстве, а во времени
Живите не в пространстве, а во времени,
минутные деревья вам доверены,
Кто мы, фишки или великие
Кто мы — фишки или великие?
Гениальность в крови планеты.
Чужеродное
Родные берега,
родные берега,
Васильки Шагала
Лик ваш серебряный, как алебарда.
Жесты легки.
Сначала
Достигли ли почестей постных,
рука ли гашетку нажала —
Северная магнолия
Не помню — Рим или Монголия?
Века замедлились,
Надо решать с этими кадрами
Глаза претворяют социальные беды.
Запреты на уровне зампреда.
Исповедь
Ну что тебе надо еще от меня?
Чугунна ограда. Улыбка темна.
Похороны окурка
Обычай, не признанный Минобороной:
окурок хороним.
Негу заоконную на себя наденьте
Негу заоконную на себя наденьте.
Мы — воры в законе. Dolce far niente.
Ты поставила лучшие годы
Ты поставила лучшие годы,
я — талант.
Война
С иными мирами связывая,
глядят глазами отцов
Нас много, Нас может быть четверо
Нас много. Нас может быть четверо.
Несемся в машине как черти.
Море
Море — бескрайнее, как китайцы.
Когда ж заболит,
Сирень
Сирень похожа на Париж,
горящий осами окошек.
Туманная улица
Туманный пригород, как турман.
Как поплавки, милиционеры.
Грузинские дороги
Вас за плечи держали
Ручищи эполетов.
Пролог
Пес твой, Эпоха, я вою у сонного ЦУМа —
чую Кучума!
Вдову великого поэта
Вдову великого поэта
берут враги —
Стеклозавод
Сидят три девы-стеклодувши
с шестами, полыми внутри.
Торгуют арбузами
Москва завалена арбузами.
Пахнуло волей без границ.
Нам продавшим
Нам,
продавшим
Памяти Алексея Хвостенко
Пост-трупы звезд.
Отрубился Хвост.
Зов озера
Памяти жертв фашизма
Певзнер 1903, Сергеев 1934,
Увы
“Разговор с фининспектором о поэзии”.
Фабзайцы и
Повесть
Он вышел в сад. Смеркался час.
Усадьба в сумраке белела,
Сон (Я шел вдоль берега Оби)
Я шел вдоль берега Оби,
я селезню шел параллельно.
Плач по двум нерожденным поэмам
Аминь.
Убил я поэму. Убил, не родивши. К Харонам!
Баллада-диссертация (1963)
Нос растет в течение всей жизни
(Из научных источников)
Явление 25-го кадра
МаЯКОВский.
РаДИОРынок.
Памятник
Я — памятник отцу, Андрею Николаевичу.
Юдоль его отмщу.
Мать
Охрани, Провидение, своим махом шагреневым, пощади ее хижину —
мою мать — Вознесенскую Антонину Сергеевну, урожденную Пастушихину.
Разные книги
Бог наполнил Библию
страшными вещами,
Похож на ёжика Войнович
Похож на ёжика Войнович.
Румяный ёжик — это новость!
Мама, кто там вверху, голенастенький…
— Мама, кто там вверху, голенастенький —
руки в стороны — и парит?
Ипатьевская баллада
МОРГАнатическую фрамугу
Выломал я из оконного круга,
Футбольное
Левый крайний!
Самый тощий в душевой,
Лейтенант Загорин
Я во Львове. Служу на сборах,
в красных кронах, лепных соборах.
Римские праздники
В Риме есть обычай
в Новый год выбрасывать
Сага (Я тебя никогда не забуду)
Ты меня на рассвете разбудишь,
проводить необутая выйдешь.
Женщина в августе
Присела к зеркалу опять,
в себе, как в роще заоконной,
Часы сыча
Мне незнакомец на границе
вручил, похожий на врача,
Реквием оптимистический 1970-го года
За упокой
Высоцкого Владимира
Первый лед
Мерзнет девочка в автомате,
Прячет в зябкое пальтецо
Без «Б»
Смех без причины —
признак дурачины.
Мордеем, друг, Подруги молодеют
Мордеем, друг. Подруги молодеют.
Не горячитесь.
В человеческом организме
В человеческом организме
девяносто процентов воды,
Муравей
Он приплыл со мной с того берега,
заблудившись в лодке моей.
Ты чувствуешь, как расправляется
Ты чувствуешь, как расправляется
лицо, уставшее от fucking?
Итальянский гараж
Пол — мозаика
как карась.
Нас дурацкое счастье минует
Нас дурацкое счастье минует.
Нас минуют печаль и беда.
Оза (Фрагмент)
В час отлива, возле чайной
я лежал в ночи печальной,
Я двоюродная жена
Я — двоюродная жена.
У тебя — жена родная!
Баллада точки
«Баллада? О точке?! О смертной пилюле?!.»
Балда!
Говорит мама
Когда ты была во мне точкой
(отец твой тогда настаивал),
Друг мой, мы зажились
Друг мой, мы зажились. Бывает.
Благодать.
Ночь
Выйдешь —
дивно!..
Нам, как аппендицит
Нам, как аппендицит,
поудаляли стыд.
Да здравствуют прогулки в полвторого
Да здравствуют прогулки в полвторого,
проселочная лунная дорога,
Пешим ковбоем
Пешим ковбоем
пишу по обоям.
Кровь
На кухне пол закапан красным.
Я тряпку грязную беру,
Пускай из Риги плывут миноги
Пускай из Риги плывут миноги к берегам Канады, в край прародителей.
Не надо улиц переименовывать, постройте новые и назовите.
Охота на зайца
Травят зайца. Несутся суки.
Травля! Травля! Сквозь лай и гам.
Лобная баллада
Их величеством поразвлечься
прет народ от Коломн и Клязьм.
Оправдываться, не обязательно
Оправдываться — не обязательно.
Не дуйся, мы не пара обезьян.
25-е кадры решают все
Аксёнов Васо — российский Руссо.
Сексуальд получает «Оскара», б*я…
Стихи не пишутся, случаются
Стихи не пишутся — случаются,
как чувства или же закат.
Весенние велогонки
Чемпионы новой веры
мчатся, галок распугав —
Париж без рифм
Париж скребут. Париж парадят.
Бьют пескоструйным аппаратом,
Прощание с Политехническим
В Политехнический!
В Политехнический!
Мастера
Первое посвящение
Колокола, гудошники…
Мы кочевые
Мы — кочевые, мы — кочевые, мы, очевидно,
сегодня чудом переночуем,
Былина о Мо
Словно гоголевский шнобель,
над страной летает Мобель.
Гобелен
Я первый день рождения
Справляю меж людей.
В миг отлива микроскопично
В миг отлива микроскопично
перед чистым моим Четвергом
Тема
Жизнь вдохните в школьницу лежащую!
Дозы газа, веры и стыда.
Заповедь
Вечером, ночью, днем и с утра
благодарю, что не умер вчера.
Я писал Треугольную грушу
Стасу Намину
Я писал Треугольную грушу,
Лень
Благословенна лень, томительнейший плен,
когда проснуться лень и сну отдаться лень.
Замерли
Заведи мне ладони за плечи,
обойми,
Вамп-2
Вы — вампы,
с утра несчастные банты,
Разговор с эпиграфом
Александр Сергеевич,
Разрешите представиться.
Можно и не быть поэтом
Можно и не быть поэтом
Но нельзя терпеть, пойми,
В дни неслыханно болевые
В дни неслыханно болевые
быть без сердца — мечта.
Поют негры
Мы —
тамтамы гомеричные с глазами горемычными,
Вальс при свечах
Любите при свечах,
танцуйте до гудка,
Тишины
Тишины хочу, тишины…
Нервы, что ли, обожжены?
Маяковский в Париже
Лили Брик на мосту лежит,
разутюженная машинами.
Возвращение в Сигулду
Отшельничаю, берложу,
отлеживаюсь в березах,
Антимиры
Живет у нас сосед Букашкин,
в кальсонах цвета промокашки.
Ф-ки
Ухаживали. Фаловали.
Тебе, едва глаза протру,
Реквием
Возложите на море венки.
Есть такой человечий обычай —
Хобби света
Я сплю на чужих кроватях,
сижу на чужих стульях,
Белый траур
Чёрный траур — сердцу травма.
Но, как белая рояль,
Двое
Если вдруг ненастьем замело
под Бореем —
К образу
Ты понимаешь, с кем связалась?
С самим, быть может, Князем зла.
Прикрыла душу нагота
Прикрыла душу нагота
Недолговечной стеклотарой.
Знай свое место, красивая рвань
Знай свое место, красивая рвань,
хиппи протеста!
На улице Луна
Ева, как кувшин этрусский,
к ней пририсовал я змея,
Поглядишь, как несметно
Поглядишь, как несметно
разрастается зло —
Параболическая баллада
Судьба, как ракета, летит по параболе
Обычно — во мраке и реже — по радуге.
Я тебя очень
Я тебя очень… Мы фразу не кончим.
Губы наощупь. Ты меня очень…
Из закарпатского дневника
Я служил в листке дивизиона.
Польза от меня дискуссионна.
Романс
Запомни этот миг. И молодой шиповник.
И на Твоем плече прививку от него.
Взгляд Твой полон любовью
Взгляд Твой полон любовью,
чувства прочие победя.
У озера
Живу невдалеке от озера.
Цвет осени ест глаза.
Классика
Бровь нахмурится над спецовкой.
Пальцы вечностью затекут.
Не отрекусь
Не отрекусь
от каждой строчки прошлой —
Постскриптум
Двадцатилетнюю несут —
наверно, в Рай?
На берегу
В лучах заката меж морского скарба,
раздавленного кем-то, на спине
Сложи атлас, школярка шалая
Сложи атлас, школярка шалая,-
мне шутить с тобою легко,-
Авось (Вступление)
«Авось» называется наша шхуна.
Луна на волне, как сухой овес.
Юрий Владимирович Давыдов
Юрий Владимирович Давыдов.
Смущал он, получив “Триумф”,
Вальс
Далеко-далеко,
где Шарло де Лакло
Молитва мастера
Благослови, Господь, мои труды.
Я создал Вещь, шатаемый любовью,
Для души, северянки покорной
Для души, северянки покорной,
и не надобно лучшей из пищ.
Архитектуру не приемлю
Архитектуру не приемлю,
когда вокруг лесной тропы
Баллада 41-го года
Партизанам Керченской каменоломни
Рояль вползал в каменоломню.
Песенка Елизаветы
Не ешьте изделья мучные!
Вам шах? Рокируйтесь турой…
Кассирша
Немых обсчитали.
Немые вопили.
Вечеринка
Подгулявшей гурьбою
Все расселись. И вдруг —
За что нам на сердце такие рубцы
За что нам на сердце такие рубцы?
Куда же всё денется?
Озеро Свитязь
Опали берега осенние.
Не заплывайте. Это омут.
Ты меня не оставляй
‘Ты меня не оставляй,’ —
Всюду слышу голос твой.
Лонжюмо
Авиавступление
Посвящается слушателям школы Ленина в Лонжюмо
Не забудь
Человек надел трусы,
майку синей полосы,
Кроны и корни
Несли не хоронить,
Несли короновать.
Сидишь беременная, бледная
Сидишь беременная, бледная.
Как ты переменилась, бедная.
Монолог Мерлин Монро
Я Мерлин, Мерлин. Я героиня
самоубийства и героина.
Надпись на шестом томе
Добавок-том назвал я впопыхах
«Пять с плюсом».
Правила поведения за столом
Уважьте пальцы пирогом,
в солонку курицу макая,
Петрарка
Не придумано истинней мига,
чем раскрытые наугад —
Нью-Йоркская птица
На окно ко мне садится
в лунных вензелях
Сон
Мы снова встретились,
и нас везла машина грузовая.
Песня
Мой моряк, мой супруг незаконный!
Я умоляю тебя и кляну —
Художник и модель
Ты кричишь, что я твой изувер,
и, от ненависти хорошея,
Используйте силу свою
Используйте силу свою.
Мы гости со стороны.
Триптих
Я сослан в себя я — Михайловское
горят мои сосны смыкаются
Я тебя разлюблю и забуду
Я тебя разлюблю и забуду,
когда в пятницу будет среда,
Осень Пастернака
Люби меня!…
Одна была — как
Фиалки
Боги имеют хобби,
бык подкатил к Европе.
Вы застали меня живым
Вы застали меня живым —
не на свалке, не на пьедестале.
Смерть Шукшина
Хоронила Москва Шукшина,
хоронила художника, то есть
