Бальмонт Константин Дмитриевич

Весь — весна

«Мой милый! — ты сказала мне. Зачем в душевной глубине

Мечтательный вечер

Мечтательный вечер над лесом дышал безмятежно, От новой Луны протянулась лучистая нить,

Когда же

О, жизни волненье! О, свет и любовь! Когда же мы встретимся вновь?

Из Упанишад

Все то, что существует во вселенной, — Окутано в воздушную одежду,

Два голоса

Скользят стрижи в лазури неба чистой. — В лазури неба чистой горит закат. —

Мои проклятия

Мои проклятия — обратный лик любви, В них тайно слышится восторг благословенья,

Затон

Когда ты заглянешь в прозрачные воды затона, Под бледною ивой, при свете вечерней звезды,

Молитва вечерняя

Тот, пред Кем, Незримым, зримо Все, что в душах у людей,

И да, и нет

1 И да, и нет — здесь все мое,

Уроды

Я горько вас люблю, о бедные уроды, Слепорожденные, хромые, горбуны,

Забавы Феи

Пускала пузырики В соломинку Фея.

И нет пределов

Ты создал мыслею своей Богов, героев, и людей,

Радуга

Радуга — лук, Из которого Индра пускает свои громоносные стрелы.

Последняя мысль Прометея

Благородному борцу Петру Федоровичу Николаеву Вдали от блеска дня, вдали от шума,

Так скоро

Так скоро ты сказала: «Нет больше сил моих».

Анютины глазки

Анютины глазки, Жасмин, маргаритки,

Отпадения

Отпадения в мир сладострастия Нам самою судьбой суждены.

Мое прикосновенье

Мое прикосновенье, Мой сладкий поцелуй —

Мария Моревна

Мария Моревна, Мария Моревна, Прекрасная ты королевна!

Первый снег

Как стало тихо на горах От свежевыпавшего снега.

Птицы Чернобога

Ворон, Филин, и Сова, Слуги Чернобога,

В тот миг

В тот миг расставанья в нем умерло что-то, Он с нею был взглядом, не с нею душою.

Колеблются стебли зеленой долины

Колеблются стебли зеленой долины, Их красит цветов разноцветный убор.

Полночь и свет

Полночь и свет знают свой час. Полночь и свет радуют нас.

Исполин пашни

Исполин безмерной пашни, Как тебя я назову?

Предопределение

Когда тебя зовет Судьба, Не думая иди,

От умершего к живому

Скажи ему, что я его люблю, Что я его как прежде понимаю,

К небу

Небо, тебя я пою, Напевом прерывным.

Мэри

Когда в глухой тиши старинного музея, Исполненный на миг несбыточной мечты,

Тесный грот

Тесовый гроб, суровый грот смертельных окончаний, В пространстве узких тесных стен восторг былых лобзаний.

Долины сна

Пойду в долины сна, Там вкось растут цветы,

Бог и дьявол

Я люблю тебя, Дьявол, я люблю Тебя, Бог, Одному — мои стоны, и другому — мой вздох,

Вечерняя тишь

Темнеет вечер голубой, Мерцают розовые тени.

Зачарованный грот

Жизнь проходит,— вечен сон. Хорошо мне,— я влюблен.

Поток

Засветились цветы в серебристой росе, Там в глуши, возле заводей, в древних лесах.

Голос дьявола

Я ненавижу всех святых, Они заботятся мучительно

Предвещание

Мне все равно: царем ли быть могучим, Иль мудрецом, средь отреченных книг,

Камень скал

Как выступы седых прибрежных скал Источены повторногтью прилива,

Фея и Бронзовка

Бронзовка — жук изумрудный, Очень приятный для взгляда.

Три сонета

Вопрос Меня пленяет все: и свет, и тени,

Тебя я хочу, моё счастье

Тебя я хочу, мое счастье, Моя неземная краса!

Без улыбки, без слов

На алмазном покрове снегов, Под холодным сияньем Луны,

Позабытое

Мечтой уношусь я к местам позабытым, К холмам одиноким, дождями размытым,

Заря-Заряница

(заговор) Заря-Заряница,

Ведьма

Я встретил ведьму старую в задумчивом лесу. Спросил ее: «Ты знаешь ли, какой я грех несу?»

Намек

Сгибаясь, качаясь, исполнен немой осторожности, В подводной прохладе, утонченный ждущий намек

Маскированный бал

О, цветы красоты! Вы с какой высоты? В вас неясная страстная чара.

Лунная ночь

Когда я посмотрел на бледную Луну, Она шепнула мне: «Сегодня спать не надо».

Меж подводных стеблей

Хорошо меж подводных стеблей. Бледный свет. Тишина. Глубина.

Безглагольность

Есть в русской природе усталая нежность, Безмолвная боль затаенной печали,

Медленно, тягостно, в русла забытые

Медленно, тягостно, в русла забытые Воды вступают уставшие.

Золотая рыбка

В замке был веселый бал, Музыканты пели.

Перевоплощение

За краткий миг существованья Я сотни лет готов страдать,

Подменыш

Я мать, и я люблю детей. Едва зажжется Месяц, серповидно,

Память

Память, это луч небесный Тем, кто может вспомнить счастье,

Подневольность

Когда я думаю, что рядом, Вот здесь, кругом, передо мной

У Форда

Хмуро северное небо, Скорбны плачущие тучи,

Дым

Мы начинаем дни свои Среди цветов и мотыльков,

Самоутверждение

Я знаю, что Брама умнее, чем все бесконечно-имянные боги. Но Брама — Индиец, а я — Славянин. Совпадают ли наши дороги?

Избранный

О, да, я Избранный, я Мудрый, Посвященный, Сын Солнца, я — поэт, сын разума, я — царь.

Фейная война

Царь муравейный С свитой фейной

Бог Океан

Волны морей, безпредельно — пустынно — шумящие, Бог Океан, многогласно — печально — взывающий,

Праздник весны

Зима отъехала от нас, Телега скрылась вдалеке.

Червь красного озера

(ирландская легенда) В Донегале, на острове, полном намеков и вздохов,

Убийца Глеба и Бориса

И умер бедный раб у ног Непобедимого владыки.

Индийский мотив

Как красный цвет небес, которые не красны, Как разногласье волн, что меж собой согласны,

Высоты

Безмолвствуют высоты, Застыли берега.

Три былинки

(заговор) Все мне грезятся мысли о воле.

Микула Селянинович

Ай же ты, Микула Селянинович, Мужик, Ты за сколько тысяч лет к земле своей привык?

Солнце удалилось

Солнце удалилось. Я опять один. Солнце удалилось от земных долин.

Солнечный луч

Свои мозг пронзил я солнечным лучом. Гляжу на Мир Не помню ни о чем.

Наваждение (Когда я спал, ко мне явился Дьявол)

Когда я спал, ко мне явился Дьявол, И говорит: «Я сделал все, что мог:

Из-подо льда

Быть может, не было у нас Весны воздушно-молодой,

Глубинная книга

Восходила от Востока туча сильная, гремучая, Туча грозная, великая, как жизнь людская — длинная,

Смерть (Не верь тому, кто говорит тебе)

Не верь тому, кто говорит тебе, Что смерть есть смерть: она — начало жизни,

Кто это ходит в ночной тишине

Е.Н. Лисагоровской Кто это ходит в ночной тишине,

В начале времен

(славянское сказание) В начале времен

Выше, выше

Я коснулся душ чужих, Точно струн, но струн моих.

Лучше

Я не хотел бы стать грозой, В ней слишком-слишком много грома.

Я знаю людей с голубыми глазами

Я знаю людей с голубыми глазами, Я знаю, что принято думать о них.

Каторжник

Если вы в полдневной дреме, В замираньи сладких снов,

Музыка

Мы слышим воздушное пенье чудесной игры, Не видя поющего нам серафима.

Обыкновенная история

Она так шумно-весела, И так светла, —

До последнего дня

Быть может, когда ты уйдешь от меня, Ты будешь ко мне холодней.

Дурной сон

Мне кажется, что я не покидал России, И что не может быть в России перемен.

Мертвые корабли

Прежде чем душа найдет возможность постигать, и дерзнет припоминать, она должна соединиться с Безмолвным Глаголом, — и тогда для внутреннего слуха будет говорить Голос Молчания… Из Индийской Мудрости

Толедо

Город-крепость на горе, Город-храм,

Влюбленность

Она была в кого-то влюблена. Дышал Апрель. И зелень молодая

Из-под северного неба

Из-под северного неба я ушел на светлый Юг, Где звучнее поцелуи, где пышней цветущий луг.

Мост

Между Временем и Вечностью, Как над брызнувшей водой,

Веселая затворница

Чья в бурях перебранка? Чей шепот? Зов листа?

К Норнам

Парки, Норны, Суденицы, Назначающие час,

Страна Неволи

Я попал в страну Неволи. Еду ночью, всюду лес, Еду днем, и сеть деревьев заслоняет глубь небес

Читатель душ

Читатель душ людских, скажи нам, что прочел ты? Страницы Юности? Поэмы Красоты?

Русалка

Если можешь, пойми. Если хочешь, возьми. Ты один мне понравился между людьми.

Кольцо

Нет, наша встреча не случайна, И помню я твое лицо,

Да, я люблю одну тебя

Да, я люблю одну тебя, За то, что вся ты — страсть,

Трубадур

Мадонна, солнце между звезд, мадонн прекрасных украшенье, Ты в сладость обращаешь скорбь, даешь и смерть и возрожденье.

Три неба

Три Неба ведали прапрадеды мои, Индийцы, слившие лукавый ум Змеи

Как паук

Как паук в себе рождает паутину, И, тяжелый, создает воздушность нитей, —

Мы брошены в сказочный мир

Мы брошены в сказочный мир, Какой-то могучей рукой.

Капля крови

Красавица склонилась, Шумит веретено.

Драконит

Темный камень драконит Уж не так хорош на вид.

Тишина

Чуть бледнеют янтари Нежно-палевой зари.

Праздник зеленой недели

Летницы, праздник Зеленой Недели. Идите, идите, стада,

Свет вечерний

Твой вечер настанет, и вместо всемирности вольного света, За Солнцем погасшим, затеплишь ты в тесном покое свечу.

С морского дна

1 На темном влажном дне морском,

Когда между тучек туманных

Когда между тучек туманных Полночной порой загорится Луна,

Английский пейзаж

В отдаленной дымке утопая Привиденьями деревья стали в ряд

Заговор хмеля

Хмель я, смеющийся Хмель, Пчела прожужжит, или шмель,

Зимой ли кончается год

Зимой ли кончается год, Иль осенью, право не знаю.

Влага только на мгновенье

Влага только на мгновенье Может к лотосу прильнуть,

Мудрость сердца

Ты видал ли, как вздыхает вешний ветер меж цветов, Их целует, и качает, ими прян и сладко-нов.

В поле искрилась роса

В поле искрилась роса, В небесах царил покой,

Чем выше образ твой был вознесен во мне

Чем выше образ твой был вознесен во мне, Чем ярче ты жила как светлая мечта,

Гвоздики

Когда расцветают гвоздики в лесах, Последние летние дни истекают.

Но если

Но если ты снежный И если морозный, —

Аргули

Слушай! Уж колокол плачет вдали. Я умираю.

Восхваление луны

(псалом) 1

Война, не вражда

1 Мне странно подумать, что трезвые люди

Я — изысканность русской медлительной речи

Я — изысканность русской медлительной речи, Предо мною другие поэты — предтечи,

Фра Анджелико

Если б эта детская душа Нашим грешным миром овладела,

Темному брату

Не верь, мой темный брат, Внушениям вражды.

Велес

Волос, Белес, бог пышных стад, Бог изумрудностей в Апреле,

В башне

В башне с окнами цветными Я замкнулся навсегда,

Враг

У меня был враг заклятый, У меня был враг.

На мотив из зенд-авесты

Змей темно-желтый, чье дыханье — яд, Чей смертоносен вечно-жадный взгляд,

Тоньше

Чем тоньше влажный прах, чем Влага бестелесней, Тем легче пенности слагают кружева.

Бесприютность

Меня не манит тихая отрада, Покой, тепло родного очага,

Шелковинка

Из тонкой шелковинки я ниточку пряду, По тонкой шелковинке тебя я поведу.

Жалоба девушки

О, люди, жалко-скучные, о, глупые затейники, Зачем свои мечтания в слова вложили вы?

Я в глазах у себя затаил

Я в глазах у себя затаил Отраженье сокровищ чужих,

Лесные царьки

Кто, в проворстве твердый, мог Собственной рукою,

Бедлам наших дней

Безумствуют, кричат, смеются, Хохочут, бешено рыдают,

Горный король

Скандинавская песня Горный король на далеком пути.

Морская пена

Как пена морская, на миг возникая, Погибнет, сверкая, растает дождем, —

Близ Синего камня

Близ Синего камня песок золотой, Песок золотой измельченный Водой.

Польской девушке

В ней есть что-то лебединое, Лебединое, змеиное,

Пляска атомов

Яйцевидные атомы мчатся. Пути их — орбиты спиральные. В нашем видимом явственном мире незримая мчится Вселенная,

Гипербореи

За горами Рифейскими, где-то на север от Понта, В странах мирных и ясных, где нет ни ветров, ни страстей,

Сразу

Ты мне понравилась так сразу оттого, Что ты так девственно-стыдлива и прекрасна,

Часы

Отчего в протяжном бое Убегающих часов,

Город золотых ворот

Сон волшебный. Мне приснился древний Город Вод, Что иначе звался — Город Золотых Ворот.

Греза

Мне грустно, Поэт Ты пойми не весталка я, И нет, не русалка я, лунно-холодная

После бала

Весь полный розовых и голубых мечтаний, Овеян душностью влюбляющих духов,

Осень

Поспевает брусника, Стали дни холоднее,

За то, что нет благословения

За то, что нет благословения Для нашей сказки — от людей,—

Волх

Мы Славяне — дети Волха, а отец его — Словен, Мы всегда как будто те же, но познали смысл измен.

Нет и не будет

Как нам отрадно задуматься в сумерках светлых вдвоем! Тень пролетевшего ангела вижу во взоре твоем.

Засветилася лампада

Засветилася лампада Пред иконою святой.

Химеры

Высоко на парижской Notre Dame Красуются жестокие химеры.

Дымы

В моем сознаньи — дымы дней сожженных, Остывший чад страстей и слепоты.

Мудрецы говорят

Мудрецы говорят: описать нам Его невозможно, Трижды темная Тайна, хоть Он — ослепительный Свет.

Сознание

Я не могу понять, как можно ненавидеть Остывшего к тебе, обидчика, врага.

Берегиня

Есть красивые старинные слова, Их душа через столетия жива.

Можно жить с закрытыми глазами

Можно жить с закрытыми глазами, Не желая в мире ничего,

Кому я молюсь

Кому я молюсь? Холодному ветру. Кому я молюсь? Равнине морской.

Прощально-золотистый

Тихий шелест Сентября, И умильный свист синицы,

Все мне грезится Море да Небо глубокое

Все мне грезится Море да Небо глубокое, Бесконечная грусть, безграничная даль,

Колдунья влюбленная

Мне ведомо пламя отчаянья, Я знаю, что знают в аду

Линии света

Длинные линии света Ласковой дальней луны.

Морская пани

Царевич Горошек, с глазами лукавыми, Подпоясанный тонкими светлыми травами,

Воздушность

Как воздушно в нежном сердце у меня! Чуть трепещут очертания страстей,

Гномы

На лугу большие кучи Свеже вырытой земли.

Золотистый

Лютик золотистый, Греза влажных мест,

И плыли они

И плыли они без конца, без конца, Во мраке, но с жаждою света.

Завет бытия

Я спросил у свободного Ветра, Что мне сделать, чтоб быть молодым.

Песня араба

Есть странная песня араба, чье имя — ничто. Мне сладко, что этот поэт меж людей неизвестен.

Мне снятся караваны

Мне снятся караваны, Моря и небосвод,

Горе

В воскресенье матушка замуж отдала, В понедельник Горе привязалось к ней.

Ночь

Скоро на небе Месяц проглянет. Листья застыли. Время уснуть.

Звезда пустыни

Иногда в пустыне возникают голоса, но никто не знает, откуда они. Слова одного бедуина

Скифы

Мы блаженные сонмы свободно кочующих Скифов, Только воля одна нам превыше всего дорога.

Аромат солнца

Запах солнца? Что за вздор! Нет, не вздор.

Благовест

Я ждал его с понятным нетерпеньем, Восторг святой в душе своей храня,

Амулет

Ты дала мне амулет, Для веселий и побед,

Закатные цветы

О, краски закатные! О, лучи невозвратные! Повисли гирляндами облака просветленные.

Немая тень

Немая тень среди чужих теней, Я знал тебя, но ты не улыбалась,-

К Перуну

Бог ветров и бурных гроз, Бог Славян, Перун,

Притча о Великане

Был в мире древний Великан, Без сердца исполин.

Заговор против смерти

Начертивши ножом Круговую черту,

К ветру

Что мне осталось, кроме глубокой, Кроме бездонной печали?

Ярило

В венке из весенних цветов, Цветов полевых,

Фея в гневе

Фея в печку поглядела. Пламя искрилось и рдело.

Он был из тех, на ком лежит печать

Он был из тех, на ком лежит печать Непогасимо-яркого страданья,

Решение феи

Солнце жаворонку силу петь дает, Он до солнца долетает и поет.

Веселый дождь

Веселый дождь низлился с высоты, Когда смеялось утро Мая.

Различные

В нас разно светит откровенье, И мы с тобой не властны слиться,

Омут

Над омутом, жутко-немым, глянцевитым, Ущербная светит Луна,

Скрижали

Мы раздробленные скрижали. Случевский

Безрадостность

Мне хочется безгласной тишины, Безмолвия, безветрия, бесстрастья.

Жемчужные тона картин венецианских

Жемчужные тона картин венецианских Мне так же нравятся, как темные цвета

Ночной цветок

Вновь и вновь струятся строки Звучно-сладостных стихов,

Хорошо ль тебе, девица

Хорошо ль тебе, девица, Там глубоко под землей?

Триглав

Триглав, царящий троекратно, Над Небом, Бездной, и Землей,

Видение

Пророк, с душой восторженной поэта, Чуждавшейся малейшей тени зла,

Россия

Есть слово — и оно едино. Россия. Этот звук — свирель.

Ручеек

Ручеечек, ручеек, Ты как ниточка идешь

Нет дня, чтоб я не думал о тебе

Нет дня, чтоб я не думал о тебе, Нет часа, чтоб тебя я не желал.

Вербы

Вербы овеяны Ветром нагретым,

Фиолетовый

Мне снилось множество цветов, Багряных, алых, золотистых,

Воспоминание

Снежные храмы в душе возвышаются, Горные замки из чистого льда,

Заглянуть

Позабывшись, Наклонившись,

Пред итальянскими примитивами

Как же должны быть наивно-надменны Эти плененные верой своей!

О, волны морские, родная стихия моя

О, волны морские, родная стихия моя, Всегда вы свободно бежите в иные края,

Ломаные линии

Ломаные линии, острые углы. Да, мы здесь — мы прячемся в дымном царстве мглы.

Слова любви (Слова любви, несказанные мною)

Слова любви, несказанные мною, В моей душе горят и жгут меня.

Лесные травы

Я люблю лесные травы Ароматные,

Неразлучимые

Под низкою крышкою гроба, Забиты гвоздями,

Из Зенд-Авесты

(гимн) Три бога есть: Гаома, Веретрагна,

Дух волны

Я слушал Море много лет, Свой дух ему предав.

Чайка

Чайка, серая чайка с печальными криками носится Над холодной пучиной морской.

К зиме

Лес совсем уж стал сквозистый, Редки в нем листы.

Паутинки (Если вечер настанет и длинные, длинные)

Если вечер настанет и длинные, длинные Паутинки, летая, блистают по воздуху,

Золотое слово

Осень обещала: «Я озолочу» А Зима сказала: «Как я захочу»

Веласкес

Веласкес, Веласкес, единственный гений, Сумевший таинственным сделать простое,

Чахлые сосны

Хмурятся скалы, оплоты земной тишины: Ветер в пролетах свистит от стены до стены.

Разлученные

1 Розоватый свет заката озаряет облака,

Тучка

Ты родилась, чтоб тучкой быть. Чтоб небо нежить и любить.

Пустыня

Я видел Норвежские фьорды с их жесткой бездушной красой, Я видел долину Арагвы, омытую свежей росой,

Подводные растенья

На дне морском подводные растенья Распространяют бледные листы,

Преддверья

Зачем мы торопимся к яркости чувства, В которой всех красок роскошный закат?

Лесной пожар

Стараясь выбирать тенистые места, Я ехал по лесу, и эта красота

Водяной

Если ночью над рекою Ты проходишь под Луной,

Тише, тише

Тише, тише совлекайте с древних идолов одежды, Слишком долго вы молились, не забудьте прошлый свет,

Скорпион

Я окружен огнем кольцеобразным, Он близится, я к смерти присужден, —

Льдины

На льдине холодной Плыву я один.

Заговор от черной немочи

Птица летит за моря, Зверь за леса убегает,

Равнина (Как угрюмый кошмар исполина)

Как угрюмый кошмар исполина, Поглотивши луга и леса,

Возрождение

Близ пышной Мексики, в пределах Аризоны, Меж рудников нашли окаменелый лес,

Изменчивость

Одуванчик Желтым был, Сделался седым.

Я ласкал ее долго

Я ласкал ее долго, ласкал до утра, Целовал ее губы и плечи.

Русалки

Мы знаем страсть, но страсти не подвластны. Красою наших душ и наших тел нагих

Минута

Хороша эта женщина в майском закате, Шелковистые пряди волос в ветерке,

Узел

Я нити завязал могучего узла, — Добро и Красоту, Любовь и Силу Зла,

Светогор и Муромец

Был древле Светогор, и Муромец могучий, Два наши, яркие в веках, богатыря

Другу

Милый друг, почему бесконечная боль Затаилась в душе огорченной твоей?

Синий

Пустынями эфирными, эфирными-сапфирными, Скитается бесчисленность различно-светлых звезд.

Лесная лилия

Над гладью зеркальной лесного затона, Вся белая, лилия дремлет одна.

Поздно

Было поздно в наших думах. Пела полночь с дальних башен.

Вечерний свет погас

Е.А. Варженевской Вечерний свет погас.

В глухие дни (предание)

В глухие дни Бориса Годунова, Во мгле Российской пасмурной страны,

И сон и смерть равно смежают очи

И Сон и Смерть равно смежают очи, Кладут предел волнениям души,

Дивьи жены

Дивьи жены внушают нам страх. Почему?

Искатели

Они стучали в дверь поочередно. Стучали долго. Ночь была темна.

В аду

Если, медленно падая, Капли жгучей смолы,

Остров цветов

Графине Е.Н. Толстой Жемчужина морей,

Прощание

Далеко предо мною Мерцают маяки,

Заговор охотника

Засветло встал я, Лицо умывал я,

Хвала Илье Муромцу

Спавший тридцать лет Илья, Вставший в миг один,

На черном фоне

На черном фоне белый свет Меня мучительно пленяет.

Проповедникам

Есть мною струй в подлунном этом мире, Ключи поют в пещерах, где темно,

Заговор от сглаза

Бог, избавь от глаза нас, Защити на слабый час,

Старый дом

В старинном доме есть высокий зал, Ночью в нем слышатся тихие шаги,

Пять пещер

Бледны и томительны все сны земного Сна, Блески, отражения, пески, и глубина,

В столице

Свежий запах душистого сена мне напомнил далекие дни, Невозвратного светлого детства предо мной загорелись огни;

Ребенок (Ребенок, весь светлый, так мило курчавый)

Ребенок, весь светлый, так мило курчавый, Сказал мне: «Иду за тобой я, — а ты?

Амариллис

Амариллис, бледная Светлана! Как нежданно сердце мне смутили

Паутинки

От сосны до сосны паутинки зажглись, Протянулись, блеснули, качаются.

Сигурд

Когда Сигурд отведал крови Убитого Фафнира,

Полночь

Каждый день я умираю, каждый день рождаюсь вновь. Утром с Солнцем в мир вступаю, ночью праздную любовь.

Одна есть в мире красота

Одна есть в мире красота. Не красота богов Эллады,

Царь огненный щит

Царь Огненный Щит, на коне восьминогом, Над миром поставленный богом Белбогом,

Гармония слов

Почему в языке отошедших людей Были громы певучих страстей?

Сказка рек

Говорит нам старина, Раньше, в радостях игры,

Три песчинки

«Что можно сделать из трех песчинок?» Сказала как-то мне Фея вод.

Заговор на зеленую дуброву

Я по острову хожу, Через все леса гляжу,

Сны

Мне снятся поразительные сны. Они всегда с действительностью слиты,

Фата Моргана

Фата Моргана, Замки, узоры, цветы и цвета,

Как волны морские

Как волны морские, Я не знаю покоя и вечно спешу

Пред рассветом дремлют воды

Пред рассветом дремлют воды, Дремлет сумрак молчаливый,

Заклятие

1 Я видел правду только раз,

Колос велеса

Закрученный колос, в честь бога Велеса, Висит украшеньем в избе, над окном.

В морях ночей

«Прощай, мой милый!» — «Милая, прощай!» Замкнулись двери. Два ключа пропели.

Пенье ручья

В пеньи звонкого ручья Переменность трепетанья.

Оргия жизни

Орел точит когти. Крадется волк прерий. Сова направляет окольный полет.

Заколдованная дева

В день октября, иначе листопада, Когда бесплодьем скована земля,

Ночные цветы

В воздухе нежном прозрачного мая Дышит влюбленность живой теплоты:

Морское дно

С морского дна безмолвные упреки Доносятся до ласковой Луны —

Колдунья (Как медленно, как тягостно, как скучно)

Как медленно, как тягостно, как скучно Проходит жизнь, являя тот же лик.

Будем как солнце! Забудем о том

Будем как Солнце! Забудем о том, Кто нас ведет по пути золотому,

Фейные сказки: посвящение

Солнечной Нинике, с светлыми глазками — Этот букетик из тонких былинок.

Три сестры

Были когда-то три страстные, Были три вещих Сестры

В окрестностях Одессы

Узкая полоска синего Лимана, Желтая пустыня выжженных песков.

Болотняник

Страх детей и старых нянек, Ведьмам кажущий язык,

Желтый

Спрошу ли ум, в чем желтый цвет, Душа сейчас поет ответ,

Меррекюль

Ветры тихие безмолвны. Отчего же плещут волны,

Исландия

Валуны, и равнины, залитые лавой, Сонмы глетчеров, брызги горячих ключей.

Непоправимое

М.А. Дурнову Прекрасен полуночный час для любовных свиданий,

Север

Как пленительна весна Там где снег — не сновиденье,

Злая ночь

Нет, Ночь! Когда душа, мечтая, Еще невинно-молодая,

Тень от дыма

Мое несчастье несравнимо Ни с чьим. О, подлинно! Ни с чьим.

Осенний воздух

Пахнет грибами, листом перепрелым, Пахнет и чем-то другим,

Есть красота в постоянстве страдания

Есть красота в постоянстве страдания И в неизменности скорбной мечты

Светлый герой

Я слышал о светлом Герое, Свободном от всяких желаний,

Как цветок

Как цветок я хочу расцвести И угаснуть без слова упрека,

На Камне солнцевом

На Камне солнцевом сидит Заря-Девица, Она — улыбчивая птица,

Зимний дым

Дым встает, и к белой крыше Под упорством ветра льнет.

Ты вся мне кажешься какой-то тайной сладкой

Ты вся мне кажешься какой-то тайной сладкой, Когда вот здесь, вот тут, молчишь, едва дыша,

Шабаш

В день четверга, излюбленный у нас, Затем что это праздник всех могучих,

Прекрасно быть безумным, ужасно сумасшедшим

Прекрасно быть безумным, ужасно сумасшедшим, Одно — в Раю быть светлом, другое — в Ад нисшедшим.

О, да, молитвенна душа

О, да, молитвенна душа, И я молюсь всему.

Я с ужасом теперь читаю сказки

Я с ужасом теперь читаю сказки — Не те, что все мы знаем с детских лет.

Вопль

Я верю в возможную силу и правду — его, всепобедного Света, Но есть несчастливцы, что гибнут зимою задолго до роскоши лета.

Лунная соната

1 Моя душа озарена

Вечер

Удвоены влагой сквозною, Живя неземной белизною,

Осужденные

Он каждый день приходит к нам в тюрьму, В тот час, когда, достигнув до зенита,

Цветок (Я цветок, и счастье аромата)

Я цветок, и счастье аромата, Мне самой Судьбою суждено,

В белом

Я сидел с тобою рядом, Ты была вся в белом.

Руевит

У Руевита семь мечей Висит, в запас, в ножнах.

Белый пожар

Я стою на прибрежье, в пожаре прибоя, И волна, проблистав белизной в вышине,

В час рассвета

Над ущельем осторожным, меж тревожных чутких скал, Перекличке горных духов в час рассвета я внимал.

Влюбленные

Храня влюбленную истому, Я цепенею и гляжу.

Зов

Есть правдивые мгновенья, Сны, дающие забвенье,

Умирающий

Как странно, как страшно в бездонной Вселенной, Томясь ежечасно, всечасно тону,

Она отдалась без упрека

Она отдалась без упрека, Она целовала без слов.

Костры

Да, и жгучие костры Это только сон игры.

Границы

Я задыхался много раз, В глубокой тьме, и в поздний час,

Страна Исседонов

Сие приятное баснословие. Карамзин

Железный шар

Не говори мне — Шар Земной, скажи точнее — Шар Железный, И я навеки излечусь от боли сердца бесполезной,

Нет, не могу я заснуть, и не ждать, и смириться

Нет, не могу я заснуть, и не ждать, и смириться, В сердце волненье растет и растет!

Сумрачные области

Сумрачные области совести моей, Чем же вы осветитесь на исходе дней, —

Вершины

Вершины белых гор Под красным Солнцем светят.

Отзвуки благовеста

В недвижности, в безгласной летаргии Прибрежных скал, молчащих над водой, —

Мои звери

Мой зверь — не лев, излюбленный толпою, Мне кажется, что он лишь крупный пес.

О, только бы знать, что могу я молиться

О, только бы знать, что могу я молиться, Что можно молиться, кому я молюсь!

В молчаньи забывшейся ночи

В молчаньи забывшейся ночи Уснул я при бледной Луне,

Тетенька из села

— Тетенька, тетенька, миленькая, Что ты такая уныленькая?

Волна

Набегает, уходит, и снова, светясь, возвращается, Улыбается, манит, и плачет с притворной борьбой,

Черные вороны

Черные вороны, воры играли над нами. Каркали. День погасал.

Да, я вижу, да, я знаю: В этой жизни счастья нет

Да, я вижу, да, я знаю: В этой жизни счастья нет. Счастье брезжит, как мерцанье умирающих планет.

Анита

Я был желанен ей. Она меня влекла, Испанка стройная с горящими глазами.

Хоть раз

Мы боимся — мы делим — дробим Наш восторг пред возникшей картиной.

Черемуха

Черемухой душистой с тобой опьянены, Мы вдруг забыли утро, и вдруг вступили в сны.

Я полюбил свое беспутство

Я полюбил свое беспутство, Мне сладко падать с высоты.

Верьте мне, обманутые люди

Верьте мне, обманутые люди, Я, как вы, ходил по всем путям.

Я не знаю мудрости

Я не знаю мудрости годной для других, Только мимолетности я влагаю в стих.

О, Сафо, знаешь только ты

О, Сафо, знаешь только ты Необъяснимость откровенья

Бусинки

Моросит Как бы росинки Возникают на руках, —

Глушь

Луг — болото — поле — поле, Над речонкой ивы.

Серенада

Я сомкнул глаза усталые, Мира больше нет.

Оазис

Ты была как оазис в пустыне, Ты мерцала стыдливой звездой,

Я заснул на распутьи глухом

Я заснул на распутьи глухом. В высоте, на небесные кручи,

Живая вода

Богатыри родные, В вас светят небеса,

Дух ветров

Дух ветров, Зефир игривый Прошумел среди листов,

Прогулка Феи

Фея в сад гулять пошла, Так нарядна и светла,

Молитва о жертве

Пилой поющею подточен яркий ствол Еще не выжившей свой полный век березы.

Слова смолкали на устах

Слова смолкали на устах, Мелькал смычок, рыдала скрипка,

Соловей Будимирович

Высота ли, высота поднебесная, Красота ли, красота бестелесная,

Фея за делом

К Фее в замок собрались Мошки и букашки.

Аюдаг

Синеет ширь морская, чернеет Аюдаг. Теснится из-за Моря, растет, густеет мрак.

Славянское древо

Корнями гнездится глубоко, Вершиной восходит высоко,

День за днем ускользает несмело

День за днем ускользает несмело, Ночи стелют свой черный покров

Оттуда

Я обещаю вам сады… Коран

Талисманы

Судьба на утре дней дала мне талисманы, Число их было три, и разны смыслы их.

Сознанье, сила, и основа

Сознанье, Сила, и Основа Три ипостаси Одного

Красота

Красота создается из восторга и боли, Из желания воли и тяжелых цепей.

Лихо (украинская сказка)

Жить было душно. Совсем погибал я. В лес отошел я, и Лиха искал я.

Города молчанья

В одной из стран, где нет ни дня, ни ночи, Где ночь и день смешались навсегда,

Мы шли в золотистом тумане

Мы шли в золотистом тумане, И выйти на свет не могли,

Я знал

М.А. Лoxвицкой Я знал, что, однажды тебя увидав,

Пожар

Я шутя её коснулся, Не любя ее зажег.

Она придет

Она придет ко мне безмолвная, Она придет ко мне бесстрастная,

Новый день

Небосвод сегодня новый, Свежий, светлый, бирюзовый,

Белладона

Счастье души утомленной — Только в одном:

На мотив экклезиаста

Род проходит и снова приходит, Вновь к истокам стекаются реки,

Спящая Мадонна (Сассоферрато, в музее Брера, в Милане)

Сонмом духов окруженная, В ярком свете чистоты,

Белая страна

Я — в стране, что вечно в белое одета, Предо мной — прямая долгая дорога.

Разлука (Разлука ты, разлука)

Разлука ты, разлука, Чужая сторона,

Ангелы опальные

Ангелы опальные, Светлые, печальные,

Вечерний час

Волшебный час вечерней тишины, Исполненный невидимых внушений,

Кинжальные слова

Я устал от нежных снов, От восторгов этих цельных

Поэты

Ю. Балтрушайтису Тебе известны, как и мне,

Одинокому

1 Ты благородней и выше других

Неверному

1 Когда бы я к тебе не приходил,

Я не из тех

Я не из тех, чье имя легион, Я не из царства духов безымянных.

Зарница

Как в небесах, объятых тяжким сном, Порой сверкает беглая зарница,

Риввейра

Ты не был знаком с ароматом Кругом расцветавших цветов.

Сквозь мир случайностей, к живому роднику

Сквозь мир случайностей, к живому роднику, Идя по жгучему и гладкому песку,

Крик часового

Мой наряд — бранные доспехи, Мое отдохновенье — где битва и беда,

От последней улыбки луча

От последней улыбки луча На горах засветилася нега,

Утренний цветок

Я нашел в лесу цветок, Он такой был легкий, нежный,

Шестнадцати лет

Счастливая девушка Шестнадцати лет!

О, птичка нежная, ты не поймешь меня

Марусе С*** О, птичка нежная, ты не поймешь меня,

Гений мгновенья

Ко мне приходят юноши порой. Я их пленяю ласковой игрой

Возрождение (Возвращение к жизни)

Возвращение к жизни, и первый сознательный взгляд. — «Мистер Хайд, или Джикиль?» два голоса мне говорят.

Камень-алатырь

На море-Океане, На острове Буяне,

В царстве льдов

1 Как призраки огромные,

Лунный свет (Легкий лист, на липе млея)

Легкий лист, на липе млея, Лунный луч в себя вобрал.

Трудно Фее

«Фея»,— шепнули сирени, «Фея»,— призыв был стрижа,

Стих о горе

Отчего ты, Горе, зародилося? Зародилось Горе от земли сырой,

Ветер перелетный обласкал меня

Ветер перелетный обласкал меня И шепнул печально: «Ночь сильнее дня».

Был покинут очаг. И скользящей стопой

Был покинут очаг. И скользящей стопой На морском берегу мы блуждали с тобой.

Гавань спокойная

Гавань спокойная. Гул умирающий. Звон колокольный, с небес долетающий.

Луна

Луна богата силою внушенья, Вокруг нее всегда витает тайна.

Наговор на недруга

(ворожба) Я ложусь, благословись,

Предрассветно-лепестковый

Неназываемый цветок, Который нежен и прелестен,

Целебная криница

Конь Ильи копытом звонким бьет, рождается криница, Ключ лесной освободился из подземного жерла.

Весна

Вот и белые березы, Развернув свои листы,

Бог не помнит их

В тусклом беззвучном Шеоле Дремлют без снов рефаимы,

Ben escrivia motz et sons (О забытом трубадуре, что ушел в иной предел)

О забытом трубадуре, что ушел в иной предел, Было сказано, что стройно он слагал слова и пел

Бездомные

Небосклон опрокинутый, Уходящая даль.

Бромелия

В окутанной снегом пленительной Швеции На зимние стекла я молча глядел,

Отчего нас всегда опьяняет Луна

Отчего нас всегда опьяняет Луна? Оттого, что она холодна и бледна.

Безумный часовщик

Меж древних гор жил сказочный старик, Безумием объятый необычным.

Черный

Как ни странно это слышать, все же истина верна: — Свет противник, мрак помощник прорастанию зерна.

Голубой, зеленый, желтый, красный

Голубой, зеленый, желтый, ярко-красный, Степени различной светлой теплоты.

Опалово-зимний

Легкий слой чуть выпавшего снегa, Серп Луны в лазури бледно-синей,

Финская колыбельная песня

Нинике. Спи, моя деточка, глазки свои закрывая,

Черноглазая лань

1 Печальные глаза, изогнутые брови,

Хлопья тумана

Можно вздрогнуть от звука шагов, Не из чувства обмана,

От полюса до полюса

От полюса до полюса я Землю обошел, Я плыл путями водными, и счастья не нашел.

Глаза

Когда я к другому в упор подхожу, Я знаю: нам общее нечто дано.

Гимн огню

1 Огонь очистительный,

Безветрие

Я чувствую какие-то прозрачные пространства, Далеко в беспредельности, свободной от всего,

Мой милый! — Ты сказал мне

Мой милый! — ты сказал мне. — Зачем в душевной глубине

Синий камень

Если хочешь молча плакать с неразлучною тоской, Приходи смотреть на травы, на осоку над рекой.

Памяти Тургенева

1 Уходят дни. И вот уж десять лет

Камея

Клеопатра, полновластная царица, Сон Египетских ночей,

Золотая звезда

Золотая звезда над Землею в пространстве летела, И с Лазури на сонную Землю упасть захотела.

Мало криков

Мало криков. Нужно стройно Гармонически рыдать.

Чудовище с клеймом

Я опустил свой лот. Мой лот — до дна морей. Я смерил глубину всех внятных океанов.

Смерть Димитрия Красного (предание)

Нет, на Руси бывали чудеса, Не меньшие, чем в отдаленных странах

Два строя

1 Я помню ясно. Все. Была весна.

Береза

Береза родная, со стволом серебристым, О тебе я в тропических чащах скучал.

Быть утром

Тот, кто хочет, чтобы тени, ускользая, пропадали, Кто не хочет повторений, и бесцельностей печали,

Сфинкс

Среди песков пустыни вековой, Безмолвный Сфинкс царит на фоне ночи,

Смерть, убаюкай меня

Жизнь утомила меня. Смерть, наклонись надо мной!

Благовещенье и свет

Благовещенье и свет, Вербы забелели.

Ветерок Феи

В сказке фейной, тиховейной, Легкий Майский ветерок

Возвращение

Мне хочется снова дрожаний качели, В той липовой роще, в деревне родной,

Триолеты

Твоя застенчивая нежность — В земле сокрытый водопад,

Три цвета

Черный, желтый, и красный, Три испанские цвета.

Однодневка

Я живу своей мечтой В дымке нежно-золотой,

Звезда звезде

Мне звезды рассказали: «Любви на небе нет». Я звездам не поверил. Я счастлив. Я поэт.

Утренник

Я нарвал черемухи душистой, Освеженной утреннею мглой.

Мои песнопенья

В моих песнопеньях журчанье ключей, Что звучат все звончей и звончей.

Заговор Громов

Гром с Востока означает изобилие во всем, Гром с Полудня — лето тепло, но созренье яблок трудно,

Мне ненавистен гул гигантских городов

Мне ненавистен гул гигантских городов, Противно мне толпы движенье,

Голос заката

1 Вот и Солнце, удаляясь на покой,

Бог погода

Бог Погода, юный, малый, В васильковом он венке,

Горенье

Изначально горенье Желанья, А из пламени — волны повторные,

Жизнь коротка и быстротечна

Жизнь коротка и быстротечна, И лишь литература вечна.

Заговор семи ветров

В чисто поле я пошел, В чисто поле я пришел,

Намеки

Есть намеки тайные В будничных вещах.

Болотные лилии

Побледневшие, нежно-стыдливые, Распустились в болотной глуши

Сказать мгновенью: стой

Быть может, вся Природа — мозаика цветов? Быть может, вся Природа — различность голосов?

Сова

Сова, кто смотрел в твое круглое желтое око, Тот знает великую тайну чудес.

Колыбельная песня (Вариант 2)

Легкий ветер присмирел, Вечер бледный догорел,

Нет слез

Нет слез. Я больше плакать не умею, С тех пор как посвящен я в колдуны.

Смешной старик

Вот какой смешной старик, Школьный дядька наш

Эдельвейс

Я на землю смотрю с голубой высоты. Я люблю эдельвейс, неземные цветы,

Белый цветок

В твои глаза взглянувши, я понял в тот же миг, Что ты цветок воздушный и сладостный родник.

Жемчуг

1 Нежный жемчуг, Маргарита, —

Пробуждение Перуна

При начале весны пробужденный Перун Вылетает на пламени синем,

Воздушный храм

Высоко над землею, вечерней и пленной, Облака затаили огни.

Бабочка (Залетевшая в комнату бабочка бьется)

Залетевшая в комнату бабочка бьется О прозрачные стекла воздушными крыльями.

Находка Феи

Фея сделала находку: Листик плавал по воде.

Дышали твои ароматные плечи

Дышали твои ароматные плечи, Упругие груди неровно вздымались,

Новолуние

Серп Луны молодой, Вместе с пышной звездой,

Цветок (Умер бедный цветок на груди у тебя)

Умер бедный цветок на груди у тебя, Он навеки поблек и завял,

На разных языках

Мы говорим на разных языках. Я свет весны, а ты усталый холод.

У ног твоих я понял в первый раз

У ног твоих я понял в первый раз, Что красота объятий и лобзаний

Тайна сына и матери

Тайной скрыты все рожденья, Тайной скрыта наша смерть.

Белый ангел

От детских дней одна черта пленила Мои мечты, в чьих зыбях таял сон,

Над морем

По взморью иду я, не этому взморью, что зримо, Хоть каждый я день и по этому взморью хожу.

Восходящее солнце, умирающий месяц

Восходящее Солнце, умирающий Месяц, Каждый день я люблю вас и жду.

Цветы нарцисса

Точно из легкого камня изсечены, В воду глядят лепестки белоснежные.

Седой одуванчик

Одуванчик, целый мир, Круглый как земля,

Если грустно тебе

Если грустно тебе, Ты не думай, мой друг

Родная картина

Стаи птиц. Дороги лента. Повалившийся плетень.

На дальнем полюсе

На дальнем полюсе, где Солнце никогда Огнем своих лучей цветы не возрощает,

Из Библии

Пусть кимвалы поют, Пусть тимпаны звучат,

За пределы

Вечность движенья — Область моя;

Встреча

Сон жуткий пережил вчера я наяву. По улице я шел — один, не я всегдашний,

Sin miedo

Если ты поэт и хочешь быть могучим, Хочешь быть бессмертным в памяти людей,

Чары месяца

(медленные строки) 1

Заговор на утихание крови

Два брата камень секут, Где два брата, и кровь есть тут.

Как ночь

Она пришла ко мне, молчащая, как ночь, Глядящая, как ночь, фиалками-очами,

Отсветы

Мы — несколько маленьких раковин близ кипенья бессмертных морей. Мы — несколько пенных узорностей, летим все скорей и скорей.

Подо льдом

Над окованной льдом глубиной я иду, И гляжу, и скольжу я на льду.

Капля

Я заснул средь ночи. Тихо. Звуков нет. Но в грёзе сна

Земля

Цвет расцветшей жизни, нежный изумруд. Горящие здания.

Лунное безмолвие

В лесу безмолвие возникло от Луны, Но внятно чудится дрожание струны,

Южный полюс Луны

Южный полюс Луны задремал, он уснул между гор величавых, Поражающих правильной формой своей.

Перун

У Перуна рост могучий, Лик приятный, ус златой,

Заговор любовный

В чисто поле я пойду, Речь с Ветрами поведу: —

Три легенды

Есть лишь три легенды сказочных веков. Смысл их вечно старый, точно утро нов.

Я не знаю, что такое — презрение

Я не знаю, что такое — презрение, Презирать никого не могу.

Я не знаю, как же быть

Я не знаю, как же быть? Продолжать или забыть?

Золотой и синий

Солнечный подсолнечник, у тына вырос ты. Солнечные издали нам видны всем цветы.

Август

Сонет Как ясен август, нежный и спокойный,

Человечки

Человечек современный, низкорослый, слабосильный, Мелкий собственник, законник, лицемерный семьянин,

В стыдливости немой есть много красоты

В стыдливости немой есть много красоты: Полурасцветшие цветы

Сон (Внемлите, смертные земли)

Внемлите, смертные Земли, Я Тот, Кто был, Кто есть, Кто будет,

Маленькая птичка

Маленькая птичка, что ты мне поешь? Маленькая птичка, правду или ложь?

Одуванчик

В бесконечности стремленья бесконечность достиженья, Тот, кто любит утро Мая, должен вечно ждать Весны.

Как я пишу стихи

Рождается внезапная строка, За ней встает немедленно другая,

В безмерном все

В безмерном Все я только быстрый атом. Но нет меня, — вселенной в Мире нет.

В тюрьме

Мы лежим на холодном и грязном полу, Присужденные к вечной тюрьме.

Что достойно, что бесчестно

Что достойно, что бесчестно, Что умам людским известно,

Бабочка

Помню я, бабочка билась в окно. Крылышки тонко стучали.

Дон Жуан (отрывки из ненаписанной поэмы)

Но теперь я властитель над целым миром, над этим малым миром человека. Мои страсти — мои подданные. Тернер

В храме все

AD INFINITUM *

Осень (Вы умрете, стебли трав)

Вы умрете, стебли трав, Вы вершинами встречались,

Раненый

Я на смерть поражен своим сознаньем, Я ранен в сердце разумом моим.

Русалка (В лазоревой воде)

В лазоревой воде, в жемчужных берегах, Плыла русалка в блеске чудном

Перед цветным оконцем

На море Океане есть остров Красота, Сидят в резной избушке три дочери Христа.

Мировое древо

Под старым дубом я сидел. Кругом тепло, светло.

Слова — хамелеоны

Слова — хамелеоны, Они живут спеша.

Уходит светлый май

Уходит светлый май. Мой небосклон темнеет. Пять быстрых лет пройдет,- мне минет тридцать лет.

В лабиринте проходя по лабиринту

Позабыв о блеске Солнца, в свете призрачных огней, Проходя по лабиринту бесконечных ступеней,

Вновь

Я вновь хочу быть нежным, Быть кротким навсегда,

Змея-медяница

Змея-Медяница, иначе Медянка, Год целый бывает слепа.

Воззванье к океану

Океан, мой древний прародитель, Ты хранишь тысячелетний сон.

Скорбь Агурамазды

(мотив из Зенд-Авесты) Я царственный создатель многих стран,

И ты изменила

И ты изменила, Не черной изменой,

Эльзи

Эльзи! Красавица горной Шотландии! Я люблю тебя, Эльзи!

Бледная травка

Бледная травка под ветхим забором К жизни проснулась в предутренний час,

Нежнее всего

Твой смех прозвучал, серебристый, Нежней, чем серебряный звон, —

Стих про Онику Воина

Это было в оно время, по ту сторону времен. Жил Оника, супротивника себе не ведал он,

Глупенькая сказка

Курочки-хохлаточки По дворику ходили.

Освобождение

Закрыв глаза, я слушаю безгласно, Как гаснет шум смолкающего дня,

К случайной

Опрокинулось Небо однажды, и блестящею кровью своей Сочеталось, как в брачном союзе, с переменною Влагой морей.

Белый

Нарцисс, восторг самовлюбленности, До боли сладостные сны,

Полуразорванные тучи

Полуразорванные тучи Плывут над жадною землей,

Колос

Рек Атлант: «Пшеничный колос — дар Венеры, как пчела, С высоты Звезды Вечерней власть Звезды их принесла».

Родник

Прочь от елочки хмурной, Мимо роз и гвоздик,

Избирательное сродство

Я с нею шел в глубоком подземелье, Рука с рукой, я был вдвоем — один.

Безвременье

Запад и Север объяты Пламенем вечера сонного.

Русский язык

Язык, великолепный наш язык. Речное и степное в нем раздолье,

Серебряные звезды

Серебряные звезды, я сердце вам отдам, Но только вы скажите — вы что ночным цветам

Стих о величестве солнца

Величество Солнца великие поприща в Небесах пробегает легко, Но малым нам кажется, ибо в далекости от Земли отстоит высоко.

Я как облако

Я как облако в миг равнодушного таянья, Я храню еще отблеск последних лучей,

Из рода королей

Да, тебя я знаю, знаю. Ты из рода королей. Ты из расы гордых скальдов древней родины твоей.

Быть может

Быть может через годы, быть может через дни, С тобой мы будем вместе, и будем мы одни.

Круговорот

Не только люди и герои, Волненье дум тая,

Примета

Только ты в мой ум проник, В замок, спрятанный за рвами.

Ветер

Я жить не могу настоящим, Я люблю беспокойные сны,

Проклятье человекам

Мы, человеки дней последних, как бледны в жизни мы своей! Как будто в Мире нет рубинов, и нет цветов, и нет лучей.

Полоса света

Море чуть мерцает под Луной Зеркалом глубоким и холодным

Ход морей

Неугомонный ход морей, Темно-зеленых вод.

В непознанный час

И новые волны, В непознанный час,

К славянам

Славяне, вам светлая слава, За то, что вы сердцем открыты,

Хочу

Хочу быть дерзким, хочу быть смелым, Из сочных гроздий венки свивать.

Путь правды

Пять чувств — дорога лжи. Но есть восторг экстаза, Когда нам истина сама собой видна.

Ветер (Гордый Юргис, ты похитил Ветер, Ветер у меня)

Я вольный ветер, я вечно вею. К. Бальмонт

Бретань

Затянут мглой свинцовый небосвод, Угрюмы волны призрачной Бретани

Круги

Круговидные светила — Без конца и без начала.

Лес

1 Пробуждается с весною,

Отцвели

Отцвели — о, давно! — отцвели орхидеи, мимозы, Сновиденья нагретых и душных и влажных теплиц.

Играющий в игры любовные

Есть поцелуи — как сны свободные, Блаженно-яркие, до исступления.

Кошмар

В печальный миг, в печальный час ночной, В алькове пышном, полном аромата,

Морское чудо

Отправился Витязь к безвестностям стран, По синему Морю, чрез влажный туман.

К Бодлеру

Как страшно-радостный и близкий мне пример, Ты все мне чудишься, о, царственный Бодлер,

В застенке

Переломаны кости мои. Я в застенке. Но чу! В забытьи,

Люди Солнце разлюбили, надо к Солнцу их вернуть

Люди Солнце разлюбили, надо к Солнцу их вернуть, Свет Луны они забыли, потеряли Млечный путь.

Заговор от погасших

Иду я в чистом поле, На светлой вольной воле,

При Море черном

При Море черном стоят столбы. Столбы из камня. Число их восемь.

Всебесприютность

Не вся ли Земля для меня — отчизна моя роковая? Не вся ли Земля — для мeня?

Воззвание к Перуну

Уж льды в реках прошли, Звеня в скопленьи тесном,

Крик

Мой крик был бы светлым и юным, — Не встретив ответа, он сделался злым.

Из-за дальних морей

Из-за дальних морей, из-за синих громад, Из-за гор, где шумит и гремит водопад,

Что слышно в горах

«Что ты слышишь в горах?» ты спросила меня. «Что ты слышишь в горах?» я спросил. «Расскажи мне сначала.»

Отречение

Красивы сочетания светил, Пленительна зеленая планета,

Безнадежность

Мучительная слитность Волны с волной, волны с волной, в туманной неразрывности.

Тончайшие краски

Тончайшие краски Не в ярких созвучьях,

Челн томленья

Вечер. Взморье. Вздохи ветра. Величавый возглас волн.

Люба мне буква «Ка»

Люба мне буква «Ка», Вокруг неё сияет бисер.

Все равно мне, человек плох или хорош

Все равно мне, человек плох или хорош, Все равно мне, говорит правду или ложь.

Отдать себя

Отдать себя на растерзание, Забыть слова — мое, твое,

Нам нравятся поэты

Нам нравятся поэты, Похожие на нас,

Пред картиной Греко (в музее Прадо, в Мадриде)

1 На картине Греко вытянулись тени.

Вино минут

«Охраняй врата всех чувств» — завет Готамы «Умертви себя — ты внидешь в царство Брамы».

Изморозь

Журавли потянули. Улетают на Юг.

Когда я был мальчиком, маленьким, нежным

Когда я был мальчиком, маленьким, нежным, Был кроток мой взор и глубок.

В пустыне безбрежного моря

В пустыне безбрежного Моря Я остров нашел голубой,

Заговор на посажение пчел в улей

Пчелы роятся, Пчелы плодятся,

Рассвет (Зеленая поляна)

Зеленая поляна, Деревья, облака.

Одолень-трава

Кто найдет Одолень-траву тот вельми себе талант обрящет на земли. Народный Травник

Зарина

По-санскритски Тамара — Вода, Массагетская диво-царица Томирис есть Дочь Океана,

Баюшки-баю

Спи, моя печальная, Спи, многострадальная,

Розовый

Румянец яблока, на фоне Сентября, С его травой-листвой воздушно-золотой,

Дьявол Моря

Есть рыба — Дьявол Моря, Она мала на взгляд,

Лесные кораллы

Зеленые мшинки Росли на сосне.

Чары феи

Я шёл по лесу. Лес тёмный был Так странно зачарован.

Конец мира

Начало жизни, это — утро Мая, Ее конец — отравленный родник.

К царице фей

О, царица светлых фей, Ты летаешь без усилий

Скупец

(русское сказание) Бог Землю сотворил, и создал существа,

Воскресший

Полу изломанный, разбитый, С окровавленной головой,

Заинька

Заинька беленький хвостиком моргал, Заинька в садике вкусного искал.

Электрон

Электрон, камень-Алатырь, Горюч-могуч-янтарь!

Опять

Я хотел бы тебя заласкать вдохновением, Чтоб мои над тобой трепетали мечты,

Тучи

Но разве тучи не рабы? Случевский

Старая песенка

— Mamma, mamma! perch’e lo dicesti? — Figlia, figlia! perch’e lo facesti? *

Пробуждение

Бог входит в существа, как Солнце сквозь окно, Когда оно встает за гранью кругозора.

Белый лебедь

Белый лебедь, лебедь чистый, Сны твои всегда безмолвны,

Амулеты из агата

Амулеты из агата, И других цветных камней,

Наваждение

(владимирское предание) Жил старик со старухой, и был у них сын,

Детский мир

Белки, зайки, мышки, крыски, Землеройки, и кроты,

Алая и белая

1 Мы встретились молча. Закат умирал запоздалый.

Бледные люди

Я людей повстречал на степи неоглядной, В беспредельном скитаньи своем,

Скиф

Мерю степь единой мерою, Бегом быстрого коня.

Колыбельная песня

Детка, хочешь видеть Рай? Все забудь и засыпай.

Утро (На вершине горной коршун прокричал)

На вершине горной коршун прокричал, Ветер этот возглас до меня домчал,

К ненавидящим

О, слушайте, бледные люди, Я новое создал звено. —

Отчего у тебя голубые глаза

— Отчего у тебя голубые глаза? — Оттого что когда пролетала гроза,

К дальнему

Замкнуться, как в тюрьму, в одну идею, Я знаю этот сон, мой дальний брат,

Болото (На версты и версты…)

На версты и версты протянулось болото, Поросшее зеленой обманною травой.

Садко

Был Садко молодец, молодой Гусляр, Как начнет играть, пляшет млад и стар.

Печаль Луны

Ты мне была сестрой, то нежною, то страстной, И я тебя любил, и я тебя люблю.

Правда

А правда пошла по поднебесью. Из Голубиной книги

Испанский цветок

Я вижу Толедо, Я вижу Мадрид.

Призрак

Где бы ни был я, везде, как тень, со мной — Мой милый брат, отшедший в жизнь иную,

Я с каждым могу говорить на его языке

Я с каждым могу говорить на его языке, Склоняю ли взор свой к ручью или к темной реке.

Голубовато-белый и красновато-серый

Голубовато-белый и красновато-серый, В дворце людского мозга два цвета-вещества.

Ты шелест нежного листка

Ты — шелест нежного листка, Ты — ветер, шепчущий украдкой,

В час вечерний

Зачем в названьи звезд отравленные звуки, — Змея, и Скорпион, и Гидра, и Весы?

Лунный луч

Я лунный луч, я друг влюбленных. Сменив вечернюю зарю,

Зов (Я овеян дыханьями многих морей)

Я овеян дыханьями многих морей, Я склонялся над срывами гор,

Пронунсиамиэнто

Снова Тень, и снова Дьявол, снова Тень, и снова боги, Снова тягость перекрестков, и несчетные дороги.

Замарашка

Уличной испанке Бедная ты замарашка,

Веселая осень

Щебетанье воробьев, Тонкий свист синиц.

Ребенок (Полозья проскрипели)

1 Полозья проскрипели,

Я люблю тебя

Я люблю тебя больше, чем Море, и Небо, и Пение, Я люблю тебя дольше, чем дней мне дано на земле.

Зеленый

На странных планетах, чье имя средь нас неизвестно, Глядят с восхищеньем, в небесный простор, существа,

Млечный путь (В те дни, когда везде был Млечный Путь)

В те дни, когда везде был Млечный Путь, Я полюбил несдержанность мечтанья,

Снежинки

На детскую руку упали снежинки, На малом мизинчике восемь их было число.

Живи

«Живи один», мне Мысль сказала, «Звезда Небес всегда одна,

Слияние

Красивый зверь из тигровой семьи, Жестокий облик чувственной пантеры,

К юному Схимнику

Схимник юный, узник бледный, Почему, за мглой страстей,

В бездонном колодце

Меж стен отсыревших, покрытых грибками, В бездонном колодце, на дне, глубоко,

Ветер, ветер, ветер, ветер

Ветер, Ветер, Ветер, Ветер, Что ты в ветках все шумишь?

Замок Джэн Вальмор

В старинном замке Джэн Вальмор, Красавицы надменной,

Воздух

Всюду звон, всюду свет, Всюду сон мировой.

Нет, мне никто не сделал столько зла

Нет, мне никто не сделал столько зла, Как женщина, которая твердила

Опричники

Когда опричники, веселые, как тигры, По слову Грозного, среди толпы рабов,

В прозрачных пространствах Эфира

В прозрачных пространствах Эфира, Над сумраком дольнего мира,

О, если б мне сердце холодное

О, если б мне сердце холодное, Холодное сердце русалки,

Свеча горит и меркнет и вновь горит сильней

Свеча горит и меркнет и вновь горит сильней, Но меркнет безвозвратно сиянье юных дней,

Картинка

В глухую ночь, неясною толпой, Сбираются души моей созданья,

Коромысло

Коромысло, коромысло, С нежными крылами,

Сквозь строй

Вы меня прогоняли сквозь строй, Вы кричали: «Удвой, и утрой,

Северное взморье

Небо свинцовое, солнце неверное, Ветер порывистый, воды холодные,

Болото

О, нищенская жизнь, без бурь, без ощущений, Холодный полумрак, без звуков и огня.

Как стих сказителя народного

Как стих сказителя народного Из поседевшей старины,

Фей

Мне девочка сказала: Ты — мой Волшебный Фей.

Венчание

Над невестой молодою Я держал венец.

Голубая роза

Фирвальдштетское озеро — Роза Ветров, Под ветрами колышатся семь лепестков.

Похвала уму

Безумие и разум равноценны, Как равноценны в мире свет и тьма.

Камыши

Полночной порою в болотной глуши Чуть слышно, бесшумно, шуршат камыши.

Вещий сон

Как вещий сон волшебника-Халдея, В моей душе стоит одна мечта.

Молитва последняя

Боже, не дай мне людей разлюбить до конца. Вот уже сердце, с мучительной болью, слабее, слабее.

Дождь

В углу шуршали мыши, Весь дом застыл во сне.

Два трупа

Два трупа встретились в могиле, И прикоснулся к трупу труп,

Разлука

Вдыхая морской освежительный воздух, Качаясь на сине-зеленых волнах,

Он спросил меня

Он спросил меня — Ты веришь? — Нерешительное слово!

Красный цвет

Быть может, предок мой был честным палачом: Мне маки грезятся, согретые лучом,

Зерно

Трудовые мечты, Золотое зерно.

Забытая колокольня

И человек в человеке увидел врага. То был первый великий грех.

Чурило Пленкович

Как во стольном том во городе во Киеве был пир, Как у ласкового Князя пир идет на целый мир.

Отшествие Муромца

Муромец Русскую землю прошел, Ветер идет так смарагдами бора,

Я ненавижу человечество

Я ненавижу человечество, Я от него бегу спеша.

Где-то волны отзвучали

Где-то волны отзвучали, Волны, полные печали,

Красный и голубой

Красный цвет — горячий цвет, Голубой — холодный.

Снежинка

Светло-пушистая, Снежинка белая,

Слова любви (Слова любви всегда бессвязны)

Слова любви всегда бессвязны, Они дрожат, они алмазны,

Мой друг, есть радость и любовь

Мой друг, есть радость и любовь, Есть все, что будет вновь и вновь,

Полночный час

Полночный час. Ведовски-страшный час. День схоронен. И вновь родится сложность.

Резигнация

Звучная волна забытых сочетаний, Шепчущий родник давно-умолкших дней,

Не обвиняй

Не обвиняй, не обвиняй. Быть может он неправ. Но он в тюрьме твоей забыл пучок душистых трав.

Пробуждение вампира

Из всех картин, что создал я для мира, Всего желанней сердцу моему

Ночью мне виделся кто-то таинственный

Ночью мне виделся Кто-то таинственный, Тихо склонялся Он, тихо шептал;

Крымская картинка

Все сильнее горя, Молодая заря

Потухшие факелы

Факелы, тлея, чадят, Утомлен наглядевшийся взгляд.

Демоны

Нужно презирать демонов, как презирают палачей.

Саламандра

Меж брегов есть брег Скамандра, Что живет в умах века.

Детство

Как прелестен этот бред, Лепет детских слов.

Птичка

Воздушная птичка, на окне у меня, На мгновенье присела и запела звеня, —

Ты мне говоришь, что как женщина я

Ты мне говоришь, что как женщина я, Что я рассуждать не умею,

Черный и белый

Шумящий день умчался к дням отшедшим. И снова ночь. Который в мире раз?

Я тихо сплю

Я тихо сплю на дне морском, Но близок мир земли.

Огненный дух

Кто вдали идет пред нами? Черный весь, он светит ало

Световит

Мне снится древняя Аркона, Славянский храм,

Домовой

Неуловимым виденьем, неотрицаемым взором, Он таится на плоскости стен,

Папоротник

Тенью легкой и неслышной Я замедлил у пути,

В домах

М. Горькому В мучительно-тесных громадах домов

Народные поверья

Народные поверья — Неполные страницы,

Символ смерти, символ жизни, бьет полночный час

Символ смерти, символ жизни, бьет полночный час. Чтобы новый день зажегся, старый день угас.

Лебедь

Заводь спит. Молчит вода зеркальная. Только там, где дремлют камыши,

Я жду

Уж ночь зажигает лампады Пред ликом пресветлым Творца

Белбог и чернобог

1 Белбог и Чернобог

Русалочка

Русалка с звонким хохотком, Таким хрустально-чистым,

Заговор от двенадесяти девиц

Под дубом под мокрецким, На тех юрах Афонских,

Мы прячем, душим тонкой сетью лжи

Мы прячем, душим тонкой сетью лжи Свою любовь.

Колыбельная песня (Вариант 3)

Липы душистой цветы распускаются… Спи, моя радость, усни!

Печальница

Она живет среди видений, В ее глазах дрожит печаль,

Наряды Феи

У Феи — глазки изумрудные, Все на траву она глядит

Нескончаемый кошмар

Едва-едва горит мерцанье Пустынной гаснущей Луны,

Царство тихих звуков

Царство тихих звуков, ты опять со мной, Маятник невнятный бьется за стеной.

Заговор на тридцать три тоски

Там на море-Океане, Там на острове-Буяне,

Лунный свет

Сонет Когда луна сверкнет во мгле ночной

Грозовой костер

В небе духи жгли костер, Грозовые исполины.

Три страны

Строить зданья, быть в гареме, выходить на львов, Превращать царей соседних в собственных рабов,

Прощай

За наше «Когда-то» — последний привет. И больше ни мысли, ни памяти нет.

За пределы предельного

За пределы предельного, К безднам светлой Безбрежности!

Кто кого

Настигаю. Настигаю. Огибаю. Обгоню. Я колдую. Вихри чую. Грею сбрую я коню.

Альбатрос

Над пустыней ночною морей альбатрос одинокий, Разрезая ударами крыльев соленый туман,

Вдали от земли

Вдали от Земли, беспокойной и мглистой, В пределах бездонной, немой чистоты,

Елена-краса

В некотором царстве, за тридевять земель, В тридесятом государстве — Ой звучи, моя свирель! —

Хвала сонету

Люблю тебя, законченность сонета, С надменною твоею красотой,

Я больше ее не люблю

Я больше ее не люблю, А сердце умрет без любви.

Грусть

Внемля ветру, тополь гнется, с неба дождь осенний льется, Надо мною раздается мерный стук часов стенных;

Я вольный ветер

Я вольный ветер, я вечно вею, Волную волны, ласкаю ивы,

Стрибоговы внуки

Ветры, Стрибоговы внуки, Проносясь по безмерным степям,

Загадка

Что без крыл летит? Что без ног бежит?

Смешались дни и ночи

Смешались дни и ночи, Едва гляжу на свет,

Ласточки

Земля покрыта тьмой Окончен день забот. Я в царстве чистых дум, живых очарований.

Вскрытие льда

Как льдины взгроможденные Одна за другую,

Нежные зори

Близ потока могучею звезд, Разметавшихся в Небе как мост,

Океан

Вдали от берегов Страны Обетованной, Храня на дне души надежды бледный свет,

Красный и желтый

Камень и камень, бездушная груда Камни и камни, их глыба темна.

Моя душа

Моя душа оазис голубой, Средь бледных душ других людей, бессильных.

О, женщина, дитя, привыкшее играть

О, женщина, дитя, привыкшее играть И взором нежных глаз, и лаской поцелуя,

Мировая тюрьма

Когда я думаю, как много есть Вселенных, Как много было их, и будет вновь и вновь, —

Под ярмом

Как под ярмом быки влекут тяжелый воз, И оставляют след продольностью колес,

Песок

Ровный, плоский, одноцветный, Безглагольный, беспредметный,

Замок

Глубокие рвы. Подъемные мосты. Высокие стены с тяжелыми воротами,

Прости

Кто услышал тайный ропот Вечности, Для того беззвучен мир земной,

Если в душу я взгляну

Если в душу я взгляну, В ней увижу я волну,

Майя

Тигры стонали в глубоких долинах. Чампак, цветущий в столетие раз,

Я знаю, что значит — безумно рыдать

Я знаю, что значит — безумно рыдать, Вокруг себя видеть пустыню бесплодную,

Пройдут века веков

Пройдут века веков, толпы тысячелетий, Как туча саранчи, с собой несущей смерть,

Я сбросил ее

Я сбросил ее с высоты, И чувствовал тяжесть паденья.

Я расстался с печальной луною

Катерине Алексеевне Андреевой Я расстался с печальной Луною, —

Жизнь

Жизнь — отражение лунного лика в воде, Сфера, чей центр — повсюду, окружность — нигде,

Птица Сирин

Птица Сирии на Море живет, На утесе цветном,

Индийский мудрец

Как золотистый плод, в осенний день дозревший, На землю падает, среди стеблей травы,

Лемуры

Троеглазые Лемуры, Телом тяжки и понуры,

Она, как русалка

Она, как русалка, воздушна и странно-бледна, В глазах у нее, ускользая, играет волна,

Нить Ариадны

Меж прошлым и будущим нить Я тку неустанной проворной рукою:

Северные

Мы поем о Скандинавах Точно, смелы Скандинавы. Много грабили, все к Югу шли они от белых льдов.

Добрыня и смерть

Поехал Добрыня в домашнюю сторону. Закручинился. Хочет домой.

Индийский тотем

Индийский тотем — жуткий знак, Резная сложная колонна.

Три символа

Явились в мир уже давно, — в начале Наивных и мечтательных времен,

Во власти всех вещей

Я делаюсь мгновеньями во власти всех вещей, И с каждым я, пред каждым я, и царственно ничей.

Осенняя радость

Радость может ждать на каждом повороте. Не грусти. Не надо. Посмотри в окно.

Тринадцать сестер

Сестры, сестры, Лихорадки, Поземельный взбитый хор!

Богиня-громовница

Девица волшебная, богиня-Громовница, Моя полюбовница

Ручей

Что ты плачешь, печальный прозрачный ручей? Пусть ты скован цепями суровой зимы,

Снежные цветы

1 В жажде сказочных чудес,

К людям

О, люди, я к вам обращаюсь, ко всем, Узнайте, что был я несчастен и нем,

Воспоминание о вечере в Амстердаме

Медленные строки О тихий Амстердам

Праздник свободы

Я спал как воды моря, Как сумрак заключенья,

Пламя

Нет. Уходи скорей. К восторгам не зови. Любить? — Любя, убить — вот красота любви.

Морозные узоры

Бьют часы. Бегут мгновенья. Вечер вспыхнул и погас.

Надгробные цветы

Среди могил неясный шепот, Неясный шепот ветерка.

Звуки прибоя

Как глух сердитый шум Взволнованного Моря!

Духи чумы

Мы спешим, мы плывем На могучей волне,

Немолчные хвалы

Можно петь немолчные хвалы, Говоря всегда одно и то же.

Тайна горбуна

Ты, конечно, проходил По обширным городам.

Побледневшая ночь

Зашумела волна, Покачнулся челнок

Боль

Мы должны бежать от боли, Мы должны любить ее.

Морская душа

У неё глаза морского цвета, И живёт она как бы во сне.

Мировые розы (Крик белоликого)

Мне снятся розы красные, И золотисто-чайные,

Мандолина

Светлый голос мандолины сладкой лаской прозвучал. Точно кто-то поцелуй мой с поцелуем обвенчал.

За грибами

Вот мы дружною семьей — За грибами, в лес.

Лен

Странный сон мне ночью снился: будто всюду лен, Голубое всюду поле в синеве времен.

Нарцисс и эхо

Цветок и воздух, смущенный эхом, То полный плачем, то полный смехом.

Райские птицы

На Макарийских островах, Куда не смотрят наши страны,

Отверженный

Отчаянье исстерзанной души, В свидетели тебя я призываю,

Ранним утром

Ранним утром я видал, Как белеют маргаритки.

Избраннику

Отчего так бесплодно в душе у тебя Замолкают созвучья миров?

Призраки (Птичка серая летает)

Птичка серая летает Каждый вечер под окно.

В моем саду

В моем саду мерцают розы белые, Мерцают розы белые и красные,

Небесная роса

День погас, и ночь пришла. В черной тьме душа светла.

Четыре источника

В неком крае, блестками богатом, Протекает шесть и шесть ключей,

Люби

«Люби!» — поют шуршащие березы, Когда на них сережки расцвели.

Я буду ждать

Я буду ждать тебя мучительно, Я буду ждать тебя года,

Нашим врагам

Вы томительные, Усыпительные,

Влияние луны

Я шел безбрежными пустынями, И видел бледную Луну,

Зелёный и чёрный

Подвижная сфера зрачков, в изумруде текучем сужаясь, Расширяясь, сливает безмолвно привлеченную душу с душой.

Молебен

Темной толпою, в часовне убогой, Путь завершив, и пред новой дорогой,

У чудищ

Я был в избушке на курьих ножках. Там все как прежде. Сидит Яга.

Довольно

Я был вам звенящей струной, Я был вам цветущей весной,

К Елене

О Елена, Елена, Елена, Как виденье, явись мне скорей.

Аккорды (Мне снился мучительный Гойя)

Мне снился мучительный Гойя, художник чудовищных грез, — Больная насмешка над жизнью, — над царством могилы вопрос.

Вода

От капли росы, что трепещет, играя Огнем драгоценных камней,

Рабство

Ты льнешь ко мне, как гибкая лоза, И все твои движения красивы,

Мировое причастие

«L’ide e pure, l’infini, j’y aspire, il m’attire»… О, искавший Флобер, ты предчувствовал нас.

У скандинавских скал

Дремлют гранитные скалы, викингов приют опустевший, Мрачные сосны одели их твердую темную грудь

Четверократность

Зорко глядит Световит, Из Арконы взирает он вдаль,

На мотив псалма XVIII-гo

Ночь ночи открывает знанье, Дню ото дня передается речь.

Мечта

Стекло Балтийских вод под ветром чуть дрожало, Среди печальных шхер на Север мы неслись

Исполинские горы

Исполинские горы, Заповедные скалы,

Смерть

Сонет Суровый призрак, демон, дух всесильный,

Жар-птица

То, что люди называли по наивности любовью, То, чего они искали, мир не раз окрасив кровью,

Арум