Изабе́лла (Бе́лла) Аха́товна Ахмаду́лина (10 апреля 1937[1][2][…], Москва[1] — 29 ноября 2010[3][2][…], Переделкино, Московская область) — советская и российская поэтесса из поколения шестидесятников, писательница, переводчица. Одна из крупнейших советских и российских лирических поэтесс второй половины XX века. Член Союза российских писателей, исполкома Русского ПЕН-центра, Общества друзей Музея изобразительных искусств имени А. С. Пушкина. Почётный член Американской академии искусств и литературы. Лауреат Государственной премии Российской Федерации (2005), Премии Президента Российской Федерации (1999), Государственной премии имени Булата Окуджавы (2004) и Государственной премии СССР (1989).
302
Стихотворений
73
Лет жизни
Стихотворения
Чего еще ты ждешь и хочешь, время
Чего еще ты ждешь и хочешь, время?
Каких стихов ты требуешь, ответствуй!
Солнечный зимний день
Вот паруса живая тень
зрачок прозревший осеняет,
Из непосланного письма
Как сверкают и брызгают капли!
По Москве мое тело бредет.
На смерть Хемингуэя
Охотник непреклонный!
Целясь,
Тоска по Лермонтову
О Грузия, лишь по твоей вине,
когда зима грязна и белоснежна,
Стихотворение, написанное давным-давно
Пятнадцать мальчиков,
а может быть, и больше,
Немота
Кто же был так силен и умен?
Кто мой голос из горла увел?
Бог памяти, бог забыванья
Бог памяти, бог забыванья!
Ожог вчерашнего пыланья
Сумерки
Есть в сумерках блаженная свобода
от явных чисел века, года, дня.
Северная баллада
Только степи и снег.
Торжество белизны совершенной.
Бубны
Когда я говорить устану,
когда наскучат мне слова,
Молитва змеи
Как холодна змея,
красива,
Человек в чисто поле выходит
Человек в чисто поле выходит,
травку клевер зубами берет.
В ночи непроходимой, беспросветной
В ночи непроходимой, беспросветной
являлась смерть больной душе моей
Вот солнце
Вот солнце
на носки привстало,
Очки
Вот кабинет, в котором больше нет
Хозяина, но есть его портрет.
Варфоломеевская ночь
Я думала в уютный час дождя:
а вдруг и впрямь, по логике наитья,
О, пусть ласточки обрадуют нас вестью
О, пусть ласточки обрадуют нас вестью
о появлении первых роз.
Ночь
Уже рассвет темнеет с трех сторон,
а все руке недостает отваги,
Дом
Я вам клянусь: я здесь бывала!
Бежала, позабыв дышать.
Долгой жизни тебе
Долгой жизни тебе, о фиалка!
Твоим синим и милым глазам.
И отстояв за упокой
…И отстояв за упокой
в осенний день обыкновенный,
Завидна мне извечная привычка
Завидна мне извечная привычка
быть женщиной и мужнею женою,
Победа
В день празднества, в час майского дождя,
в миг соловьиных просьб и повелений,
Мравалжамиер
Твоим вершинам,
белым и синим,
Кофейный чертик
Опять четвертый час. Да что это, ей-богу!
Ну, что, четвертый час, о чём поговорим?
Садовник
Я не скрипеть прошу калитку,
я долго около стою.
Я совсем маленькая веточка
Вот я стою — ни женщина, ни девочка,
и ветер меня гладит по плечам.
Абхазские похороны
Две девочки бросали георгины,
бросали бережливо, иногда,
Когда наступит ночь
Когда наступит ночь
и вычернит
Бьют часы, возвестившие осень
Бьют часы, возвестившие осень:
тяжелее, чем в прошлом году,
Художник
Вы скажете, что не разумен.
Мой довод, но сдается мне,
В Зедазени
Лето заканчивается поспешно,
лето заканчивается на дворе.
Музыка Шопена
Какая участь нас постигла,
как повезло нам в этот час,
Летит с небес плетеная корзина
Летит с небес плетеная корзина.
Ах, как нетрезвость осени красива!
Бегство от тебя в Мцхету
О, как дожди в то лето лили!
А я бежал от нас двоих.
Метель
Февраль — любовь и гнев погоды.
И, странно воссияв окрест,
Возвращение из Ленинграда
Всё б глаз не отрывать от города Петрова,
гармонию читать во всех его чертах
Все это надо перешить
— Все это надо перешить, —
сказал портной, — ведь дело к маю.
Газированная вода
Вот к будке с газированной водой,
всех автоматов баловень надменный,
Тень яблони
Тень яблони
живет на красивом лугу.
Пейзаж
Еще ноябрь, а благодать
уж сыплется, уж смотрит с неба.
Дом и лес
Этот дом увядает, как лес…
Но над лесом — присмотр небосвода,
Последний день живу я в странном доме
Последний день живу я в странном доме,
чужом, как все дома, где я жила.
Охотник сумрачно и дерзко
Охотник сумрачно и дерзко
раскладывает западни.
Сны о Грузии
Сны о Грузии — вот радость!
И под утро так чиста
Воскресный день
О, как люблю я пребыванье рук
в блаженстве той свободы пустяковой,
Колокола звонят, и старомодной
Колокола звонят, и старомодной
печалью осеняют небеса,
Стихотворение с пропущенной строкой
Земля, он мертв. Себе его возьми.
Тебе одной принадлежит он ныне.
Потом я вспомню, что была жива
Потом я вспомню, что была жива,
зима была, и падал снег, жара
Я слечу, сирень
Небо синее,
нет у неба предела
Прощание
А напоследок я скажу:
прощай, любить не обязуйся.
Корни
Вознесен над Евфратом и Тигром,
сверху вниз я смотрел на века,
Отрывок из маленькой поэмы о Пушкине
Он и она
Каков? — Таков: как в Африке, курчав
Анне Каландадзе
Как мило все было, как странно.
Луна восходила, и Анна
Смеясь, ликуя и бунтуя
Смеясь, ликуя и бунтуя,
в своей безвыходной тоске,
Несмеяна
Так и сижу — царевна Несмеяна,
ем яблоки, и яблоки горчат.
Опять сентябрь, как тьму времен назад
Опять сентябрь, как тьму времен назад,
и к вечеру мужает юный холод.
Как никогда, беспечна и добра
Как никогда, беспечна и добра,
я вышла в снег арбатского двора,
Орлы уснули
Вот сказки первые слова:
орлы уснули, как орлята,
В поезде
Между нами — лишь день расстоянья.
Не прошло еще целого дня.
Так дурно жить, как я вчера жила
Так дурно жить, как я вчера жила, —
в пустом пиру, где все мертвы друг к другу
Татарке девушке
Татарка девушка,
сыграй на желтом бубне,
Метель (Переделкино снег заметал)
Переделкино снег заметал.
Средь белейшей метели не мы ли
Маленькие самолеты
Ах, мало мне другой заботы,
обременяющей чело, —
О бабочек взлеты и слеты
О бабочек взлеты и слеты!
Может быть, я ошибаюсь.
Какие розовые щеки
Какие розовые щеки,
и в каждой светит по костру,
В День Победы
О медлительная побелка
этих яблоневых лепестков!
Моя машинка не моя
Моя машинка — не моя.
Мне подарил ее коллега,
Звезды
Апрельская тихая ночь теперь.
Те птицы и эти
Опустевшая дача
Увы, ущелие пустое!
Давно ли в сетке гамака
Воспоминание
Мне говорят: который год
в твоем дому идет ремонт,
Медлительность
Замечаю: душа не прочна
и прервется. Но как не заметить,
Скорее знамена
Светает! И огненный шар
раскаленный встает из-за моря…
Сказка о дожде
1
Со мной с утра не расставался Дождь.
Скульптура
Друзья, победа и блаженство!
О сновиденья произвола
Мери
Венчалась Мери в ночь дождей,
и в ночь дождей я проклял Мори.
Домик около моря
Домик около моря. О, ты —
только ты, только я в этом доме.
День поэзии
Какой безумец празднество затеял
и щедро Днем поэзии нарек?
Он поправляет пистолет
Он поправляет пистолет,
свеча качнулась, продержалась…
Я сам не знаю, что со мной творится
Я сам не знаю, что со мной творится:
другой красы душа не понимает,
Задуманное поведай облакам
А после — шаль висела у огня,
и волосы, не знавшие законов
Девять дубов
Мне снился сон — и что мне было делать?
Мне снился сон — я наблюдал его.
Луг зеленый
Луг зеленый, чистый дождик…
Может, в этом выход твой?
Ада
Что в бедном имени твоем,
что в имени неблагозвучном
Громче шелести
Громче шелести, осина,
громче, мать-земля, гуди.
Помню, как вижу, зрачки затемню
Помню — как вижу, зрачки затемню
веками, вижу: о, как загорело
Воспоминание о Ялте
В тот день случился праздник на земле.
Для ликованья все ушли из дома,
Снег
Лишь бы жить, лишь бы пальцами трогать,
лишь бы помнить, как подле моста
Две округлых улыбки, Телети и Цхнети
Две округлых улыбки — Телети и Цхнети,
и Кумиси и Лиси — два чистых зрачка.
Биографическая справка
Все началось далекою порой,
в младенчестве, в его начальном классе,
Стихотворение, написанное во время бессонницы в Тбилиси
Мне — пляшущей под мцхетскою луной,
мне — плачущей любою мышцей в теле,
Я школу Гнесиных люблю
Я школу Гнесиных люблю,
пока влечет меня прогулка
Андрею Вознесенскому
Ремесло наши души свело,
заклеймило звездой голубою.
Я книгочей, я в темень книг глядел
Я книгочей, я в темень книг глядел,
я звездочет, я созерцал пространство,
По пути в Сванетию
Теперь и сам я думаю: ужели
по той дороге, странник и чудак,
Невеста
Хочу я быть невестой,
красивой, завитой,
На берегу то ль ночи, то ли дня
На берегу то ль ночи, то ли дня,
над бездною юдоли, полной муки,
Чужое ремесло
Чужое ремесло мной помыкает.
На грех наводит, за собой маня.
Новая тетрадь
Смущаюсь и робею пред листом
бумаги чистой.
Гагра
Меж деревьев и дач — тишина.
Подметание улиц. Поливка.
О милая
«О милая!»-так я хотел назвать
ту, что мила, но не была мне милой.
Рисунок
Рисую женщину в лиловом.
Какое благо — рисовать
Жизнь лозы
I
Солнце гуляет по-над берегами Иори,
За что мне все это
За что мне все это?
Февральской теплыни подарки,
Прохожий, мальчик, что ты
Прохожий, мальчик, что ты? Мимо
иди и не смотри мне вслед.
О, мой застенчивый герой
О, мой застенчивый герой,
ты ловко избежал позора.
Симону Чиковани
Явиться утром в чистый север сада,
в глубокий день зимы и снегопада,
Зимняя замкнутость
Странный гость побывал у меня в феврале.
Снег занес, мою крышу еще — в январе,
Серафит: зову Серафиту
Не умерла, не предана земле.
Ты — на земле живешь, как все.
Моя родословная
1
…И я спала все прошлые века
Лирический репортаж с проспекта Руставели
Ошибся тот, кто думал, что проспект
есть улица. Он влажный брег стихии
Свирель поет печально
Свирель поет печально,
стройно,
Он ждал возникновенья своего
Он ждал возникновенья своего
из чащ небытия, из мглы вселенной.
Прекратим эти речи на миг
Прекратим эти речи на миг,
пусть и дождь свое слово промолвит
Вот звук дождя как будто звук домбры
Вот звук дождя как будто звук домбры, —
так тренькает, так ударяет в зданья.
Тийю
Чужой страны познал я речь,
и было в ней одно лишь слово,
Слово
«Претерпевая медленную юность,
впадаю я то в дерзость, то в угрюмость,
Море
Погрезим о морском просторе!
Там синь, сиянье, там весна.
Заклинание
Не плачьте обо мне — я проживу
счастливой нищей, доброй каторжанкой,
Камень
Я сравнивал. Я точен был в расчетах.
Я применял к предметам власть свою.
Магнитофон
В той комнате под чердаком,
в той нищенской, в той суверенной,
Нежность
Так ощутима эта нежность,
вещественных полна примет.
Твой дом
Твой дои, не ведая беды,
меня встречал и в щеку чмокал.
Я думала, что ты мой враг
Я думала, что ты мой враг,
что ты беда моя тяжелая,
Соблюдающий тишину
…В этом мире, где осень, где розовы детские лица,
где слова суеты одинокой душе тяжелы, кто-то есть…
Серафит: раздумья о Серафите
Как вникал я в твое многолетие, Мцхета.
Прислонившись к тебе, ощущал я плечом
По улице моей который год
По улице моей который год
звучат шаги — мои друзья уходят.
Осколки глиняной чаши
…И ныне помню этот самолет
и смею молвить: нет, я не был смелым.
Мы расстаемся, и одновременно
— Мы расстаемся — и одновременно
овладевает миром перемена,
Плохая весна
Пока клялись беспечные снега
блистать и стыть с прилежностью металла,
Начало
О стихи, я бы вас начинал,
начиная любое движенье.
Ревность пространства 9 марта
Объятье — вот занятье и досуг.
В семь дней иссякла маленькая вечность.
Мои товарищи
1.
— Пока! — товарищи прощаются со мной.
Ты такое глубокое
Ты такое глубокое,
небо грузинское,
Что делает весна
Что делает весна
с владениями роз?
Апрель
Вот девочки — им хочется любви.
Вот мальчики — им хочется в походы.
Первый день осени
И вижу день и даже вижу взор,
которым я недвижно и в упор
Сад еще не облетал
Сад еще не облетал,
только береза желтела.
Не уделяй мне много времени
Не уделяй мне много времени,
вопросов мне не задавай.
Вулканы
Молчат потухшие вулканы,
на дно их падает зола.
Ладо Асатиани
Где-то поблизости
солнце и ветры
Когда я целую тебя
Когда я целую тебя,
ты на цыпочки привстаешь, —
Петергоф
Опять благословенный Петергоф
дождям своим повелевает литься
Лермонтов и дитя
Под сердцем, говорят. Не знаю.
Не вполне.
Не писать о грозе
Беспорядок грозы в небесах!
Не писать! Даровать ей свободу —
Случилось так, что двадцати семи
Случилось так, что двадцати семи
лет от роду мне выпала отрада
Поэзия прежде всего
О друзья, лишь поэзия прежде, чем вы,
прежде времени, прежде меня самого,
В Шиомгвиме
Железный балкон,
уютный и ветхий.
Мой Паоло и мой Тициан
Склон Удзо высокой луной осиян.
Что там происходит? Размолвка, помолвка
Скажи мне, Чиамария
Чиамария, Чиамария,
отшумел этот дождик сполна.
Снегопад
Снегопад свое действие начал
и еще до свершения тьмы
Жила в покое окаянном
Жила в покое окаянном,
а все ж душа — белым-бела,
О магнолия, как я хочу быть с тобой
За листом твоим,
листом дорогим,
Дачный роман
Вот вам роман из жизни дачной.
Он начинался в октябре,
Город
Привет Вам! Снова все мы в сборе,
но нет ни луга, ни травы.
Мотороллер
Завиден мне полет твоих колес,
о мотороллер розового цвета!
Я столько раз была мертва
Я столько раз была мертва
иль думала, что умираю,
В опустевшем доме отдыха
Впасть в обморок беспамятства, как плод,
уснувший тихо средь ветвей и грядок,
Мерани
Мчится Конь — без дорог, отвергая дорогу любую.
Вслед мне каркает ворон злоокий: живым я не буду.
Свеча
Всего-то — чтоб была свеча,
свеча простая, восковая,
