Бальмонт Константин Дмитриевич

У скандинавских скал

Дремлют гранитные скалы, викингов приют опустевший, Мрачные сосны одели их твердую темную грудь

Двойная жизнь

Мы унижаемся и спорим С своею собственной душой.

Фея и снежинки

Катаясь на коньках, На льду скользила Фея.

В тот миг

В тот миг расставанья в нем умерло что-то, Он с нею был взглядом, не с нею душою.

Уроды

Я горько вас люблю, о бедные уроды, Слепорожденные, хромые, горбуны,

Чары феи

Я шёл по лесу. Лес тёмный был Так странно зачарован.

Черноглазая лань

1 Печальные глаза, изогнутые брови,

Мои песнопенья

В моих песнопеньях журчанье ключей, Что звучат все звончей и звончей.

Песок

Ровный, плоский, одноцветный, Безглагольный, беспредметный,

Крик часового

Мой наряд — бранные доспехи, Мое отдохновенье — где битва и беда,

Бог Океан

Волны морей, безпредельно — пустынно — шумящие, Бог Океан, многогласно — печально — взывающий,

Триолеты

Твоя застенчивая нежность — В земле сокрытый водопад,

Родная картина

Стаи птиц. Дороги лента. Повалившийся плетень.

Она придет

Она придет ко мне безмолвная, Она придет ко мне бесстрастная,

Водяной

Если ночью над рекою Ты проходишь под Луной,

Три песчинки

«Что можно сделать из трех песчинок?» Сказала как-то мне Фея вод.

Тень от дыма

Мое несчастье несравнимо Ни с чьим. О, подлинно! Ни с чьим.

Что достойно, что бесчестно

Что достойно, что бесчестно, Что умам людским известно,

Круговорот

Не только люди и герои, Волненье дум тая,

Веласкес

Веласкес, Веласкес, единственный гений, Сумевший таинственным сделать простое,

Решение феи

Солнце жаворонку силу петь дает, Он до солнца долетает и поет.

Злая ночь

Нет, Ночь! Когда душа, мечтая, Еще невинно-молодая,

Русалочка

Русалка с звонким хохотком, Таким хрустально-чистым,

Болото (На версты и версты…)

На версты и версты протянулось болото, Поросшее зеленой обманною травой.

Фата Моргана

Фата Моргана, Замки, узоры, цветы и цвета,

Капли смолы

Липкие капли смолы С этой сосны мы сберем.

Гусли-самогуды

Там, где гор сложились груды, В крепость-дом Громовника,

Гипербореи

За горами Рифейскими, где-то на север от Понта, В странах мирных и ясных, где нет ни ветров, ни страстей,

Скупец

(русское сказание) Бог Землю сотворил, и создал существа,

Бедлам наших дней

Безумствуют, кричат, смеются, Хохочут, бешено рыдают,

Боль

Мы должны бежать от боли, Мы должны любить ее.

Эльзи

Эльзи! Красавица горной Шотландии! Я люблю тебя, Эльзи!

Бог и дьявол

Я люблю тебя, Дьявол, я люблю Тебя, Бог, Одному — мои стоны, и другому — мой вздох,

Воспоминание

Снежные храмы в душе возвышаются, Горные замки из чистого льда,

Ночь

Скоро на небе Месяц проглянет. Листья застыли. Время уснуть.

Светогор и Муромец

Был древле Светогор, и Муромец могучий, Два наши, яркие в веках, богатыря

Морская душа

У неё глаза морского цвета, И живёт она как бы во сне.

Лемуры

Троеглазые Лемуры, Телом тяжки и понуры,

Первый снег

Как стало тихо на горах От свежевыпавшего снега.

Она отдалась без упрека

Она отдалась без упрека, Она целовала без слов.

Мало криков

Мало криков. Нужно стройно Гармонически рыдать.

Заря-Заряница

(заговор) Заря-Заряница,

Тише, тише

Тише, тише совлекайте с древних идолов одежды, Слишком долго вы молились, не забудьте прошлый свет,

Возвращение

Мне хочется снова дрожаний качели, В той липовой роще, в деревне родной,

Венчание

Над невестой молодою Я держал венец.

Чайка

Чайка, серая чайка с печальными криками носится Над холодной пучиной морской.

Северное взморье

Небо свинцовое, солнце неверное, Ветер порывистый, воды холодные,

Прощание

Далеко предо мною Мерцают маяки,

Береза

Береза родная, со стволом серебристым, О тебе я в тропических чащах скучал.

Сквозь мир случайностей, к живому роднику

Сквозь мир случайностей, к живому роднику, Идя по жгучему и гладкому песку,

Так скоро

Так скоро ты сказала: «Нет больше сил моих».

Горенье

Изначально горенье Желанья, А из пламени — волны повторные,

Нить Ариадны

Меж прошлым и будущим нить Я тку неустанной проворной рукою:

Детский мир

Белки, зайки, мышки, крыски, Землеройки, и кроты,

Змея

Постой. Мне кажется, что я о чем-то позабыл. Чей странный вскрик: «Змея! Змея!» — чей это возглас был?

Однодневка

Я живу своей мечтой В дымке нежно-золотой,

Снежинки

На детскую руку упали снежинки, На малом мизинчике восемь их было число.

Железный шар

Не говори мне — Шар Земной, скажи точнее — Шар Железный, И я навеки излечусь от боли сердца бесполезной,

Греза

Мне грустно, Поэт Ты пойми не весталка я, И нет, не русалка я, лунно-холодная

Отдать себя

Отдать себя на растерзание, Забыть слова — мое, твое,

За грибами

Вот мы дружною семьей — За грибами, в лес.

Хрустально-серебристый

Звуки лютни в свете лунном, Словно сказка, неживые,

Опричники

Когда опричники, веселые, как тигры, По слову Грозного, среди толпы рабов,

Кто это ходит в ночной тишине

Е.Н. Лисагоровской Кто это ходит в ночной тишине,

Вербы

Вербы овеяны Ветром нагретым,

Седой одуванчик

Одуванчик, целый мир, Круглый как земля,

Чудовище с клеймом

Я опустил свой лот. Мой лот — до дна морей. Я смерил глубину всех внятных океанов.

Придорожные травы

Спите, полумертвые увядшие цветы, Так и не узнавшие расцвета красоты,

Ручей

Что ты плачешь, печальный прозрачный ручей? Пусть ты скован цепями суровой зимы,

Находка Феи

Фея сделала находку: Листик плавал по воде.

Колеблются стебли зеленой долины

Колеблются стебли зеленой долины, Их красит цветов разноцветный убор.

Синий

Пустынями эфирными, эфирными-сапфирными, Скитается бесчисленность различно-светлых звезд.

Море всех морей

К литургии шел сильный царь Волот, Все прослушал он, во дворец идет.

Серая птичка

О, серая птичка, с глазами печальными, черными, И с грудкою алой, точно в крови, —

Лесная лилия

Над гладью зеркальной лесного затона, Вся белая, лилия дремлет одна.

Ход морей

Неугомонный ход морей, Темно-зеленых вод.

Подменыш

Я мать, и я люблю детей. Едва зажжется Месяц, серповидно,

Безрадостность

Мне хочется безгласной тишины, Безмолвия, безветрия, бесстрастья.

Хлопья тумана

Можно вздрогнуть от звука шагов, Не из чувства обмана,

Стих о горе

Отчего ты, Горе, зародилося? Зародилось Горе от земли сырой,

Зима

Поля затянуты недвижной пеленой, Пушисто-белыми снегами.

Лунный свет (Легкий лист, на липе млея)

Легкий лист, на липе млея, Лунный луч в себя вобрал.

Колос

Рек Атлант: «Пшеничный колос — дар Венеры, как пчела, С высоты Звезды Вечерней власть Звезды их принесла».

Камея

Клеопатра, полновластная царица, Сон Египетских ночей,

Мандолина

Светлый голос мандолины сладкой лаской прозвучал. Точно кто-то поцелуй мой с поцелуем обвенчал.

Когда я был мальчиком, маленьким, нежным

Когда я был мальчиком, маленьким, нежным, Был кроток мой взор и глубок.

Разлученные

1 Розоватый свет заката озаряет облака,

Нежные зори

Близ потока могучею звезд, Разметавшихся в Небе как мост,

Толедо

Город-крепость на горе, Город-храм,

Я жду

Уж ночь зажигает лампады Пред ликом пресветлым Творца

Мудрецы говорят

Мудрецы говорят: описать нам Его невозможно, Трижды темная Тайна, хоть Он — ослепительный Свет.

Ворожба

В час полночный, в чаще леса, под ущербною Луной, Там, где лапчатые ели перемешаны с сосной,

Голос заката

1 Вот и Солнце, удаляясь на покой,

У чудищ

Я был в избушке на курьих ножках. Там все как прежде. Сидит Яга.

О, волны морские, родная стихия моя

О, волны морские, родная стихия моя, Всегда вы свободно бежите в иные края,

Морское дно

С морского дна безмолвные упреки Доносятся до ласковой Луны —

Весна

Вот и белые березы, Развернув свои листы,

Зерно

Трудовые мечты, Золотое зерно.

Нет, не могу я заснуть, и не ждать, и смириться

Нет, не могу я заснуть, и не ждать, и смириться, В сердце волненье растет и растет!

Тетенька из села

— Тетенька, тетенька, миленькая, Что ты такая уныленькая?

Старая песенка

— Mamma, mamma! perch’e lo dicesti? — Figlia, figlia! perch’e lo facesti? *

Заговор ратника

Под морем Хвалынским стоит медный дом, Закован Змей огненный в доме том,

Родник

Прочь от елочки хмурной, Мимо роз и гвоздик,

В башне

В башне с окнами цветными Я замкнулся навсегда,

Города молчанья

В одной из стран, где нет ни дня, ни ночи, Где ночь и день смешались навсегда,

Аюдаг

Синеет ширь морская, чернеет Аюдаг. Теснится из-за Моря, растет, густеет мрак.

Преддверья

Зачем мы торопимся к яркости чувства, В которой всех красок роскошный закат?

Вершины

Вершины белых гор Под красным Солнцем светят.

Перед цветным оконцем

На море Океане есть остров Красота, Сидят в резной избушке три дочери Христа.

Конец мира

Начало жизни, это — утро Мая, Ее конец — отравленный родник.

Не могу я забыть неотступный укор

Не могу я забыть неотступный укор, Что застыл в глубине неподвижных очей,

Цветок (Я цветок, и счастье аромата)

Я цветок, и счастье аромата, Мне самой Судьбою суждено,

В окрестностях Мадрида

Ты глядела мне в душу с улыбкой богини. Ты со мною была, но была на картине.

Заря

Брызнули первые искры рассвета, Дымкой туманной покрылся ручей.

Последняя мысль Прометея

Благородному борцу Петру Федоровичу Николаеву Вдали от блеска дня, вдали от шума,

В час вечерний

Зачем в названьи звезд отравленные звуки, — Змея, и Скорпион, и Гидра, и Весы?

Опалово-зимний

Легкий слой чуть выпавшего снегa, Серп Луны в лазури бледно-синей,

Из Библии

Пусть кимвалы поют, Пусть тимпаны звучат,

Утренник

Я нарвал черемухи душистой, Освеженной утреннею мглой.

Ты вся мне кажешься какой-то тайной сладкой

Ты вся мне кажешься какой-то тайной сладкой, Когда вот здесь, вот тут, молчишь, едва дыша,

Демоны

Нужно презирать демонов, как презирают палачей.

Морская песня

Все, что любим, все мы кинем, Каждый миг для нас другой: —

Возрождение (Возвращение к жизни)

Возвращение к жизни, и первый сознательный взгляд. — «Мистер Хайд, или Джикиль?» два голоса мне говорят.

Вечерняя тишь

Темнеет вечер голубой, Мерцают розовые тени.

Мост

Между Временем и Вечностью, Как над брызнувшей водой,

Две реки

Я видел всю Волгу во время разлива, От самых истоков

В безмерном все

В безмерном Все я только быстрый атом. Но нет меня, — вселенной в Мире нет.

Тринадцать сестер

Сестры, сестры, Лихорадки, Поземельный взбитый хор!

Белый

Нарцисс, восторг самовлюбленности, До боли сладостные сны,

Резигнация

Звучная волна забытых сочетаний, Шепчущий родник давно-умолкших дней,

Полночь и свет

Полночь и свет знают свой час. Полночь и свет радуют нас.

Праздник зеленой недели

Летницы, праздник Зеленой Недели. Идите, идите, стада,

Черемуха

Черемухой душистой с тобой опьянены, Мы вдруг забыли утро, и вдруг вступили в сны.

Дон Жуан (отрывки из ненаписанной поэмы)

Но теперь я властитель над целым миром, над этим малым миром человека. Мои страсти — мои подданные. Тернер

Я знаю людей с голубыми глазами

Я знаю людей с голубыми глазами, Я знаю, что принято думать о них.

Цветок (Умер бедный цветок на груди у тебя)

Умер бедный цветок на груди у тебя, Он навеки поблек и завял,

Умирающий

Как странно, как страшно в бездонной Вселенной, Томясь ежечасно, всечасно тону,

Что мне нравится

Что мне больше нравится в безднах мировых, И кого отметил я между всех живых?

Море — вечное стремленье, горы — царственный покой

Море — вечное стремленье, горы — царственный покой. Если ты стремишься к счастью, вверь ладью волне морской:

Вскрытие льда

Как льдины взгроможденные Одна за другую,

Есть красота в постоянстве страдания

Есть красота в постоянстве страдания И в неизменности скорбной мечты

Ласточки

Земля покрыта тьмой Окончен день забот. Я в царстве чистых дум, живых очарований.

Но если

Но если ты снежный И если морозный, —

В застенке

Переломаны кости мои. Я в застенке. Но чу! В забытьи,

Русалка

Если можешь, пойми. Если хочешь, возьми. Ты один мне понравился между людьми.

Белая страна

Я — в стране, что вечно в белое одета, Предо мной — прямая долгая дорога.

Наваждение

(владимирское предание) Жил старик со старухой, и был у них сын,

Рабство

Ты льнешь ко мне, как гибкая лоза, И все твои движения красивы,

Звезда пустыни

Иногда в пустыне возникают голоса, но никто не знает, откуда они. Слова одного бедуина

Фея и Бронзовка

Бронзовка — жук изумрудный, Очень приятный для взгляда.

В начале времен

(славянское сказание) В начале времен

Довольно

Я был вам звенящей струной, Я был вам цветущей весной,

Над морем

По взморью иду я, не этому взморью, что зримо, Хоть каждый я день и по этому взморью хожу.

Анита

Я был желанен ей. Она меня влекла, Испанка стройная с горящими глазами.

Лестница любви

Только бы встречаться. Только бы глядеть.

С морского дна

1 На темном влажном дне морском,

Вещий сон

Как вещий сон волшебника-Халдея, В моей душе стоит одна мечта.

Снежинки (Если, рея, пропадая)

Если, рея, пропадая, Цепенея, и блистая,

Трубадур

Мадонна, солнце между звезд, мадонн прекрасных украшенье, Ты в сладость обращаешь скорбь, даешь и смерть и возрожденье.

Я больше ее не люблю

Я больше ее не люблю, А сердце умрет без любви.

Заклинательница гроз

Красной калиной покой свой убрав, Принеся в него много лесных, стреловидных, как

К славянам

Славяне, вам светлая слава, За то, что вы сердцем открыты,

Разлука (Разлука ты, разлука)

Разлука ты, разлука, Чужая сторона,

Чем выше образ твой был вознесен во мне

Чем выше образ твой был вознесен во мне, Чем ярче ты жила как светлая мечта,

Изморозь

Журавли потянули. Улетают на Юг.

Обыкновенная история

Она так шумно-весела, И так светла, —

Да, я вижу, да, я знаю: В этой жизни счастья нет

Да, я вижу, да, я знаю: В этой жизни счастья нет. Счастье брезжит, как мерцанье умирающих планет.

Терцины

Когда художник пережил мечту, В его душе слагаются картины,

Минута

Хороша эта женщина в майском закате, Шелковистые пряди волос в ветерке,

Камень скал

Как выступы седых прибрежных скал Источены повторногтью прилива,

Шестнадцати лет

Счастливая девушка Шестнадцати лет!

Осень (Вы умрете, стебли трав)

Вы умрете, стебли трав, Вы вершинами встречались,

Женщина с нами, когда мы рождаемся

Женщина — с нами, когда мы рождаемся, Женщина — с нами в последний наш час.

Славянское древо

Корнями гнездится глубоко, Вершиной восходит высоко,

Да, я люблю одну тебя

Да, я люблю одну тебя, За то, что вся ты — страсть,

Смерть (Не верь тому, кто говорит тебе)

Не верь тому, кто говорит тебе, Что смерть есть смерть: она — начало жизни,

О, женщина, дитя, привыкшее играть

О, женщина, дитя, привыкшее играть И взором нежных глаз, и лаской поцелуя,

Три цвета

Черный, желтый, и красный, Три испанские цвета.

Во власти всех вещей

Я делаюсь мгновеньями во власти всех вещей, И с каждым я, пред каждым я, и царственно ничей.

Как призрак

Я прихожу, как призрак, я ухожу как тень, Я полон тайн, как вечер, я весь огонь, как день.

Заговор против змеи

Змея-Медяница, старшая меж змей, Зачем учиняешь изъяны, и жалить, и жалишь людсй?

Человечки

Человечек современный, низкорослый, слабосильный, Мелкий собственник, законник, лицемерный семьянин,

Глушь

Луг — болото — поле — поле, Над речонкой ивы.

Смена чар

В детстве искра из камина Брызнет, бросится — и нам

Скифы

Мы блаженные сонмы свободно кочующих Скифов, Только воля одна нам превыше всего дорога.

Мечта

Стекло Балтийских вод под ветром чуть дрожало, Среди печальных шхер на Север мы неслись

Непоправимое

М.А. Дурнову Прекрасен полуночный час для любовных свиданий,

Молитва последняя

Боже, не дай мне людей разлюбить до конца. Вот уже сердце, с мучительной болью, слабее, слабее.

Мы с тобой сплетемся в забытьи

Мы с тобой сплетемся в забытьи: Ты — среди подушек, на диване,

Чахлые сосны

Хмурятся скалы, оплоты земной тишины: Ветер в пролетах свистит от стены до стены.

Светлей себя

Прекрасен лик звезды с прозрачным взором, Когда она, не рдея, не скорбя,

Где-то волны отзвучали

Где-то волны отзвучали, Волны, полные печали,

Колыбельная песня

Детка, хочешь видеть Рай? Все забудь и засыпай.

Жар-птица

То, что люди называли по наивности любовью, То, чего они искали, мир не раз окрасив кровью,

Мои проклятия

Мои проклятия — обратный лик любви, В них тайно слышится восторг благословенья,

Уходит светлый май

Уходит светлый май. Мой небосклон темнеет. Пять быстрых лет пройдет,- мне минет тридцать лет.

Амулет

Ты дала мне амулет, Для веселий и побед,

Есть люди

Есть люди: мысли их и жесты До оскорбительности ясны.

Лучше

Я не хотел бы стать грозой, В ней слишком-слишком много грома.

Пир любви

Я бросил весело бокал. Ребенок звонко хохотал.

Воззвание к Перуну

Уж льды в реках прошли, Звеня в скопленьи тесном,

Мэри

Когда в глухой тиши старинного музея, Исполненный на миг несбыточной мечты,

Лесной пожар

Стараясь выбирать тенистые места, Я ехал по лесу, и эта красота

Больной

Ах, мне хотелось бы немножко отдохнуть! Я так измучился, мне в тягость все заботы,

Нарцисс и эхо

Цветок и воздух, смущенный эхом, То полный плачем, то полный смехом.

Скиф

Мерю степь единой мерою, Бегом быстрого коня.

Грусть

Внемля ветру, тополь гнется, с неба дождь осенний льется, Надо мною раздается мерный стук часов стенных;

Капля

Я заснул средь ночи. Тихо. Звуков нет. Но в грёзе сна

Соловей Будимирович

Высота ли, высота поднебесная, Красота ли, красота бестелесная,

Круговорот (Нам всем дается день, один, и ночь одна)

Нам всем дается день, один, и ночь одна. Потом проснемся мы, но утро — в Запредельном.

Чурило Пленкович

Как во стольном том во городе во Киеве был пир, Как у ласкового Князя пир идет на целый мир.

Отшествие Муромца

Муромец Русскую землю прошел, Ветер идет так смарагдами бора,

У Форда

Хмуро северное небо, Скорбны плачущие тучи,

Выше, выше

Я коснулся душ чужих, Точно струн, но струн моих.

Пред рассветом дремлют воды

Пред рассветом дремлют воды, Дремлет сумрак молчаливый,

Смерть

Сонет Суровый призрак, демон, дух всесильный,

Бог создал мир из ничего

Бог создал мир из ничего. Учись, художник, у него,-

Солнце, ветер, и мороз

Вот и мне узнать пришлось Солнце, Ветер, и Мороз.

Я не знаю, как же быть

Я не знаю, как же быть? Продолжать или забыть?

Одолень-трава

Кто найдет Одолень-траву тот вельми себе талант обрящет на земли. Народный Травник

Как стих сказителя народного

Как стих сказителя народного Из поседевшей старины,

Меж подводных стеблей

Хорошо меж подводных стеблей. Бледный свет. Тишина. Глубина.

Убийца Глеба и Бориса

И умер бедный раб у ног Непобедимого владыки.

Камень-алатырь

На море-Океане, На острове Буяне,

Решение месяцев

(славянская сказка) Мать была. Двух дочерей имела,

Слова — хамелеоны

Слова — хамелеоны, Они живут спеша.

Тучи

Но разве тучи не рабы? Случевский

Мне ненавистен гул гигантских городов

Мне ненавистен гул гигантских городов, Противно мне толпы движенье,

Индийский мотив

Как красный цвет небес, которые не красны, Как разногласье волн, что меж собой согласны,

Лунный свет

Сонет Когда луна сверкнет во мгле ночной

Из-под северного неба

Из-под северного неба я ушел на светлый Юг, Где звучнее поцелуи, где пышней цветущий луг.

Что слышно в горах

«Что ты слышишь в горах?» ты спросила меня. «Что ты слышишь в горах?» я спросил. «Расскажи мне сначала.»

Я не из тех

Я не из тех, чье имя легион, Я не из царства духов безымянных.

Морская пани

Царевич Горошек, с глазами лукавыми, Подпоясанный тонкими светлыми травами,

Я как облако

Я как облако в миг равнодушного таянья, Я храню еще отблеск последних лучей,

Детство

Как прелестен этот бред, Лепет детских слов.

Английский пейзаж

В отдаленной дымке утопая Привиденьями деревья стали в ряд

Кукольный театр

Я в кукольном театре. Предо мной, Как тени от качающихся веток,

Безвременье

Запад и Север объяты Пламенем вечера сонного.

Предвещание

Мне все равно: царем ли быть могучим, Иль мудрецом, средь отреченных книг,

Утопленники

Лишь только там, на западе, в тумане, Утонет свет поблекнувшего дня,

Фей

Мне девочка сказала: Ты — мой Волшебный Фей.

Самоутверждение

Я знаю, что Брама умнее, чем все бесконечно-имянные боги. Но Брама — Индиец, а я — Славянин. Совпадают ли наши дороги?

В прозрачных пространствах Эфира

В прозрачных пространствах Эфира, Над сумраком дольнего мира,

Волк Феи

Странный Волк у этой Феи Я спросил его Ты злой? —

Лесные царьки

Кто, в проворстве твердый, мог Собственной рукою,

Верьте мне, обманутые люди

Верьте мне, обманутые люди, Я, как вы, ходил по всем путям.

Полночный час

Полночный час. Ведовски-страшный час. День схоронен. И вновь родится сложность.

Громовый камень

Громовый Камень был как мертвый гнет. И шли часы. И каждый день был год.

Пронунсиамиэнто

Снова Тень, и снова Дьявол, снова Тень, и снова боги, Снова тягость перекрестков, и несчетные дороги.

В глухие дни (предание)

В глухие дни Бориса Годунова, Во мгле Российской пасмурной страны,

Из-за дальних морей

Из-за дальних морей, из-за синих громад, Из-за гор, где шумит и гремит водопад,

Кошмар

В печальный миг, в печальный час ночной, В алькове пышном, полном аромата,

Пробуждение

Бог входит в существа, как Солнце сквозь окно, Когда оно встает за гранью кругозора.

Голубовато-белый и красновато-серый

Голубовато-белый и красновато-серый, В дворце людского мозга два цвета-вещества.

Жернова

Вертитесь, обращайтесь, Мои жернова.

Позабытое

Мечтой уношусь я к местам позабытым, К холмам одиноким, дождями размытым,

Если в душу я взгляну

Если в душу я взгляну, В ней увижу я волну,

От полюса до полюса

От полюса до полюса я Землю обошел, Я плыл путями водными, и счастья не нашел.

Радуга

Радуга — лук, Из которого Индра пускает свои громоносные стрелы.

Бессмертники

Бессмертники, вне жизни, я мальчик был совсем, Когда я вас увидел, и был пред вами нем.

Новый день

Небосвод сегодня новый, Свежий, светлый, бирюзовый,

Три сестры

Были когда-то три страстные, Были три вещих Сестры

Детская песенка

Одуванчик вздумал взять Замуж маргаритку.

Я заснул на распутьи глухом

Я заснул на распутьи глухом. В высоте, на небесные кручи,

Заговор на путь-дорогу

Еду я из поля в поле, поле в поле, и луга, Долог путь, и нет мне друга, всюду чувствую врага.

Светлый мир

Тонкий, узкий, длинный ход В глубь земли мечту ведет.

Другу

Милый друг, почему бесконечная боль Затаилась в душе огорченной твоей?

Аккорды (Мне снился мучительный Гойя)

Мне снился мучительный Гойя, художник чудовищных грез, — Больная насмешка над жизнью, — над царством могилы вопрос.

Семицветник

Люси Савицкой Нежнее, чем польская панна,

Лунная соната

1 Моя душа озарена

Лесные кораллы

Зеленые мшинки Росли на сосне.

Мой друг, есть радость и любовь

Мой друг, есть радость и любовь, Есть все, что будет вновь и вновь,

Царство тихих звуков

Царство тихих звуков, ты опять со мной, Маятник невнятный бьется за стеной.

Стрибоговы внуки

Ветры, Стрибоговы внуки, Проносясь по безмерным степям,

Лес

1 Пробуждается с весною,

Заговор охотника

Засветло встал я, Лицо умывал я,

Нам нравятся поэты

Нам нравятся поэты, Похожие на нас,

Йони-лингам

Напряженно-могучий Лингам, Восприимчиво-влажная Йони,

Наваждение (Когда я спал, ко мне явился Дьявол)

Когда я спал, ко мне явился Дьявол, И говорит: «Я сделал все, что мог:

Смертью — смерть

Прочь да отступят видения И привиденья ночей!

Влюбленные

Храня влюбленную истому, Я цепенею и гляжу.

Среди камней

Я шел по выжженному краю Каких-то сказочных дорог.

Как волны морские

Как волны морские, Я не знаю покоя и вечно спешу

Видение

Пророк, с душой восторженной поэта, Чуждавшейся малейшей тени зла,

Песня без слов

Ландыши, лютики Ласки любовные. Ласточки лепет. Лобзанье лучей.

Границы

Я задыхался много раз, В глубокой тьме, и в поздний час,

Благовест

Я ждал его с понятным нетерпеньем, Восторг святой в душе своей храня,

Финская колыбельная песня

Нинике. Спи, моя деточка, глазки свои закрывая,

Без улыбки, без слов

На алмазном покрове снегов, Под холодным сияньем Луны,

Три символа

Явились в мир уже давно, — в начале Наивных и мечтательных времен,

О, только бы знать, что могу я молиться

О, только бы знать, что могу я молиться, Что можно молиться, кому я молюсь!

Пламя

Нет. Уходи скорей. К восторгам не зови. Любить? — Любя, убить — вот красота любви.

Гимн огню

1 Огонь очистительный,

Сумерки

Мерцают сумерки в лимонных И апельсиновых садах,

Морская пена

Как пена морская, на миг возникая, Погибнет, сверкая, растает дождем, —

Лунное безмолвие

В лесу безмолвие возникло от Луны, Но внятно чудится дрожание струны,

Пустыня

Я видел Норвежские фьорды с их жесткой бездушной красой, Я видел долину Арагвы, омытую свежей росой,

Сова

Сова, кто смотрел в твое круглое желтое око, Тот знает великую тайну чудес.

Война

1 История людей —

Узорное окно

На бледно-лазурном стекле Расписаны ярко узоры.

Успокоение

Вечернее тихое море Сливалось воздушною дымкой

Беспорядки у Феи

Сегодня майские жуки Не в меру были громки.

Сознание

Я не могу понять, как можно ненавидеть Остывшего к тебе, обидчика, врага.

Пожар

Я шутя её коснулся, Не любя ее зажег.

Нескончаемый кошмар

Едва-едва горит мерцанье Пустынной гаснущей Луны,

Оргия жизни

Орел точит когти. Крадется волк прерий. Сова направляет окольный полет.

Змеиный глаз

Датскому лирику Тору Ланге Огней полночных караван

Мои враги

О, да, их имена суть многи, Чужда им музыка мечты.

Возрождение

Близ пышной Мексики, в пределах Аризоны, Меж рудников нашли окаменелый лес,

Север

Как пленительна весна Там где снег — не сновиденье,

Молитва

Господи Боже, склони свои взоры К нам, истомленным суровой борьбой,

Влюбленность

Она была в кого-то влюблена. Дышал Апрель. И зелень молодая

Заинька

Заинька беленький хвостиком моргал, Заинька в садике вкусного искал.

Шабаш

В день четверга, излюбленный у нас, Затем что это праздник всех могучих,

Кинжальные слова

Я устал от нежных снов, От восторгов этих цельных

Серебряные звезды

Серебряные звезды, я сердце вам отдам, Но только вы скажите — вы что ночным цветам

Челн томленья

Вечер. Взморье. Вздохи ветра. Величавый возглас волн.

Сразу

Ты мне понравилась так сразу оттого, Что ты так девственно-стыдлива и прекрасна,

Веселая затворница

Чья в бурях перебранка? Чей шепот? Зов листа?

Безнадежность

Мучительная слитность Волны с волной, волны с волной, в туманной неразрывности.

Высоты

Безмолвствуют высоты, Застыли берега.

Неразлучимые

Под низкою крышкою гроба, Забиты гвоздями,

К Норнам

Парки, Норны, Суденицы, Назначающие час,

Узел

Я нити завязал могучего узла, — Добро и Красоту, Любовь и Силу Зла,

Благовещенье и свет

Благовещенье и свет, Вербы забелели.

Часы

Отчего в протяжном бое Убегающих часов,

В час рассвета

Над ущельем осторожным, меж тревожных чутких скал, Перекличке горных духов в час рассвета я внимал.

Избранный

О, да, я Избранный, я Мудрый, Посвященный, Сын Солнца, я — поэт, сын разума, я — царь.

На вершине

Я в горы ушел до рассвета: — Все выше, туда, к ледникам,

Белый лебедь

Белый лебедь, лебедь чистый, Сны твои всегда безмолвны,

Воздушный храм

Высоко над землею, вечерней и пленной, Облака затаили огни.

Заглянуть

Позабывшись, Наклонившись,

Фея за делом

К Фее в замок собрались Мошки и букашки.

Триглав

Триглав, царящий троекратно, Над Небом, Бездной, и Землей,

Альбатрос

Над пустыней ночною морей альбатрос одинокий, Разрезая ударами крыльев соленый туман,

Немая тень

Немая тень среди чужих теней, Я знал тебя, но ты не улыбалась,-

Гармония слов

Почему в языке отошедших людей Были громы певучих страстей?

Свет вечерний

Твой вечер настанет, и вместо всемирности вольного света, За Солнцем погасшим, затеплишь ты в тесном покое свечу.

Аромат солнца

Запах солнца? Что за вздор! Нет, не вздор.

Из-подо льда

Быть может, не было у нас Весны воздушно-молодой,

Мировая тюрьма

Когда я думаю, как много есть Вселенных, Как много было их, и будет вновь и вновь, —

Отречение

Красивы сочетания светил, Пленительна зеленая планета,

Влияние луны

Я шел безбрежными пустынями, И видел бледную Луну,

Елена-краса

В некотором царстве, за тридевять земель, В тридесятом государстве — Ой звучи, моя свирель! —

Индийский мудрец

Как золотистый плод, в осенний день дозревший, На землю падает, среди стеблей травы,

Зов

Есть правдивые мгновенья, Сны, дающие забвенье,

Небесная роса

День погас, и ночь пришла. В черной тьме душа светла.

Богиня-громовница

Девица волшебная, богиня-Громовница, Моя полюбовница

Избушка

В лесу избушка малая Стоит себе одна.

Ранним утром

Ранним утром я видал, Как белеют маргаритки.

Вечерний час

Волшебный час вечерней тишины, Исполненный невидимых внушений,

Заколдованное поле

Ровное, чистое, Поле путистое,

Ночью мне виделся кто-то таинственный

Ночью мне виделся Кто-то таинственный, Тихо склонялся Он, тихо шептал;

Льдины

На льдине холодной Плыву я один.

Мечтательный вечер

Мечтательный вечер над лесом дышал безмятежно, От новой Луны протянулась лучистая нить,

Pax hominibus bonae voluntatis

Мир на Земле, мир людям доброй воли. Мир людям воли злой желаю я.

Путь правды

Пять чувств — дорога лжи. Но есть восторг экстаза, Когда нам истина сама собой видна.

Прилив

Морской прилив растет, подъятый глубиной, Валы запенились — седьмой, восьмой, девятый.

Белый ангел

От детских дней одна черта пленила Мои мечты, в чьих зыбях таял сон,

Притча о Великане

Был в мире древний Великан, Без сердца исполин.

Маскированный бал

О, цветы красоты! Вы с какой высоты? В вас неясная страстная чара.

День за днем ускользает несмело

День за днем ускользает несмело, Ночи стелют свой черный покров

Золотое слово

Осень обещала: «Я озолочу» А Зима сказала: «Как я захочу»

Веселая осень

Щебетанье воробьев, Тонкий свист синиц.

Амулеты из агата

Амулеты из агата, И других цветных камней,

Горе

В воскресенье матушка замуж отдала, В понедельник Горе привязалось к ней.

Хоть раз

Мы боимся — мы делим — дробим Наш восторг пред возникшей картиной.

Кузнец

Ты видала кузнеца? Он мне нравится, мой друг.

К ветру

Что мне осталось, кроме глубокой, Кроме бездонной печали?

Только

Ни радости цветистого Каира, Где по ночам напевен муэззин,

В царстве льдов

1 Как призраки огромные,

Нашим врагам

Вы томительные, Усыпительные,

Вечер

Удвоены влагой сквозною, Живя неземной белизною,

Прекрасно быть безумным, ужасно сумасшедшим

Прекрасно быть безумным, ужасно сумасшедшим, Одно — в Раю быть светлом, другое — в Ад нисшедшим.

Талисманы

Судьба на утре дней дала мне талисманы, Число их было три, и разны смыслы их.

Осужденные

Он каждый день приходит к нам в тюрьму, В тот час, когда, достигнув до зенита,

В непознанный час

И новые волны, В непознанный час,

Спящая Мадонна (Сассоферрато, в музее Брера, в Милане)

Сонмом духов окруженная, В ярком свете чистоты,

От последней улыбки луча

От последней улыбки луча На горах засветилася нега,

Поздно

Было поздно в наших думах. Пела полночь с дальних башен.

Туманы

Туманы таяли и вновь росли над лугом, Ползли, холодные, над мертвою травой,

Весь — весна

«Мой милый! — ты сказала мне. Зачем в душевной глубине

Солнце удалилось

Солнце удалилось. Я опять один. Солнце удалилось от земных долин.

Мировое причастие

«L’ide e pure, l’infini, j’y aspire, il m’attire»… О, искавший Флобер, ты предчувствовал нас.

Я не знаю, что такое — презрение

Я не знаю, что такое — презрение, Презирать никого не могу.

Искатели

Они стучали в дверь поочередно. Стучали долго. Ночь была темна.

Ворон

Ворон и дуб, Ворон с клювом железным,

Он был из тех, на ком лежит печать

Он был из тех, на ком лежит печать Непогасимо-яркого страданья,

Луна

Луна богата силою внушенья, Вокруг нее всегда витает тайна.

Заколдованная дева

В день октября, иначе листопада, Когда бесплодьем скована земля,

Нет и не будет

Как нам отрадно задуматься в сумерках светлых вдвоем! Тень пролетевшего ангела вижу во взоре твоем.

Птица Стратим

Есть много птиц, красивых, сильных Проворных, злых, любвеобильных,

Огненный дух

Кто вдали идет пред нами? Черный весь, он светит ало

Заговор красной девицы

С темной зарею, с вечерней зарею, Спать я ложилась, заря закатилась,

Звезда звезде

Мне звезды рассказали: «Любви на небе нет». Я звездам не поверил. Я счастлив. Я поэт.

Стих про Онику Воина

Это было в оно время, по ту сторону времен. Жил Оника, супротивника себе не ведал он,

Золотой и синий

Солнечный подсолнечник, у тына вырос ты. Солнечные издали нам видны всем цветы.

Руевит

У Руевита семь мечей Висит, в запас, в ножнах.

Пройдут века веков

Пройдут века веков, толпы тысячелетий, Как туча саранчи, с собой несущей смерть,

Серенада

Я сомкнул глаза усталые, Мира больше нет.

Химеры

Высоко на парижской Notre Dame Красуются жестокие химеры.

И плыли они

И плыли они без конца, без конца, Во мраке, но с жаждою света.

Память

Память, это луч небесный Тем, кто может вспомнить счастье,

Подневольность

Когда я думаю, что рядом, Вот здесь, кругом, передо мной

Намек

Сгибаясь, качаясь, исполнен немой осторожности, В подводной прохладе, утонченный ждущий намек

Я с ужасом теперь читаю сказки

Я с ужасом теперь читаю сказки — Не те, что все мы знаем с детских лет.

К царице фей

О, царица светлых фей, Ты летаешь без усилий

Не лучше ли страдание

«Не лучше ли страдание, Глухое, одинокое,

Солнечный луч

Свои мозг пронзил я солнечным лучом. Гляжу на Мир Не помню ни о чем.

Три страны

Строить зданья, быть в гареме, выходить на львов, Превращать царей соседних в собственных рабов,

Предопределение

Когда тебя зовет Судьба, Не думая иди,

Правда

А правда пошла по поднебесью. Из Голубиной книги

Рассвет (Зеленая поляна)

Зеленая поляна, Деревья, облака.

Красный и желтый

Камень и камень, бездушная груда Камни и камни, их глыба темна.

Равнина (Необозримая равнина)

Необозримая равнина, Неумолимая земля,

Ребенок (Полозья проскрипели)

1 Полозья проскрипели,

Враг

У меня был враг заклятый, У меня был враг.

Я ненавижу человечество

Я ненавижу человечество, Я от него бегу спеша.

В морях ночей

«Прощай, мой милый!» — «Милая, прощай!» Замкнулись двери. Два ключа пропели.

Птичка

Воздушная птичка, на окне у меня, На мгновенье присела и запела звеня, —

Заклятие

1 Я видел правду только раз,

Моя душа

Моя душа оазис голубой, Средь бледных душ других людей, бессильных.

Белый пожар

Я стою на прибрежье, в пожаре прибоя, И волна, проблистав белизной в вышине,

Безветрие

Я чувствую какие-то прозрачные пространства, Далеко в беспредельности, свободной от всего,

Заговор на посажение пчел в улей

Пчелы роятся, Пчелы плодятся,

Цветок

Отчего цветет цветок, Разгадать никто не мог.

Мертвые корабли

Прежде чем душа найдет возможность постигать, и дерзнет припоминать, она должна соединиться с Безмолвным Глаголом, — и тогда для внутреннего слуха будет говорить Голос Молчания… Из Индийской Мудрости

Горящий атом, я лечу

Горящий атом, я лечу В пространствах — сердцу лишь известных,

Лесные травы

Я люблю лесные травы Ароматные,

Воззванье к океану

Океан, мой древний прародитель, Ты хранишь тысячелетний сон.

Мой милый! — Ты сказал мне

Мой милый! — ты сказал мне. — Зачем в душевной глубине

Проповедникам

Есть мною струй в подлунном этом мире, Ключи поют в пещерах, где темно,

Одна есть в мире красота

Одна есть в мире красота. Не красота богов Эллады,

Призыв

Братья, посмотрите ясно, Скорбь о невнятном бесплодна,

Изменчивость

Одуванчик Желтым был, Сделался седым.

Ветер, ветер, ветер, ветер

Ветер, Ветер, Ветер, Ветер, Что ты в ветках все шумишь?

Трудно Фее

«Фея»,— шепнули сирени, «Фея»,— призыв был стрижа,

Красный цвет

Быть может, предок мой был честным палачом: Мне маки грезятся, согретые лучом,

Омут

Над омутом, жутко-немым, глянцевитым, Ущербная светит Луна,

К Бодлеру

Как страшно-радостный и близкий мне пример, Ты все мне чудишься, о, царственный Бодлер,

Люди Солнце разлюбили, надо к Солнцу их вернуть

Люди Солнце разлюбили, надо к Солнцу их вернуть, Свет Луны они забыли, потеряли Млечный путь.

Я не знаю мудрости

Я не знаю мудрости годной для других, Только мимолетности я влагаю в стих.

Грозовой костер

В небе духи жгли костер, Грозовые исполины.

Сфинкс

Среди песков пустыни вековой, Безмолвный Сфинкс царит на фоне ночи,

Из Упанишад

Все то, что существует во вселенной, — Окутано в воздушную одежду,

Заговор хмеля

Хмель я, смеющийся Хмель, Пчела прожужжит, или шмель,

К Елене

О Елена, Елена, Елена, Как виденье, явись мне скорей.

Фиолетовый

Мне снилось множество цветов, Багряных, алых, золотистых,

В путь

День меняется на вечер, коротается, Солнце красное на Запад содвигается

Похвала уму

Безумие и разум равноценны, Как равноценны в мире свет и тьма.

К ночи

Вспоенная соленой морскою глубиной, Вся дышащая влагой, мечтой, и тишиной, —

Как ночь

Она пришла ко мне, молчащая, как ночь, Глядящая, как ночь, фиалками-очами,

Голос дьявола

Я ненавижу всех святых, Они заботятся мучительно

Музыка

Мы слышим воздушное пенье чудесной игры, Не видя поющего нам серафима.

Цветы нарцисса

Точно из легкого камня изсечены, В воду глядят лепестки белоснежные.

Заговор против смерти

Начертивши ножом Круговую черту,

Стих о величестве солнца

Величество Солнца великие поприща в Небесах пробегает легко, Но малым нам кажется, ибо в далекости от Земли отстоит высоко.

Папоротник

Тенью легкой и неслышной Я замедлил у пути,

Тайна горбуна

Ты, конечно, проходил По обширным городам.

Сон (Я спал. Я был свободен)

Я спал. Я был свободен. Мой дух соткал мне сон.

Я тебя закутаю

Я тебя закутаю Дремой грез пленительных,

Белбог и чернобог

1 Белбог и Чернобог

Черные вороны

Черные вороны, воры играли над нами. Каркали. День погасал.

Избирательное сродство

Я с нею шел в глубоком подземелье, Рука с рукой, я был вдвоем — один.

Маятник

Равнодушно я считаю Безучастное тик-так.

Бабочка (Залетевшая в комнату бабочка бьется)

Залетевшая в комнату бабочка бьется О прозрачные стекла воздушными крыльями.

Слова любви (Слова любви, несказанные мною)

Слова любви, несказанные мною, В моей душе горят и жгут меня.

В окрестностях Одессы

Узкая полоска синего Лимана, Желтая пустыня выжженных песков.

Видение царя волота

Был велик тот день, и светла заря, Как сошлись у нас сорок два царя.

К зиме

Лес совсем уж стал сквозистый, Редки в нем листы.

Пляска атомов

Яйцевидные атомы мчатся. Пути их — орбиты спиральные. В нашем видимом явственном мире незримая мчится Вселенная,

Мировое древо

Под старым дубом я сидел. Кругом тепло, светло.

Ломаные линии

Ломаные линии, острые углы. Да, мы здесь — мы прячемся в дымном царстве мглы.

Праздник сжиганья

От колеса солнцевой колесницы Небесный огонь долетел до людей,

Соединенные

Сожженный край томительной равнины, На ней забытый раненый солдат.

Новолуние

Серп Луны молодой, Вместе с пышной звездой,

Два голоса

Скользят стрижи в лазури неба чистой. — В лазури неба чистой горит закат. —

Ручей (Кто печаль развеял дымкой)

Вильяму Р. Морфилю «Кто печаль развеял дымкой?

Русалка (В лазоревой воде)

В лазоревой воде, в жемчужных берегах, Плыла русалка в блеске чудном

Душа

Душа — прозрачная среда Где светит радуга всегда,

Молитва о жертве

Пилой поющею подточен яркий ствол Еще не выжившей свой полный век березы.

Болото

О, нищенская жизнь, без бурь, без ощущений, Холодный полумрак, без звуков и огня.

Различные

В нас разно светит откровенье, И мы с тобой не властны слиться,

Мы шли в золотистом тумане

Мы шли в золотистом тумане, И выйти на свет не могли,

Бесприютность

Меня не манит тихая отрада, Покой, тепло родного очага,

Великое ничто

1 Моя душа — глухой всебожный храм,

Хорошо ль тебе, девица

Хорошо ль тебе, девица, Там глубоко под землей?

Черный и белый

Шумящий день умчался к дням отшедшим. И снова ночь. Который в мире раз?

Бог не помнит их

В тусклом беззвучном Шеоле Дремлют без снов рефаимы,

Крестоносец

Ни ревности, ни скуке, ни злословью, Моей души живой я не предам.

Бромелия

В окутанной снегом пленительной Швеции На зимние стекла я молча глядел,

В чаще леса

Дальнее, синее, Небо светлеется,

Люби

«Люби!» — поют шуршащие березы, Когда на них сережки расцвели.

Красный, желтый, голубой

Красный, желтый, голубой, Троичность цветов,

Колдунья

— Колдунья, мне странно так видеть тебя. Мне люди твердили, что ты

Ты пришла

Ты пришла, как приходит весна, Расцвела, как весенний цветок.

В аду

Если, медленно падая, Капли жгучей смолы,

Темному брату

Не верь, мой темный брат, Внушениям вражды.

Из рода королей

Да, тебя я знаю, знаю. Ты из рода королей. Ты из расы гордых скальдов древней родины твоей.

Камыши

Полночной порою в болотной глуши Чуть слышно, бесшумно, шуршат камыши.

Прощально-золотистый

Тихий шелест Сентября, И умильный свист синицы,

Смерть, убаюкай меня

Жизнь утомила меня. Смерть, наклонись надо мной!

Неясная радуга

Неясная радуга Звезда отдаленная. Долина и облако. И грусть неизбежная.

Бабочка

Помню я, бабочка билась в окно. Крылышки тонко стучали.

Отсветы

Мы — несколько маленьких раковин близ кипенья бессмертных морей. Мы — несколько пенных узорностей, летим все скорей и скорей.

Призрак

Где бы ни был я, везде, как тень, со мной — Мой милый брат, отшедший в жизнь иную,

Ben escrivia motz et sons (О забытом трубадуре, что ушел в иной предел)

О забытом трубадуре, что ушел в иной предел, Было сказано, что стройно он слагал слова и пел

Заговор на тридцать три тоски

Там на море-Океане, Там на острове-Буяне,

Слова смолкали на устах

Слова смолкали на устах, Мелькал смычок, рыдала скрипка,

Остров Вилиэ-Льявола

Где-то на острове Вилиэ-Льявола, Души есть, лишь пред собою преступные.

Я вольный ветер

Я вольный ветер, я вечно вею, Волную волны, ласкаю ивы,

Волх

Мы Славяне — дети Волха, а отец его — Словен, Мы всегда как будто те же, но познали смысл измен.

Тайна сына и матери

Тайной скрыты все рожденья, Тайной скрыта наша смерть.

Призраки

Шелест листьев, шепот трав, Переплеск речной волны,

От умершего к живому

Скажи ему, что я его люблю, Что я его как прежде понимаю,

Дух волны

Я слушал Море много лет, Свой дух ему предав.

К небу

Небо, тебя я пою, Напевом прерывным.

Прекрасны улицы с толпой

Прекрасны улицы с толпой, Волшебен праздничный наряд.

Я боюсь, что любовью кипучей

Я боюсь, что любовью кипучей Я, быть может, тебя оскорбил.

Красный

— Кораллы, рубины, гранаты, Вы странным внушеньем богаты:

Три сонета

Вопрос Меня пленяет все: и свет, и тени,

Горный король

Скандинавская песня Горный король на далеком пути.

И да, и нет

1 И да, и нет — здесь все мое,

Зачем

Господь, Господь, внемли, я плачу, я тоскую, Тебе молюсь в вечерней мгле

Отверженный

Отчаянье исстерзанной души, В свидетели тебя я призываю,

Скорее

Скорее, скорее, скорее, — На лестницах Ангелы ждут.

Сказка рек

Говорит нам старина, Раньше, в радостях игры,

Праздник лады

Как различны мельканья красы В вековом, нам шумящем, буруне!

Заговор от погасших

Иду я в чистом поле, На светлой вольной воле,

Раковинки

Раковинки, камешки, игрушки, Сказки-травки в зеркале реки.

И нет пределов

Ты создал мыслею своей Богов, героев, и людей,

Глаза

Когда я к другому в упор подхожу, Я знаю: нам общее нечто дано.

Дышали твои ароматные плечи

Дышали твои ароматные плечи, Упругие груди неровно вздымались,

Воздух

Всюду звон, всюду свет, Всюду сон мировой.

Смешались дни и ночи

Смешались дни и ночи, Едва гляжу на свет,

Пробуждение Перуна

При начале весны пробужденный Перун Вылетает на пламени синем,

Океан

Вдали от берегов Страны Обетованной, Храня на дне души надежды бледный свет,

Колдунья влюбленная

Мне ведомо пламя отчаянья, Я знаю, что знают в аду

Бледная травка

Бледная травка под ветхим забором К жизни проснулась в предутренний час,

Отчего мне так душно? Отчего мне так скучно?

Отчего мне так душно? Отчего мне так скучно? Я совсем остываю к мечте.

Лунный луч

Я лунный луч, я друг влюбленных. Сменив вечернюю зарю,

Пенье ручья

В пеньи звонкого ручья Переменность трепетанья.

Не буди воспоминаний. Не волнуй меня

Не буди воспоминаний. Не волнуй меня. Мне отраден мрак полночный. Страшен светоч дня.

Мой завет

Я не устану быть живым, Ручей поет, я вечно с ним,

Гимн солнцу

1 Жизни податель,

В стыдливости немой есть много красоты

В стыдливости немой есть много красоты: Полурасцветшие цветы

На разных языках

Мы говорим на разных языках. Я свет весны, а ты усталый холод.

Избраннику

Отчего так бесплодно в душе у тебя Замолкают созвучья миров?

Хочу

Хочу быть дерзким, хочу быть смелым, Из сочных гроздий венки свивать.

Предрассветно-лепестковый

Неназываемый цветок, Который нежен и прелестен,

Колдунья (Как медленно, как тягостно, как скучно)

Как медленно, как тягостно, как скучно Проходит жизнь, являя тот же лик.

Подо льдом

Над окованной льдом глубиной я иду, И гляжу, и скольжу я на льду.

Я с каждым могу говорить на его языке

Я с каждым могу говорить на его языке, Склоняю ли взор свой к ручью или к темной реке.

На черном фоне

На черном фоне белый свет Меня мучительно пленяет.

Колодец

Я припомнил слова, что приснились мечте В утро жизни, как нежное пение.

Гибель

Предчувствием бури окутан был сад. Сильней заструился цветов аромат.

Он спросил меня

Он спросил меня — Ты веришь? — Нерешительное слово!

Русский язык

Язык, великолепный наш язык. Речное и степное в нем раздолье,

Ветер (Гордый Юргис, ты похитил Ветер, Ветер у меня)

Я вольный ветер, я вечно вею. К. Бальмонт

Вечно-безмолвное Небо, смутно-прекрасное Море

Вечно-безмолвное Небо, смутно-прекрасное Море, Оба окутаны светом мертвенно-бледной Луны.

Нежнее всего

Твой смех прозвучал, серебристый, Нежней, чем серебряный звон, —

Заговор от двенадесяти девиц

Под дубом под мокрецким, На тех юрах Афонских,

Как цветок

Как цветок я хочу расцвести И угаснуть без слова упрека,

Свеча горит и меркнет и вновь горит сильней

Свеча горит и меркнет и вновь горит сильней, Но меркнет безвозвратно сиянье юных дней,

Паутинки (Если вечер настанет и длинные, длинные)

Если вечер настанет и длинные, длинные Паутинки, летая, блистают по воздуху,

Все мне грезится Море да Небо глубокое

Все мне грезится Море да Небо глубокое, Бесконечная грусть, безграничная даль,

Бретань

Затянут мглой свинцовый небосвод, Угрюмы волны призрачной Бретани

Гавань спокойная

Гавань спокойная. Гул умирающий. Звон колокольный, с небес долетающий.

Мне снятся караваны

Мне снятся караваны, Моря и небосвод,

Змея-медяница

Змея-Медяница, иначе Медянка, Год целый бывает слепа.

Водная панна

Что это, голубь воркует? Ключ ли журчит неустанно?

Тебя я хочу, моё счастье

Тебя я хочу, мое счастье, Моя неземная краса!

Медленно, тягостно, в русла забытые

Медленно, тягостно, в русла забытые Воды вступают уставшие.

Если грустно тебе

Если грустно тебе, Ты не думай, мой друг

Будем как солнце! Забудем о том

Будем как Солнце! Забудем о том, Кто нас ведет по пути золотому,

Зарево мгновений

В закатном зареве мгновений, твоих или моих, Я вижу, как сгорает гений, как возникает стих,

Морозные узоры

Бьют часы. Бегут мгновенья. Вечер вспыхнул и погас.

Отчего перевелись витязи на Руси

То не ветры в Небе слеталися, То не тучи в Небе сходилися,

Добрыня и смерть

Поехал Добрыня в домашнюю сторону. Закручинился. Хочет домой.

Как паук

Как паук в себе рождает паутину, И, тяжелый, создает воздушность нитей, —

Осенняя радость

Радость может ждать на каждом повороте. Не грусти. Не надо. Посмотри в окно.

Как Испанец

Как Испанец, ослепленный верой в Бога и любовью, И своею опьяненный и чужою красной кровью,

Опять

Я хотел бы тебя заласкать вдохновением, Чтоб мои над тобой трепетали мечты,

Примета

Только ты в мой ум проник, В замок, спрятанный за рвами.

Утомленное солнце, стыдясь своего утомленья

Утомленное Солнце, стыдясь своего утомленья, Раскрасневшийся лик наклонило и скрыло за лесом,

Лунная ночь

Когда я посмотрел на бледную Луну, Она шепнула мне: «Сегодня спать не надо».

В храме все

AD INFINITUM *

Южный полюс Луны

Южный полюс Луны задремал, он уснул между гор величавых, Поражающих правильной формой своей.

Крик

Мой крик был бы светлым и юным, — Не встретив ответа, он сделался злым.

Велес

Волос, Белес, бог пышных стад, Бог изумрудностей в Апреле,

Безглагольность

Есть в русской природе усталая нежность, Безмолвная боль затаенной печали,

Золотистый

Лютик золотистый, Греза влажных мест,

Бог погода

Бог Погода, юный, малый, В васильковом он венке,

К смерти

Смерть, медлительно-обманная, Смерть, я ждал тебя года,

Фея в гневе

Фея в печку поглядела. Пламя искрилось и рдело.

Ворон (перевод Эдгара По)

Как-то в полночь, в час угрюмый, полный тягостною думой, Над старинными томами я склонялся в полусне,

Колос велеса

Закрученный колос, в честь бога Велеса, Висит украшеньем в избе, над окном.

В моем саду

В моем саду мерцают розы белые, Мерцают розы белые и красные,

Четыре источника

В неком крае, блестками богатом, Протекает шесть и шесть ключей,

Ведьма

Я встретил ведьму старую в задумчивом лесу. Спросил ее: «Ты знаешь ли, какой я грех несу?»

Дымы

В моем сознаньи — дымы дней сожженных, Остывший чад страстей и слепоты.

Погибшие (два отрывка из поэмы)

1 Уж ночь. Калитка заперта.

Фантазия

Как живые изваянья, в искрах лунного сиянья, Чуть трепещут очертанья сосен, елей и берез;

Веселый дождь

Веселый дождь низлился с высоты, Когда смеялось утро Мая.

Когда между тучек туманных

Когда между тучек туманных Полночной порой загорится Луна,

Полночь

Каждый день я умираю, каждый день рождаюсь вновь. Утром с Солнцем в мир вступаю, ночью праздную любовь.

На мотив экклезиаста

Род проходит и снова приходит, Вновь к истокам стекаются реки,

Воздушность

Как воздушно в нежном сердце у меня! Чуть трепещут очертания страстей,

Зелёный и чёрный

Подвижная сфера зрачков, в изумруде текучем сужаясь, Расширяясь, сливает безмолвно привлеченную душу с душой.

Всебесприютность

Не вся ли Земля для меня — отчизна моя роковая? Не вся ли Земля — для мeня?

Аккорды (В красоте музыкальности)

В красоте музыкальности, Как в недвижной зеркальности,

Слово завета

О, человек, спроси зверей, Спроси безжизненные тучи!

Из Зенд-Авесты

(гимн) Три бога есть: Гаома, Веретрагна,

Норвежская девушка

Очи твои, голубые и чистые — Слиянье небесной лазури с изменчивым блеском волны;

Звездный хоровод

Я заглянул во столько глаз, Что позабыл я навсегда,

Путь туда

Путь туда — бесповоротный, В безызвестную страну,

Лесунки

Кто играет на опушке? Чей там звонкий слышен сон?

Юная девушка

Милая юная девушка, с глазами как сказка прекрасными, Как сказка, которую в детстве читал,

Россия

Есть слово — и оно едино. Россия. Этот звук — свирель.

Когда же

О, жизни волненье! О, свет и любовь! Когда же мы встретимся вновь?

Ещё необходимо любить и убивать

Ещё необходимо любить и убивать, Еще необходимо накладывать печать,

Освобождение

Закрыв глаза, я слушаю безгласно, Как гаснет шум смолкающего дня,

Колыбельная песня (Вариант 2)

Легкий ветер присмирел, Вечер бледный догорел,

Исландия

Валуны, и равнины, залитые лавой, Сонмы глетчеров, брызги горячих ключей.

Колыбельная песня (Вариант 3)

Липы душистой цветы распускаются… Спи, моя радость, усни!

В молчаньи забывшейся ночи

В молчаньи забывшейся ночи Уснул я при бледной Луне,

Надгробные цветы

Среди могил неясный шепот, Неясный шепот ветерка.

За пределы предельного

За пределы предельного, К безднам светлой Безбрежности!

Отпадения

Отпадения в мир сладострастия Нам самою судьбой суждены.

Прощай

За наше «Когда-то» — последний привет. И больше ни мысли, ни памяти нет.

Одинокому

1 Ты благородней и выше других

Талисман

Знать, хотеть, сметь, и молчать. El Ktab

Молитва вечерняя

Тот, пред Кем, Незримым, зримо Все, что в душах у людей,

Кольцо

Нет, наша встреча не случайна, И помню я твое лицо,

Отчего нас всегда опьяняет Луна

Отчего нас всегда опьяняет Луна? Оттого, что она холодна и бледна.

Забытая колокольня

И человек в человеке увидел врага. То был первый великий грех.

Крымская картинка

Все сильнее горя, Молодая заря

Облачные девы

В тучах есть леса, есть пашни и посевы, Стройные, растут, восходят терема,

В лабиринте проходя по лабиринту

Позабыв о блеске Солнца, в свете призрачных огней, Проходя по лабиринту бесконечных ступеней,

Между огнем и водой

Море с Землей говорило: В ком из нас наибольшая сила?

Садко

Был Садко молодец, молодой Гусляр, Как начнет играть, пляшет млад и стар.

Ветер

Я жить не могу настоящим, Я люблю беспокойные сны,

Чернобыль

Шел наймит в степи широкой, Видит чудо: Стая змей

Замок Джэн Вальмор

В старинном замке Джэн Вальмор, Красавицы надменной,

О, да, молитвенна душа

О, да, молитвенна душа, И я молюсь всему.

Август

Сонет Как ясен август, нежный и спокойный,

В этой жизни смутной

В этой жизни смутной Нас повсюду ждет —

Оттуда

Я обещаю вам сады… Коран

Нежно-лиловый

Колокольчик на опушке леса, С звонами, что внятны слуху фей,

Мировые розы (Крик белоликого)

Мне снятся розы красные, И золотисто-чайные,

Она, как русалка

Она, как русалка, воздушна и странно-бледна, В глазах у нее, ускользая, играет волна,

Гномы

На лугу большие кучи Свеже вырытой земли.

Дождь

В углу шуршали мыши, Весь дом застыл во сне.

Я — изысканность русской медлительной речи

Я — изысканность русской медлительной речи, Предо мною другие поэты — предтечи,

Вода

От капли росы, что трепещет, играя Огнем драгоценных камней,

Ты мне говоришь, что как женщина я

Ты мне говоришь, что как женщина я, Что я рассуждать не умею,

Солнце красное

Солнце — красное, сказал мне мой родной народ, И о вольном красном Солнце сердце мне поет.

Два строя

1 Я помню ясно. Все. Была весна.

На Камне солнцевом

На Камне солнцевом сидит Заря-Девица, Она — улыбчивая птица,

Война, не вражда

1 Мне странно подумать, что трезвые люди

Картинка

В глухую ночь, неясною толпой, Сбираются души моей созданья,

Не обвиняй

Не обвиняй, не обвиняй. Быть может он неправ. Но он в тюрьме твоей забыл пучок душистых трав.

Пред картиной Греко (в музее Прадо, в Мадриде)

1 На картине Греко вытянулись тени.

Кто кого

Настигаю. Настигаю. Огибаю. Обгоню. Я колдую. Вихри чую. Грею сбрую я коню.

Электрон

Электрон, камень-Алатырь, Горюч-могуч-янтарь!

Призраки (Птичка серая летает)

Птичка серая летает Каждый вечер под окно.

Амариллис

Амариллис, бледная Светлана! Как нежданно сердце мне смутили

Печальница

Она живет среди видений, В ее глазах дрожит печаль,

О, птичка нежная, ты не поймешь меня

Марусе С*** О, птичка нежная, ты не поймешь меня,

Зарождение ручья

На вершине скалы, где потоком лучей Солнце жжет горячей, где гнездятся орлы,

В бездонном колодце

Меж стен отсыревших, покрытых грибками, В бездонном колодце, на дне, глубоко,

Заговор любовный

В чисто поле я пойду, Речь с Ветрами поведу: —

Праздник свободы

Я спал как воды моря, Как сумрак заключенья,

Прерывистый шелест

Есть другие планеты, где ветры певучие тише, Где небо бледнее, травы тоньше и выше,

Последний луч

Прорезав тучу, темную, как дым, Последний луч, в предчувствии заката,

Праздник весны

Зима отъехала от нас, Телега скрылась вдалеке.

К случайной

Опрокинулось Небо однажды, и блестящею кровью своей Сочеталось, как в брачном союзе, с переменною Влагой морей.

Эдельвейс

Я на землю смотрю с голубой высоты. Я люблю эдельвейс, неземные цветы,

Световит

Мне снится древняя Аркона, Славянский храм,

Фра Анджелико

Если б эта детская душа Нашим грешным миром овладела,

Смерть Димитрия Красного (предание)

Нет, на Руси бывали чудеса, Не меньшие, чем в отдаленных странах

Наговор на недруга

(ворожба) Я ложусь, благословись,

Млечный Путь

Месяца не видно. Светит Млечный Путь Голову седую свесивши на грудь,

Рассвет (Я помню… Ночь кончалась)

(медленные строки) Я помню… Ночь кончалась,

До последнего дня

Быть может, когда ты уйдешь от меня, Ты будешь ко мне холодней.

Живи

«Живи один», мне Мысль сказала, «Звезда Небес всегда одна,

К ненавидящим

О, слушайте, бледные люди, Я новое создал звено. —

Индийский тотем

Индийский тотем — жуткий знак, Резная сложная колонна.

Поток

Засветились цветы в серебристой росе, Там в глуши, возле заводей, в древних лесах.

Испанский цветок

Я вижу Толедо, Я вижу Мадрид.

Завет бытия

Я спросил у свободного Ветра, Что мне сделать, чтоб быть молодым.

Огненной рекою

Из Арабских дальних стран К нам придя в своем скитаньи,

Зимний дым

Дым встает, и к белой крыше Под упорством ветра льнет.

Капля крови

Красавица склонилась, Шумит веретено.

Над пучиной морской

Фаине *** Над пучиной морской, тяготея, повисла скала,

Другие итоги

Другие итоги Их много, И скоро я их расскажу

Разлука

Вдыхая морской освежительный воздух, Качаясь на сине-зеленых волнах,

Я люблю тебя

Я люблю тебя больше, чем Море, и Небо, и Пение, Я люблю тебя дольше, чем дней мне дано на земле.

Светлый герой

Я слышал о светлом Герое, Свободном от всяких желаний,

Жить среди беззакония

Жить среди беззакония, Как дыханье ветров,

Заговор Громов

Гром с Востока означает изобилие во всем, Гром с Полудня — лето тепло, но созренье яблок трудно,

Зарница

Как в небесах, объятых тяжким сном, Порой сверкает беглая зарница,

Близ Синего камня

Близ Синего камня песок золотой, Песок золотой измельченный Водой.

Берегиня

Есть красивые старинные слова, Их душа через столетия жива.

Мы брошены в сказочный мир

Мы брошены в сказочный мир, Какой-то могучей рукой.

Отзвук народного

Уж ты, Солнце, Солнце красно, Ты с полуночи взойди,

Огонь

Не устану тебя восхвалять, О, внезапный о страшный, о вкрадчивый,

Райские птицы

На Макарийских островах, Куда не смотрят наши страны,

Вновь

Я вновь хочу быть нежным, Быть кротким навсегда,

Белладона

Счастье души утомленной — Только в одном:

Я люблю далекий след

Я люблю далекий след — от весла, Мне отрадно подойти — вплоть до зла,

Сварог

Небо, носящее имя Сварога, Небо, верховная степь голубая,

Как я пишу стихи

Рождается внезапная строка, За ней встает немедленно другая,

Микула Селянинович

Ай же ты, Микула Селянинович, Мужик, Ты за сколько тысяч лет к земле своей привык?

В пустыне безбрежного моря

В пустыне безбрежного Моря Я остров нашел голубой,

В столице

Свежий запах душистого сена мне напомнил далекие дни, Невозвратного светлого детства предо мной загорелись огни;

Вдали от земли

Вдали от Земли, беспокойной и мглистой, В пределах бездонной, немой чистоты,

Зарина

По-санскритски Тамара — Вода, Массагетская диво-царица Томирис есть Дочь Океана,

Трава-костер

Есть трава — растет Возле тихих рек.

Мои звери

Мой зверь — не лев, излюбленный толпою, Мне кажется, что он лишь крупный пес.

Растение

Зародыш, в малом виде, есть полное растенье, В нем корень, стебель, листья возможно различить,

К Лермонтову

Нет, ни за то тебя я полюбил, Что ты поэт и полновластный гений,

Драгоценные камни

Камень Иоанна, нежный изумруд, Драгоценный камень ангелов небесных, —

Замарашка

Уличной испанке Бедная ты замарашка,

Ночной цветок

Вновь и вновь струятся строки Звучно-сладостных стихов,

Лихо (украинская сказка)

Жить было душно. Совсем погибал я. В лес отошел я, и Лиха искал я.

Царь огненный щит

Царь Огненный Щит, на коне восьминогом, Над миром поставленный богом Белбогом,

Прозрачность

Воздух стал прозрачней и печальней, Умер день, а ночь не родилась.

О, если б мне сердце холодное

О, если б мне сердце холодное, Холодное сердце русалки,

Слепец

Пожалейте, люди добрые, меня, Мне уж больше не увидеть блеска дня.

Осень

Поспевает брусника, Стали дни холоднее,

Глупенькая сказка

Курочки-хохлаточки По дворику ходили.

Зеленый

На странных планетах, чье имя средь нас неизвестно, Глядят с восхищеньем, в небесный простор, существа,

Смешной старик

Вот какой смешной старик, Школьный дядька наш

Желтый

Спрошу ли ум, в чем желтый цвет, Душа сейчас поет ответ,

Красота

Красота создается из восторга и боли, Из желания воли и тяжелых цепей.

Два трупа

Два трупа встретились в могиле, И прикоснулся к трупу труп,

Поздно. Два сонета

1 О, если б кто-нибудь любил меня, как ты,

Сигурд

Когда Сигурд отведал крови Убитого Фафнира,

Розовый

Румянец яблока, на фоне Сентября, С его травой-листвой воздушно-золотой,

Морское чудо

Отправился Витязь к безвестностям стран, По синему Морю, чрез влажный туман.

Золотая звезда

Золотая звезда над Землею в пространстве летела, И с Лазури на сонную Землю упасть захотела.

Майя

Тигры стонали в глубоких долинах. Чампак, цветущий в столетие раз,

Ковыль

Точно призрак умирающий, На степи ковыль качается,

Народные поверья

Народные поверья — Неполные страницы,

Трясогузка

Трясогузка, возле лужи, Хвост тряся исподтишка,

Сказать мгновенью: стой

Быть может, вся Природа — мозаика цветов? Быть может, вся Природа — различность голосов?

Круги

Круговидные светила — Без конца и без начала.

У ног твоих я понял в первый раз

У ног твоих я понял в первый раз, Что красота объятий и лобзаний

Молебен

Темной толпою, в часовне убогой, Путь завершив, и пред новой дорогой,

Голубая роза

Фирвальдштетское озеро — Роза Ветров, Под ветрами колышатся семь лепестков.

Хвала сонету

Люблю тебя, законченность сонета, С надменною твоею красотой,

Пред итальянскими примитивами

Как же должны быть наивно-надменны Эти плененные верой своей!

Старый дом

В старинном доме есть высокий зал, Ночью в нем слышатся тихие шаги,

Белый цветок

В твои глаза взглянувши, я понял в тот же миг, Что ты цветок воздушный и сладостный родник.

Символ смерти, символ жизни, бьет полночный час

Символ смерти, символ жизни, бьет полночный час. Чтобы новый день зажегся, старый день угас.

К Шелли

Мой лучший брат, мой светлый гений, С тобою слился я в одно.

Я в этот мир пришел

Я в этот мир пришел, чтоб видеть Солнце И синий кругозор.

Полуразорванные тучи

Полуразорванные тучи Плывут над жадною землей,

Не знаю

Я забыл, откуда я пришел, Я, уйдя, не вспомню жизни здешней.

Зарождающаяся жизнь

Сонет Еще последний снег в долине мглистой

Я знал

М.А. Лoxвицкой Я знал, что, однажды тебя увидав,

Люба мне буква «Ка»

Люба мне буква «Ка», Вокруг неё сияет бисер.

Сны

Мне снятся поразительные сны. Они всегда с действительностью слиты,

На мотив псалма XVIII-гo

Ночь ночи открывает знанье, Дню ото дня передается речь.

Жалоба девушки

О, люди, жалко-скучные, о, глупые затейники, Зачем свои мечтания в слова вложили вы?

Наряды Феи

У Феи — глазки изумрудные, Все на траву она глядит

Полудницы

Три полудницы-девицы У лесной сошлись криницы,

К Перуну

Бог ветров и бурных гроз, Бог Славян, Перун,

Линии света

Длинные линии света Ласковой дальней луны.

Оазис

Ты была как оазис в пустыне, Ты мерцала стыдливой звездой,

Млечный путь (В те дни, когда везде был Млечный Путь)

В те дни, когда везде был Млечный Путь, Я полюбил несдержанность мечтанья,

У Моря ночью

У Моря ночью, у Моря ночью Темно и страшно Хрустит песок.

Болотные лилии

Побледневшие, нежно-стыдливые, Распустились в болотной глуши

Как знать

Далеко идут — идут пути. Ждут ли нас, в конце их, за горами?

Брат с сестрой

— Брат, над лугом ты трубишь В свою золотую трубу.

Зов (Я овеян дыханьями многих морей)

Я овеян дыханьями многих морей, Я склонялся над срывами гор,

Ярило

В венке из весенних цветов, Цветов полевых,

За пределы

Вечность движенья — Область моя;

Хвала Илье Муромцу

Спавший тридцать лет Илья, Вставший в миг один,

На дальнем полюсе

На дальнем полюсе, где Солнце никогда Огнем своих лучей цветы не возрощает,

Паутинки

От сосны до сосны паутинки зажглись, Протянулись, блеснули, качаются.

Чет и нечет

Утром рано, Из тумана,

За то, что нет благословения

За то, что нет благословения Для нашей сказки — от людей,—

Арум

Тропический цветок, багряно-пышный арум! Твои цветы грозят ликующим пожаром.

Влага

С лодки скользнуло весло. Ласково млеет прохлада.

Воспоминание о вечере в Амстердаме

Медленные строки О тихий Амстердам

Костры

Да, и жгучие костры Это только сон игры.

Северные

Мы поем о Скандинавах Точно, смелы Скандинавы. Много грабили, все к Югу шли они от белых льдов.

Дым

Мы начинаем дни свои Среди цветов и мотыльков,

В домах

М. Горькому В мучительно-тесных громадах домов

Синий камень

Если хочешь молча плакать с неразлучною тоской, Приходи смотреть на травы, на осоку над рекой.

Дивьи жены

Дивьи жены внушают нам страх. Почему?

Сознанье, сила, и основа

Сознанье, Сила, и Основа Три ипостаси Одного

Дурной сон

Мне кажется, что я не покидал России, И что не может быть в России перемен.

Живая вода

Богатыри родные, В вас светят небеса,

Paseo de las Delicias в Севилье