Ио́сиф Алекса́ндрович Бро́дский (24 мая 1940, Ленинград, СССР — 28 января 1996, Нью-Йорк, США) — русский[2] и американский[3] поэт, эссеист, драматург, переводчик, педагог. Стихи писал преимущественно на русском языке, эссеистику — на английском. Лауреат Нобелевской премии по литературе 1987 года «за всеобъемлющее творчество, проникнутое ясностью мысли и поэтической интенсивностью». Почётный гражданин Санкт-Петербурга (1995).
581
Стихотворений
56
Лет жизни
Стихотворения
Пристань Фегердала
Деревья ночью шумят на берегу пролива.
Видимо, дождь; ибо навряд ли ива,
Лесная идиллия
I
Она: Ах, любезный пастушок,
Нет, Филомела, прости
Нет, Филомела, прости:
я не успел навести
Все чуждо в доме новому жильцу
Все чуждо в доме новому жильцу.
Поспешный взгляд скользит по всем предметам,
Подражание Горацию
Лети по воле волн, кораблик.
Твой парус похож на помятый рублик.
Переселение
Дверь хлопнула, и вот они вдвоем
стоят уже на улице. И ветер
Освоение космоса
Чердачное окно отворено.
Я выглянул в чердачное окно.
Темно-синее утро в заиндевевшей раме
Темно-синее утро в заиндевевшей раме
напоминает улицу с горящими фонарями,
В деревянном доме, в ночи
X. В. Горенко
В деревянном доме, в ночи
Presepio
Младенец, Мария, Иосиф, цари,
скотина, верблюды, их поводыри,
Покинул во тьме постель
Покинул во тьме постель
и в темной прихожей встал.
Март
Дни удлиняются. Ночи
становятся все короче.
Приглашение к путешествию
Сначала разбей стекло с помощью кирпича.
Из кухни пройдешь в столовую (помни: там две ступеньки).
Стихи в апреле
В эту зиму с ума
я опять не сошёл. А зима,
Сан-Пьетро
I
Третью неделю туман не слезает с белой
Уже три месяца подряд
Уже три месяца подряд
под снегопад с аэродрома
Курс акций
О как мне мил кольцеобразный дым!
Отсутствие заботы, власти.
Воспоминания
Белое небо
крутится надо мною.
Корнелию Долабелле
Добрый вечер, проконсул или только-что-принял-душ.
Полотенце из мрамора чем обернулась слава.
Что ветру говорят кусты
Что ветру говорят кусты,
листом бедны?
Предпоследний этаж
Предпоследний этаж
раньше чувствует тьму,
Aqua vita nuova
F. W.
Шепчу ‘прощай’ неведомо кому.
Литовский дивертисмент
Томасу Венцлова
1. Вступление
Смотритель лесов, болот
Смотритель лесов, болот,
новый инспектор туч
Отказом от скорбного перечня
Отказом от скорбного перечня — жест
большой широты в крохоборе! —
Маятник о двух ногах
Маятник о двух ногах
в кирзовых сапогах,
Ни тоски, ни любви, ни печали
Ни тоски, ни любви, ни печали,
ни тревоги, ни боли в груди,
Был черный небосвод светлей тех ног
«Был черный небосвод светлей тех ног,
и слиться с темнотою он не мог»
Пустые, перевернутые лодки
Пустые, перевернутые лодки
похожи на солдатские пилотки
Современная песня
Человек приходит к развалинам снова и снова,
он был здесь позавчера и вчера
Помнишь свалку вещей на железном стуле
Пора забыть верблюжий этот гам
и белый дом на улице Жуковской.
Гуернавака
Октавио Пасу
В саду, где М., французский протеже,
Зажегся свет
Зажегся свет. Мелькнула тень в окне.
Распахнутая дверь стены касалась.
Другу-стихотворцу
Нет, не посетует Муза,
если напев заурядный,
Письмо в оазис
Не надо обо мне. Не надо ни о ком.
Заботься о себе, о всаднице матраца.
Еще пробирались на ощупь
Еще пробирались на ощупь
к местам за столом женихи,
Вертумн
Памяти Джанни Буттафавы
I
Около океана, при свете свечи
Около океана, при свете свечи; вокруг
поле, заросшее клевером, щавелем и люцерной.
Из Альберта Эйнштейна
Петру Вайлю
Вчера наступило завтра, в три часа пополудни.
Персидская стрела
Веронике Шильц
Древко твое истлело, истлело тело,
Сознанье, как шестой урок
Сознанье, как шестой урок,
выводит из казённых стен
Я не люблю людей
Отрывок из
стихотворения «Натюрморт»
Телефонная песня
Вослед за тем последует другой.
Хоть, кажется, все меры вплоть до лести
1867
В ночном саду под гроздью зреющего манго
Максимильян танцует то, что станет танго.
Элегия (Однажды этот южный городок)
Однажды этот южный городок
был местом моего свиданья с другом;
С точки зрения воздуха
С точки зрения воздуха, край земли
всюду. Что, скашивая облака,
Через два года
Через два года
высохнут акации,
Воспоминание
Дом был прыжком геометрии в глухонемую зелень
парка, чьи праздные статуи, как бросившие ключи
В темноте у окна
В темноте у окна,
на краю темноты
Определение поэзии
Памяти
Федерико Гарсия Лорки
Здесь жил Швейгольц, зарезавший свою
Здесь жил Швейгольц, зарезавший свою
любовницу — из чистой показухи.
Метель в Массачусетсе
Виктории Швейцер
Снег идет — идет уж который день.
Шесть лет спустя
Так долго вместе прожили, что вновь
второе января пришлось на вторник,
Реки
Растительность в моем окне! зеленый колер!
Что на вершину посмотреть что в корень —
Томасу Транстремеру
Вот я и снова под этим бесцветным небом,
заваленным перистым, рыхлым, единым хлебом
Теперь все чаще чувствую усталость
Теперь все чаще чувствую усталость,
все реже говорю о ней теперь,
Кентавры
Кентавры I
Наполовину красавица, наполовину софа’, в просторечьи — Со’фа,
Вместе они любили
Вместе они любили
сидеть на склоне холма.
Как вдоль коричневой казармы
Как вдоль коричневой казармы,
в решетку темную гляжу,
Я был только тем
Я был только тем, чего
ты касалась ладонью,
Второе Рождество на берегу
Второе Рождество на берегу
незамерзающего Понта.
Огонь, ты слышишь, начал угасать
Огонь, ты слышишь, начал угасать.
А тени по углам — зашевелились.
1 сентября (Первое сентября)
День назывался «первым сентября».
Детишки шли, поскольку — осень, в школу.
О этот искус рифмы плесть
О этот искус рифмы плесть!
Отчасти месть, но больше лесть
Рыбы зимой
Рыбы зимой живут.
Рыбы жуют кислород.
Колокольчик звенит
Колокольчик звенит —
предупреждает мужчину
Воронья песня
Снова пришла лиса с подведенной бровью,
снова пришел охотник с ружьем и дробью,
Ниоткуда с любовью
Ниоткуда с любовью, надцатого мартобря,
дорогой, уважаемый, милая, но не важно
Замерзший кисельный берег
Замерзший кисельный берег. Прячущий в молоке
отражения город. Позвякивают куранты.
В этой комнате пахло тряпьем и сырой водой
В этой комнате пахло тряпьем и сырой водой,
и одна в углу говорила мне: ‘Молодой!
Эклога 5-я (Летняя)
Марго Пикен
I
Под раскидистым вязом
Под раскидистым вязом, шепчущим ‘че-ше-ще’,
превращая эту кофейню в нигде, в вообще
Развивая Крылова
М. Б.
Одна ворона (их была гурьба,
Я слышу не то, что ты мне говоришь, а голос
Я слышу не то, что ты мне говоришь, а голос.
Я вижу не то, во что ты одета, а ровный снег.
Камерная музыка
Ночь. Камера. Волчок
хуярит прямо мне в зрачок.
Диалог
‘Там он лежит, на склоне.
Ветер повсюду снует.
Я обнял эти плечи
Я обнял эти плечи и взглянул
на то, что оказалось за спиною,
Отнюдь не вдохновение, а грусть
Отнюдь не вдохновение, а грусть
меня склоняет к описанью вазы.
Посвящается стулу
I
Март на исходе. Радостная весть:
Разговор с небожителем
Здесь, на земле,
где я впадал то в истовость, то в ересь,
Вдоль темно-желтых квартир
Вдоль темно-желтых квартир
на неизвестный простор
Я не то что схожу с ума
Я не то что схожу с ума, но устал за лето.
За рубашкой в комод полезешь, и день потерян.
Песня невинности, она же — опыта
«On a cloud I saw a child,
and he laughing said to me…»
В отеле Континенталь
Победа Мондриана. За стеклом —
пир кубатуры. Воздух или выпит
Томас Транстремер за роялем
Городок, лежащий в полях как надстройка почвы.
Монарх, замордованный штемпелем местной почты.
Послесловие
I
Годы проходят. На бурой стене дворца
Как давно я топчу, видно по каблуку
Как давно я топчу, видно по каблуку.
Паутинку тоже пальцем не снять с чела.
Посвящается Джироламо Марчелло
Однажды я тоже зимою приплыл сюда
из Египта, считая, что буду встречен
Робинзонада
Новое небо за тридевятью земель.
Младенцы визжат, чтоб привлечь вниманье
В одиночке желание спать
В одиночке желание спать
исступленье смиряет кругами,
По дороге на Скирос
Я покидаю город, как Тезей —
свой Лабиринт, оставив Минотавра
Я пепел посетил
Я пепел посетил. Ну да, чужой.
Но родственное что-то в нем маячит,
Полярный исследователь
Все собаки съедены. В дневнике
не осталось чистой страницы. И бисер слов
Новая жизнь
Представь, что война окончена, что воцарился мир.
Что ты еще отражаешься в зеркале. Что сорока
Стансы городу
Да не будет дано
умереть мне вдали от тебя,
Посвящение
Ни ты, читатель, ни ультрамарин
за шторой, ни коричневая мебель,
Ничем, Певец, твой юбилей
А. Кушнеру
Ничем, Певец, твой юбилей
В горчичном лесу
Гулко дятел стучит по пустым
деревам, не стремясь достучаться.
Облака
О, облака
Балтики летом!
То не Муза воды набирает в рот
То не Муза воды набирает в рот.
То, должно, крепкий сон молодца берет.
Садовник в ватнике, как дрозд
Садовник в ватнике, как дрозд,
по лестнице на ветку влез,
