Евге́ний Алекса́ндрович Евтуше́нко (фамилия при рождении — Гангнус[1][2][3], 18 июля 1932[2] [по паспорту — 1933][4], Зима[3]; по другим данным — Нижнеудинск[5][6], Иркутская область; — 1 апреля 2017, Талса, Оклахома, США[7]) — русский советский и российский поэт. Получил известность также как прозаик, режиссёр, сценарист, публицист, чтец-оратор и актёр. Был номинирован на Нобелевскую премию по литературе (1963; по данным СМИ в 2010 году)[8][9].
393
Стихотворений
85
Лет жизни
Стихотворения
Мама и нейтронная бомба
Поэма
Наша фирма принимает заказы на
Бабий Яр
Над Бабьим Яром памятников нет.
Крутой обрыв, как грубое надгробье.
Идут белые снеги
Идут белые снеги,
как по нитке скользя…
Непонятным поэтам
Я так завидовал всегда
всем тем,
Плач по брату
В. Щукину
С кровью из клюва,
Качка (Баллада о бочке)
Качка!
Обалдевшие инструкции срываются с гвоздей,
Я хотел бы
Я хотел бы
родиться
Я сибирской породы
Я сибирской породы.
Ел я хлеб с черемшой
При каждом деле есть случайный мальчик
При каждом деле есть случайный мальчик.
Таким судьба таланта не дала,
Тореро
Тореро, мальчик, я — старик,
я сам — тореро бывший.
Ритмы Рима
«Забыли нас, любимый мой.
Из парка все ушли домой,
Баллада о миражах
И оные огни поддельные смущают души рыбацкие
вселением надежды обманной…
Мёд
Я расскажу вам быль про мёд.
Пусть кой-кого она проймёт,
Хранительница очага
Джан
Собрав еле-еле с дорог
Третья память
У всех такой бывает час:
тоска липучая пристанет,
Колизей
Колизей,
я к тебе не пришел, как в музей.
Монолог битников
Двадцатый век нас часто одурачивал.
Нас, как налогом, ложью облагали.
Не понимать друг друга страшно
Не понимать друг друга страшно —
не понимать и обнимать,
Голос в телефонной трубке
Голос в телефонной трубке
Если б голос можно было целовать,
Большой талант всегда тревожит
Большой талант всегда тревожит
и, жаром головы кружа,
Баллада о Муромце
Он спал, рыбак. В окне уже светало.
А он всё дрых. Багровая рука
Карьера
Твердили пастыри, что вреден
и неразумен Галилей,
Граждане, послушайте меня
Я на пароходе «Фридрих Энгельс»,
ну а в голове — такая ересь,
Зашумит ли клеверное поле
Зашумит ли клеверное поле,
заскрипят ли сосны на ветру,
Карликовые березы
Мы — карликовые березы.
Мы крепко сидим, как занозы,
В пальто незимнем, в кепке рыжей
В пальто незимнем, в кепке рыжей
выходит парень из ворот.
Улыбки
У тебя было много когда-то улыбок:
удивленных, восторженных, лукавых улыбок,
Американский соловей
В стране перлона и дакрона
и ставших фетишем наук
Перед встречей
Влюблённые встречались, как ведётся,
у памятников, парков и витрин,
Памяти Есенина
Поэты русские,
друг друга мы браним —
Все силы даже прилагая
Все силы даже прилагая,
признанья долго я прожду.
Кто самый острый современный
Кто самый острый современный
писатель? — спорит целый мир.
Советы подлеца
Советы подлеца,
услужливые демоны.
Монолог голубого песца
Я голубой на звероферме серой,
но, цветом обреченный на убой,
Марьина Роща
Марьина-шмарьина Роща.
Улицы, словно овраги.
Третий снег
Степану Щипачеву
Смотрели в окна мы, где липы
Проклятье века
Проклятье века — это спешка,
и человек, стирая пот,
Солёный гамак
Е. Рейну
Как времени хитрый песок,
Где дорога домой
По Америке столь многодетной,
но строго диетной,
На что уходит жизнь
Апрель сосульки отливает, вычеканивает,
И воздух щёлкающий так поголубел,
Тому назад
Тому назад, тому назад
смолою плакал палисад,
Простая песенка Булата
Простая песенка Булата
всегда со мной.
Ивановские ситцы
Поэма
Государь Иван Васильевич Грозный
Ты — Россия
Когда ты за границею,
когда
Когда убили Лорку
Когда убили Лорку,-
а ведь его убили!-
Пахнет засолами
Виктору Бокову
Пахнет засолами,
Коррида
Поэма
Севилья серьгами сорит,
Нежность
Разве же можно,
чтоб все это длилось?
Так уходила Пьяф
И был Париж, был зал, и перед залом,
на час искусство прыганьем поправ,
Непрядва
Поэма
1
Битница
Эта девочка из Нью-Йорка,
но ему не принадлежит.
Большая ты, Россия
Большая ты, Россия,
и вширь и в глубину.
Померкло блюдечко во мгле
Померкло блюдечко во мгле,
все воском налитое…
Сватовство
В Сибири когда-то был на первый
взгляд варварский, но мудрый обычай.
Когда я думаю о Блоке
Когда я думаю о Блоке,
когда тоскую по нему,
Я не сдаюсь, но все-таки сдаю
Я не сдаюсь, но все-таки сдаю,
Я в руки брать перо перестаю,
Людей неинтересных в мире нет
Людей неинтересных в мире нет.
Их судьбы — как истории планет.
Не в первый раз и не в последний раз
Не в первый раз и не в последний раз
страдаешь ты… Уймись, займись трудами,
Стук в дверь
«Кто там?»
«Я старость.
Над Россией слышатся шаги
Над Россией слышатся шаги,
Туфельки стучат и сапоги,
Долгие крики
Дремлет избушка на том берегу.
Лошадь белеет на темном лугу.
Сапоги
Был наш вагон похож на табор.
В нем были возгласы крепки.
Что знает о любви любовь
Что знает о любви любовь,
В ней скрыт всегда испуг.
Мама
Давно не поёт моя мама,
да и когда ей петь!
Меняю славу на бесславье
Меняю славу на бесславье,
ну, а в президиуме стул
Партизанские могилы
Итак,
живу на станции Зима.
Когда мужики ряболицые
Когда мужики ряболицые,
папахи и бескозырки,
Петухи
Т.Чиладзе
Кричат у моря петухи,
Какое наступает отрезвленье
Какое наступает отрезвленье,
как наша совесть к нам потом строга,
Вот снова роща в чёрных ямах
Вот снова роща в чёрных ямах,
и взрывы душу леденят,
Рояль
Пионерские авралы,
как вас надо величать!
Спасение наше
Спасение наше — друг в друге,
в божественно замкнутом круге,
Пришлось однажды туго
Пришлось однажды туго —
потуже, чем теперь.
Волга
Мы русские. Мы дети Волги.
Для нас значения полны
Ограда
Могила,
ты ограблена оградой.
Фанаты
Фанатиков
я с детства опасался,
Много слов говорил умудренных
Много слов говорил умудренных,
много гладил тебя по плечу,
В погоне за дешевой популярностью
Мне скоро тридцать. Я герой пародий,
статей, разоблачительных стихов.
Продукты
Е. Винокурову
Мы жили, помнится, в то лето
Я на сырой земле лежу
Г. Мазурину
Я на сырой земле лежу
А снег идет
А снег идет, а снег идет,
И все вокруг чего-то ждет…
Гены
Я трогаю тихонько ветку вербную.
В ней гены наших прадедов, наверное,
Не исчезай
Не исчезай… Исчезнув из меня,
развоплотясь, ты из себя исчезнешь,
Играла девка на гармошке
Играла девка на гармошке.
Она была пьяна слегка,
Женщина и море
Над морем —
молнии.
Идол
Среди сосновых игол
в завьюженном логу
Не писал тебе я писем
Не писал тебе я писем,
но не выдержал — пишу.
Половинчатость
Смертельна половинчатость порывов,
Когда, узду от ужас грызя,
Последний переулок
Действительно, Последний переулок,
где в доме, отдающем кабаком,
Фронтовик
Глядел я с верным другом Васькой,
укутан в теплый тетин шарф,
Нас в набитых трамваях болтает
Нас в набитых трамваях болтает,
Нас мотает одна маета,
Поздравляю вас, мама
Поздравляю вас, мама,
с днем рождения вашего сына.
Римские цены
Рим напокажет и навертит,
а сам останется незрим.
В вагоне шаркают и шамкают
В вагоне шаркают и шамкают
и просят шумно к шалашу.
Пришли иные времена
Пришли иные времена.
Взошли иные имена.
Неуверенность
Самоуверенность блаженна,
а неуверенность грешна.
По ягоды
Три женщины и две девчонки куцых,
да я…
Патриаршие пруды
Туманны Патриаршие пруды.
Мир их теней загадочен и ломок,
Человека убили
Помню дальнюю балку,
мостик ветхий, гнилой
Не мучай волосы свои
Не мучай волосы свои.
Дай им вести себя как хочется!
Ничто не сходит с рук
Ничто не сходит с рук:
ни самый малый крюк
Белые ночи в Архангельске
Белые ночи — сплошное «быть может»…
Светится что-то и странно тревожит —
Заповедь
Бывал и наш народ неправ,
когда на гнет не обижался,
Паровозный гудок, журавлиные трубы
Паровозный гудок,
журавлиные трубы,
Четыре чулочницы
А. Твардовскому
По подвыпившим улицам ходят чулки,
Прорыв Боброва
Вихрастый, с носом чуть картошкой,-
ему в деревне бы с гармошкой,
Я комнату снимаю на Сущевской
Я комнату снимаю на Сущевской.
Успел я одиночеством пресытиться,
Выстрелами море запугав
Выстрелами море запугав,
топают в пахучий камбуз тяжко
Мать
Прекрасна мать с ребенком на руках,
но от нее на волю рвется мальчик —
Есть пустота от смерти чувств
Есть пустота от смерти чувств
и от потери горизонта,
Не забудь своих детей, страна
Из фильма «Детский сад».
Снег забывает, что он снег,
Со мною вот что происходит
Белле Ахмадулиной
Со мною вот что происходит:
Катер связи
Не начиналась навигация
и ожидалась много позже,
Неужто береза-калека
Неужто береза-калека,
Склонившись к последней реке,
Проснуться было, как присниться
Проснуться было, как присниться,
присниться самому себе
Алмазы и слёзы
На земле драгоценной и скудной
я стою, покорителей внук,
Благодарность
Она сказала: «Он уже уснул!»,—
задернув полог над кроваткой сына,
Вратарь выходит из ворот
Вот революция в футболе:
вратарь выходит из ворот
Хочу я быть немножко старомодным
Хочу я быть немножко старомодным —
не то я буду временностью смыт,
В моменты кажущихся сдвигов
В моменты кажущихся сдвигов
не расточайте силы зря,
Не знаю я, чего он хочет
Не знаю я, чего он хочет,
но знаю — он невдалеке.
Злость
Мне говорят,
качая головой:
Изба
И вновь рыбацкая изба
меня впустила ночью поздней
Дальняя родственница
Поэма
Есть родственницы дальние —
Окно выходит в белые деревья
Леониду Мартынову
Окно выходит в белые деревья.
Кабычегоневышлисты
Не всякая всходит идея,
асфальт пробивает не всякое семя.
Неверие в себя необходимо
Да разве святость — влезть при жизни в святцы?
В себя не верить — всё-таки святей.
Поэт
Предощущение стиха
у настоящего поэта
Был я столько раз так больно ранен
Был я столько раз так больно ранен,
добираясь до дому ползком,
Зависть
Завидую я.
Этого секрета
На танцплощадке
На танцплощадке станции Клязьма,
именуемой «пятачком»,
Опоздание
Начинается
что-то опасное:
Первый День поэзии
А первый День поэзии —
он был
Поэзия — великая держава
Поэзия — великая держава.
Империй власть, сходящая с ума,
Как-то стыдно изящной словесности
Как-то стыдно изящной словесности,
отрешенности на челе.
Луковый суп
«Как, вы луковый суп не едали?
Значит, Франции вы не видали.
Фуку
Поэма
Сбивая наивность с меня,
Баллада о браконьерстве
«Несмотря на запрещение, некоторые рыболовецкие артели
ведут промысловый лов рыбы сетями с зауженными ячейками.
Зачем ты так
Когда радист «Моряны», горбясь,
искал нам радиомаяк,
Цветы для бабушки
Я на кладбище в мареве осени,
где скрипят, рассыхаясь, кресты,
Взмах руки
Когда вы,
из окна вагона высунувшись,
Тайны
Тают отроческие тайны,
как туманы на берегах…
В Бакуриани снова я
В Бакуриани снова я. Так надо,
как это было надо год назад.
Под невыплакавшейся ивой
Под невыплакавшейся ивой
я задумался на берегу:
Старый бухгалтер
Никакой не ведаю я муки,
ни о чем ненужном не сужу
Экскаваторщик
А.Марчуку
Ах, как работал экскаваторщик!
С усмешкой о тебе иные судят
С усмешкой о тебе иные судят:
«Ну кто же возражает —
Одиночество
Как стыдно одному ходить в кинотеатры
без друга, без подруги, без жены,
Черные бандерильи
По правилам корриды трусливому быку вместо обычных — розовых — в знак презрения всаживают черные бандерильи.
Цвет боевого торо —
На мосту
Б.Левинсону
Женщина с мужчиною одни
Пора вставать
Пора вставать… Ресниц не вскинуть сонных.
Пора вставать… Будильник сам не свой.
Осень
А. Симонову
Внутри меня осенняя пора.
Ира
Здравствуй, Ира!
Как живёшь ты, Ира?
Баллада о большой печати
На берегах дремучих ленских
во власти глаз певучих женских,
