Бродский Иосиф Александрович
1940 - 1996

Бродский Иосиф Александрович

Ио́сиф Алекса́ндрович Бро́дский (24 мая 1940, Ленинград, СССР — 28 января 1996, Нью-Йорк, США) — русский[2] и американский[3] поэт, эссеист, драматург, переводчик, педагог. Стихи писал преимущественно на русском языке, эссеистику — на английском. Лауреат Нобелевской премии по литературе 1987 года «за всеобъемлющее творчество, проникнутое ясностью мысли и поэтической интенсивностью». Почётный гражданин Санкт-Петербурга (1995).

581

Стихотворений

56

Лет жизни

Стихотворения

1 января 1965 года

Волхвы забудут адрес твой. Не будет звезд над головой.

Кто к минувшему глух

Кто к минувшему глух и к грядущему прост,

Настеньке Томашевской в Крым

Пусть август — месяц ласточек и крыш, подверженный привычке стародавней,

Большая элегия Джону Донну

Джон Донн уснул, уснуло все вокруг.

Стрельнинская элегия

Дворцов и замков свет, дворцов и замков, цветник кирпичных роз, зимой расцветших,

Ария

I Что-нибудь из другой

В кустах Финляндии бессмертной

Утренняя почта для А. А. Ахматовой

Aqua vita nuova

F. W. Шепчу ‘прощай’ неведомо кому.

Открытка с тостом

Н. И. Желание горькое — впрямь!

К садовой ограде

Снег в сумерках кружит, кружит. Под лампочкой дворовой тлеет.

Пограничной водой наливается куст

Пограничной водой наливается куст, и трава прикордонная жжется.

Песня невинности, она же — опыта

«On a cloud I saw a child, and he laughing said to me…»

В феврале далеко до весны

В феврале далеко до весны, ибо там, у него на пределе,

Развивая Платона

I Я хотел бы жить, Фортунатус, в городе, где река

Кентавры

Кентавры I Наполовину красавица, наполовину софа’, в просторечьи — Со’фа,

Раньше здесь щебетал щегол

Раньше здесь щебетал щегол в клетке. Скрипела дверь.

Это ряд наблюдений

Это — ряд наблюдений. В углу — тепло. Взгляд оставляет на вещи след.

Отскакивает мгла

Отскакивает мгла от окон школы,

Ночь, одержимая белизной

Ночь, одержимая белизной кожи. От ветреной резеды,

Мексиканский романсеро

Кактус, пальма, агава. Солнце встает с Востока,

К северному краю

Северный край, укрой. И поглубже. В лесу.

Памяти профессора Браудо

Люди редких профессий редко, но умирают, уравнивая свой труд с прочими. Землю роют

Северная почта

М. Б. Я, кажется, пою одной тебе.

Март

Дни удлиняются. Ночи становятся все короче.

Гвоздика

М. Б. В один из дней, в один из этих дней,

Цветы

Цветы с их с ума сводящим принципом очертаний, придающие воздуху за стеклом помятый

Вальсок

Проснулся я, и нет руки, а было пальцев пять.

Не тишина — немота

Не тишина — немота. Усталость и ломота:

На 22-е декабря 1970 года Якову Гордину

Сегодня масса разных знаков — и в небесах, и на воде —

К семейному альбому прикоснись

К семейному альбому прикоснись движением, похищенным (беда!)

Дорогому Д.Б.

Вы поете вдвоем о своем неудачном союзе. Улыбаясь сейчас широко каждый собственной музе.

Морские маневры

Атака птеродактилей на стадо ихтиозавров.

При слове «грядущее» из русского языка

…и при слове «грядущее» из русского языка выбегают черные мыши и всей оравой

Узнаю этот ветер

Узнаю этот ветер, налетающий на траву, под него ложащуюся, точно под татарву.

Элегия (Однажды этот южный городок)

Однажды этот южный городок был местом моего свиданья с другом;

Рождество 1963

Волхвы пришли. Младенец крепко спал. Звезда светила ярко с небосвода.

Стихи о зимней кампании 1980-го года

«В полдневный зной в долине Дагестана…» М. Ю. Лермонтов

Топилась печь

Топилась печь. Огонь дрожал во тьме. Древесные угли чуть-чуть искрились.

Как тюремный засов

Как тюремный засов разрешается звоном от бремени,

Романс Поэта

Как нравится тебе моя любовь, печаль моя с цветами в стороне,

Сумерки, Снег, Тишина

Сумерки. Снег. Тишина. Весьма тихо. Аполлон вернулся на Демос.

Темно-синее утро в заиндевевшей раме

Темно-синее утро в заиндевевшей раме напоминает улицу с горящими фонарями,

Определение поэзии

Памяти Федерико Гарсия Лорки

Обоз

Скрип телег тем сильней, чем больше вокруг теней,

Облака

О, облака Балтики летом!

В Англии

Диане и Алану Майерс I. Брайтон-рок

Загадка ангелу

М. Б. Мир одеял разрушен сном.

Ангел

Белый хлопчатобумажный ангел, до сих пор висящий в моем чулане

Восходящее желтое солнце следит косыми

Восходящее желтое солнце следит косыми глазами за мачтами голой рощи,

Почти элегия

В былые дни и я пережидал холодный дождь под колоннадой Биржи.

К Урании

И. К. У всего есть предел: в том числе у печали.

Итак, пригревает

Итак, пригревает. В памяти, как на меже, прежде доброго злака маячит плевел.

Иллюстрация

(Л. Кранах ‘Венера с яблоками’) В накидке лисьей — сама

Петухи

Звезды еще не гасли. Звезды были на месте,

Рембрандт

офорты I

Памяти Клиффорда Брауна

Это — не синий цвет, это — холодный цвет. Это — цвет Атлантики в середине

Мужчина, засыпающий один

Мужчина, засыпающий один, ведет себя как женщина. А стол

Я вас любил

Шестой из «Двадцати сонетов к Марии Стюарт»

Presepio

Младенец, Мария, Иосиф, цари, скотина, верблюды, их поводыри,

Этой силы прошу в небе твоем пресветлом

Этой силы прошу в небе твоем пресветлом. Небу нету конца. Но и любви конца нет.

Одиссей Телемаку

Мой Tелемак, Tроянская война

На прения с самим собою ночь

На прения с самим собою ночь

Надпись на книге

Когда ветер стихает и листья пастушьей сумки еще шуршат по инерции или благодаря

Потому что каблук оставляет следы

Потому что каблук оставляет следы — зима. В деревянных вещах замерзая в поле,

Приглашение к путешествию

Сначала разбей стекло с помощью кирпича. Из кухни пройдешь в столовую (помни: там две ступеньки).

Север крошит металл, но щадит стекло

Север крошит металл, но щадит стекло. Учит гортань проговаривать ‘впусти’.

Перед памятником Пушкину в Одессе

Якову Гордину Не по торговым странствуя делам,

Архитектура

Евгению Рейну Архитектура, мать развалин,

Разговор с небожителем

Здесь, на земле, где я впадал то в истовость, то в ересь,

Менуэт

(Набросок) Прошла среда и наступил четверг,

Фонтан памяти героев обороны полуострова Ханко

Здесь должен быть фонтан, но он не бьет. Однако сырость северная наша

Полевая эклога

Стрекоза задевает волну и тотчас устремляется кверху,

Испанская танцовщица

Умолкает птица. Наступает вечер.

Подсвечник

Сатир, покинув бронзовый ручей, сжимает канделябр на шесть свечей,

В горчичном лесу

Гулко дятел стучит по пустым деревам, не стремясь достучаться.

Портрет трагедии

Заглянем в лицо трагедии. Увидим ее морщины, ее горбоносый профиль, подбородок мужчины.

На независимость Украины

Дорогой Карл Двенадцатый, сражение под Полтавой, слава Богу, проиграно. Как говорил картавый,

Ни тоски, ни любви, ни печали

Ни тоски, ни любви, ни печали, ни тревоги, ни боли в груди,

По дороге на Скирос

Я покидаю город, как Тезей — свой Лабиринт, оставив Минотавра

Одному тирану

Он здесь бывал: еще не в галифе — в пальто из драпа; сдержанный, сутулый.

Сознанье, как шестой урок

Сознанье, как шестой урок, выводит из казённых стен

Рождество 1963 года

Спаситель родился в лютую стужу.

Сад

О, как ты пуст и нем! В осенней полумгле

Ничем, Певец, твой юбилей

А. Кушнеру Ничем, Певец, твой юбилей

Колесник умер, бондарь

Колесник умер, бондарь уехал в Архангельск к жене.

Остров Прочида

Захолустная бухта; каких-нибудь двадцать мачт. Сушатся сети — родственницы простыней.

Примечание к прогнозам погоды

Аллея со статуями из затвердевшей грязи, похожими на срубленные деревья.

То не Муза воды набирает в рот

То не Муза воды набирает в рот. То, должно, крепкий сон молодца берет.

Восславим приход весны

Восславим приход весны! Ополоснем лицо, чирьи прижжем проверенным креозотом

Вот я вновь принимаю парад

Вот я вновь принимаю парад посветлевшей листвы на участке,

Глаголы

Меня окружают молчаливые глаголы, похожие на чужие головы

Дорогая, я вышел сегодня из дому поздно вечером

Дорогая, я вышел сегодня из дому поздно вечером подышать свежим воздухом, веющим с океана.

С видом на море

И. Н. Медведевой I

Памяти Н.Н.

Я позабыл тебя; но помню штукатурку в подъезде, вздувшуюся щитовидку

Ну, время песен о любви

Ну, время песен о любви, ты вновь склоняешь сердце к тикающей лире,

Около океана, при свете свечи

Около океана, при свете свечи; вокруг поле, заросшее клевером, щавелем и люцерной.

1 сентября (Первое сентября)

День назывался «первым сентября». Детишки шли, поскольку — осень, в школу.

Ничто не стоит сожалений

Ничто не стоит сожалений, люби, люби, а все одно, —

Песенка о свободе

Булату Окуджаве Ах, свобода, ах, свобода.

Элегия на смерть Ц. В

В пространстве, не дыша, несется без дорог

Пилигримы

Мимо ристалищ, капищ, мимо храмов и баров,

Еще пробирались на ощупь

Еще пробирались на ощупь к местам за столом женихи,

Ахматовой

Закричат и захлопочут петухи, загрохочут по проспекту сапоги,

Три главы

Глава 1 Когда-нибудь, болтливый умник,

Я пробудился весь в поту

Я пробудился весь в поту: мне голос был — «Не всё коту —

Провинциальное

По колено в репейнике и в лопухах, по галош в двухполоске, бегущей попасть под поезд,

Приходит время сожалений

Приходит время сожалений. При полусвете фонарей,

Тихотворение моё, моё немое

Тихотворение мое, мое немое, однако, тяглое — на страх поводьям,

Заморозки на почве и облысенье леса

Заморозки на почве и облысенье леса, небо серое цвета кровельного железа.

1983

Первый день нечетного года. Колокола выпускают в воздух воздушный шар за воздушным шаром,

Художник

Он верил в свой череп. Верил.

В озёрном краю

В те времена, в стране зубных врачей, чьи дочери выписывают вещи

Смерть не скелет кошмарный

Смерть — не скелет кошмарный с длинной косой в росе.

Памяти отца (Австралия)

Ты ожил, снилось мне, и уехал в Австралию. Голос с трехкратным эхом

Курс акций

О как мне мил кольцеобразный дым! Отсутствие заботы, власти.

В городке, из которого смерть расползалась

В городке, из которого смерть расползалась по школьной карте, мостовая блестит, как чешуя на карпе,

Итака

Воротиться сюда через двадцать лет, отыскать в песке босиком свой след.

Тебя в Вифлеемской вечерней толпе

…и Тебя в Вифлеемской вечерней толпе не признает никто: то ли спичкой

Полонез

Вариация I

Конец прекрасной эпохи

Потому что искусство поэзии требует слов, я — один из глухих, облысевших, угрюмых послов

Римские элегии

Бенедетте Кравиери I

В отеле Континенталь

Победа Мондриана. За стеклом — пир кубатуры. Воздух или выпит

Письма к стене

Сохрани мою тень. Не могу объяснить. Извини. Это нужно теперь. Сохрани мою тень, сохрани.

Псковский реестр

для М. Б. Не спутать бы азарт

Твой локон не свивается в кольцо

Твой локон не свивается в кольцо, и пальца для него не подобрать

Под занавес

А. А. Ахматовой Номинально пустынник,

Те, кто не умирают

Те, кто не умирают, — живут до шестидесяти, до семидесяти,

Подражая Некрасову, или любовная песнь Иванова

Кажинный раз на этом самом месте я вспоминаю о своей невесте.

Прощай

Прощай, позабудь

Воспоминание

Дом был прыжком геометрии в глухонемую зелень парка, чьи праздные статуи, как бросившие ключи

Любовь

Я дважды пробуждался этой ночью и брел к окну, и фонари в окне,

Ты, гитарообразная вещь со спутанной паутиной

Ты, гитарообразная вещь со спутанной паутиной струн, продолжающая коричневеть в гостиной,

Памяти Е. А. Баратынского

Поэты пушкинской поры, ребята светские, страдальцы,

Прошел сквозь монастырский сад

Прошел сквозь монастырский сад, в пролом просунулся, согнулся,

Эклога 4-я (Зимняя)

Дереку Уолкотту I

Осень в Норенской

Мы возвращаемся с поля. Ветер гремит перевернутыми колоколами ведер,

На смерть Роберта Фроста

Значит, и ты уснул. Должно быть, летя к ручью,

Помнишь свалку вещей на железном стуле

Пора забыть верблюжий этот гам и белый дом на улице Жуковской.

Science fiction

Тыльная сторона светила не горячей слезящих мои зрачки

Через два года

Через два года высохнут акации,

Переселение

Дверь хлопнула, и вот они вдвоем стоят уже на улице. И ветер

Теперь я уезжаю из Москвы

Теперь я уезжаю из Москвы. Ну, Бог с тобой, нескромное мученье.

Приходит март

Приходит март. Я сызнова служу. В несчастливом кружении событий

Сидя в тени

I Ветреный летний день.

Наступает весна

Дмитрию Бобышеву Пресловутая иголка в не менее достославном стоге,

Я не люблю людей

Отрывок из стихотворения «Натюрморт»

Голландия есть плоская страна

Голландия есть плоская страна, переходящая в конечном счете в море,

Не то Вам говорю, не то

Не то Вам говорю, не то твержу с гримасой неуместной.

Горение

М. Б. Зимний вечер. Дрова

Мир создан был из смешенья грязи, воды, огня

Мир создан был из смешенья грязи, воды, огня, воздуха с вкрапленным в оный криком ‘Не тронь меня!’,

Все чуждо в доме новому жильцу

Все чуждо в доме новому жильцу. Поспешный взгляд скользит по всем предметам,

Стакан с водой

Ты стоишь в стакане передо мной, водичка, и глядишь на меня сбежавшими из-под крана

Повернись ко мне в профиль

Повернись ко мне в профиль. В профиль черты лица обыкновенно отчетливее, устойчивее овала

Просыпаюсь по телефону, бреюсь

Просыпаюсь по телефону, бреюсь, чищу зубы, харкаю, умываюсь,

Кушнеру

Ничем, Певец, твой юбилей мы не отметим, кроме лести

Не слишком известный пейзаж

Не слишком известный пейзаж, улучшенный наводнением. Видны только кроны деревьев, шпили и купола.

Лесная идиллия

I Она: Ах, любезный пастушок,

Сюзанне Мартин

Пчелы не улетели, всадник не ускакал. В кофейне ‘Яникулум’ новое кодло болтает на прежней фене.

Эклога 5-я (Летняя)

Марго Пикен I

К стихам

«Скучен вам, стихи мои, ящик…» Кантемир

На смерть Жукова

Вижу колонны замерших внуков, гроб на лафете, лошади круп.

На отъезд гостя

К. А. Покидаешь мои небеса.

Стекло

Ступенька за ступенькой, дальше, вниз. В объятия, по крайней мере, мрака.

Подражание Горацию

Лети по воле волн, кораблик. Твой парус похож на помятый рублик.

Элегия (М. Б. Подруга милая, кабак все тот же)

М. Б. Подруга милая, кабак все тот же.

Чаепитие

«Сегодня ночью снился мне Петров. Он, как живой, стоял у изголовья.

Сокол ясный, головы

Сокол ясный, головы не клони на скатерть.

Колокольчик звенит

Колокольчик звенит — предупреждает мужчину

Einem alten architekten in rom

I В коляску — если только тень

Когда подойдёт к изголовью

1 Когда подойдет к изголовью

Однажды во дворе на Моховой

Однажды во дворе на Моховой стоял я, сжав растерзанный букетик,

В распутицу

Дорогу развезло как реку.

Исаак и Авраам

М. Б. ‘Идем, Исак. Чего ты встал? Идем’.

Послесловие

I Годы проходят. На бурой стене дворца

Пристань Фегердала

Деревья ночью шумят на берегу пролива. Видимо, дождь; ибо навряд ли ива,

Июльское интермеццо

Девушки, которых мы обнимали, с которыми мы спали,

Из школьной антологии

1. Э. Ларионова Э. Ларионова. Брюнетка. Дочь

Уже три месяца подряд

Уже три месяца подряд под снегопад с аэродрома

Романс Скрипача

Тогда, когда любовей с нами нет, тогда, когда от холода горбат,

Еврейское кладбище около Ленинграда

Еврейское кладбище около Ленинграда. Кривой забор из гнилой фанеры.

Вместе они любили

Вместе они любили сидеть на склоне холма.

Дерево

Бессмысленное, злобное, зимой безлиственное, стадии угля

На смерть друга

Имяреку, тебе, — потому что не станет за труд из-под камня тебя раздобыть, — от меня, анонима,

Пьеса с двумя паузами для сакс-баритона

Металлический зов в полночь слетает с Петропавловского собора,

Точка всегда обозримей в конце прямой

Точка всегда обозримей в конце прямой. Веко хватает пространство, как воздух — жабра.

Новый год на Канатчиковой даче

Спать, рождественский гусь, отвернувшись к стене,

От окраины к центру

Вот я вновь посетил эту местность любви, полуостров заводов,

Я распугивал ящериц в зарослях чаппараля

Я распугивал ящериц в зарослях чаппараля, куковал в казенных домах, переплывал моря,

На виа Фунари

Странные морды высовываются из твоего окна, во дворе дворца Гаэтани воняет столярным клеем,

В горах

1 Голубой саксонский лес

Он знал, что эта боль в плече

Он знал, что эта боль в плече уймется к вечеру, и влез

В окрестностях Александрии

Карлу Профферу Каменный шприц впрыскивает героин

Я не то что схожу с ума

Я не то что схожу с ума, но устал за лето. За рубашкой в комод полезешь, и день потерян.

Из ваших глаз пустившись в дальний путь

Из ваших глаз пустившись в дальний путь, все норовлю — воистину вдали! —

Рыбы зимой

Рыбы зимой живут. Рыбы жуют кислород.

Ландсвер-канал, Берлин

Канал, в котором утопили Розу Л., как погашенную папиросу,

Я выпил газированной воды

Е.К. Я выпил газированной воды

Над восточной рекой

Боясь расплескать, проношу головную боль в сером свете зимнего полдня вдоль

Ritratto di donna

Не первой свежести — как и цветы в ее руках. В цветах — такое же вранье

После нас, разумеется, не потоп

После нас, разумеется, не потоп, но и не засуха. Скорей всего, климат в царстве

Песчаные холмы, поросшие сосной

Песчаные холмы, поросшие сосной. Здесь сыро осенью и пасмурно весной.

В разгар холодной войны

Кто там сидит у окна на зеленом стуле? Платье его в беспорядке, и в мыслях — сажа.

Мысль о тебе удаляется, как разжалованная прислуга

Мысль о тебе удаляется, как разжалованная прислуга, нет! как платформа с вывеской ‘Вырица’ или ‘Тарту’.

К Евгению

Я был в Мексике, взбирался на пирамиды. Безупречные геометрические громады

Второе Рождество на берегу

Второе Рождество на берегу незамерзающего Понта.

В пустом, закрытом на просушку парке

В пустом, закрытом на просушку парке старуха в окружении овчарки —

Посвящение

Ни ты, читатель, ни ультрамарин за шторой, ни коричневая мебель,

Строфы (На прощанье — ни звука…)

I На прощанье — ни звука.

Отрывок (Из слез, дистиллированных зрачком)

Из слез, дистиллированных зрачком, гортань мне омывающих, наружу

Черные города

Черные города, воображенья грязь.

Шорох акации

Летом столицы пустеют. Субботы и отпуска уводят людей из города. По вечерам — тоска.

Наряду с отоплением в каждом доме

Наряду с отоплением в каждом доме существует система отсутствия. Спрятанные в стене

Шиповник в апреле

Шиповник каждую весну пытается припомнить точно

Леонской

В воздухе — сильный мороз и хвоя. Наденем ватное и меховое.

Набережная реки Пряжки

Автомобиль напомнил о клопе, и мне, гуляющему с лютней,

Что касается звезд, то они всегда

Что касается звезд, то они всегда. То есть, если одна, то за ней другая.

Стансы городу

Да не будет дано умереть мне вдали от тебя,

Ноябрьским днем

Ноябрьским днём, когда защищены от ветра только голые деревья,

Все дальше от твоей страны

Все дальше от твоей страны, все дальше на восток, на север.

Два часа в резервуаре

Мне скучно, бес… А. С. Пушкин

День кончился, как если бы она

День кончился, как если бы она была жива и, сидя у окна,

Полдень в комнате

I Полдень в комнате. Тот покой,

На смерть Т.С. Элиота

I Он умер в январе, в начале года.

В семейный альбом

Не мы ли здесь, о посмотри, вон там, окружены песком —

Песня пустой веранды

Not with a bang but a whimper.* T.S.Eliot

Ну, как тебе в грузинских палестинах

Ну, как тебе в грузинских палестинах? Грустишь ли об оставленных осинах?

Рождественский романс

Евгению Рейну, с любовью Плывет в тоске необьяснимой

В твоих часах не только ход, но тишь

В твоих часах не только ход, но тишь. Притом их путь лишен подобья круга.

Стихи на бутылке

1 На склоне лет я на ограду влез

Под раскидистым вязом

Под раскидистым вязом, шепчущим ‘че-ше-ще’, превращая эту кофейню в нигде, в вообще

Вид с холма

Вот вам замерзший город из каменного угла. Геометрия оплакивает свои недра.

Шеймусу Хини

Я проснулся от крика чаек в Дублине. На рассвете их голоса звучали

Огонь, ты слышишь, начал угасать

Огонь, ты слышишь, начал угасать. А тени по углам — зашевелились.

В следующий век

Постепенно действительность превращается в недействительность. Ты прочтешь эти буквы, оставшиеся от пера,

Анне Андреевне Ахматовой

На окраинах, там, за заборами, За крестами у цинковых звезд,

Осенний крик ястреба

Северозападный ветер его поднимает над сизой, лиловой, пунцовой, алой

Назо к смерти не готов

Назо к смерти не готов. Оттого угрюм.

24 декабря 1971 года

V.S. В Рождество все немного волхвы.

Выступление в Сорбонне

Изучать философию следует, в лучшем случае, после пятидесяти. Выстраивать модель

Камерная музыка

Ночь. Камера. Волчок хуярит прямо мне в зрачок.

Лагуна

I Три старухи с вязаньем в глубоких креслах

Речь о пролитом молоке

Я пришёл к Рождеству с пустым карманом. Издатель тянет с моим романом.

Муха

Альфреду и Ирене Брендель I

Садовник в ватнике, как дрозд

Садовник в ватнике, как дрозд, по лестнице на ветку влез,

Ломтик медового месяца

Не забывай никогда, как хлещет в пристань вода,

Смотритель лесов, болот

Смотритель лесов, болот, новый инспектор туч

Романс Коломбины

Мой Арлекин чуть-чуть мудрец, так мало говорит,

Я был только тем

Я был только тем, чего ты касалась ладонью,

Буров тракторист

А. Буров — тракторист — и я, сельскохозяйственный рабочий Бродский,

Отнюдь не вдохновение, а грусть

Отнюдь не вдохновение, а грусть меня склоняет к описанью вазы.

Уточнение

Откуда ни возьмись — как резкий взмах —

Коньяк в графине цвета янтаря

Коньяк в графине — цвета янтаря, что, в общем, для Литвы симптоматично.

Дом тучами придавлен до земли

Дом тучами придавлен до земли, охлестнут, как удавкою, дорогой,

Деревянный лаокоон, сбросив на время гору

Деревянный лаокоон, сбросив на время гору с плеч, подставляет их под огромную тучу. С мыса

Декабрь во Флоренции

«Этот, уходя, не оглянулся…» Анна Ахматова

Блестит залив, и ветр несет

Блестит залив, и ветр несет через ограду воздух влажный.

Натюрморт

1 Вещи и люди нас

Крик в Шереметьево

И. Е. Что ты плачешь,

Августовские любовники

Августовские любовники, августовские любовники проходят с цветами,

Ночной полет

В брюхе Дугласа ночью скитался меж туч и на звезды глядел,

Эстонские деревья озабоченно

Эстонские деревья озабоченно удерживают тусклые листы.

Прощальная ода

1 Ночь встает на колени перед лесной стеною.

Шведская музыка

К. Х. Когда снег заметает море и скрип сосны

Выздоравливающему волосику

Пока срастаются твои бесшумно косточки, не грех задуматься, Волосенька, о тросточке.

Снег идет, оставляя весь мир в меньшинстве

Снег идет, оставляя весь мир в меньшинстве. В эту пору — разгул Пинкертонам,

Памятник

Поставим памятник в конце длинной городской улицы

Что ветру говорят кусты

Что ветру говорят кусты, листом бедны?

Неоконченный отрывок (Во время ужина)

Во время ужина он встал из-за стола и вышел из дому. Луна светила

На вас не поднимается рука

На вас не поднимается рука. И я едва ль осмелюсь говорить,

Описание утра

А. Рутштейну Как вагоны раскачиваются,

Взгляни на деревянный дом

Взгляни на деревянный дом. Помножь его на жизнь. Помножь

Миновала зима

Миновала зима. Весна еще далека. В саду

В одиночке желание спать

В одиночке желание спать исступленье смиряет кругами,

Ниоткуда с любовью

Ниоткуда с любовью, надцатого мартобря, дорогой, уважаемый, милая, но не важно

Забор пронзил подмерзший наст

Забор пронзил подмерзший наст и вот налег плечом

Моллюск

Земная поверхность есть признак того, что жить

Колыбельная

Зимний вечер лампу жжет, день от ночи стережет.

Осенью из гнезда

Осенью из гнезда уводит на юг звезда

Долговечнее меди

Аеre perennius* Приключилась на твердую вещь напасть:

Диалог

‘Там он лежит, на склоне. Ветер повсюду снует.

Стихи в апреле

В эту зиму с ума я опять не сошёл. А зима,

Новые стансы к Августе

М. Б. I

1972 год

Виктору Голышеву Птица уже не влетает в форточку.

Замерзший кисельный берег

Замерзший кисельный берег. Прячущий в молоке отражения город. Позвякивают куранты.

Моя свеча, бросая тусклый свет

Моя свеча, бросая тусклый свет, в твой новый мир осветит бездорожье.

Томасу Транстремеру

Вот я и снова под этим бесцветным небом, заваленным перистым, рыхлым, единым хлебом

Открытка из Лиссабона

Монументы событиям, никогда не имевшим места: Несостоявшимся кровопролитным войнам.

С точки зрения воздуха

С точки зрения воздуха, край земли всюду. Что, скашивая облака,

Прошел январь за окнами тюрьмы

Прошел январь за окнами тюрьмы, и я услышал пенье заключенных,

Памяти Т. Б.

1 Пока не увяли цветы и лента

Суббота

Суббота. Как ни странно, но тепло. Дрозды кричат, как вечером в июне.

Что хорошего в июле

Что хорошего в июле? Жуткая жара.

Романс

Ах, улыбнись, ах, улыбнись вослед, взмахни рукой, недалеко, за цинковой рекой.

Весы качнулись, молвить не греша

Весы качнулись. Молвить не греша, ты спятила от жадности, Параша.

Июль, сенокос

Всю ночь бесшумно, на один вершок, растет трава. Стрекочет, как движок,

Рождественская звезда

В холодную пору, в местности, привычной скорей к жаре, чем к холоду, к плоской поверхности более, чем к горе,

Был черный небосвод светлей тех ног

«Был черный небосвод светлей тех ног, и слиться с темнотою он не мог»

О если бы птицы пели и облака скучали

О если бы птицы пели и облака скучали, и око могло различать, становясь синей,

В прошлом те, кого любишь, не умирают

В прошлом те, кого любишь, не умирают! В прошлом они изменяют или прячутся в перспективу.

Бегство в Египет II

В пещере (какой ни на есть, а кров! Надежней суммы прямых углов!)

Когда так много позади

Когда так много позади Всего, в особенности — горя,

И вечный бой

И вечный бой. Покой нам только снится.

Метель в Массачусетсе

Виктории Швейцер Снег идет — идет уж который день.

Инструкция заключенному

В одиночке при ходьбе плечо следует менять при повороте,

Шесть лет спустя

Так долго вместе прожили, что вновь второе января пришлось на вторник,

А здесь жила Петрова

А здесь жила Петрова. Не могу припомнить даже имени. Ей-Богу.

25 декабря 1993

М. Б. Что нужно для чуда? Кожух овчара,

Bagatelle

Елизавете Лионской I

Прилив

Верней песка с морской водой (на помощь ночь зови),1

Зачем опять меняемся местами

Зачем опять меняемся местами, зачем опять, все менее нужна,

Пророчество

М. Б. Мы будем жить с тобой на берегу,

Лучше всего спалось на Савеловском

Лучше всего спалось на Савеловском.

Посвящается Джироламо Марчелло

Однажды я тоже зимою приплыл сюда из Египта, считая, что буду встречен

Окна

Дом на отшибе сдерживает грязь, растущую в пространстве одиноком,

Письма римскому другу

Нынче ветрено и волны с перехлестом. Скоро осень, все изменится в округе.

В окрестностях Атлантиды

Все эти годы мимо текла река, как морщины в поисках старика.

Элегия

Издержки духа — выкрики ума и логика, — вы равно хороши,

Песня о красном свитере

Владимиру Уфлянду В потетеле английской красной шерсти я

Михаилу Барышникову

Классический балет есть замок красоты, чьи нежные жильцы от прозы дней суровой

Воспоминания

Белое небо крутится надо мною.

Подражание сатирам, сочиненным Кантемиром

На объективность Зла и добра, больно умён, грань почто топчешь?

Ты поскачешь во мраке

Другое название стихотворения «Лесная баллада» Ты поскачешь во мраке, по бескрайним холодным холмам,

Из Парменида

Наблюдатель? свидетель событий? войны в Крыму? Масса жертв — все в дыму — перемирие полотенца…

20 сонетов к Марии Стюарт

I Мари, шотландцы все-таки скоты.

Дни расплетают тряпочку, сотканную Тобою

Дни расплетают тряпочку, сотканную Тобою. И она скукоживается на глазах, под рукою.

О этот искус рифмы плесть

О этот искус рифмы плесть! Отчасти месть, но больше лесть

В стропилах воздух ухает, как сыч

В стропилах воздух ухает, как сыч. Скрипит ольха у дальнего колодца.

В деревне, затерявшейся в лесах

В деревне, затерявшейся в лесах, таращусь на просветы в небесах —

Притча

‘Пусть дым совьется в виде той петли, которая согнать его сумела

Прачечный мост

F. W. На Прачечном мосту, где мы с тобой

1867

В ночном саду под гроздью зреющего манго Максимильян танцует то, что станет танго.

Я входил вместо дикого зверя в клетку

Я входил вместо дикого зверя в клетку, выжигал свой срок и кликуху гвоздем в бараке,

Кулик

В те времена убивали мух, ящериц, птиц.

Посвящается Ялте

История, рассказанная ниже, правдива. К сожаленью, в наши дни

Сонетик

Маленькая моя, я грущу (а ты в песке скок-поскок).

Полярный исследователь

Все собаки съедены. В дневнике не осталось чистой страницы. И бисер слов

Румянцевой победам

Прядет кудель под потолком дымок ночлежный.

Для школьного возраста

Ты знаешь, с наступленьем темноты пытаюсь я прикидывать на глаз,

Из Альберта Эйнштейна

Петру Вайлю Вчера наступило завтра, в три часа пополудни.

Пришел сон из семи сел

Пришел сон из семи сел. Пришла лень из семи деревень.

Мой голос, торопливый и неясный

…Мой голос, торопливый и неясный, тебя встревожит горечью напрасной,

Горбунов и Горчаков

I. Горбунов и Горчаков ‘Ну, что тебе приснилось, Горбунов?’

Торс

Если вдруг забредаешь в каменную траву, выглядящую в мраморе лучше, чем наяву,

Проходя мимо театра Акимова

Проходя мимо театра Акимова, голодным взглядом витрины окидывая,

Открытка из города К

Томасу Венцлова Развалины есть праздник кислорода

Нет, Филомела, прости

Нет, Филомела, прости: я не успел навести

Бегство в Египет

… погонщик возник неизвестно откуда. В пустыне, подобранной небом для чуда

Пора давно за все благодарить

Пора давно за все благодарить, за все, что невозможно подарить

Остановка в пустыне

Теперь так мало греков в Ленинграде, что мы сломали Греческую церковь,

Мои слова, я думаю, умрут

Мои слова, я думаю, умрут, и время улыбнется, торжествуя,

Книга

«Пришлите мне книгу со счастливым концом…» Назым Хикмет

Осенний вечер в скромном городке

Осенний вечер в скромном городке, Гордящемся присутствием на карте

В этой маленькой комнате все по-старому

В этой маленькой комнате все по-старому: аквариум с рыбкою — все убранство.

Стихи под эпиграфом

То, что дозволено Юпитеру, не дозволено быку…

Одной поэтессе

Я заражен нормальным классицизмом. А вы, мой друг, заражены сарказмом.

В Италии

Роберто и Флер Калассо И я когда-то жил в городе, где на домах росли

Письмо генералу Z

Генерал! Наши карты — дерьмо. Я пас. Север вовсе не здесь, но в Полярном Круге.

Лети отсюда, белый мотылек

Лети отсюда, белый мотылек. Я жизнь тебе оставил. Это почесть

Всегда остается возможность выйти из дому

Всегда остается возможность выйти из дому на улицу, чья коричневая длина

В деревне никто не сходит с ума

В деревне никто не сходит с ума. По темным полям здесь приходит труд.

Мы незримы будем

Мы незримы будем, чтоб снова в ночь играть, а потом искать

Морозный вечер

Морозный вечер. Мосты в тумане. Жительницы грота

Новый Жюль Верн

Л. и Н. Лифшиц I

Заметка для энциклопедии

Прекрасная и нищая страна. На Западе и на Востоке — пляжи

Посвящается стулу

I Март на исходе. Радостная весть:

Ex ponto

(Последнее письмо Овидия в Рим) Тебе, чьи миловидные черты

С натуры

Джироламо Марчелло Солнце садится, и бар на углу закрылся.

Зажегся свет

Зажегся свет. Мелькнула тень в окне. Распахнутая дверь стены касалась.

Дождь в августе

Среди бела дня начинает стремглав смеркаться, и кучевое пальто норовит обернуться шубой

Время года — зима

Время года — зима. На границах спокойствие. Сны переполнены чем-то замужним, как вязким вареньем.

Postscriptum (Постскриптум)

Как жаль, что тем, чем стало для меня твоё существование, не стало

Чаша со змейкой

I Дождливым утром, стол, ты не похож

Примечания папоротника

По положению пешки догадываешься о короле. По полоске земли вдалеке — что находишься на корабле.

Post aetatem nostram

А. Я. Сергееву I

Похож на голос головной убор

Похож на голос головной убор. Верней, похож на головной убор мой голос.

Розы, герань, гиацинты

Розы, герань, гиацинты, пионы, сирень, ирис —

Новая жизнь

Представь, что война окончена, что воцарился мир. Что ты еще отражаешься в зеркале. Что сорока

Орфей и Артемида

Наступила зима. Песнопевец, не сошедший с ума, не умолкший,

Ex oriente

Да, точно так же, как Тит Ливий, он сидел в своем шатре, но был незримо

В альбом Натальи Скавронской

Осень. Оголённость тополей раздвигает коридор аллей

На Виа Джулиа

Теодоре Л. Колокола до сих пор звонят в том городе, Теодора,

Я как Улисс

Зима, зима, я еду по зиме, куда-нибудь по видимой отчизне,

Я пепел посетил

Я пепел посетил. Ну да, чужой. Но родственное что-то в нем маячит,

Назидание

I Путешествуя в Азии, ночуя в чужих домах,

Робинзонада

Новое небо за тридевятью земель. Младенцы визжат, чтоб привлечь вниманье

В письме на юг

Г. Гинзбургу-Воскову Ты уехал на юг, а здесь настали теплые дни,

Сонет к зеркалу

Не осуждая позднего раскаянья, не искажая истины условной,

Я слышу не то, что ты мне говоришь, а голос

Я слышу не то, что ты мне говоришь, а голос. Я вижу не то, во что ты одета, а ровный снег.

Она надевает чулки, и наступает осень

Она надевает чулки, и наступает осень; сплошной капроновый дождь вокруг.

Вполголоса, конечно

Вполголоса — конечно, не во весь — прощаюсь навсегда с твоим порогом.

С красавицей налаживая связь

С красавицей налаживая связь, вдоль стен тюрьмы, где отсидел три года,

Феликс

Пьяной горечью Фалерна чашу мне наполни, мальчик.

Роттердамский дневник

I Дождь в Роттердаме. Сумерки. Среда.

Дни бегут надо мной

Дни бегут надо мной, словно тучи над лесом,

Дидона и Эней

Великий человек смотрел в окно , а для нее весь мир кончался краем

Я шел сквозь рощу, думая о том

Я шел сквозь рощу, думая о том, что сосны остаются за плечами,

Я начинаю год, и рвет огонь

Я начинаю год, и рвет огонь на пустыре иссохшей елки остов

Холмы

Вместе они любили сидеть на склоне холма.

Перед прогулкой по камере

Сквозь намордник пройдя, как игла, и по нарам разлившись, как яд,

Храм Мельпомены

Поднимается занавес: на сцене, увы, дуэль. На секунданте — коричневая шинель.

Гладиаторы

Простимся. До встреч в могиле.

Современная песня

Человек приходит к развалинам снова и снова, он был здесь позавчера и вчера

Сжимающий пайку изгнанья

Сжимающий пайку изгнанья в обнимку с гремучим замком,

Сретенье

Анне Ахматовой Когда она в церковь впервые внесла

Я памятник воздвиг себе иной

Я памятник воздвиг себе иной! К постыдному столетию — спиной.

Вдоль темно-желтых квартир

Вдоль темно-желтых квартир на неизвестный простор

Новая Англия

Хотя не имеет смысла, деревья еще растут. Их можно увидеть в окне, но лучше издалека.

Представление

Михаилу Николаеву Председатель Совнаркома, Наркомпроса, Мининдела!

Октябрьская песня

Чучело перепелки стоит на каминной полке.

Фламмарион

М. Б. Одним огнем порождены

Памятник Пушкину

… И Пушкин падает в голубоватый колючий снег Э. Багрицкий.

Затем, чтоб пустым разговорцем

Затем, чтоб пустым разговорцем развеять тоску и беду,

Византийское

Поезд из пункта А, льющийся из трубы туннеля, впадает с гудением в раскинувшееся широко,

Тебе, когда мой голос отзвучит

Тебе, когда мой голос отзвучит настолько, что ни отклика, ни эха,

К переговорам в Кабуле

Жестоковыйные горные племена! Всё меню — баранина и конина.

Ты узнаешь меня по почерку

Ты узнаешь меня по почерку. В нашем ревнивом царстве все подозрительно: подпись, бумага, числа.

Не выходи из комнаты, не совершай ошибку

Не выходи из комнаты, не совершай ошибку. Зачем тебе Солнце, если ты куришь Шипку?

Я всегда твердил, что судьба игра

Л. В. Лифшицу Я всегда твердил, что судьба — игра.

Посвящение Глебу Горбовскому

Уходить из любви в яркий солнечный день, безвозвратно; Слышать шорох травы вдоль газонов, ведущих обратно,

Письмо в бутылке

То, куда вытянут нос и рот, прочий куда обращен фасад,

Теперь, зная многое о моей жизни

Теперь, зная многое о моей жизни — о городах, о тюрьмах,

Фонтан

Из пасти льва струя не журчит и не слышно рыка.

Теперь все чаще чувствую усталость

Теперь все чаще чувствую усталость, все реже говорю о ней теперь,

Прощайте, мадемуазель Вероника

I Если кончу дни под крылом голубки,

Одиночество

Когда теряет равновесие твоё сознание усталое,

Люби проездом родину друзей

Люби проездом родину друзей. На станциях батоны покупая,

Вертумн

Памяти Джанни Буттафавы I

Деревья окружили пруд

Деревья окружили пруд, белеющий средь них, как плешь,

Набросок

Холуй трясется. Раб хохочет. Палач свою секиру точит.

На выставке Карла Вейлинка

Аде Струве I

Квинтет

Марку Стрэнду I

Витезслав Незвал

На Карловом мосту ты улыбнешься, переезжая к жизни еженощно

Ты ветер, дружок

Ты — ветер, дружок. Я — твой лес. Я трясу листвой,

Пенье без музыки

F. W. Когда ты вспомнишь обо мне

Деревья в моем окне, в деревянном окне

Деревья в моем окне, в деревянном окне, деревню после дождя вдвойне

Шум ливня воскрешает по углам

Шум ливня воскрешает по углам салют мимозы, гаснущей в пыли.

Мы жили в городе цвета окаменевшей водки

Мы жили в городе цвета окаменевшей водки. Электричество поступало издалека, с болот,

Под вечер он видит, застывши в дверях

Под вечер он видит, застывши в дверях: два всадника скачут в окрестных полях,

Критерии

«…с маленькой смертью встреча» Гарсиа Лорка

Бюст Тиберия

Приветствую тебя две тыщи лет спустя. Ты тоже был женат на бляди.

Без фонаря

В ночи, когда ты смотришь из окна и знаешь, как далёко до весны,

Акростих

Ударник снов, отец Петра, Фигурой — бог, в костюмах узких

Кто их оттуда поднимет

Кто их оттуда поднимет, достанет со дна пруда?

Памяти Феди Добровольского

Мы продолжаем жить. Мы читаем или пишем стихи.

Время подсчета цыплят ястребом

Время подсчета цыплят ястребом; скирд в тумане, мелочи, обжигающей пальцы, звеня в кармане;

Осень

Осень выгоняет меня из парка,

Литовский дивертисмент

Томасу Венцлова 1. Вступление

Келломяки

М. Б. I

Не важно, что было вокруг, и не важно

Не важно, что было вокруг, и не важно, о чем там пурга завывала протяжно,

А. А. Ахматовой

За церквами, садами, театрами, за кустами в холодных дворах,

Anno Domini

М.Б. Провинция справляет Рождество.

Освоение космоса

Чердачное окно отворено. Я выглянул в чердачное окно.

Иския в октябре

Фаусто Мальковати Когда-то здесь клокотал вулкан.

Здесь жил Швейгольц, зарезавший свою

Здесь жил Швейгольц, зарезавший свою любовницу — из чистой показухи.

Резиденция

Небольшой особняк на проспекте Сарданапала. Пара чугунных львов с комплексом задних лап.

Если что-нибудь петь, то перемену ветра

Если что-нибудь петь, то перемену ветра, западного на восточный, когда замерзшая ветка

Как давно я топчу, видно по каблуку

Как давно я топчу, видно по каблуку. Паутинку тоже пальцем не снять с чела.

Стук

Свивает осень в листьях эти гнезда. Здесь в листьях

Волосы за висок

Волосы за висок между пальцев бегут,

Роману Каплану

Роману Каплану на следующий день после его 55-летия Прости, Роман, меня, мерзавца,

В канаве гусь, как стереотруба

В канаве гусь, как стереотруба, и жаворонок в тучах, как орел,

Стихотворение о слепых музыкантах

Слепые блуждают ночью. Ночью намного проще.

Песенка о Феде Добровольском

Желтый ветер манчжурский, говорящий высоко

Другу-стихотворцу

Нет, не посетует Муза, если напев заурядный,

Камни на земле

Эти стихи о том, как лежат на земле камни, простые камни, половина которых не видит солнца,

Сын, если я не мертв

Сын! Если я не мертв, то потому что, связок не щадя и перепонок,

Страх

Вечером входишь в подъезд, и звук шагов тебе самому

Сонет

Переживи всех. Переживи вновь,

Литовский ноктюрн Томасу Венцлова

I Взбаламутивший море

Пьяцца Матте

I Я пил из этого фонтана

Ответ на анкету

По возрасту я мог бы быть уже в правительстве. Но мне не по душе

Памяти Геннадия Шмакова

Извини за молчанье. Теперь ровно год, как ты нам в киловаттах

Дебют

1 Сдав все свои экзамены, она

Персидская стрела

Веронике Шильц Древко твое истлело, истлело тело,

Письмо в академию

Как это ни провинциально, я настаиваю, что существуют птицы

Телефонная песня

Вослед за тем последует другой. Хоть, кажется, все меры вплоть до лести

В деревне Бог живет не по углам

В деревне Бог живет не по углам, как думают насмешники, а всюду.

Покинул во тьме постель

Покинул во тьме постель и в темной прихожей встал.

Сравни с собой или примерь на глаз

Сравни с собой или примерь на глаз любовь и страсть и — через боль — истому.

Подтверждается дым из трубы

Подтверждается дым из трубы стариками, живущими в доме.

В Паланге

Коньяк в графине — цвета янтаря, что, в общем, для Литвы симптоматично.

Сбегают капли по стеклу

Сбегают капли по стеклу как по лицу. Смотри,

Стрельна

В. Герасимову Боярышник, захлестнувший металлическую ограду.

Не знает небесный снаряд

Не знает небесный снаряд, пронзающий сферы подряд

Зимним вечером в Ялте

Сухое левантинское лицо, упрятанное оспинками в бачки,

Они вдвоем глядят в соседний сад

Они вдвоем глядят в соседний сад, и мысленно в той комнате огромной

Пролитую слезу

«Пролитую слезу из будущего привезу,

Томас Транстремер за роялем

Городок, лежащий в полях как надстройка почвы. Монарх, замордованный штемпелем местной почты.

Проплывают облака

Слышишь ли, слышишь ли ты в роще детское пение, над сумеречными деревьями звенящие, звенящие голоса,

Снаружи темнеет

Снаружи темнеет, верней — синеет, точней — чернеет. Деревья в окне отменяет, диван комнеет.

Меня упрекали во всем

Меня упрекали во всем, окромя погоды, и сам я грозил себе часто суровой мздой.

Реки

Растительность в моем окне! зеленый колер! Что на вершину посмотреть что в корень —

Как славно вечером в избе

Как славно вечером в избе, запутавшись в своей судьбе,

Откуда к нам пришла зима

Откуда к нам пришла зима, не знаешь ты, никто не знает.

Брожу в редеющем лесу

Брожу в редеющем лесу. Промозглость, серость.

Стихи о принятии мира

Все это было, было. Все это нас палило.

В темноте у окна

В темноте у окна, на краю темноты

Ты забыла деревню

Ты забыла деревню, затерянную в болотах залесенной губернии, где чучел на огородах

На титульном листе

Ты, кажется, искал здесь? Не ищи. Гремит засов у входа неизменный.

Маятник о двух ногах

Маятник о двух ногах в кирзовых сапогах,

Развивая Крылова

М. Б. Одна ворона (их была гурьба,

Отказом от скорбного перечня

Отказом от скорбного перечня — жест большой широты в крохоборе! —

Неоконченное

Друг, тяготея к скрытым формам лести невесть кому — как трезвый человек

Письмо к А.Д.

Bсе равно ты не слышишь, все равно не услышишь ни слова, все равно я пишу, но как странно писать тебе снова,

Предпоследний этаж

Предпоследний этаж раньше чувствует тьму,

Корнелию Долабелле

Добрый вечер, проконсул или только-что-принял-душ. Полотенце из мрамора чем обернулась слава.

Осень хорошее время, если вы не ботаник

Осень — хорошее время, если вы не ботаник, если ботвинник паркета ищет ничью ботинок:

Ах, улыбнись

Ах, улыбнись, ах, улыбнись, во след махни рукой Недалеко за цинковой рекою

Мы вышли с почты прямо на канал

Мы вышли с почты прямо на канал, который начал с облаком сливаться

Посвящается Пиранези

Не то — лунный кратер, не то — колизей; не то — где-то в горах. И человек в пальто

Стог сена и загон овечий

Стог сена и загон овечий и дальше — дом полупустой —

Венецианские строфы (1)

Сюзанне Зонтаг I

Мне говорят, что нужно уезжать

Мне говорят, что нужно уезжать. Да-да. Благодарю. Я собираюсь.

На столетие Анны Ахматовой

Страницу и огонь, зерно и жернова, секиры острие и усеченный волос —

Кончится лето, начнется сентябрь

Кончится лето. Начнется сентябрь. Разрешат отстрел утки, рябчика, вальдшнепа. ‘Ах, как ты постарел’

Как вдоль коричневой казармы

Как вдоль коричневой казармы, в решетку темную гляжу,

Малиновка

М. Б. Ты выпорхнешь, малиновка, из трех

Уезжай, уезжай, уезжай

Уезжай, уезжай, уезжай, так немного себе остается,

Барбизон Террас

Небольшая дешевая гостиница в Вашингтоне. Постояльцы храпят, не снимая на ночь

Семенов

Владимиру Уфлянду Не было ни Иванова, ни Сидорова, ни Петрова.

Желтая куртка

Подросток в желтой куртке, привалясь к ограде, а точней — к орущей пасти

Сонет к Глебу Горбовскому

Мы не пьяны. Мы, кажется, трезвы. И, вероятно, вправду мы поэты,

Подруга, дурнея лицом, поселись в деревне

Подруга, дурнея лицом, поселись в деревне. Зеркальце там не слыхало ни о какой царевне.

Я обнял эти плечи

Я обнял эти плечи и взглянул на то, что оказалось за спиною,

Венецианские строфы (2)

Геннадию Шмакову I

Похороны Бобо

1 Бобо мертва, но шапки недолой.

Каппадокия

Сто сорок тысяч воинов Понтийского Митридата — лучники, конница, копья, шлемы, мечи, щиты —

Fin de siecle

Век скоро кончится, но раньше кончусь я. Это, боюсь, не вопрос чутья.

Я родился и вырос в балтийских болотах

Я родился и вырос в балтийских болотах, подле серых цинковых волн, всегда набегавших по две,

Послесловие к басне

Еврейская птица ворона, зачем тебе сыра кусок?

Сначала в бездну свалился стул

Сначала в бездну свалился стул, потом — упала кровать,

Стихи об испанце Мигуэле Сервете

Стихи об испанце Мигуэле Сервете, еретике, сожженном кальвинистами Истинные случаи иногда становятся притчами.

Вечер. Развалины геометрии

Вечер. Развалины геометрии. Точка, оставшаяся от угла.

Колыбельная трескового мыса

А. Б. I

Клоуны разрушают цирк

Клоуны разрушают цирк. Слоны убежали в Индию, тигры торгуют на улице полосами и обручами,

Гуернавака

Октавио Пасу В саду, где М., французский протеже,

Смотри: экономя усилья

‘Работай, работай, работай…’ А. Блок

Пустые, перевернутые лодки

Пустые, перевернутые лодки похожи на солдатские пилотки

Неоконченный отрывок

Самолёт летит на Вест, расширяя круг тех мест

Ни страны, ни погоста

Ни страны, ни погоста не хочу выбирать.

Воротишься на родину

Воротишься на родину. Ну что ж. Гляди вокруг, кому еще ты нужен,

Только пепел знает

Только пепел знает, что значит сгореть дотла. Но я тоже скажу, близоруко взглянув вперед:

Война в убежище Киприды

Смерть поступает в виде пули из магнолиевых зарослей, попарно.

Сумев отгородиться от людей

Сумев отгородиться от людей, я от себя хочу отгородиться.

Бессмертия у смерти не прошу

Бессмертия у смерти не прошу. Испуганный, возлюбленный и нищий, —

Темза в Челси

I Ноябрь. Светило, поднявшееся натощак,

В деревянном доме, в ночи

X. В. Горенко В деревянном доме, в ночи

Надежде Филипповне Крамовой на день ее девяностопятилетия

Надежда Филипповна [1] милая! Достичь девяноста пяти

Письма династии Минь

I Скоро тринадцать лет, как соловей из клетки

А здесь жил Мельц

А здесь жил Мельц. Душа, как говорят… Все было с ним до армии в порядке.

Представь, чиркнув спичкой, тот вечер в пещере

Представь, чиркнув спичкой, тот вечер в пещере, используй, чтоб холод почувствовать, щели

Песни счастливой зимы

Песни счастливой зимы на память себе возьми,

Лидо

Ржавый румынский танкер, барахтающийся в лазури, как стоптанный полуботинок, который, вздохнув, разули.

MCMXCIV

Глупое время: и нечего, и не у кого украсть. Легионеры с пустыми руками возвращаются из походов.

Воронья песня

Снова пришла лиса с подведенной бровью, снова пришел охотник с ружьем и дробью,

Письмо в оазис

Не надо обо мне. Не надо ни о ком. Заботься о себе, о всаднице матраца.

С грустью и с нежностью

А. Горбунову На ужин вновь была лапша, и ты,

Пришла зима, и все, кто мог лететь

Пришла зима, и все, кто мог лететь, покинули пустую рощу — прежде,

Мерида

Коричневый город. Веер пальмы и черепица

Дедал в Сицилии

Всю жизнь он что-нибудь строил, что-нибудь изобретал. То для критской царицы искусственную корову,

Гость

Глава 1 Друзья мои, ко мне на этот раз.

Чем больше черных глаз, тем больше переносиц

Чем больше черных глаз, тем больше переносиц, а там до стука в дверь уже подать рукой.

Жизнь в рассеянном свете

Грохот цинковой урны, опрокидываемой порывом ветра. Автомобили катятся по булыжной

В этой комнате пахло тряпьем и сырой водой

В этой комнате пахло тряпьем и сырой водой, и одна в углу говорила мне: ‘Молодой!

Ты знаешь, сколько Сидорову лет?

— Ты знаешь, сколько Сидорову лет? — — Который еще Сидоров? — Да брось ты!

Зимним вечером на сеновале

Снег сено запорошил сквозь щели под потолком.

Доклад для симпозиума

Предлагаю вам небольшой трактат об автономности зрения. Зрение автономно

Ветер оставил лес

Ветер оставил лес и взлетел до небес,

Октябрь месяц грусти и простуд

Октябрь — месяц грусти и простуд, а воробьи — пролетарьят пернатых —

Пятая годовщина

Падучая звезда, тем паче — астероид на резкость без труда твой праздный взгляд настроит.

Это было плаванье сквозь туман

Это было плаванье сквозь туман. Я сидел в пустом корабельном баре,

Август

Маленькие города, где вам не скажут правду. Да и зачем вам она, ведь всё равно — вчера.

Услышу и отзовусь

Сбились со счета дни, и Борей покидает озимь, ночью при свете свечи пересчитывает стропила.

Сан-Пьетро

I Третью неделю туман не слезает с белой

Слава

Над утлой мглой столь кратких поколений, пришедших в мир, как посетивших мир,

Ты не скажешь комару

Ты не скажешь комару: ‘Скоро я, как ты, умру’.

Инструкция опечаленным

Не должен быть очень несчастным и, главное, скрытным…

В замерзшем песке

Трехцветных птичек голоса, — хотя с нагих ветвей

Бабочка

I Сказать, что ты мертва?

Что ты делаешь, птичка, на черной ветке

— Что ты делаешь, птичка, на черной ветке, оглядываясь тревожно?

Оставив простодушного скупца

Оставив простодушного скупца, считающего выдохи и вдохи,